Рыба моей мечты

— Понимаете, Дина Сергеевна, напасть у нас здесь одна завелась, — пылко жаловался рыбак, рассказывая о своих бедах внимательно слушавшей его Сеченовой. — И что же это за напасть такая, Петр Иванович? — мягко спросила женщина, помогая перебирать сети. Не лучшее занятие для академика с тремя высшими образованиями, однако Сеченова в отпуске могла позволить себе и не такое. — Страшилище какое-то повадилось воровать улов, — рыбак погрозил кулаком куда-то в пространство и сплюнул на землю. — То ли рыбина огромная, то ли мутант непонятной породы, у нас здесь таких отродясь не видывали. А зубищи-то у него ого какие! Металл перекусывает на раз-два. Вслушиваясь в сумбурные и немного противоречивые описания деда Петра, местного старожила и самого известного на ближайшие тридцать километров брехуна, Сеченова подмечала в его рассказе всё же кое-что интересное. А порванные сети в ее руках служили достаточно убедительным доказательством для того, чтобы начать охоту... Или рыбалку — за рыбой ведь собирались идти. — А хорошо ли вы страшилище свое разглядели, Петр Иванович? — поинтересовалась Сеченова, ловко снимая с сетей подсохшие водоросли и ракушки, прицепившиеся к нитям. — Я бы могла вам помочь с поимкой, но мне нужно знать приметы мутанта, которого пойдем ловить. — Еще как разглядел! — гордо похвалился рыбак и снова сплюнул. — Рожа — во! Усатый, весь черный от ила, зубы острые как пилы, и острый хребет из спины торчит. Думал, может, белуга какая-нибудь со дна поднялась, твари эти размером будь здоров вырастают, но никакая белуга, попав в сети, не матерится с утра пораньше как заправский тракторист с соседней МТС. Сеченова с уважением хмыкнула, выслушав описание чудо-рыбы. На Предприятии как раз недавно плотно занялись изучением разнообразных «мутантов», так что четырехметровая белуга, резво кроющая рыбаков матом, для нее не была таким уж удивительным открытием. Разве что рыбонька эта, что явно из осетровых, слишком далеко забралась от привычных мест обитания. — Послушайте, Петр Иванович, — вдруг задумалась Сеченова, — а когда вы в первый раз мутанта заметили? Дед Петр почесал затылок, прикидывая сроки и старательно подсчитывая дни, а потом, не выдержав напряженной работы мысли, крепко матюгнулся. — Да вот знаете, Дина Сергеевна, — сказал он наконец, придя к какому-то выводу, — как раз в начале мая и встретил гада этого. Рядом в паре километров речка есть глубиной метров на пять в самой середке, я там по весне хожу сети ставить… У меня, если что, разрешение есть от начальства колхоза, не надо на меня так смотреть! Так вот, ходил я как всегда сети проверять, а там — дырища такая, мама не горюй. Ни улова, ни вредителя на месте не оказалось, но я сразу смекнул, что дело нечисто! Обычно косноязычный дед вдруг оказался здоровским рассказчиком, в красках описывая друг за другом все встречи с местным рыбомутантом. Как оказалось, своими глазами чудовище он видел только в потемках поутру, когда солнце еще не встало, и описание мог дать крайне размытое, а про рожу и усища узнал от деревенских пацанят, которым, кажется, один раз повезло познакомиться с мутантом поближе. Стоило еще походить поспрашивать у местных жителей, вдруг кто что сможет добавить к общей картине, но пока выходило, что рыбонька шла привычной тропой на нерест и то ли в процессе заблудилась, то ли попала в сети деда Петра, но в итоге рыбья душа не выдержала и потребовала освободить попавших в ловушку братьев меньших. Единственное, чего Сеченова не понимала, это то, зачем мутанту вообще нужен нерест. Генетический зов? Тщетная надежда встретить похожего на себя мутанта и продолжить род? Или они действительно способны спариваться с другими рыбами и метать икру? Тут три высших образования Сеченовой ничем не могли помочь, оставляя только потерянно разводить руками и