Академия Вильгельм и Пропавший Артефакт

Лифт мягко остановился, но бурное обсуждение не стихало. — Ну и какой там класс? — А в столовой, как и у нас, деревянный хлеб? — Сколько всего человек? А параллелей? Девушка, сопровождавшая друзей — высокая брюнетка с короткими тёмными волосами, — схватилась за голову, пытаясь хоть что-то ответить, но вопросы сыпались один за другим. От спасения её избавил только звук открывающихся дверей. — Ура, мы приехали! — Джессика выскочила первой и замерла, ошеломлённо осматриваясь. — Охренеть… Это просто… Полный. Щенячий. Восторг. — Солидарна, — гордо кивнула брюнетка, шагая вперёд. — Наша академия — лучшая в своём роде. А теперь следуйте за мной. Нам в башню групп S1, Z12 и D16. Кстати, Z12 — это наша. Факультетов здесь нет, вы это уже должны знать. Нашего классного руководителя зовут Ризахан. Странное имя, да? Он иностранец. До работы здесь вообще не бывал в этой стране! Хотя… Ой, кажется, я отвлеклась. Она махнула рукой, будто отгоняя лишние мысли. — В общем, курс делится на три группы. У каждой — по два этажа: один женский, другой мужской. Логично. Гостиная большая, с расширением пространства, так что все три группы поместятся… Вроде бы. Небольшая пауза. — О, вот и вход в башню! Она подошла к стене, где стояли каменные фигуры лани и льва. — Я — Кристин, пароль — фонтан. Животные ожили. Лань вспыхнула в глазах, побегала вокруг девушки, затем вернулась на место и нажала копытом на кирпич. Тот засветился. Стена раздвинулась, пропуская их внутрь. Компания вошла, за ними последовала лань. Лев лишь проводил их взглядом и снова застыл в камне. Перед ними открылась просторная гостиная — мягкие диваны, картины, всё в том же стиле, что и в коридорах замка, но здесь ощущалось ещё больше уюта. Несколько студентов сидели в креслах или прямо на ковре, кто-то читал, кто-то торопливо строчил конспекты. На новичков лишь мельком взглянули, кто-то кивнул в знак приветствия, но в целом их появление не вызвало особого ажиотажа. «Что ж, именно здесь нам предстоит жить… Довольно долго. Надеюсь всё… Всё будет хорошо.» — Добро пожаловать, — сказала Кристин. — Я отведу Джессику в женскую спальню нашей группы, а вас двоих… Карл! Сюда! С ковра поднялся парень среднего роста с ярко-зелёными волосами. — Отведи их в мужскую спальню, ладно? Тот коротко кивнул и жестом показал Владу и Максу следовать за ним. — Ну, пошли, Джесс, — Кристин тронула рыжую за руку, и они побежали вверх. Через два этажа Кристин распахнула дверь, открывая вид на просторную комнату. Двухэтажные, хоть и компактные, кровати, небольшой стол у камина, диваны и пара кресел — всё в тёплых красных тонах, создавало ощущение уюта. На ковре сидели две девушки: высокая смуглая с синими африканскими косичками и розововолосая светлокожая. Они оторвались от шахматной доски и подняли глаза на вошедших. — Привет, — сказали они хором. Джессика ухмыльнулась. «Интересно, какие ещё сюрпризы ждут нас в этом месте?» *** В комнате мальчиков всё стабильно было в красных оттенков. Та же обстановка, лишь кровати по-другому стояли. На одной из таких лежал Владислав, листавший галерею снимков. Он наткнулся на фотографию, в которой был изображён лес, он, Макс, Джесс и ещё три особы. Одна из них стояла недалеко от рыжей и держала в руках большого паука. Она была ростом с Джессику, на глазу красовался бутон розы (из неё буквально росли цветы), каштановые волосы были где-то до середины спины. Она улыбалась. Слева от Макса стоял парень с белыми, как молоко, волосами и такими же крыльями. Он был хмур и неприветлив. А рядом с Владом стоял очень высокий мужчина, примерно два метра ростом. Волосы были тёмные, глаза тоже, но вместо зрачка там была белая спираль. Владислав вновь посмотрел на фотографию и что-то кольнуло сердце.

