Mamba

— Минни~и, посмотри в окно. — юноша повернулся к окну, пытаясь отыскать то интересное и неизвестное, на что ему указал альфа. — ты видишь это? там твоя смерть. Агуст подставил дуло пистолета к голове младшего, медленно нажимая на курок, готовясь выстрелить в любой миг и пронзить внутренние органы Пака пулей, заставляя того истекать кровью как некогда ранее. — Юнги. ч-что ты делаешь? — голос омеги дрожал, а ком в горле встал крепко, не давая нормально дышать и проглотить накопившуюся слюну, что образовалась из за волнения и страха. — мне страшно. прошу, не шути так. Шуга вжал курок пистолета, стреляя из него и отправляя пулю сквозь голову младшего, заставляя её пройти сквозь и застрять в стекле. По окну побежало множество трещин, после чего оно и вовсе лопнуло, отправляя осколки в кровавое тело, что было почти без сил. Последние вздохи и Чимин без сил и сознания падает на колени старшего, что лишь молча закурил очередную сигарету. На его лице не дрогнуло ни мускула, а в глазах читалась сплошная пустота, за которой ничего не было спрятано. Ни сожаления, ни жалости, ни разочарования. Ничего не было, кроме тихих и хриплых стонов, текущей по телу крови и едкого дыма сигарет. Мин погладил омегу по голове, вытирая с щеки капли тёмно-красной крови и вытаскивая пару осколков, всё же оставляя несколько в лице Чима. Юноша закрыл глаза Паку, заставляя того уснуть на века, так и не узнав причины на такой поступок. Ги похлопал Пака по плечу, внося в маршрут поправки и отправляясь на кладбище. Напоследок, Шуга взял один из больших осколков и стал писать на руке трупа огромными буквами, что всё больше наливались кровью, слово "личное".