писать письма в Вавилов и на Нептун с надеждой, что другие ученые смогут помочь с разгадкой. — Ну так что, поможете нам, Дина Сергеевна? — с надеждой спросил рыбак, глядя на задумавшуюся о чем-то своем Сеченову. — Дело же не только в шкурном интересе, понимаете. А вдруг оно озвереет в итоге и нападет на кого? Сеченова вздохнула и положила потрепанные сети обратно на землю. — Не беспокойтесь, Петр Иванович. Разберемся. *** Первую вылазку на озеро Сеченова решила замаскировать под обычную прогулку на лодке. Дед Петр еще пару дней собирался потратить на починку сетей, прежде чем забрасывать их заново, так что времени для спокойного изучения было предостаточно. Дина не беспокоилась, что своим неожиданным интересом спугнет мутанта и заставит его сбежать через подземный приток в какую-нибудь соседнюю речку — собственно говоря, такой вариант развития событий казался ей оптимальным, ведь тогда не придется лично разбираться с этим дурно пахнущим делом. С другой стороны, ей действительно хотелось посмотреть на рыбоньку своими глазами и заодно по возможности пощупать своими руками. Как-никак, живой мутант — таких даже в СССР с его густыми лесами и многочисленными реками да озерами отыскать непросто. Попросив местную ребятню помочь ей со сборами и поиском подходящей лодки, Сеченова наконец отплыла. Времени на часах было одиннадцать утра, скоро как раз начнется самое пекло, и налегать на весла станет очень тяжело и неприятно. Впрочем, Дина Сергеевна не зря считалась человеком закаленным и привычным к неудобствам, ведь за ее плечами было десять лет походов на байдарках по самым живописным уголкам России. В общем, в беду посреди озера не попадет, а если понадобится — сама охватит веслом кого надо, чтобы не пугал честных людей. Повязанная на голову косынка, скромный купальник и накинутая на плечи рубашка дополняли образ совершенно безобидной, увлеченной местными пейзажами женщины, и Сеченова с интересом разглядывала сквозь прозрачную воду мелькавших на глубине рыбок. Такое раздолье для изучения озерной экосистемы! Некоторые ее коллеги по Предприятию отдали бы за подобный увлекательный отпуск по пять лет жизни, однако саму Сеченову возможность мирного созерцания не слишком прельщала. Душа требовала действий, адреналина, ярких эмоций — хоть бери и прыгай с лодки прямо в озеро да изображай попавшую в беду девицу. Жаль только возраст не тот, чтобы сойти за молоденькую и глупенькую. Хотя кто знает этих мутантов? Может, они не разбираются в человеческой внешности, а ориентируются только по голосу, например, или вовсе по вкусу мяса. Лениво плескавшаяся под веслами вода то и дело попадала в особый ритм, напоминая морскую песню, и Дина, поддавшись ее зову, стала мягко напевать в ответ. Слова на ум не шли, вразнобой складываясь в строчки, похожие то ли на популярную детскую песню про кузнечика, то ли на специфический военный марш, поэтому в итоге Дина перешла на незатейливую мелодию без слов. Горячее золотое солнце, яркое синее небо и прохладная вода вокруг навевали на нее миролюбивое настроение. Остановив лодку в паре десятков метров от берега, Дина вытащила из-под лавки припрятанный от деда Петра обрубок сетей и, огладив жесткие нити, произнесла немного ребячливо, будто воображая себя лисицей из сказки: — Ловись, рыбка, большая и маленькая. Эх, ловись, рыбка, большая и маленькая. — Она заливисто рассмеялась и спрятала сети обратно, не став просто так мутить воду. Рядом что-то гулко плеснуло и скрылось на глубине. Дина не стала преследовать неожиданного наблюдателя, лишь отметила для себя, что мутант — если это был именно он — оказался довольно скромным и стеснительным для того, кто с жаром бросается на любого браконьера с рыболовной сетью в руках. Впрочем, верить деду Петру стоило с опаской и только после глубоких раздумий над его словами. Теперь