Книга Четвертая: Теневой повелитель

      Как и ожидалось, утром в мои апартаменты пришли хозяева. Меня вышвырнули из тюремной камеры. Я не оказывал сопротивления, ведь прекрасно знал, куда и для чего меня ведут. Поднявшись на ноги, я двинулся вперед по темным коридорам. В моих глазах эта тьма уже стала не такой уж и непроглядной. Без лишних движений, чтобы не спровоцировать моих сопровождающих, я шел к месту своего назначения. Мое направление временами поправляли.       Мои руки сковывали тяжелые кандалы, а на ноге был металлический шар, который был прикреплен к моей ноге. Он весил килограмм двадцать, но разве это вес для меня? Все это время с моего лица не сползала улыбка. Чакра не восстановилась. Волей пользоваться нельзя. Кажется, что я нахожусь в весьма плачевном положении, однако кое-что было неизменно. Я слишком часто попадал в такое дерьмо, чтобы бояться смерти или отчаиваться! Это цветочки по сравнению с ключевой битвой в Мироздании. Вот там мне и вправду приходилось превозмогать самого себя, ломая одно ограничение за другим. Я вставал на ноги, когда мои кости были превращены в пыль. Я сражался, когда мясо с костяшек уже сошло. Разве меня можно чем-то напугать?       Выйдя в более-менее освещенное помещение, имеющее периметр в метров тридцать, я осмотрелся. Заключенные, как дикари, жаждущие крови, били по прутьям прогнившей решетки, которая окружала все место ринга. На втором этаже расположился худой парень с зелеными волосами. Только сейчас я смог признать в нем того самого Мамору из страны Травы, который впустил в свое тело демона Сатори, а затем еще и шестихвостого, чтобы убить меня. Даже имея в рукаве такие козыри, ему не удалось это сделать. Проклятым не привыкать к трудностям, ведь без последних не будет никакого развития в жизни.       Рядом с хозяином этого места расположилась Хина, которая смотрела на меня с неприязнью, но это было неудивительно. Я выбрал единственное решение, позволившее мне выжить в этом месте, однако цена за это была отношение Узумаки ко мне.

***

      – Что ты… – глаза девушки расширились от шока, когда я схватил её и уложил на грязный пол грубой силой. Чтобы она не закричала, я прикрыл ей рот рукой. Охрана была где-то рядом, поэтому мне требовалось действовать осторожно.       – Я знаю, кто ты такая, мастер печатей… – тихо прошептал я на ухо Хине, зрачки которой сузились от моих слов. Она перестала вырываться, будто признавая мою власть над ней. Я непроизвольно улыбнулся. – Ты же здесь не по своей воле? – заглянув в глаза собеседницы, я увидел в них удивление и шок. Это заставило меня улыбнуться через силу, хотя в полумраке тьмы помещения и нашем положении это было похоже на оскал. – Мне нужно исцелиться до завтра. Если ты позволишь мне укусить себя и не расскажешь об этом охранникам после, то я вытащу нас обоих из этой дыры. Как тебе такое предложение? – внимательно наблюдая за реакцией красавицы, я получил едва заметный кивок, показывающий её согласие.       Конечно, ей казалось, что выбора у неё не было, ведь иначе бы я мог убить её, однако это было не так. Я не собирался убивать её, поэтому я рисковал довольно сильно. Мое поведение опиралось на знания характера Хины, но даже так это был неоправданный риск.       Дальше все было, как в тумане. Помню, что оголил её шею, а затем впился в неё, как какой-то кровосос из древних мифов. Эффект я почувствовал сразу. Раны стали заживать на глазах. Не знаю, как долго длился этот процесс, однако Узумаки выбежала из моей комнаты вся бледная. Да, кровушки я высосал у неё много, но это была вынужденная мера. Не могу я открыть ей свою истинную личность, ведь тогда могут возникнуть серьезные проблемы.       Удивительно то, что судьба Хины тоже имеет хоть какое-то минимальное значение для будущего этого мира. Интересно, что от неё хочет мир? Хотя сейчас это не так важно. Я обязан выбраться из этого дерьма и спасти свою подругу, раз она тоже тут. Черт его знает, как она сюда попала, да и мне не особо интересно. Уверен, что ей пришлось пройти через настоящую задницу из-за своей доброты. Я ведь призывал её быть эгоистичной мразью, но нет, мы должны быть пушинками. Вместо помощи самой себе и развития навыков шиноби, она решила помогать другим.       – Сегодня мы представим вам новичка! Ходят слухи, что он умеет летать! Так давайте проверим, правда это или нет! – заговорил, по всей видимости, судья. Это был худощавый мужичок с роскошными усами, которые он постоянно разглаживал.       – Умеет летать? Чушь!       – Пусть докажет!       – Он – волшебник что ли?       Толпа заключенных взвыла от предвкушения. Они даже не знали, кем будет мой противник. Это уже не были люди… Дикари, управляемые лишь своими прогнившими желаниями. Жалкое зрелище. Я увидел, как люди опускаются на самое социальное дно, однако даже на Арене не было такого дерьма. Там были богачи, которые подобно голодным гиенам раскупали перспективных ниндзя как товар. Хотя почему как? Мы были рабами, так что и вправду являлись товарами в их глазах.       – Его же противником будет… – сделал театральную паузу заводила, застучав пальцами по прутьям решетки. Толпа поддержала его, усиливая ритм этого музыкального произведения. – Дайити Мунаши! – огласил громким голосом мужчина, в котором было столько радостных эмоций. Наверное, это был его любимый боец. Наподобие арены вышел громила под два с половиной метра ростом. Его мускулатура не давала шанса ошибиться. Он был бойцом… Настоящий зверь в человеческом обличии. – Убийца, осужденный за массовую резню в стране Воды. На его руках кровь сотен жизней шиноби! – закончил представление моего противника судья.       Мунаши сверил меня весьма недружелюбным взглядом. Ему пришлось нагибать голову чуть ли не на сорок пять градусов вниз, чтобы рассмотреть меня. Со стороны это выглядело даже забавно, ведь противник на шесть голов был выше меня.       – Вы издеваетесь надо мной? – переведя взгляд на судью, спросил он с явным раздражением. – Этот парень даже одного… – хотел он еще что-то добавить, однако я сблизился с ним и пробил ему в корпус. Мой удар вбил Дайити в прутья решетки, заставив нескольких заключенных отлететь в сторону с болезненными криками. Повисла гробовая тишина. Никто не ожидал такого от подростка двенадцати лет, так что реакция была вполне ожидаемой.       – Не смей недооценивать меня. – с безумным оскалом заявил я, сжимая кулаки до побеления. Сколько раз на меня смотрели сквозь пальцы? Раздражает! Достало! Я надавал люлей Императрицы Бездны. Кто она, и кто он? Просто букашка на её фоне, поэтому я пересчитаю все его кости перед тем, как уничтожу!       – Ха! Гребаный мальчишка, я тебе щас устрою! – отвечая мне тем же оскалом, Мунаши поднялся на ноги, вытирая струйку крови, тянущуюся изо рта. Чакра была недоступна, однако это лишь утверждало превосходство силачей и мастеров боевых искусств в этом месте. Огромный кулак противника стал опускаться на меня. Я полностью расслабился, после чего в одно мгновение все мои мышцы напряглись. Выход на грань возможностей человека был реальным и без использования Воли и чакры. Руки покраснели от перенапряжения. Вены выступили, и я незамедлительно ответил ударом на удар.       Два кулака, в которых было заключено просто чудовищное количество физической силы, столкнулись. Мы скалились друг другу, однако наше противостояние не продлилось долго. Я вышел за грань человеческих возможностей, поэтому мои мышцы выдавали двести процентов от своих возможностей. Пальцы Дайити просто не выдерживали такого давления, начав ломаться по очереди. За несколько мгновений мой кулак прошел сквозь его защиту, устремившись прямо в челюсть мужчины. Тот же просто ничего не успел сделать. Удар в челюсть не просто вырубил здоровяка, но и проломил прутья решетки. Тушка мужчины пробила еще несколько бетонных стен.       – Кто следующий? – разведя руки в разные стороны, я выпустил свою жажду крови. Мой левый глаз стал поблескивать, приобретая черты проклятия. К сожалению, скрыть его было невозможно, однако я не использовал его в бою, поэтому особого эффекта от его применения не было. Заключенные сразу же отшатнулись, отпрыгнув от прутьев и прижавшись спинами к стенам. Их тела дрожали от животного ужаса, ведь моя жажда крови была вовсе не для показухи. Я был в состоянии убить всех присутствовавших здесь при желании.       – Кто ты такой? – Мамору наконец-то поднялся со своего места. Склера его глаза почернела, показывая всю серьезность его намерений. Ах, так демон все еще с ним… Я-то думал, его вытащили из него. Удивительно, что после всего дерьма, что он натворил, ему позволили вернуться в деревню и даже отправили сюда. Хотя может быть, это некоторое подобие ссылки, чтобы он подумал над своим поведением.       – Меня зовут Якуши Эл. Я являюсь шиноби Конохи. Остальное знать вам не обязательно. – ответил я, продолжая скалиться на хмурое выражение лица зеленоволосого. Хозяин Кровавой Тюрьмы жестом руки заставил стражников, примчавшихся на шум, не вмешиваться в происходящее. Те встали в два ряда. Первый ряд наставил оружие на заключенных, а второй – на меня. Я был окружен со всех сторон, да вот только это обычные люди, которые ничего из себя не представляют. Как только я разберусь с Мамору, путь на свободу мне обеспечен.       – Коноха значит? – без каких-либо эмоций переспросил мужчина, однако этот вопрос был риторическим, поэтому я не стал отвечать на него. – Учитывая твои способности и возраст, ты должен быть гением, которых мир еще не видел. Думаю, твоя деревня хорошо заплатит за твою жизнь. – заявил он, принимая весьма здравое решение. Ничего странного в этом не было, ведь этот человек, как и многие другие, искали во всем свою выгоду. В данном случае его интересовали финансы, а победить шиноби без чакры – это пустяк. Просто логика адекватного человека. Не нужно быть гением, чтобы её понять. Но во всем этом есть огромный нюанс, который он не учел… Я не простой шиноби, да меня уже человеком-то сложно назвать.       Руки противника покрылись черной дымкой, будто бы он использовал Волю, как и я, но я знал, что это была сила демона. Значит, он решил сразу драться серьезно? Хе-хе, не смеет относиться ко мне небрежно после победы над тем здоровяком? Забавно, забавно… В одно мгновение противник оказался у меня за спиной, нанося хук правой рукой. Я не успевал развернуться, однако тело само двинулось в сторону, избегая прямого попадания. После этого я развернулся на носочке, отправляя в противника ногу с разворота. Мамору проскользил ногами по полу, ударившись спиной в решетку, но все же устоял на ногах. Я развернулся к нему и, наклонив голову, стал ожидать продолжения.       – Ты точно человек? – задал вполне предсказуемый вопрос зеленоволосый, на что я ответил лишь более широким оскалом. Все это время жажда крови заставляла заключенных дрожать от страха, а бедные стражники потели, периодически бросая на меня взгляды. Такого монстра не хотелось выпускать из поля зрения, ведь лишь одна ошибка может привести их к смерти. Ох, мне знакомо это чувство, когда на шее ощущаются чужие руки, начинающие тебя душить.       Мозг нервно соображает, как выбраться из этой ситуации, ведь твоей жизни угрожает опасность, однако удушье не получается перебороть. Пока ты являешься добычей, то тебе не перебороть эту силу, однако, как только ты сам станешь хищником, то тогда и только тогда сможешь отвечать на удушье своим оскалом.       – Не-ет, ты – настоящий зверь! А зверям место в клетке! – заявил Мамору, срываясь со своего места. Его тело покрылось странным темно-серым покровом. Наверное, это сила Сатори, но не могу не признать – скорость противника увеличилась раза в три или четыре.       Приняв первый удар на блок, ибо просто не ожидал такого ускорения, я поморщился, но не от боли, как могло показаться. По моим костям пошли трещины, что было досадным обстоятельством. Несколько таких ударов, и кости будут сломаны, так что придется действовать более решительно.       