Save me

Юнги уложил вещи в последний чемодан, щелкнул замком и оглядел гостиную еще раз. Вроде бы, ничего не забыл, в доме он оставлял только простенькую мебель, старый плед и пару подушек на диване. Всю технику он отправил еще вчера в Сеул к Доёну, с ней же упаковал некоторую посуду и кое-какие книги, которые было жалко оставить тут. Одежды было не так много, все поместилось в два чемодана.   Было страшно.  Страх холодом пробирал до костей, Юнги надел теплый пуховик и сел на диван, сжавшись и пытаясь согреться. Он уже знал, что Чимин его вспомнил. Оставаться здесь уже не было никакого смысла. Если Чимин примет свои воспоминания и Юнги, если решится на встречу, то пусть лучше это будет в Сеуле.    Хосок обещал его отвезти, как только освободится. Доён подготовил для Юнги небольшую квартирку недалеко от студии. Наконец, Юнги будет работать там, а не удаленно.   У Юнги еще было не меньше получаса до приезда Хоби. Он открыл сумку и достал оттуда свой старенький блокнот. ...21 августа. Еще одна милая записка от моего лучшего младшего друга. Он ждет, что я расскажу ему в следующий раз про индейцев племени Апачи. Теперь мне нужно подготовиться... Он пролистывает дальше и останавливается на обведенной дате. ...13 октября. Сегодня День Рождения Чимина. Я понял, а главное принял то, что я действительно его люблю. Теперь мне стало проще и сложнее одновременно, потому что любовь моя из братской и дружеской переросла и трансформировалась в любовь, которую кто-то называет плотской, но для меня это больше, несравненно больше, чем просто желание обладать. Я знаю, что никогда в жизни я никого не полюблю так, как его. Мне даже не странно, что эта любовь к парню, потому что такое случается. И мне не удивительно, что это случилось именно со мной. Мне не страшно и не противно за себя, но страшно за него. Я написал ему песню, и он ее полюбил. Кажется, меня тоже. И что теперь делать со всем этим? Я не знаю... Юнги водит подушечками пальцев по чуть потускневшим записям.  1 ноября. Он сказал мне, что любит. И поцеловал. Ему всего шестнадцать, я не мог ответить на его поцелуй. Но я сказал, что тоже люблю. Я ужасен. 2 декабря. Разве я достоин этого ангела? Я не могу так больше. Прости меня, мой мальчик, но так нужно. Иначе я никогда, никогда! не прощу себе. Пусть твой выбор будет осознанным. Давай, пройдем через все еще раз, когда ты станешь взрослым. Прости, что за мои ошибки приходится расплачиваться тебе. Прости...   ***   - Не уезжай, хён, я прошу тебя! Мне страшно... я не смогу без тебя, понимаешь? Чимин не просто плакал, у него была истерика, он стал задыхаться, всхлипы участились, и кажется, он был готов прямо сейчас потерять сознание. -Чимин-и! Пожалуйста! Посмотри на меня... - Просто н-надо подождать... хён... п-подожд-дать... - Я не могу, малыш. Я не могу, я не могу... я с ума схожу, когда тебя нет рядом. - Юнги старается не срываться и говорить мягко, пытаясь как-то утешить младшего. - Мне надо уехать. Я не могу... Как раньше не может продолжаться... Мне надо побыть одному. Совсем одному, понимаешь?  - Я...я у-умру б-без тебя, х-хё-ооон... - Это все плохо, малыш. Так не должно быть. У тебя должен быть выбор. И будущее. Я сломаю тебе жизнь. - Если уйдешь, сломаешь наверняка. Чимин говорит серьезно, не плача. Юнги немного пугается этой резкой перемены. - Это не навсегда. Ты должен мне верить. - Я верю. Но как мне жить без тебя?   На улице холод. На улице зима и ледяной ветер с моря. Юнги обнимает Чимина сильно, насколько может. - Можно, я позвоню твоей маме? - Мне спрашивать, зачем?  - Нет, просто набери ее и дай мне телефон. Юнги оставляет на минуту Чимина, отходит на несколько шагов от него, пока разговаривает с госпожой Пак. - Холодно, давай, зайдем в дом. ******* Юнги закрыл блокнот. Мысли о Чимине ни на день не покидали его все эти годы. Он думал о том, что смог сделать Чимин за время из знакомства и дружбы. Чимин смягчил сердце Юнги, именно благодаря своим чувствам Юнги стал снова заниматься музыкой и начал писать песни. Он избавил Юнги от страхов и монстров, он наполнил его мир светом и теплом. Чимин спасал все это время Юнги от внешнего мира и от самого себя. Юнги был ошарашен, он был застигнут врасплох своими чувствами.  Но он не мог себе позволить пользоваться Чимином. Все правильно, все так и должно быть. Чимин должен был вырасти и осознанно принять решение - быть ли ему с Юнги или выбрать другой путь. ******* Юнги отдалялся от бунгало, не смотря по сторонам, только под ноги, почти не видя дороги из-за слез. Он не думал, что это будет настолько больно. Слезы душили, вырывались из него горячими потоками, горло уже саднило из-за громких всхлипов, а ледяной декабрьский ветер только усиливал дрожь во всем теле. Его сломали один раз, и он думал, что никто и никогда не сможет это исправить. Сегодня он сломал сам себя во второй, и вряд ли снова появится Чимин, который сможет опять все исправить. У нас с тобой уже не может быть так, как прежде. Мы не сможем делать вид, что просто друзья. Рано или поздно мы "слетим с катушек", если ты понимаешь, о чем я. Каждый раз мне дается все сложнее себя контролировать. Тебе станет легче со временем, вот увидишь, ты сможешь спокойно жить дальше, знакомиться с новыми людьми, закончить учебу... Пожалуйста, попробуй меня простить. ******* Хосок всю дорогу до Сеула пытался отвлечь Юнги от тяжелых мыслей. Они обсуждали бизнес родителей Юнги и Намджуна и возможность работать в семейной компании. Юнги не хотел. У него много работы в студии, и, тем более, он почти закончил работу над своим первым альбомом, чему Хосок был очень удивлен. Он думал, что Юнги занимается только музыкальным продюсированием и даже не догадывался, что у того будет альбом.  - Значит, альбом? - Да. Я работал над ним все это время. Знаешь, между делом. Но сейчас все складывается так, что... Можно, я покурю? - На ходу нет, давай, сейчас остановлюсь, выйдем, и покуришь. Юнги нервничал, но старался не показывать Хосоку, насколько.  - Если бы не Чимин, я бы так и жил там у моря или, а как надоело бы, переехал куда-нибудь в другую деревню или маленький городок. И работал бы, как прежде. - Значит, все благодаря Чимину? - Получается, что да. - До сих пор не понимаю, как так сложилось, что он пришел к нам. Страшно становится, а если бы не пришел? - И мне. Страшно. Боюсь, что он не придет. И что придет... тоже боюсь. До Сеула оставалось совсем немного. Осень уже сдавала свои позиции перед скорой зимой, деревья почти все облетели, а с серого низкого неба срывались мелкие колючие снежинки. Встречаться с семьей Юнги пока не мог, даже не смотря на тоску по дому, Намджуну и всем остальным. Они с Хосоком занесли чемоданы в квартиру, долго прощались, и вот Юнги снова один. Он осмотрел квартиру. Разложил привезенную одежду, развесил рубашки, аккуратно расставил коробки с обувью. Посуду Доён уже привез и даже купил для Юнги немного продуктов на первое время. Юнги пока не понимал, что сейчас чувствует. Приходилось привыкать к новому дому, новой атмосфере и снова к большому городу. И еще Чимин был совсем близко.  Сможешь полюбить меня снова, малыш? Как раньше... Найди меня... Где тебя искать, Юнги? Спаси меня... От кого тебя спасать, Юнги? От самого себя...