Save me

Первая любовь - самая верная. Ты можешь часами неотрывно наблюдать за окнами любимого человека в надежде, что он появится, промелькнет, подойдет поправить занавески, полить цветы, открыть форточку. Первая любовь часто самая трагичная. Если повезет, ты будешь с теплотой вспоминать ее. Но это если повезет. Если ты счастливчик один на миллион, то твоя первая любовь останется для тебя и единственной. Когда это началось? Вернее... как это началось? Он сделал глубокую затяжку, насколько это было возможно, и горящий красно-оранжевый край сигареты приблизился с шипящим звуком на несколько миллиметров к фильтру. Едкий дым, такой необходимый, заполнил его, и от этого стало немного лучше. Ему просто не повезло. Так бывает, никто не смог тогда ничего сделать. Исправить то, что произошло, было невозможным. Тогда всей семье пришлось через многое пройти, прежде чем прийти к одному решению - принять все, что произошло и стараться с этим жить. Раз не получается сделать вид, что ничего не было, то надо научиться жить с этими демонами. Правда, с самими демонами пришлось учиться жить только одному человеку, остальные со временем ушли полностью с головой в свои личные проблемы, быт и ежедневную рутину. А мальчик так и остался сам по себе жить в своем мире с черными дырами и страшными снами, когда хочется среди ночи проснуться и бежать к маме, проситься лечь рядышком спать и потом тихонько уснуть, ощущая полную безопасность. Но... это только хочется. Он не бежит, он сильнее кутается в одеяло и пытается унять дрожь. Но иногда он выходит из своей комнаты и идет к брату. Он держит его за руку, пока тот спит. Наверное, это лучшее, что он ощущает в своем доме. ******* Это случилось, когда ему стукнуло шестнадцать. Тогда он научился уговаривать их нового водителя возить его к морю. Точнее, подкупать. У него уже была банковская карта, а также мама всегда давала немного наличности, которую он почти не тратил и которая периодически скапливалась в приличную сумму. Водитель привозил его на скалистое побережье несколько раз в неделю на два-три часа. Этого странного мальчика, который почти ни с кем не разговаривал. И оставлял его одного. Если бы мама узнала, то она этого водителя бы убила, честно! А Джун бы добавил. Но им обоим как-то удавалось выкрутиться. Водитель ничего не спрашивал у своего пассажира, потому что бесполезно. А пассажир вел себя тихо, возвращался к машине ровно в одно и то же время, выглядел всегда опрятно, и от него никогда не пахло ни алкоголем, ни сигаретами. Это случилось именно тогда. Ему было шестнадцать, и лето было в самом разгаре. Эти летние каникулы не сулили ничего интересного, поэтому приходилось находить развлечение самостоятельно. И вот тогда появился он. Этот мальчишка с растрепанными волосами, который постоянно смеялся и приставал с расспросами. Он появился внезапно, как-то совсем неожиданно в один из дней, которые были похожи друг на друга. Он был смешным и немножко неуклюжим, он мог споткнуться на ровном месте. Что, в прочем-то, и случилось. Именно тогда, споткнувшись, потеряв равновесие и практически полностью упав в руки ничего не подозревающего угрюмого парня, этот мальчик не только неожиданно нарушил личное пространство старшего, но и ход всей истории его жизни. И своей тоже. ******* Этот ребенок, которому должно было скоро исполнится всего лишь одиннадцать, вел себя до безобразия навязчиво. Надоедал болтовней, бегал как хвостик, заглядывал в глаза, смотрел в ожидании. Этот мальчик, который ждал каждый день, когда приедет его старший друг. Бежал, сломя голову, снова и снова спотыкаясь и иногда падая, раздирая в кровь коленки. Он же осознал спустя несколько недель, что ежедневные ожидания мальчишки привязали его к этому месту, и, наверное, навсегда. Вот так именно все и началось. С этих изодранных коленок и еды, завернутой в неумелый кулёк, которую младший умудрялся стащить с кухни, пока не видела мама. С его безграничного восторга, заливистого смеха и стопроцентного детского доверия. Да, это был не Джун, но что-то внутри становилось с каждым днем все больше и больше, это теплое чувство и ощущение, что нашел что-то очень дорогое, самое важное в жизни. Ему так хотелось младшего брата! Да, Джун тоже был его младшим, но не так, совсем не так, как тому хотелось. А хотелось заботиться. Хотелось учить чему-то новому. Рассказывать о мореплавателях, о Космосе, о древних людях, о музыке, о китах и многом другом. Учить играть в баскетбол, как правильно подавать мяч и кидать в корзину. Он, до этого ценивший уединение, не мог дождаться, когда окажется снова здесь, и они будут быстро жевать бутерброды, запивая газировкой, а потом бегать по берегу друг за другом, сидеть у воды и ковырять палками мокрый песок, строить башню из плоских камней, рассказывать про школу и про школьных приятелей, про учителей и задир из параллельных классов. Это лето было наполнено новыми чувствами - привязанностью, доверием, спокойствием. То, чего у него никогда не было. Это лето стало одним из самых счастливых переживаний в его жизни. Они писали друг другу маленькие записки и отдавали при каждом прощании. Он читал в машине по дороге домой, перечитывал снова и снова, а дома вкладывал очередной кусочек тетрадного листа в свой блокнот, записывая рядом: ...21 августа. Еще одна милая записка от моего лучшего младшего друга. Он ждет, что я расскажу ему в следующий раз про индейцев племени Апачи. Теперь мне нужно подготовиться и прочитать об этом хотя бы парочку книг.