Часть 8
21 июня 2023 г., 16:24
В последнее время Рома слишком часто думал о Тоше. Они были друзьями, но Пятифан начинает думать, что он педик. Но ведь Рома не педик.
—О чём задумался, Рома?—хулиган повернулся в сторону Антона и получил в лицо снежок.
На улице был дубак, а болеющий Петров был одет , как показалось Роману, не очень тепло. Долго они не прогуляют, а если ещё и в снежки будут играть, то замёрзнут быстрее, чем дойдут до Тошиного дома.
—Тебе не холодно?—Петров, ожидавший ответного снежка, растерялся.
—Нет.
В поле зрения попал дом, окруженный тёмным лесом. В окнах было темно, на снегу был след от машины. Никаких признаков присутствия посторонних. Подойдя ближе к дому, Антон достал ключи. Дверь неприятно заскрипела, впуская гостей в дом. Петров мгновенно снял с себя обувь с курткой и рванул наверх
—Жди , я быстро.
Антон вывалил учебники на кровать, а вместо них бросил в портфель одежду. Снял с себя рубашку с брюками, аккуратно повесил на стул, и переоделся в менее строгий вид.
Захватив листок с ручкой, он спустился и подошёл к столу. Что то начиркал в листе, бросил ручку в карман, и побежал назад к Роме, который стоял с Тошиной курткой в руках.
Идя в магазин, Пятифан всё же поинтересовался:
—Тох, а чё ты в листике то написал?
—Попросил родителей позвонить вечером.
—Ясно. Ты пельмени ешь?—Рома открыл перед Петровым дверь, пропуская того вперёд.
—Да, у тебя сметаны нет.
—Понял, возьмём. Нужно будет ещё в аптеку и в ларёк зайти.
—Какой ларёк? Зачем?—Антон тороторил. Это бесило.
—За сигами.
—А, ясно.—Уже тише, но так же быстро сказал парень.
Повисла настораживающая тишина. Магазин был маленьким, но людей было много. Даже они не могли разбавить своим гулом эту тишину. Рому кто-то резко тыкнул в ребра.
Айкнув от неожиданности, он развернулся.
Двое его друзей стояли, смеясь.
—Здорова, на, а чё это вы тут школу прогуливаете? —Бяша перевёл взгляд на Антона—Чё за шуры-муры,на?
—Я заболел, а Рома со мной гуляет, никаких шур-мур. —В присутствие бурята, темп Петрова стал спокойным и размеренным.
—Ну-ну... —Бяша усмехнулся— Ладно, парни, я пошёл, а то мамка наедет, на.
—Пока. —Рома сказал это серьёзно, смотря на уходящего друга.
И к чему это Бяша пошутил про шуры-муры? Может что-то подозревает?
—Ты боишься тыканья в ребра?—спросил Антон, вновь в быстром темпе.
—Нет. Просто неожиданно было.
—Ага, конечно.
Петров видимо решил поиздеваться.
Вернулись домой ребята через три часа. Антон глянул на часы, висящие на кухне.
Скоро должны позвонить родители. Петров явно не был особо рад предстоящему разговору.
—Голоден?—Рома включил плиту, на которой стоял чайник.
—Нет. Я только чай хочу.—Антон сел за стол, наблюдая за другом.
—Уверен? Ты весь день ничего не ел.
—Да.
—Температуру померь.
Антон на протяжении трех минут пристально следил за другом.
—Хватит мной любоваться, я знаю что я ахуенен, но я не пидр
—Пока что.—Антон посмеиваясь , посмотрел на градусник, чувствуя на себе злой взгляд. —38. Я спать. Позовёшь, когда родители позвонят.
—А чай я кому налил?
—Я потом попью.
—Холодный?
—Да, конечно.—Петров сказал это уже с коридора.
—Зови если что, Тош.
Рома за него волновался. Хоть Петров его частенько подбешивал, он всё равно нравился Роме.
Бля...
