Skater-boy

      По спине неожиданно пробежал холодок, который поднялся к затылку и разнес по телу неприятные мурашки. Глаза стали понемногу открываться. Во всем теле стояла боль, голова раскалывалась. А особенно голова начала болеть, когда на глаза попалась белая комната, которая отражала солнечный свет. Медленно встав, Чонин осмотрелся, щурясь, и обнаружил, что находится в непонятном для него месте. Пошарив карманы, он так же не обнаружил телефона и вздохнул, понимая, что остался без всего, что могло ему помочь связаться с кем-нибудь.       — Чанбин, урода кусок, — пробурчал Чонин и попробовал встать, хотя ноги безумно гудели. Посмотрев в окно, он понял, что находится довольно далеко от дома и начал думать, как можно будет сбежать, забрав телефон.       — Проснулся? — послышался голос сзади.       — Чего ты добиваешься? — сразу приступив к делу, спросил Чонин и обернулся. Чанбин хмыкнул и, закрыв дверь на замок, стал подходить к младшему.       — Я хочу, чтобы ты расстался с Сынмином и встречался со мной, всего лишь, — улыбнувшись, проговорил он.       — Не будь придурком, мы не в сериале, нельзя просто так взять и заставить встречаться с кем-то, и тем более, я не хочу расставаться с Сынмином, поскольку его́ я люблю, а не тебя, — сам подойдя ближе, отрезал Чон.       — Да, мы не в сериале, но наша жизнь и есть сериал, где мы не только главные герои, но и режиссёры, и сценаристы, только мы выбираем, что будем играть в нашем сериале, а влюбиться в кого-то другого не проблема, просто нужно постараться, — говорил Чанбин максимально спокойно и нежно, словно разговаривает с ребенком. Может это так оно и есть, поскольку он старше, но не старше Минхо, который никогда не считал Чонина маленьким.       Боже, зачем сравнивать Минхо и Чанбина, думалось Чонину, и поэтому, откинув эти мысли, он вздохнул и нахмурился.       — Да, мы сами вершим нашу судьбу, или как ты сказал сериал, но я не хочу стараться любить кого-то другого, кто-то другой мне просто не нужен, мне нужен Сынмин, — твердо сказал Ян и заметил, как на лбу Чанбина вздулась вена. Чонин даже не понял, как оказался впечатан в стену, и, когда на его шее стала сжиматься чужая рука.       — Непослушный мальчишка, если не хочешь по-хорошему, будет по-плохому, я заставлю тебя его разлюбить, ну или, — голос Чанбина сначала был безумно холодным и злым, а на последних словах он вдруг повеселел. — Или теперь ты́ его разочаруешь, — Чанбин хихикнул крайне мерзко, словно злодей-безумец из какого-нибудь фильма.       Хватка Со была сильной, и одной рукой он смог откинуть парня на кровать. Пока тот пытался отползти, Чанбин резко схватил его, зажал своим весом и вжал его в кровать. Достав из кармана телефон, старший поставил его, прислонив к бортику, и включил камеру. Все стало происходить максимально быстро, Чанбин, схватив рукой руки младшего, поднял их над головой, а второй рукой схватил того за подбородок и силой вгрызся в его губы. Чонин пытался вырваться, выбивался изо всех сил, дергал руками, которые в итоге прижали к кровати, дёргал ногами и, о, Боги, смог кое-как попасть тому между ног. У Чонина было всего пару секунд, чтобы еще раз ударить парня и встать, чтобы побежать к двери. Благо та была с замком с внутренней стороны, поэтому, быстро выбежав из комнаты, он помчался прямиком к выходу, на полке возле которой и лежал его телефон. Чонин, не думая, быстро схватил телефон, кроссовки, стал пытаться открыть дверь, но та была закрыта на ключи. Из комнаты вывалился Чанбин, схватившийся за свои причиндалы, и шел к нему, пока была заминка, но, быстро соорентировавшись, Чонин пооткрывал внутренние замки и помчался по лестнице вниз, оставив парня позади. Каким-то чудесным образом Чонин смог выбраться из подъезда, он бежал босиком, куда глаза глядят, а когда наконец затерялся в городе, сел на лавочку и стал судорожно дышать и натягивать кроссовки. Как только он оказался обут, он тут же встал и помчал дальше, параллельно с этим пытаясь включить телефон. Тот оказался просто выключен, и пока он брел вперед, не зная куда идти, мобильник наконец включился, и на него сразу начали приходить сообщения от Сынмина, Минхо и Чана. Руки Яна тряслись, сам он не мог и слова связать от паники в душе, но все равно начал звонить Сынмину, который ответил почти сразу.       — Чонин, что случилось? Ты где? Почему не отвечал? — тут же посыпались вопросы, а Чонин, обернувшись, пошел быстрее, боясь, что его все равно преследуют.       — Х-хен. Я-яя… — к горлу подступил ком, который вызвал и поток слез. По щекам побежали капли, но парень все равно пытался что-то сказать. — Я-я. Я н-не зн-знаю где я-я…       — Нини, что произошло? — голос старшего делался все тревожнее и тревожнее.       — Эт-т-то Ч-чан-н-бин, все он, — Чонина разрывало, слезы лились ручьем, он дрожал и продолжал оглядываться.       — Нини, малыш, успокойся и не сбрасывай, быстро зайди в карты и скажи, где ты, я приеду за тобой, — как только Чонин это услышал, он тут же начал дрожащими пальцами искать карты в телефоне и смотреть, где он.       — Х-хен, я в Районе Кванджингу, — проинформировав парня, Чонин огляделся по сторонам и заметил знак со стрелкой и надписью: «Университет Конкук».       — Чонин, — вдруг снова сзади издался голос Чанбина. Ян быстро развернулся и увидел парня, который шёл к нему, с явно больными бубенцами.       — Х-хен, он-н… Он-н с-снова… — заикаясь, проговорил Ян и попятился.       — Чонин, беги, беги и не останавливайся, — хмуро произнес Сынмин в трубке и издался звук закрывающейся двери. — Беги, малыш, я уже еду.       Чонин тут же начал бежать, снова куда глаза глядят, но уже точно знал, где ему стоит быть. Чанбин преследовал его по пятам. Единственное преимущество Чонина было в том, что он, благодаря тренировкам, бегал гораздо быстрее и проворнее, нежели обычный человек, поэтому вновь затеряться в каком-то парке не доставило ему труда, но только, на этот раз он бежал ближе к тому самому метро Университет Конкук, чтобы его забрали именно оттуда.       — Хен, — позвал Нин.       — Я тут, Чонин, обязательно будь на связи и не сбрасывай, я скоро приеду, — взволнованно сказал Мин в трубке.       — Я буду возле метро Университет Конкук, прошу, приедь быстрее, — задыхаясь, тихо проговорил Ян и, оглянувшись, заметил возле метро небольшой парк с озером. Быстро добежав до туда, Ян затерялся в каких-то кустах и сел на землю, чтобы восстановить дыхание.       — Я уже скоро, Нини, потерпи еще немного, — донеслось из телефона, Чонин пытался нормально дышать, но резкая паника накатила с головой, и он, сморщившись, сжал губы, пока по щекам текли слёзы. Чонину было страшно, больно. Ему хотелось кричать, но он лишь утыкался в колени и всхлипывал. — Малыш, прошу, не плачь, я совсем скоро буду рядом, — успокаивающе прозвучал голос старшего, и Чонин совсем немного поднял голову и поднес телефон к уху.       — Хен, быстрее, я уже не могу, — прошептал он и вновь уткнулся в колени. Чонин прислушивался к каждому движению, шороху, голосу и был настороже.       — Все, мне остался километр, ты прямо возле метро?       — Да, буду ждать возле метро, — чуть-чуть успокоившись, Чонин аккуратно вылез из кустов и, оглядываясь, стал идти к метро. На пути никого не было, никаких знакомых лиц в виде Чанбина, и когда Чонин оказался прямо возле метро, стал нервно дергать ногой, оглядываясь по всем сторонам.       — Чонин, не смей убегать, — вновь этот голос. Чонин вздрогнул и даже не хотел смотреть в ту сторону. В ту же секунду к нему подъехала машина, в окне показался Сынмин, и из телефона донесся голос.       — Нини, быстро в машину, — Чонин тут же помчался к двери машины, глянул на Чанбина неподалеку и открыл дверь, тут же садясь. Авто двинулся с места и помчался подальше от этого района, пока на заднем сиденье, разрываясь от слез, сидел парень, закрыв глаза руками.       — Малыш, все в порядке, теперь я с тобой, — смотря в зеркало заднего вида, проговорил Мин и, остановившись на светофоре, повернулся назад.       Чонин был в ужаснейшем состоянии. Он рыдал навзрыд, трясся, как лист на ветру, и сжимался, как маленький напуганный ежик. Кое-как доехав до знакомых мест, а то есть до их любимого кафе, Сынмин припарковался на парковке, вышел из машины и сел рядом с парнем на заднем сиденье. Ян мигом прижался к парню, плакал в его плечо, обнимая за шею. Сынмин не знал, что делать, но ему казалось, что нужно просто побыть рядом и дать выпустить эмоции. Поэтому он лишь прижал его к себе, успокаивающе запустил в его волосы пальцы и поцеловал в пульсирующий висок.       Успокоился Чонин только спустя час, а то и полтора. Он только всхлипывал, шмыгал носом и вертел головой, устраиваясь получше. Немного отстранив его от себя, Мин убрал с его лица пряди волос и протер остатки слез. Кожа на его щеках горела, глаза раскраснелись и опухли. Про себя Сынмин проклинал Чанбина и то, что он вернулся. Вздохнув, старший нежно поцеловал Чонина в щеку и лоб и стал гладить по волосам.       — Хочешь чего-нибудь, попить, поесть? — тихо, нежно спрашивал Ким. Все эти погони знатно потрепали нервы и вымотали Яна, что сейчас ему хотелось только пить и спать. Поэтому когда, Сынмин дал ему бутылку с водой, он попил и улегся на задних сиденьях, свернулся клубочком, а голову положил на колени парня. Сынмин поглаживал мягкие волосы младшего, смотрел на его заплаканное лицо и хотел собственноручно убить Чанбина за то, что сделал это с ним.       Пока Чонин мирно отсыпался на коленях Сынмина, тот не упустил возможности сообщить о случившемся Минхо, который в переписке разразился великолепной бранью на Чанбина и пригрозил ему. Так же потом написал, что обязательно сообщит об этом Чану, который преподаст урок «этому недоумку» и забудет, кто такой Чонин.

