Мертвая птичка в объятиях океана

Такое необычайное чувство поселяется в душе, когда прохлада окутывает лицо, гладит щеки, еле ощутимо проходится по бордовым волосам, словно что-то шепча на ухо мягким голосом. Впервые за всю жизнь хочется дышать. Дышать полной грудью и не задумываться о краже у других людей источника их драгоценной жизни. Ночной город, оказывается, такой красивый с крыши многоэтажного дома. И почему он раньше сюда не поднимался? Почему он вообще боялся высоты? Это же всего лишь расстояние... А, точно. Расстояние между жизнью и смертью. Началом и концом. Хотя, в его случае автор, по-видимому, пожалел сюжета на его жизнь и решил вписать конец в первые страницы жизни. Абсолютная скука. Кто такое читать-то будет? Ну ладно, это он спросит позже. Небо почти полностью погрузилось во тьму, только две одинокие звездочки плавали среди этого мрака. Одна настолько тусклая, что, кажется, вот-вот исчезнет во второй раз, а другая, наоборот, яркая, будто совсем недавно появилась. Интересно, будет ли его также видно следующей ночью? Или ему, как и многим другим, придется снова прятаться в тени солнца? — Не смотри, ты меня смущаешь. Бархатный голос раздался прямо за спиной Минхо, тот немного вздрогнул от неожиданности, но спокойно повернулся назад, встречаясь взглядом с высоким незнакомцем. — Ты кто? — спрашивает Ли, вглядываясь в его стеклянные глаза. Парень не отвечает, обходит Минхо справа и становится рядом на парапет. Он зачесывает свои небесного цвета волосы и закрывает глаза, подставляя лицо легкому ветру. — Не боишься упасть? — несмотря на то, что его откровенно проигнорировали, Минхо продолжает задавать вопросы, исследуя чужие манящие черты лица. Незнакомец поднял голову вверх и тихо засмеялся. — Почему ты смеешься? — Воробушек, не думаешь, что тебе стоит беспокоиться за себя? — он снова встречается взглядом с Ли, в этот раз разрешая нормально рассмотреть себя. Хо немного нахмурил брови на странное обращение к себе, но вместо того, чтобы возмутиться, решил проигнорировать. — Нет. Как тебя зовут? — Глупый вопрос, мы же больше не увидимся, — еле слышно говорит он. — Хёнджин. — Я Минхо. Я знаю. — Ага. — Не собираешься спускаться? Хёнджин посмотрел на него, как на идиота, и тяжело вздохнул. — Слушай, это я вообще-то должен тебя об этом спрашивать. Что ты тут делаешь? — Ты какой-то странный, — Хо расплылся в своей кошачьей улыбке. — Мне просто скучно стало. — И поэтому ты прямо сейчас стоишь в миллиметрах от пропасти? Не надейся, воробушек, крылышки так легко не появляются. Парень всем телом поворачивается к Хвану и делает шаг вперед, оказываясь впритык к незнакомцу. Тот резко делает шаг назад и хмурится. — Ты что делаешь? — Сомневаюсь, что ты сейчас чем-то от меня отличаешься. Мы оба стоим на этом чертовом парапете тридцатиэтажного дома. Хёнджин лишь усмехается, будто бы Ли бросил какую-то смешную шутку. — Иди домой. — У меня нет дома. — Мы стоим на нем. — Это не мой дом. Хёнджин устало хныкает и садится на самый край, свесив ноги с крыши, и Минхо поступил точно также. — Глупый пингвин, не делай этого. — Хей, то воробушек, то пингвин, что за прозвища? — жалуется старший. — Воробушек потому что глупый, пингвин потому что летать не умеешь, — спокойно отвечает Хван и зависает, смотря в темноту неба. — Выбрал бы что-то покрасивее и загадочней. — Чем тебе эти не нравятся? — Боже, чем ему воробушки и пингвинчики не нравятся? Возмущению Хёнджина нет предела. — Ты на ворона похож, — спустя пару минут бормочет Хёнджин. — Правда? И чем же? — Прямо как в легендах, стоишь между двумя мирами, — уже в который раз он поднимает свой стеклянный взгляд на Хо. — И вид у тебя дерзкий. А еще, ты, кажется, очень одинок. И как незнакомый человек смог понять это по одному его виду? Ли Минхо, тебя что, так легко прочитать? — задается вопросом парень. — Извини, мне нужно идти. Тебе тоже советую, тут, наверное, холодно. — Наверное? — Да, наверное, — Хёнджин кивает своим словам и, мягко улыбнувшись, исчезает, оставляя за собой голубые светящиеся частицы, похожие на отражение луны в водах Тихого океана. Оказывается, один из них уже был мертв.