Теперь Пятифан был уверен в том, что он педик. Как он вообще умудрился втюриться в друга. Роме поплохело. Было херово от осознания всей ситуации.
Мерзость.
Пятифан открыл холодильник и достал оттуда бутылку алкоголя.
Через полтора часа зазвонил телефон. Лениво поднявшись со стула, Рома подошёл к телефону и взял трубку.
—Тёть Карина?
—Да, позови Антона, пожалуйста.
—Повисите минутку.
Рома, задев несколько косяков, дошёл до Антона.
—Тох, там твоя мать позвонила.
Петров, как будто и не спал, открыл глаза и, торопясь, поднялся с кровати. Даже не глянув в сторону Пятифана, он побежал на кухню.
Петров взял в руки трубку и негромко произнёс:
—Ало, мам.
—Антон, возвращайся домой, пожалуйста.—взмолилась Карина.
—Мам, я недельку у Ромы побуду и вернусь.
—Какую недельку?! А школа?—мать старательно пыталась скрывать свой гнев, но получалось не очень.
—Я болею.
—Тогда возвращайся, будем тебя лечить.
—Нет. Я тут полечусь.
—Зачем тебе этот хулиган? Он только тебя загубит! Не будешь ты у него неделю сидеть!
—Он мой друг. Не тебе решать где я буду болеть и кто меня будет губить. Я попросил вас позвонить только чтоб вы не волновались.
—Да не друг он тебе!
—Я уже сказал, что тебя это не касается! Хватит к нему так относиться! Если бы он не настоял, я бы вообще с тобой щас не разговаривал бы!
—Боже, за что ты мне такой?! Почему ты такой тупой?! Почему ты меня не слушаешься?! Я ведь твоя мать! А Рома тебе никто!
—Я уже сказал кто он мне!—Антон уже закипал.
—Ненавижу тебя! Неблагодарный! Я для тебя так старалась, а ты, ничтожество, так ко мне относишься! —Карина, вероятно, сказала это со зла.
Антон молчал, выслушивая весь этот бред. Ему было обидно.
—Пока, мам.
—Прости, я со злости, ты не ничтожество.
—Пока.
Петров положил трубку. Слёзы катились по его щекам, ему было обидно и грустно. Хотелось кричать, ненавидеть всех без чувства вины, хотелось вскрыться, хотелось удушить всех раздражителей. Хотелось сбежать от проблем и чувств.
Он снял очки, и облокотился о стол, на котором стоял телефон. Голова кружилась.
—Эй, Тох, чё случилось?—Ромка вмиг оказался рядом, услышав всхлип Антона.
Петров посмотрел на него сквозь пелену слёз. Тот взял его за руку и усадил за обеденный стол.
—Рассказывай.
—Я чай хочу.—дрожащим голосом сказал Антон. Он опустил голову на стол и накрылся руками, продолжая дрожать.
Он давно научился бесшумно плакать, практикуясь чаще по ночам.
Пятифан включил плиту и подошёл к другу, кладя руку ему на спину, в успокаивающем жесте.
—Она ненавидит меня,Ром—полушепотом сказал Антон, прерывисто дыша.
—Она так сказала, или ты сам додумался? —спокойно, боясь спугнуть, уточнил Пятифан.
—Сказала.
— Она на эмоциях, я не думаю, что она тебя действительно ненавидит.
—Я ничтожество—Волна истерики охватила Петрова.—Я ненавижу себя! Я ненавижу мать! Чтоб она сдохла!
Антон хватался за волосы и кричал в стол.
—Тоша, ты не ничтожество, слышишь?
Рома, услышав свист чайника, быстро его выключил и принялся разливать чай по кружкам.
—Чтоб она сдохла! Это всё из-за неё! Ненавижу! Ромочка, мне плохо.—последнее он сказал уже не крича. Ему действительно было плохо.
Рома поставил кружку около Петрова.
—Тоша, тут кружка, аккуратно не задень.
Антон поднялся и куда-то зашагал.
—Ты куда?
—Высморкаться.—Всё так же запинаясь сказал парень