***

      — Что он сделал?! — чуть ли не крича, спросил Чан.       — Крис, держи себя в руках, я тоже был в шоке, давай сейчас подумаем, что делать и как его проучить, — Минхо сидел прямо перед старшим и немного покусывал щеку изнутри.       — А что тут еще делать? — Чан агрессивно выдохнул и потер переносицу. — Это уже ни в какие ворота не катит, зачем он приехал? — будто у самого себя спросил он и наконец сел рядом с другом на диван.       — Мне кажется, устроить ему тёмную будет не лучшим вариантом, он достаточно хорошую массу набрал, гляди один его бицепс с размером головы, — в голос рассуждал Хо.       — Так, а чего ты тупишь, у Ликса же связи есть, — Чана осенило, и он посмотрел на загоревшегося энтузиазмом друга.       — Ты гений, — Минхо начал доставать телефон, но резко замер. — Крис, но его же могут в тюрьму упечь…       — Минхо, твоего друга хотели принудить мало того, что к отношениям, так еще и к интиму. Я все понимаю, Чанбин наш бывший друг, все дела, но это переходит все рамки, — серьёзно ответил старший. Минхо вздохнул и кивнул, параллельно в телефоне ища номер брата. Он начал ему звонить, и тот спустя несколько секунд ответил:       — Хен?       — Ликс, у нас чипе, это связано с Чанбином, — посмотрев на Чана, Минхо уперся локтями в колени и уткнулся в ладонь.       — Так, я понял, давай я приеду к тебе, и ты все расскажешь, где ты?       — Я у Чана, — в трубке повисла тишина. Минхо, проверив идет ли вызов, на секунду нахмурил брови. — Ликс?       — Я понял, я еду, — покашлив, Феликс скинул, а Минхо с поднятыми бровями посмотрел на экран телефона и потом на Чана, что приподнял одну бровь.       — Он едет, — лишь сказал Хо и отвернулся от старшего, про себя спрашивая, что это было.       Ждать младшего Ли долго не пришлось. Тот на удивление приехал за пятнадцать, а то и десять минут. Открыл ему Чан и провел его в кухню, где и сидел Минхо, печатая что-то в телефоне.       — Что у вас случилось? — тут же начал Ликс, глянув на Чана.       — Послушай, — Минхо включил запись на телефоне и раздался голос Сынмина.       «Короче, Минхо, не знаю, что точно произошло, я сейчас еду с Чонином, он спит. Вчера мы с ним переписывались, пока он был в студии у Чанбина, а потом резко написал, что ему плохо, и что кажется он все же попался. Я ничего не понял, начал ему писать, но он уже не отвечал. Всю ночь я ему звонил, но он так и не взял, телефон был выключен. Утром, часа 3 назад, я посмотрел, и Чонин оказался в сети, а потом и позвонил. Задыхался, голос дрожал и говорил, что все это Чанбин, что ему страшно. Его увезли в Район Кванджингу, там возле метро, я его и встретил, увидел, что совсем рядом с ним стоял Чанбин и прожигал его взглядом. Когда Чонин сел в машину весь дрожал, рыдал навзрыд и долго не успокаивался. Что точно у них произошло я не знаю, но что мне известно, так это, что Чанбин заставлял его расстаться со мной и встречаться с ним, а потом из-за отказа пытался… Как бы не материться. Блядь… Короче, на видео хотел записать, как Чонин мне якобы изменяет. Не знаю, что вы хотите делать, но прошу, прибейте его нахер, ты сам знаешь какой Чонин гордец и увидеть его таким напуганным непросто»       — Вы могли предположить, что он это может сделать? — с широко раскрытыми глазами спросил Феликс.       — Я — нет, — ответил Минхо и опрокинулся на спинку дивана.       — Чан? — посмотрев на старшего, спросил младший, а тот, выдохнув, кивнул.       — Я предполагал, но не был уверен, что он решится на такое, — коротко ответил Чан и вспомнил их диалог, когда Чанбин во время дождя нашел Чонина на дорожке.       — Хорошо, что именно вы хотите, чтобы я сделал? — уточнил Феликс и достал телефон.       — Явно, чтобы проучил, но так, как ты на юридическом, то все должно быть в рамках закона, — ответил Чан, а Минхо хмыкнул. Старший лишь вскинул бровью.       — Крис, не смотри, что он на юридическом, если надо он и убить может, — будто не впопад буркнул Хо и увидел грозный взгляд младшего.       — Хен!       — Все, все, молчу, — проведя по губам пальцами, будто застегивая змейку, он снова облокотился о спинку дивана и сложил на груди руки.       — Я давно этим не занимаюсь, — буркнув себе под нос, Ликс покачал головой и глянул на изумленного Чана. — Не слушай его, Чан, он несет бред, — неловко улыбнувшись, Феликс почесал затылок и быстро отошел в сторону, кому-то звоня.       — Минхо, он правда… — Чан быстренько подсел к другу и хотел спросить с искренним интересом, но Минхо поднес палец к губам.       — Феликс — грозная личность, злить его не стоит, а то еще год не встанешь с кровати, — тихо проговорил Минхо и дернул бровью вверх, ухмыляясь. — А если ты по поводу убийства, ни разу никого не убивал, но если захочет, точно убьёт, но знает, что потом может прилететь, — дополнил он и вернулся в прежнее положение, потому что увидел, как брат прожигает его взглядом. Чан с изумлением глянул на младшего и приподнял уголок губ. — Не стоит считать его божьим одуванчиком, он такой же хмурый, как и его голос, — шепотом проговорил Минхо, не сводя глаз со спины Ликса.       — А что ж ты не такой? Гляди и Хенджина уже давно не было бы, — усмехнулся Чан и увидел, как Минхо закатил глаза.       — Я менее жестокий и до жути брезгливый, лишний раз не хочется пачкать руки, а хорька этого не упоминай в моем присутствии, только от него отделался, вдруг объявится еще, — теперь Минхо сидел недовольный. Одно упоминание Хенджина полностью портило ему настроение. В этот момент Феликс как раз закончил свой разговор по телефону и подошел к брату с Чаном.       — Ты чего хмурым стал? Неужели Хенджина где-то увидел? — усмехнулся Ликс, а Минхо завопил и взял две подушечки с дивана, чтобы заткнуть уши.       — Не говори мне о нем!       — Понятно, ладно, я позвонил другу с участка и попросил проверить Чанбина, сделать обыск в его квартире и проверить телефон, если все подтвердиться ему грозит 3-4 года лишения свободы, — проговорил Ликс и вздохнул, запихивая руки в карманы.       — Спасибо, братец, — Минхо быстро наклонился вперед и протянул руку с раскрытой ладонью. Феликс хлопнул по ней своей ладонью и кивнул.       — Обращайся, — сказал он и глянул на Чана, что не сводил с него восторженных глаз. Это заметил и Минхо.       — А ты знаешь, что он в школе один раз избил старшеклассника из-за того, что тот его обозвал и подножку поставил? — буркнул Минхо, прикрыв рот рукой, как тут же на него налетел Феликс и стал бить его подушками, которыми тот ранее затыкал уши.       — Заткнись! Кто тебя тянул за язык и просил рассказывать мое прошлое, придурок!       — Ай-яй-яй, Феликс, я твой старший брат, а ты меня бьешь, — закрываясь руками, смеялся Хо.       — Не волнуйся, сильно я тебя не забью, в больнице лежать не станешь, — злобно буркнул Ликс и, наконец прописав старшему подзатыльник, выпрямился и смахнул волосы с лица, которые успели растрепаться.       — Ащ, видишь, Крис, какой он жестокий, даже брата не жалеет, — сделав вымученный вид, проговорил Хо и схватился за ушибленный затылок.       — Я тебя сейчас все же отправлю в больницу, если не заткнешься, — показав на старшего пальцем, Феликс шагнул вперед, а Минхо поддался назад и поднял руки.       — Ладно-ладно, сдаюсь, — хихикнув, Минхо вздохнул и глянул на старшего, который, усмехаясь, смотрел на эту сцену. — А ещё знаешь…       — Хен! — Феликс быстро заткнул тому рот рукой и поднял с дивана. Такими темпами он быстро дотащил его до выхода из квартиры и выставил за порог, пока сам Минхо старался что-то сказать. Как только тот оказался за дверью, Феликс обернулся и выдохнул, как тут же увидел, как, облокотившись о стену, стоит Чан. Ликс так и замер. Он, постояв так секунд десять и осознав, что остался с ним один в квартире, спохватился и стал открывать дверь, но в тот же момент почувствовал руку на плече, которая заставила его замереть, а сердце пропустить удар.       — Ликси, ты оказывается такая интересная личность, что ж я этого раньше не замечал, — прозвучало это почти прямо возле уха, и Феликс глубоко вздохнул, хлопая ресницами. — Пошли поболтаем?       — Чан, мне… Мне надо по делам, там… Там в участке какие-то п.. Проблемы, — бормотал Ликс, пока Чан за плечо вел его обратно на кухню.       — Что-то пять минут назад никаких дел у тебя не было, ну давай поболтаем, — улыбаясь, продолжал уговаривать старший. Ли же лишь жалобно простонал.       — Ах, Минхо, черт бы тебя побрал за твой длинный язык, — пробубнил он и уселся на диван. А сам Чан дошел до чайника и включил его.       — Будешь чай или кофе? — спросил он, бросая капсулу в кофемашину.       — Кофе, — прозвучал щелчок. Чан выключил чайник и добавил в кофемашину еще одну капсулу. Тут на телефон Чана пришло сообщение.       «Хен, он так просто о своем прошлом не расскажет)) постарайся по лучше, удачки: >»       Бан хмыкнул и немного повернулся назад, видя, как недовольный младший сидит на диване и что-то бормочет под нос.       «Я понял. Эх, что ты за человек, так брата дразнить»       Он отложил телефон и, приготовив две чашки кофе, пошел к младшему, забив на новые сообщения. Передав чашку младшему, он сел рядом и повернулся к Феликсу, который, сглотнув, боялся даже повернуть голову в ту сторону.       — Значит ты у нас довольная опасная личность, Ликси, — не сводя глаз с парня, проговорил Чан.       — Нет, Минхо нес бред, наверно умом тронулся, — все твердил Ликс и нервно отпил кофе.       — И когда и какой последний беспредел ты творил? — немного наклонив голову, спросил старший.       — Я уже давно ничем таким не занимаюсь, — покачав головой, Феликс поставил чашку на небольшой столик и закрыл лицо от смущения. — Правда…       — Верю, но все же когда и какой? — все так же спрашивал Бан, с легкой улыбкой глядя на младшего. Тот от стресса убрал светлые волосы назад и украткой посмотрел на старшего, что отхлебнул кофе.       — Ну… Я правда давно ничего такого не делал, последний раз был в… В классе 8, одноклассник выбесил, и я его слегка ударил… — неловко произнёс Ликс, умолчав, что произошло на самом деле.       «Мальчик спокойно шел по коридору в сторону кабинета, где должен был быть урок. Он ничего не видел, никого не слышал, пока резко до его ушей не донеся чей-то грубый, но слегка писклявый голос.       — Гляньте, Минхо оказывается по девушкам, я думал ты змея очковая, — и потом разнеся смех. Феликс, обернувшись, увидел в конце рекреации четырёх парней, одним из которых и оказался Минхо, что стоял с невозмутимым лицом.       — По себе что ли судишь, надеялся, что я на тебя посмотрю? — оглядев парня, Минхо хмыкнул и закатил глаза.       — Что за бред ты несешь? Здесь пидоров не любят, — фыркнул парень, но резко завопил, почувствовав, как кто-то тянет его за волосы. Понятно почему Минхо усмехнулся.       — Повтори, — прозвучал хриплый и низкий голос Феликса, который, быстро кивнув Минхо, потянул паршивца вниз, сильнее вцепившись в его волосы.       — Эй, а ну отпусти, — на Феликса пошли друзья этого мерзавца, но Феликс с Минхо не растерялись, и пока первый ударил одного в живот, второй оттолкнул другого, и те сразу побежали прочь.       — Какие трусливые у тебя друзья, еще и побегут сейчас ябедничать учителям, — буркнул Феликс на ухо парню. — Если я еще раз услышу, как ты со своими друзьями оскорбляешь моего брата, вырву все твои чудесные волосики вместе с кожей, ты меня понял? — парень закивал, а Феликс, переглянувшись с Минхо, ударил того кулаком в живот и оттолкнул.       — Если кому-то расскажешь, то прилетит вдвойне, — грозно ухмыльнувшись, Минхо тоже пнул парня в грудь, и тот свалился на пол. Отбив пять, Минхо с Феликсом направились прочь»       — Слегка ударил? — недоверчиво переспросил Чан.       — Правда, Минхо и то сильнее ударил его, — буркнув последние слова себе под нос, Феликс облокотился о спинку дивана и надул губки.       Ну точно братья, Минхо так же дуется, про себя усмехнулся Чан и слегка улыбнулся, качая головой.       — Эх, Ликси, сколько мы уже знаем друг друга, а такое я слышу о тебе впервые, — пытаясь заглянуть парню в глаза, Чан немного к нему приблизился.       — Ты не спрашивал, вот и не знал, да и я не хотел, чтобы ты знал, что я вытворял в школе, это необязательно знать, — сложив руки на груди, Феликс глянул на старшего. Тот хмыкнул.       — Ну, почему, мне было бы интересно послушать каким непослушным ребенком ты рос, — подперев рукой подбородок, Чан заинтересовано глядел на Ликса. Тот немного засмотрелся на его глаза, а когда понял, что держит зрительный контакт слишком долго, почувствовал, как лицо обдает жаром, потому и поспешил отвести взгляд и сглотнуть.       — Вполне послушным, никто даже не знал, что я дерусь в школе, — буркнул Ликс и взял кружку с кофе, пытаясь запить стресс.       — Что же ты еще вытворял, что скрывал от меня? — спросил Чан и слегка закусил губу, а Ликс чуть не подавился своим кофе.

