Алкоголь и плаксивый котенок

- Твою мать, - шлепок кожи о кожу. – О да, боже. Феликса прямо сейчас размазывает по шелковистым простыням, на которых он плавится от чертовски горячего и возбуждающего Хван Хенджина. Это уже не спихнешь на выпитый ранее алкоголь, плещущийся в крови наравне с потаенными чувствами. Он крепко сжимает в ладонях простыни под собой, надеясь, что они не порвутся. - Еще, Джинни, - бедра старшего со всей силы вторгаются в мягкие ягодицы младшего, - блять д-да. Глаза выкатываются из орбит, оставляя на обозрение только белок. Феликс зарывается головой глубже в вытянутые руки. - Ты меня поглощаешь полностью, Малыш, - Хван довольно лыбится не переставая работать бедрами. - Такой ненасытный котенок. Феликс громко стонет от грязных слов, сказанных на ухо. Он чувствует Хенджина всем своим телом, его горячее дыхание опаляет влажную шею младшего. Шершавые ладони ползают по молочной спине, вдавливают в кровать сильнее, не давая возможности даже приподняться. Мощные толчки вдалбливают Ли в мягкую влажную поверхность. С уголка рта младшего текут слюни, которые он не успевает сглатывать, потому что слишком хорошо. Чертов Хван Хенджин невероятно хорош. И Феликс ни за что в жизни бы не трахнулся со своим лучшим другом, но под высоким градусом алкоголя физиономия Хенджина показалась уж слишком подходящей кандидатурой для расслабления. Именно поэтому тот долбит задницу Ли уже час, за который младший успел получить два оргазма. Но Хван не кончил ни разу, и просто так отпускать младшего он не собирается. -Ты из меня всю душу вытрахал уже, - успевает вставить фразу между сменой позиции, - дай мне отдохнуть. Боже, Хенджин! Толстый член наполняет его одним толчком, и, не останавливаясь ни на секунду, набирает бешеный темп. Старший заставляет парня скакать на нем, сжимая его ягодицы и подталкивая тазом садиться глубже. - Прыгай, Детка, но не смей кончать раньше меня, - на этом моменте он кладет руку на мокрый член Ли, сжимая у основания, - ты и так уже это два раза сделал. - Б-блять, какая же ты сука-а, - возглас Феликса заканчивается всхлипом, когда крупная головка горячего члена проходится по истерзанной простате. - О, ну это ты зря, - Хенджин укладывает обе ладони на талии младшего, крепко сжимая, и удерживая на одном месте, начинает резко толкаться. - Мха-а, - Феликс скулит, потому что именно в таком положении простата стимулируется постоянно и сдерживать очередной оргазм практически невозможно. По веснушкам вновь льется еще одна порция слез удовольствия и Ли буквально умирает. Он держится изо всех сил – Хенджина разочаровывать не хочется. Маленькими ладошками упирается в крепкую грудь парня и крепко сжимает. Ногти царапают чувствительную кожу рядом с сосками, и Хенджин рычит от этих ощущений. Да ему если честно даже от мысли, что Ли Феликс трахается с ним - хочется кончить. Этот голубоволосый парень давно сидит в его фантазиях, которые прямо сейчас он реализует, выдалбливая сладостные стоны из раздраженной глотки младшего. - Я больше не могу, Хван, - Феликс падает на него полностью, - я не могу терпеть, дай мне кончить. - Если потерпишь еще несколько минут, то будешь хорошим мальчиком, - Хенджин мурчит на покрасневшее ушко, - полежи на мне, я сам. Его руки обвивают спину полностью, оставаясь ладонями на пострадавших ягодицах. Он не останавливается и продолжает долбить Феликса, пока тот выцеловывает длинную соленую шею. Поцелуи движутся по скуле прямиком к губам. Вопреки страстному сексу, целуются они лениво, словно младший не собирается умирать прямо сейчас. Их языки сплетаются и вылизывают полости рта друг друга. По подбородкам обоих стекают слюни. Поцелуй грязный, но настолько приятный, что огромное количество жидкости не волнует. Феликс кончает, как только чувствует сильный шлепок по левой ягодице. Он громко стонет в поцелуй, отстраняется и глубоко дышит в шею старшего. Но толчки не прекращаются, и чувствительный младший заходится в плаче, совершенно не сдерживаясь в звуках. Его тельце трясется теперь не только от бешеного ритма, но и от несдерживаемых рыданий. Хенджин это чувствует и слышит, слезы льются по ключице, скапливаясь в ямочке, и он мягкими поцелуями одаривает голубую макушку. Пытается хоть как-то успокоить, одновременно с этим подводя себя к пику. - Сожмись немного, котенок, давай, - шепчет тихо, - чуть-чуть. Мне этого хватит. Ответ он не получает, но чувствует как влажные стенки обхватывают крепче и ему хватает буквально пары толчков, чтобы кончить глубоко в растраханное нутро младшего. Хенджин тут же выходит из Феликса и приподнимается с ним на руках, усаживаясь в позу лотоса и опираясь на спинку кровати. Прижимает хрупкое тело младшего к себе ближе, гладит по голове, перебирая влажные волосы. - Прости, Милый, - поцелуй в нос, - я должен был дать тебе передохнуть. - Д-дурак, - тихий хрип Ли еле слышен, - но я тебя и таким люблю. - И я тебя.