Ну и что это?

      Ну и что это? Обычные его действия. Чуть придержать дверь, пропуская внутрь. Закрыть собой, если опасно. -Добро пожаловать, Екатерина Сергеевна, - и улыбается так тепло. Поможет снять пальто и надеть. Рискнет головой ради их сына. Подставится под пули, ради неё. Он был таким до их знакомства? Он был таким до их развода. Он остался прежним даже через десять лет. Едко шутит про ее нового мужчину, и чуть сильнее сжимает зубы. -У тебя все еще есть чувства ко мне? -Да, - испуганное лицо, застанное врасплох сердце. Он теперь улыбается шире, она спешит в знакомую синюю машину нервно переставляя ноги.       Как же хочется порой...так хочется...сунуть руку к нему под куртку. Как раньше. Он хмурится, переплетает пальцы, прячет её руку у себя в кармане, и греется почему-то все тело, а не только эта рука. Разум контролирует сердце. Все кончено. Давно и безвозвратно. -Поговори с ним -Обязательно, - в глазах растроенность, печаль. Их сын, любимый, но недолюбленный ребёнок. Что он только не вытворяет. Что он делает со своей жизнью и с ними? -Я...это был я, я украл у папы пистолет и...- такой взрослый, большой, хнычет, утирая глаза рукавом толстовки. Дрожит, как листик осиновый. -Надо рассказать       Олег корпит над объяснительной уже который час, ничего не выходит. Зачем он положил табельное оружие в бардачок? Почему не взял с собой. Когда в какой момент его могли украсть? Что-то убегает от сознательной мысли, прячется. Ну кто же это мог быть? В кабинет без стука заходит начальник. -Борщев, повезло тебе, нашелся твой пистолет, и тут с тобой поговорить хотят...- из-за его спины выходит, сжимаясь от вины и страха Прохор. Он все понял. Пазл сложился. -В общем, Олег, можешь не писать объяснительную, все нормально, - Савин, словно не знает куда себя деть, топчется ещё секунду и исчезает из поля зрения. -Прости, - хнычет парень, делает шаг вперёд, застывает, под тяжёлым взглядом. -Я просто хотел напугать кое-кого. Просто напугать, но не решился, а как вернуть потом, я...- он и правда в ужасе, и не понятно даже от чего конкретно. Олег делает шаг в сторону. На столе лежит его пистолет в кобуре, может даже ни разу не достаный. -Пойдём, - пистолет остаётся в сейфе, а они идут, точнее Прохор плетется следом, как провинившийся пёс. Поворот, лестница, ещё поворот, коридор. -Бери, - в руках оказывается что-то смутно похожее на пистолет, но какой-то странный. -Стреляй, вот туда, - отец не многословен, четок, как часы. Стреляй, в мишень. Проходит время, прежде, чем парень понимает, как это работает, и направив оружие в цель...мимо...мимо...мимо. Игрушечный пульки летят и летят и все в молоко. И чем больше Прохор стреляет тем сильнее теплеет взгляд отца. Почему? -А теперь слушай сюда, надо сделать вот так...- никто из них не может вспомнить когда они проводили столько времени вместе, сколько прошло лет с тех пор, бывало ли такое вообще. Теперь он знает, как стрелять. А ещё знает цену каждому патрону и это не деньги, не физическая цена. Радион удовлетворенно смотрит вслед майору. Тот улыбается, смотрит, как воодушевленно болтает сын, слушает. Перед крыльцом уже стоит Катя. Она не знала, что сын здесь, не знала...её ждёт синяя машина. -Мам, мы с папой собираемся в кафе к тёте Люде, поедешь с нами? - он смотрит тепло, понимающие, он уже заметил машину. -У мамы есть дела, пойдём вдвоём, хочу послушать про институт, - Он тянет сына за собой, напоследок невесомо кивает ей. Ноги...до чего они стали непостушными. -Постойте, я с вами. -Олег Борисович, вам, как обычно? - слова заставляют взрогнуть, он кивает, продолжая внимательно слушать сына, так не хочется ей видеть тут сейчас алкоголя. На стол приземляется красивый прозрачный чайничек с чашками. Пахнет цветочным мёдом и какой-то травой. Он спокойно, как будто так и надо, наливает себе в чашку это зелёное нечто, делает тоже самое с двумя другими и ставит перед ней, перед сыном. Делает первый глоток. Кажется, наслаждается. -И представляешь, наши сказали, что было бы хорошо уметь драться, я тоже думаю, а то все это оружие...- улыбка? Олег не злиться, а улыбается. До неё уже успели донести некоторые подробности, пропажа табельного у офицера не осталась незамеченной коллективом. -У меня есть хороший знакомый, тренер по боксу, могу познакомить, - Прохор довольно кивает, отпивает чай, жмурится от удовольствия -А ты был прав, чай потрясный. -Давно такого не было, - изо рта облачками вылетает пар, едва заметный, но в вечерних сумерках отчётливо видный. -Ты о чем? - он знает о чем она, знает и будет стойко дожидаться пока она скажет сама, её рука в его большом кармане, прячется там от тягот жизни? Он слегка усмехается, замедляет шаг. Прохор уже давно дома, а они никак не могут перестать нарезать круги вокруг входа в подъезд. -Такого хорошего вечера, - морщинки в уголках его глаз такие красивые... -Согласен, - его облачка все ближе к ней. От них обоих пахнет зимой и тем цветочно-медовым чаем. Пожалуй, стоит записать его в любимые.        Позади него кто-то тормозит с противным визгом шин, только секунда отделяла его от того, чтобы оказаться на капоте этой неизвестной машины. Секунда и резкий толчок. Как сил только хватило? Он стоит, оперевшись спиной о стенку дома. Утопая в ее глазах, уже забывая, что привело к этому. Машина скрывается за поворотом. Она все ещё опирается на него, теряя силы. -Ну что ты? - хорошо, хорошо пахнет, хорошо улыбается, просто потрясающе. -Можно? - его низкий голос теряется, когда она сама, привставая на носочки касается его холодных губ своими. Облачка пара сливаются, теперь её руки греются уже не просто в кармане, на шее, в волосах. Он расстегивает куртку, пряча её руки у себя за пазухой и целует. Целует...