***

      Разглядывая фото парня в черной водолазке, Джин покрывается мурашками и вздыхает. От одной фотографии Джин готов был поплыть. Его пальцы слегка дрожали, когда приближали фотографию, сердце билось быстрее, и вместе с ним учащалось дыхание. А как же волосы цвета вина подходили к этому образу плохого мальчика. Хенджин уже не выдерживал, но все равно смотрел на эту фотографию.       — Что делаешь? — неожиданно и резко сзади Сынмин притронулся к плечам друга, а тот встрепенулся и суматошно перевернул экран телефона на стол. — «Да чтобы такой как я, влюбился в такого как он, да ни за что, точно не с ним», а в итоге залипаешь на его фотки, — поцокав языком, Мин усмехнулся и сел рядом. В аудитории постепенно собирался народ, а Хенджин с Сынмином оказались самыми первыми. — Смотри, идет твой объект восхищения, ничего такой прикидик, тебе должен понравиться, — кивнув в сторону, Сынмин наклонился вперед, чтобы проследить за взглядом друга.       Хенджин посмотрел в сторону и узрел прекрасный вид. Минхо, в белой рубашке с первыми расстёгнутыми пуговицами, в слегка обтягивающих штанах, с тонкой серебряной цепочкой на шее.       — Красив, очень красив, так еще и свободен, ну чем не судьба? — прямо над ухом бормотал Сынмин и услышал, как Джин громко сглотнул. — Еще и терпит все твои выходки, будь он по-настоящему недоволен, уже прикончил бы тебя давно, ну или его братец, — все сильнее наседал Мин. В голове Хенджина творилась неразбериха. Мысли смешались в одну огромную кашу, а над всем возвышались слова Сынмина. — Ну, он ведь красив? — уже шепотом спросил друг.       — Чертовски красив, — без задней мысли ответил Джин и тут же пришел в себя, повернулся к младшему и стукнул его по лбу. — Ах ты…       — Кто? Кто я? — хихикнув, Мин показал язык, и только Джин готовился что-то сказать, заткнул его поднятой рукой. — Но, прежде чем ответить, подумай, кто будет слушать все твое нытьё, будет терпеть все твои идеи, кто будет за тебя краснеть и отдуваться, теперь можешь говорить.       — Ты!.. Так нечестно, — надувшись, Хенджин сложил руки на груди и откинулся на спинку стула.       — Честно, потому что кроме меня и Минхо, больше никто не подходит под эти критерии, — хихикнув еще раз, Сынмин облегчено вздохнул, но смотреть на обиженного друга было невыносимо. Поэтому Мин быстро кое-что ему отправил и улыбнулся. Хенджин же с прищуром глянул на парня, поднял экран телефона, нажал на уведомление и раскрыл рот, снова опуская экран телефона на парту.       — Один вопрос: откуда? — шокировано спросил Джин, а Мин пожал плечами.       — Связи.       — Связями ты называешь Чонина?! — теперь Хенджин взбесился. — Вы сговорились с ним?       — Тихо-тихо, гроза, давай без молний, ради тебя же стараюсь, если хочешь удалю, — Сынмин тянулся к телефону, но Хенджин схватил его руку и натянуто улыбнулся.       — Ты начал играть не по тем правилам, выиграть ты не сможешь, Сынмина, если будешь делать все самостоятельно, я буду ругаться, а меня лучше не стоит злить, мой хороший, — все сказав серьезным тоном и смотря прямо в глаза младшего, Хенджин наконец опустил руку и отвернулся от друга. Только он заглянул в телефон, на весь экран высветилась фотография спящего без футболки Минхо. Незаметно сохранив фото, Хенджин удалил ее из чата, а сам упал на парту и закрылся руками. Но буквально через несколько секунд его озарило.       — Ох, зря ты, Сынмина, прислал мне эту фотку, очень зря, — похихикав, Хенджин обернулся к Минхо и начал на него пристально смотреть.       — Ты что удумал? — тут же спросил Мин, но увидел руку, которая говорила отвернуться.       Пристальный взгляд на себе Минхо почувствовал не сразу, но все же, когда посмотрел на Хенджина, приподнял бровь. Хван немного ухмыльнулся, выпрямился, чтобы провести по старшему взглядом, и закусил губу. Сказать, что тот был в замешательстве, ничего не сказать. Все стало ясно, когда Хенджин слегка приподнял экран телефона, на котором и была фотография. Глаза Минхо расширились, и, оглянувшись, парень стал пожирать Хенджина взглядом. Тот опустил руку, подпер подбородок ладонью и ещё раз обвел взглядом старшего, дернув бровью.       