Второй удар я встретил весьма нестандартным ходом. Вместо того чтобы пытаться разорвать дистанцию или уйти в сторону, я сблизился с Мамору. Ладонью я просто толкнул его руку в сторону, отчего она не настигла меня. Все-таки, чем сильнее удар, тем проще изменить траекторию его удара, но на этом я не остановился. Схватив парня за вторую руку, я провернулся на месте на сто восемьдесят градусов, после чего перекинул сосуд Сатори через себя, вбивая в пол на метра полтора. По бетонной кладке пошли трещины, а все здание пошатнулось от такого.       Зрачки зеленоволосого противника расширились, ведь не успел он прийти в себя, как моя нога уже опускалась на его голову. Он выставил блок обеими руками, да вот только это было не особо эффективно. Когда кого-то бьют о пол, то удар приходится с двух сторон. С одной прилетает удар противника, а с другой ты бьешься о твердую поверхность. Конечно, на одном ударе я не остановился, продолжив просто избивать главного в Кровавой Тюрьме, вбивая его голову в толстый пол. Чтобы было удобнее, я схватил одну из его рук и, сделав резкое движение, сломал. Знаю, что Сатори вылечит этот перелом за несколько секунд, однако этого времени мне более чем достаточно, чтобы закончить бой.       Прошло около минуты прежде, чем рука парня полностью обвисла, перестав защищать голову. Бил я в полную силу, ибо с такими, как он, иначе просто было нельзя. Еще начнет тут превозмогать и становиться сильнее, а мне такое не нужно! Я уже сражался с ним раньше, однако без силы джинчурики он не так силен. Все-таки сила хвостатых позволяет снимать ограничения с человеческого тела, а вот Сатори способен лишь довести тело до пика при текущих ограничениях. Сильный ли этот парнишка? Ну, где-то на уровне элитного джоунина сейчас, однако до каге не дотягивает без силы шестихвостого.       Я тяжело выдохнул. Пол в нескольких метрах был заляпан кровью. Зрелище было не из приятных, однако зеленоволосый еще дышал. Он был еще жив, да и я видел, как его раны постепенно заживают под действием темной силы демона. Нельзя дать ему оправиться от ран. Сатори направил все свои силы на лечение сосуда, так что силы моих ударов просто недостаточно, чтобы забить этого парня насмерть. Быстро зашагав к решетке, я голыми руками раздвинул её. Какой-то недалекий стражник попытался вонзить острие копья мне в глаз, однако я перехватил оружие еще на подлете, после чего потянул его на себя. Заполучив желаемое, я прописал древком копья стражнику, чтобы он не лез ко мне больше. Не убил, однако нос точно сломал. Остальные охранники не решались что-то предпринимать против меня.       Я быстро зашагал к Мамору, собираясь довести начатое дело до логического завершения. У меня не было причин щадить его. Я еще тогда, в стране Ветра, думал, что он погиб, так что его выживание – это невероятное чудо. Я хочу спать спокойно, поэтому убью его. Врагов у меня в достатке, да и я вывел их на новый уровень, что показывает мой рост.       Подойдя к вбитому в пол Мамору, от которого постоянно шел пар, показывающий, что исцеление идет полным ходом, я занес копье над головой, собираясь нанести завершающий удар, однако кое-что заставило меня остановиться.       – Стой! – знакомый женский голос вынудил меня обернуться. Хина спрыгнула со второго этажа, сорвавшись к нам. Моя бровь поднялась в непонимании. Пока я находился в ступоре от происходящего, девушка закрыла своим телом парня с зелеными волосами, решительно смотря прямо в мои глаза. – Я сниму с тебя сдерживающую печать, а ты не тронешь господина Мамору и немедленно покинешь это место! – заявила с невероятной уверенностью она.       Что с ней случилось за эти годы? Раньше она в страхе бежала при виде опасности, желая спасти свою жизнь. Стоит только вспомнить наше столкновение с Ооцуцуки. Тогда только пятки её сверкали, а что сейчас? Её действия полностью изменились. Неужели она защищает его из-за своей доброты? Внимательно присмотревшись к защитнице проигравшего, я улыбнулся еще шире.