*** Влад выключил телефон и поставил его на тумбочку неподалёку. Юноша спрыгнул со второго яруса кровати. — Макс, — шепнул он, пытаясь разбудить друга. — Алё, стенд ап. Господи, нам вообще-то пора! Мы опоздаем, — Максимильян сладко потянулся. — Одевайся, нам пора, — Влад подошёл к шкафу и достал оттуда одежду. Бросил половину всего, что взял, на кровать к Максу и скрылся за дверью в ванной комнате. Вернулся через минут пять, одетый с иголочки. Его друг уже собирал сумку. — Я готов, — сказал Влад. — Угу-угу. Следующие десять минут заняли блуждания по коридорам в сопровождении Карла. Тот был молчалив, никогда ничего не говорил. Макс решил не беспокоить зеленоволосого. — Карл, а где ты занимаешься? Мне кажется, что разница у нас в возрасте не особо маленькая, — сказал темноволосый, за что получил осуждающий взгляд друга. — Что-то не так? — Карл молчал, он указал на дверь. — Нам ведь сюда? — кивок. — ОК, спасибо! — Влад потянул Макса за собой, и они скрылись за дверью. Аудитория была маленькой. В потолке летали светлые магические сферы — освещение. Доска была мятного цвета, и, кажется, даже запах исходил от неё мятный. А приглядевшись, можно было заметить, что из некоторых частей доски как будто и правда пробивалась мята. Маленькие нежные росточки прямо из деревянной доски. Магия, не иначе! В центре класса стоял брюнет турецкой внешности с кудрявыми волосами. Он нахмурил брови: — Молодые люди, где же ваши чёрные рубашки? А галстук? Куда делась мантия? — говорил он медленно, спокойно, монотонно. Влад наклонился к уху Макса и шепнул (нет, они не будут вместе, просто Влад выше Макса): — Это типо форма? — Да. — А мы её не купили? — Да. Дверь резко открылась в аудиторию влетел мужчина лет тридцати пяти — сорока, он выглядел запыхавшимся, серая прядь волос (явно отличавшаяся от остальных аспидно-чёрных) легла на лоб, он откинул её назад и оглядел аудиторию. Его глаза были малиновые, прямо как закат. — Риза-а, помоги, — этого хватило, чтобы преподаватель, стоявший у доски, сорвался с места и вышел вслед за тем мужчиной. — Ничего себе, — Влад буркнул под нос. — Здесь и не такое бывает, — парни только заметили девушек сидящих на последних партах. Джессика расположилась спереди, заняв места для друзей. — Чего стоите? Сейчас остальные придут. — Рина, мы почти опоздали! — Но не опоздали же? — послыщался спокойный голос. — Нам пришлось бежать наверх с первого, мать его, этажа. С первого! — первая девушка (потому что голоса были, несомненно, девичьими) практически задохнулась от возмущения. Наконец дверь приоткрылась, и взорам новых одноклассников предстали две девушки. Обе они были не очень высокими, но та, что была повыше, имела более светлый оттенок волос. Наверное, у её цвета волос есть название, но с ходу оно в голову не лезет. Волосы у неё были крашеные. Из блонда медленно переходили в насыщенный зелёный. Она была худенькой и бледной, а кончики её волос забавно вились, не образуя при этом кудряшки, а только небольшой милый завиток. Глаза на первый взгляд казались серыми. Вторая девчонка была совсем низкой, дай бог, 160. Растрёпанная, раскрасневшаяся. Волосы под каре. Рыжие, очень-очень яркого цвета. Взлохмачены безумно, но при этом ещё образуют кудряшки, являя собой на голове уму непостижимое гнездо, в котором всё же было своего рода очарование (но совсем немного!). Глаза чернющие, кожа не смуглая, но и не светлая, фигура не полная, но не худая, правда лицо кругловатое. Одеты обе были в целом по форме, поэтому замечаний получить не должны. — Приветик! Мы на втором курсе по обмену! Я из Франции, а она — рыженькая указала на подругу, — из