ДВЕРЬ

три месяца пять дней Имя –– Дэвид Скрэнтон. Возраст 28 лет. Дата рождения 19 Июня 1984. Любимый цвет –– красный. Любимая песня ¬¬–– you smell of dead flowers. Я бы хотел вспоминать о близком человеке…но таких у меня больше, буду надеяться что повторение этих фраз будет достаточно. Хотя я не уверен, хочу ли я все еще быть в сознании. Может если сойти с него будет проще? Но неизвестность пугает, так что пока буду пытаться оставаться в трезвом рассудке, а сбредить я всегда успею. три месяца шесть дней Раны очень болят, вид мяса мозолит глаза, меня все время клонит в сон, я не уверен, что болит больше порезы или то где он их сшил, не хочу снова отключаться, хочу ощутить больше времени до его прихода. Может если я буду в себе то смогу дождаться помощи. Его посадят и надолго, а из меня вытянут гной и паразитов. Я не уверен сколько прошло времени, я его уже не чествую, оно то растягивается как…как липкая жидкость, то проходит очень быстро. Я бы хотел, что бы это быстрее окончилось, мои запястья сильно болят от наручников, кажется, кожа под ними уже начала гнить, но я не уверен, я не вижу. Я надеюсь мои руки все еще будут пригодны для использования. Зачем он вообще меня приковал, все равно сил давно нет, если он меня и кормит то, аааа нет не хочу об этом думать. А думать ставиться сложнее, голова идет не правильно, то ли от боли,я пытаюсь ее не замечать, а может от нехватка сил. три месяца семь дней Имя –– Дэвид Скрэнтон. Возраст 28 лет. Дата рождения 19 Июня 1984. Любимый цвет –– красный. Любимая песня ¬¬–– you smell of dead flowers. Эти личинки меня бесят, от них раны только больше зудят, а он от этого только радостнее. Ебаный садист, почему не отрежет ногу полностью. Кожа и так гниет и переваривается гадкими насекомыми. Они уже едят мою кость…как бы и мне не пришлось. Снова отключаюсь, не хочу просыпаться от того что он снова отрезает от меня по мелкой части. три месяца десять дней Дэвид, 28, красный. Он пока не приходил, значит скоро прейдет. Всегда заявляется, когда ему взбредёт пообедать, или поужинать, я уже не чествую дня и ночи. Здесь воняет, мной, моим телом. Душно, иногда, кажется, что плесень уже даже в моих легких, она поедает мою рвоту, как птенец. Выходит я мать? Прекрати Дэвид, ты не смешной. Его нити как будто он их вывалил в грязи, он может их просто положить на пол, раны гниют сразу как он их ими зашивает. А это скоро снова произойдет. Меня ведь не спасут, да ребята? Хотя лучше не разговаривать с личинками…хотя они уже почти часть меня. три месяца двенадцать дней Все тело в ранах, каждое движение это больно. Специально отрезает маленькие куски, чтоб я дольше страдал. Мою левую стопу заменил один большой надрез, воняет, как я , как все здесь. Говорю с собой, сижу в себе, питаюсь собой, а больше и нет никого. И не будет, никто кроме него не откроет ЭТУ ЗЛОЕБУЧУЮ ДВЕРЬ в подвал. Мгла в этом подвале шевелиться, иногда кажется, что в дальнем углу есть разум. Но я не доплыву до него, отсутствие но, сил, да и смысла. Сны что мне сняться наполнены больше реальностью чем это бесконечное шевеление мух в пространстве. Я не могу дать название тому что я слышу, я слышу себя и их, я слышу какое все мокрое. Только когда он проходит перед дверью звук становиться острым и кислым как метал. А он скоро придёт. Не вижу смысла больше, можно спать, могу жить только пока живой, а я не уверен. три месяца тринадцать дней Гул но вкус метала, звучание другое. Шаг НЕТ.НЕТ.НЕТ.НЕТ.НЕТ.НЕТ. НЕТ.НЕТ.НЕТ.НЕТ.НЕТ.НЕТ. НЕТ.НЕТ.НЕТ.НЕТ.НЕТ.НЕТ. НЕТ.НЕТ.НЕТ.НЕТ.НЕТ.НЕТ. Я ВСЕ ЕЩЕ ЖИВ. Шаг НЕ ОТКРЫВАЙ. Шаг НЕТ НЕ СТОЙ ПОД НЕЙ УЙДИ. Шаг ОН ОТДОЛЯЕТЬЯ ОН ЖЕ УДАЛЯЕТЬ. Я больше их не слышу. Спокойно, конечно глупо, однажды он зайдет. Он зайдет еще много раз, я не выйду ни разу. Мне будет смерть, а ему ничего знаю же знаю и все равно боюсь. Я все еще слышу его медленные шаги вдалеке. . . НЕТ Бег Тело снова опустошилось, воняет, и так будет бес конца. Дрожь и метал. Каждый день. АХАХАХАХАХАХА. Никто не прейдет Скрип двери. Маленькая щель. Глазам больно от света, он скоро пропадет, не боль что я боюсь. Его лицо, больше ничего не увижу. I am your true savior Я могу видеть себя, свет яркий что его фигура будто сама светиться, там на леснице что ведет в это затхлое темное место. Будто превозносится, словно ангел падающий с небес. Ничего, я больше не обязан быть собой, я могу уйти, и никто не прийдет. Боль будет долгой, если мне останется чем ее чувствовать. Долгой, вечной и всеобъемлющей. Я умру, он будет жить. Но я буду жить в нем. Зашел. Свет вытек обратно. Шаг вниз.