твердо зная, что больше никаких неожиданных встреч не будет, Сеченова налегла на весла, решив сделать по озеру небольшой круг и вернуться обратно к берегу. *** Не обращая внимания на поджимающие сроки (отпуск у нее все-таки не резиновый, и дни утекали как вода сквозь пальцы), а также на осторожные взгляды деда Петра и вопросы о том, когда же уважаемый академик примется за выполнение обещания, Сеченова спокойно гуляла по живописной округе, не торопясь ловить мутанта. Если бы у нее действительно было желание любой ценой заполучить себе загадочную рыбоньку, то она вызвала бы с Предприятия десяток ученых в сопровождении отряда «Аргентум», и те выловили бы ей драгоценный трофей дня за два или три, обойдясь малой кровью. Сеченова решила поступить хитрее. Сперва она действительно собиралась приходить на озеро каждый день или два, устраивая то катания на лодке, то пикники у берега, ожидая подходящего момента для решительных действий, однако обнаружив на следующее утро у порога своего скромного домика еще живую рыбину, трепыхавшуюся на мокрой земле, она поняла: рыбка уже клюнула. В какой-то момент ежедневного получения разнообразных подарков Дина даже почувствовала себя Емелей из сказки, который знай себе лежит-полеживает на печи да раздает указания «по щучьему велению». Только у нее вместо щуки был огромный мутант из осетровых, который определенно подговорил кого-то из местных подбрасывать Сеченовой поутру подарки. Обычно болтливая ребятня уже после первого вопроса начинала хитро улыбаться, показывая щели от выпавших зубов, и убегала на другой конец деревни играть в салочки и прятки. А на следующее утро у порога Дины вновь могла оказаться или рыбина, или большая уродливая ракушка, или вовсе погрызенный кусок сети, в котором кто-нибудь из знакомых деда Петра обязательно узнавал свою потерю. Когда неделя неловких рыбьих ухаживаний плавно превратилась в две, Сеченова наконец решила сесть в лодку и проведать свою стеснительную зубастую рыбоньку. Ранним утром от воды поднималась прохлада, а солнце вместо того, чтобы греть воздух, неприятно припекало в макушку. Сеченова куталась во всю ту же рубашку и косынку, только сегодня разнообразила наряд свободным штанами, для удобства закатав их под колено. Обычно чистая и прозрачная вода казалась мутноватой, будто предвещая скорый дождь, однако образы скользивших под темной поверхностью рыб всё еще можно было разглядеть без труда. Сеченова сегодня не пела и никого не звала, лишь смотрела вокруг с интересом и настороженностью — покажется мутант или не покажется? Она уже решила для себя, что сообщит вслух о скором своем отъезде, если рыбонька не посмеет и сегодня прийти к ней, продолжая, как прежде, слать гостинцы через детей. В паре метров от нее раздался громкий звук, будто от удара мощным хвостом о воду, и на озерной глади разошлись круги. Дина только открыла рот, чтобы сказать хоть слово, как с противоположной стороны лодки до нее донесся немного хриплый и чужеродно звучащий голос: — Не меня ли ищешь, Дина Сергеевна? Над поверхностью воды показался мутант, и Сеченова мгновенно признала в нем того самого, что ей описывал рыбак Петр. Лицом он действительно был похож на человека, но острые зубы, темные нечеловеческие глаза, ушные раковины неправильной формы и жесткие усы, похожие на типичные для осетра органы осязания, мгновенно выдавали в нем нечто чуждое и непривычное. Остальная часть тела покоилась под водой, и только смутно можно было разглядеть расположившиеся около ребер жаберные щели и острые плавники на руках. — Откуда ты?... — Дина осеклась. Первый возникший в ее голове вопрос про имя даже не стоило произносить вслух. Кто еще мог рассказать последние новости деревни рыбомутанту, если не довольные дети, с которыми шла регулярная торговля озерными дарами? Но рыбонька, кажется, неправильно