Румынии. — Я Карина Андоне, мне восемнадцать. Я по обмену из Румынии, но румынской крови во мне только наполовину, на вторую половину я немка. А это чудо в перьях… — Ри-ноооч-каа, — перебила Карину подруга, — я не чудо в перьях! А ты вот свет очей моих! Девушке пришлось умолкнуть, получив на орехи от Рины, но фак она ей продемонстрировала с удовольствием. — Я Беатрис Делоне, я из Франции, хоть так и получилось, что французской крови во мне ¼. На оставшиеся ¾ я Американка. Ну а Риночка… моя! Мяу. — Пошла к чертям! — Я тоже тебя люблю. Пошли, сядем уже, — на секунду Беатрис развернулась, — Чтобы избежать недопонимания, мы подруги. Будете сплетничать, Je vais te tuer et t'enterrer sous la clôture (Я убью и закопаю вас под забором.) Вот так. — Боже, ты снова пассивно агрессируешь. Vino aici, morcov (Иди сюда, морковка.), — закатила глаза Карина. — Я не морковь… — Иди-иди, неморковь. Урок вот-вот начнётся. Девушки сели за первую парту крайнего ряда, оставив однокурсников провожать их удивлёнными взглядами. Прошло время, но никто так и не приходил проводить лекцию. — Ладно, пошли уже, — Влад потянулся. — Всё равно никого нет. — А если встретим ректора, — Джессика нахмурилась, — то нам пизда. — Не встретим, — Кристина встала со своего места. — Ушёл вместе с Ризаханом. Да, это был он. — И вообще… Когда тебя интересовали такие мелочи? — Макс ухмыльнулся. — Смываемся отсюда, — он взял рюкзак и аккуратно вышел, поджидая снаружи друзей. Влад с Джессикой тоже вышли и тихо, на цыпочках, направились в башню. Пройдя через лань и льва, они посмотрели на время. До следующей лекции двадцать минут, Макс прыгнул на диван недалеко от Джессики. — Влади-и-ик, я кушать хочу. Принеси мне с буфета. — Иди нахуй, — Владислав показал средний палец и устроился на кресле. Макс шуточно надул щёки: — Вредина… Так пролетели пятнадцать минут, сейчас наши друзья бегут по коридору: — Блять, влетит нам, — Джессика мчалась по коридору и врезалась в дверь. — А-а-а… Больно… — она потёрла лоб и открыла дверь. В аудитории теперь было в два раза больше людей. Синеволосый парень с очками в золотой оправе сидел рядом с девушкой того же цвета волос и африканскими косичками, тыкал пальцем в книгу перед ними и что-то тараторил. Крашеный блондин недалеко от них листал конспекты и бурчал себе под нос какие-то формулы. Ещё трое брюнетов уткнулись в одну тетрадь и говорили друг другу что-то… Мне кажется, или они не повторяли прошлые материалы, а обсуждали жизнь? Остальные сидели в телефонах. Самое главное — все присутствующие были в чёрных рубашках и галстуках. — Мы так и не надели форму… — протянул Максим. — Ну… Мы её не нашли… — Влад сел недалеко от синеволосого парня в очках. — Эаэ… Привет. — А…? — он поднял глаза и взглянул на Владислава. — При-и-вет, — протянул парень и почесал затылок. — Ты типо новый тут? Ну, в академии. — Да, — Влад достал тетрадь в 96 листов. — Какое у тебя имя? — Я… Э… Меня зовут Эмиль. — А они кто? Так Влад расспрашивал Эмиля до начала урока. Но к сожалению никого не запомнил. — Понятно, а… — темноволосый не успел договорит как дверь распахнулась и вошёл ректор академии, у него была папка в руке. Все встали. — А как его зовут? — Феликс, — шёпотом ответил Эмиль. — Привет, садитесь, — ректор улыбнулся и сел на стул. — Итак, давайте повторим формулы. Кто помнит формулу создания заклинаний? — он огладел присутствующих и остановился на Беатрис. — Встаём! Девушка поспешно встала и весело хмыкнула, переглянувшись с Риной: — При произнесении формулы надо быть максимально сосредоточенным, дабы не перекрывать поток маны. Нельзя волноваться, ибо мана замедлится, и отвлекаться на внешние факторы. Надо сосредоточиться на формуле, объединиться с природой и той стихией, к которой у человека предрасположенность. Данная формула является основой основ, а если не уметь использовать её, то ни одно заклинание невозможно будет применить. Это фундамент, на нём строится заклинание. Заклинание, как здание — без фундамента рухнет. В зависимости от уровня подготовки можно использовать заклинания с палочкой или без. Палочка хороша для тренировок, так как помогает направить магию в единое русло и уменьшает энергозатратность. Однако использование палочек менее практично, поэтому большинство взрослых магов с переменным успехом выходят на беспалочковый уровень. Движения при прочтении формулы круговые, поглаживающие, едва заметные. Если отточить формулу до совершенства, то будет возникать ощущение, будто рука не двигается вовсе. Перед любым заклинанием следует произносить формулу, иначе оно не заработает. На основе формулы можно также создавать новые заклинания, чем и занимаются некоторые творческие люди. Правда ни одно из современных заклинаний почти никакой пользы не несло, поэтому смысла в новых заклинаниях особо нет. Баловство — одним словом, — на одном дыхании прочитав ректору теорию, абсолютно довольная собой девушка, не спрашивая разрешения, плюхнулась обратно за парту. Её вьющиеся гнездо на голове выглядело ещё более растрёпанным. — Неплохо, даже скажу — отлично, — у него руке появился портёпанный временем блокнот, ректор что-то черкнул в нём, и тот исчез. — Сегодня мы будем практиковаться создавать заклинания. Или как ранее выразилась мисс… Э… Могу ли я уточнить Вашу фамилию, юная леди? — Я мадемуазель Делоне, сер, — Беатрис улыбнулась. — Разве у вас в списке учеников не занесено? Или же это связано с тем, что в этом году в академию перешло необыкновенно много новых учеников? — В списке занесено, но я не знаю в лицо каждого ученика моей академии, мисс. Итак, мы с вами сегодня будем «баловаться», вернее создавать заклинания. Есть желающие? Беатрис ткнула локтем Карину: — Харе отсиживаться, ты же их порвёшь! Вперёд и с песней! Рина возмущённо закатила глаза, но руку всё же подняла: — Профессор, можно мне? — после утвердительного кивка ректора, девушка встала, оставив палочку сиротливо валяться на парте. Она не нужна девушке уже больше полутора года. Задумавшись на секунду, девушка произнесла: — Se iris strauß violetele se — (фр. iris — радужный лат. strauß — букет нем. violetele — фиалки рум.!) — рука обрисовала еле заметную линию, и в ладонях Беатрис возник небольшой переливающийся радугой букетик фиалок. Девушка подняла восхищённый взгляд на подругу: — Частично беру свои слова о баловстве назад. Рина умеет создавать шедевры. — обращаясь к подруге, она продолжила. — Довольно необычно, что ты создала именно цветы, хотя у тебя воздушная стихия. — Я не ищу лёгких путей, к тому же тебе нравятся фиалки, — улыбнулась та. — Недурно, недурно, — Феликс довольно улыбнулся — Теперь, думаю, каждый присутствующий должен создать по букету и сдать его мне. Жду, времени у вас до конца урока. Ребята разбрелись по классу в поисках места силы. В классе, конечно, такового не было и быть не могло, однако у каждого был шанс найти место, где его мана будет циркулировать чуточку лучше. Кто-то подошёл к Карине, чтобы уточнить свежепридуманное той заклинание. Девушка же в свою очередь старательно помогала с ним подруге, у которой с румынским произношением не ладилось совсем. Однако к концу урока на учительском столе возвышалась целая охапка фиалок разных размеров, которые несинхронно переливались всеми цветами радуги.