ее понял и с довольной зубастой ухмылкой ответил: — Я быстро плаваю. Проплыть десять метров за три секунды для меня так же просто, как прокусить сеть. — Он перевернулся в воде, обдав Дину россыпью мелких холодных брызг, и продемонстрировал свой сильный длинный хвост, с помощью которого и разгонялся под водой. Сеченова скользнула заинтересованным взглядом по мощным мускулам, мелко топорщащимся плавникам и угрожающим шипам на позвонках, локтях и костяшках. Похоже, в дополнение к полной зубов пасти шло немало других средств для рыбьей самозащиты. А еще внушительное рыбье эго. — Нравится? — гордо спросил рыбонька, вновь показав над водой голову. Его мокрые волосы на неясном утреннем свету блестели от влаги и казались почти черными. — Нравится, — согласилась Сеченова. — Только жаль, что на такую красоту поглядеть у меня не осталось времени, — горький вздох у нее вышел почти натурально. Ей действительно хотелось посмотреть побольше да поближе, а еще потрогать и пощупать загадочную рыбоньку со всех сторон. Мутант нахмурился, не понимая, к чему та клонит. — Тебе пора мигрировать обратно? — сказал он, попав своим немного наивным вопросом в самую суть. Он протянул руку и осторожно коснулся края лодки, оставляя на деревянном бортике длинный влажный след. — Я не думал, что у людей это происходит так быстро. Разве ты не нашла себе партнера, Дина Сергеевна? Сеченова расхохоталась, наконец поняв, какого странного мнения о ней всё это время был рыбонька. — А если я скажу, что искала такого партнера, как ты? — с улыбкой спросила она, кладя поверх мокрой руки рыбоньки свою. Острые костяшки неприятно кололись, однако, к счастью, не оставляли на тонкой человеческой коже случайных царапин. Флирт с рыбами — нечто новое в ее жизни, однако для Сеченовой это было хорошей возможностью увезти рыбоньку с собой, блестяще завершив взваленные на ее плечи переговоры. Мутант окинул Сеченову сомневающимся взглядом и прищелкнул зубами. — Раньше я людей, Дина Сергеевна, только ел. Сырыми. Как же я смогу стать для тебя партнером? Казалось, он действительно хотел оказаться к Сеченовой поближе, однако не понимал, влечет ли его желание попробовать человеческой плоти или что-то иное, исходящее из самой глубины его рыбьего сердца. Или же дело, как всегда, было в банальной похоти и инстинктивной жажде размножения? — К тому же я не умею, как ты, свободно ходить по суше, — добавил он, будто желая добить финальным аргументом. — Не волнуйся, для этого у меня есть отличное решение, — хмыкнула Сеченова и успокаивающе похлопала мутанта по прохладной руке. В ее голове уже разворачивался глобальный план по вызову грузовика с полимерным аквариумом на борту, а там из ближайшего аэропорта спокойно можно добраться до Предприятия самолетом. — Только придется покинуть привычные места обитания и уйти отсюда в далекое место. Рыбонька пожал плечами, совершенно равнодушный к смене обстановки. — Я всё равно попал сюда лишь потому, что случайно заблудился, — вот так просто он признался в собственной глупости, совершенно этого не стесняясь. — Меня здесь ничего не держит. Он помолчал немного, что-то серьезно обдумывая, а затем произнес: — Хорошо, я согласен. И дальше вдруг: — А можно мне потом домой, к морю? — зачем-то спросил он, не уточняя причины, и Сеченова не почувствовала в этом вопросе никакого подвоха. Ну жаждет рыбонька поплескаться на воле, что с ним делать. — Если ты этого захочешь, — кивнула Дина, зная, что у нее в кармане припасено немало возможностей для того, чтобы уговорить рыбоньку остаться. Совершенно добровольно, конечно. — Так как тебя зовут, мой хороший? Мутант по-птичьи склонил голову к плечу, рассматривая Сеченову, — даром что рыба — и после небольшой паузы ответил: — Сергей. — Хорошо, Сережа, — мягко произнесла Дина и снова улыбнулась. — Думаю, мы с тобой поладим.