На протяжении всей пары Хенджин порой поглядывал на Минхо, играл бровью или закусывал губу. Этим он злил Минхо еще больше, и тот, сжимая руку в кулак, пытался дышать, чтобы прямо сейчас не вцепиться тому в горло и не свернуть шею. Полтора часа длились, как вечность. Минхо заводился все сильнее, а Хенджин чувствовал какие проблемы у него будут. В моменте он даже пожалел о том, что вообще затеял эту фигню, но отступать уже было поздно, поэтому, выдохнув, он придумывал план отступления, и как быстро ему надо будет бежать.       И вот последние фразы преподавателя, он кивнул всем студентам, и все начали собираться. Однако никто не ожидал, как быстро из аудитории выскочит Хенджин и скроется из поля зрения.       — Сынмина, куда этот недоумок побежал, ты не знаешь? — от Минхо исходила зловещая энергия. Сынмин даже дернулся, но покачал головой, потому что правда не знал. За всю пару они перекинулись парой фраз и все. Минхо кивнул и все же вышел из аудитории. Походка его была тяжелой, руки сжимались в кулаки, а на его шее пульсировала одинокая вена. Все говорило о том, что идёт чья-то смерть. И эта смерть Хван Хенджина явно.       Проходя на втором этаже здания, Минхо неожиданно замечает движение, смотрит в ту сторону и застает замершего Хенджина. Тот быстро разворачивается и бежит в сторону туалета, из которого вышел. Минхо, как молния, погнался за ним и уже скоро застал того возле двери в кабинку, затащил его внутрь, закрыл дверь и, схватив за горло, прижал к запертой двери. Его глаза заволокла пелена гнева, рука сильно сжимала горло, а вторая упиралась о дверь. От недостатка воздуха, Джин уже начал краснеть, и лишь сейчас Минхо опомнился, ослабил хватку и приблизился к уху младшего.       — Откуда. У тебя. Это. Фото? — грозно спросил он, казалось он рычит от злости. Джин стал сходить с ума, перед глазами все плыло, а в груди горело от адреналина. Закусив губу, он ухмыльнулся.       — У каждого свои секреты, Минхо-я, у меня вот такой, а у тебя вот такой, — с усмешкой Хенджин притронулся к животу парня и обвел его выраженные кубики пресса, которые вмиг сильнее напряглись.       — Какого черта ты творишь? — судорожно вздохнув, Минхо глянул в глаза Хенджина, в которых горела искра. Чертова искра задора. Ни капли страха. Наконец сейчас Минхо ее увидел.       — А когда же как не сейчас выпадет шанс облапать такого мужчину, в отличной форме, красивого и… — Хенджин вздохнул, принюхавшись, и улыбнулся. — и вкусно пахнущего, — Минхо ухмыльнулся и приблизился к лицу парня.       — Не учись мой брат на юридическом, я бы давно свернул тебе твою тоненькую шею, паршивец, — прямо в губы прошептал Минхо и улыбнулся, полностью оглядывая парня перед собой. — Одного только понять не могу, как такому красивому и изящному человеку достался такой поганый характер. Повторяю еще раз, Хван, не нарывайся на мой гнев, иначе я ни на что не посмотрю и задушу тебя.       — А если я только этого и жду, когда ты свернёшь мне шею, или когда своими руками сожмёшь мое горло и задушишь? — свободной рукой Хенджин прикоснулся к руке парня на своей шее и обвил его ладонь, сжимая его пальцы.       — Чертов псих, — смотря, как наслаждается своими мучениями Хенджин, Минхо просто не понимает кто, кого мучает. Джин прикусывает губу, смотрит в глаза старшего блестящим завораживающим взглядом и сжимает его руку на его собственной шее, закатывая глаза. Ли не выдерживает. Свободной рукой прижимает раздражающего его парня к себе и сталкивает их. Глаза Хенджина расширяются, так же как и зрачки, а потом чувствует, как сильная рука старшего обвивается вокруг его талии, прижимая тела плотно друг ко другу. Губы немного начинают дрожать, и, кажется, старший это замечает, останавливаясь, но не отстраняясь, наоборот, Минхо размыкает губы и проходит языком по пухлой нижней губе младшего, что готов был задохнуться. Отойти от шока Хенджину помогает слабый укус, который прошелся по его губе, и теперь Джин отвечал на столь страстный поцелуй. Его рука, что прежде была на торсе парня поднялась на грудь, глаза плавно закрылись, и парень полностью отдался в руки «соперника». Рука Минхо же, что обвивала его шею расслабила хватку и осторожно поднялась немного вверх, и большой палец оказался на мягкой щеке младшего. Из-за слегка грубого обращения Джин промычал в поцелуй, а Минхо полностью потерял голову и углубил поцелуй, сплетаясь с языком младшего своим. Минхо действовал максимально профессионально и дико. Джин чувствовал, как начинает плавиться в мертвой хватке парня, который может убить его. Достаточно всего лишь его взгляда. Простого присутствия. Хенджин уже готов был умереть, просто потому, что сейчас происходит то, о чем он и думать не мог. И какие же сладкие ощущения от поцелуя с Минхо возникают на его собственном языке, когда старший немного отрывается.       — Больше не смей открывать ту фотографию, не смей меня дразнить и лучше займись танцами, пока кто-нибудь помимо Джими не начнет тебя оскорблять, неумеха, — Минхо снова говорил все шепотом, прямо в губы парня и не прошло несколько секунд, как их губы снова оказались плотно прижатыми друг ко другу. Несколько раз смяв нижнюю губу младшего, Минхо поменял их местами и, убрав руку с шеи Джина, открыл сзади себя дверь.       Каким образом Минхо так быстро испарился, когда ушел, Джин не понял. Он даже не понял, как его талия оказалась без поддержки, из-за чего он качнулся, облокотился о стенку кабинки и скатился по ней на пол. Парень смотрел в одну точку и переваривал то, что сейчас произошло, даже притронулся к губам, не веря, что только что их целовал объект его задирок. Неожиданно для Хенджина у него появилась отдышка после долго сжимающей его горло руки, и сердце забилось в разы быстрее, готовое выскочить прямо сейчас. И только сейчас Хенджин вспомнил, что наговорил старшему, поэтому в ужасе зарылся в волосы руками и мысленно называл себя придурком и психом. Так же сейчас он понял, как дрожат его руки и ноги, как сильно пульсирует вена на шее, и как в носу до сих пор звучит сладкий запах старшего.       — Господи, — пробубнил Джин и уткнулся в свои ноги. Ему теперь явно нужен перерыв и покой, чтобы не только нормализовалось дыхание, но чтобы еще и мозг все переработал. Точно, что он может сейчас подтвердить, так это, что Минхо невероятно и офигенно целуется.

***

      Минхо вылетел из туалета пулей. Его ноги несли его подальше от того места, и остановились они только тогда, когда оказались возле нужной аудитории. Благо совместная пара у них прошла, потому что если бы была ещё одна, Минхо не выдержал. Его сердце скакало из стороны в сторону, словно в радостном танце, губы подрагивали, а живот сводило, как только парень вспоминал ощущения от поцелуя. Хенджин точно псих! Псих, который явно любит, когда над ним доминируют, срываются на него, а потом берут силой. Ну что за… Минхо в полнейшем замешательстве. Но что он может точно сказать, что его губы никогда не забудут мягкости губ Хенджина, на языке навсегда останется слабый привкус сладкой крови с обкусанных губ Хвана, в ушах будет звучать его шепот, а на руке будет чувствоваться тепло с руки младшего. Он теперь точно не забудет дурного Хван Хенджина, с которым он слишком офигенно целовался в кабинке туалета в порыве ярости. Кто бы услышал, подумал бы, что Минхо спятил. Целоваться с человеком, которого ты ненавидишь всей душой, еще и из-за того, что тот откуда-то отрыл фотографии с собой же полуголым и потому, что тот выглядел слишком красивым, чтобы его не поцеловать… Минхо сходил с ума от своих же мыслей и чувств. Где-то внутри, глубоко внутри, он хотел еще и еще, хотел полностью насытиться этими чувствами, чтобы их было в избытке и хотел куда-нибудь упасть, чтобы эти чувства медленно, но верно поглощали его и накрывали с головой. Ли не хотел осознавать, что ему понравилось целоваться с ним, с Хван Хенджином, который дико его бесит, который постоянно его дразнит и пытается быть лучше во всем. Минхо не хочет, чтобы это был он, но почему-то тогда ему вообще ни с кем не хочется целоваться. Либо он, либо никто? Минхо запутался и, уже сидя за партой в аудитории, чуть ли не рвет свои волосы. Что еще сильнее ему понравилось, так это то, что талия Хенджина была идеальна для того, чтобы Минхо просто прижал его к себе. Хенджин худой и стройный, его тело отлично гармонировало с телом Минхо, который не зря ходил в зал. Хенджин изящен и тонок, и как же Минхо снова хотелось прижать того к себе, что он задохнулся от сильной хватки, обмяк в его крепких руках, и задушить Хенджина хотелось своими собственными ладонями, потому что они слишком правильно смотрелись на его шее и слишком правильно смотрелись тонкие пальцы на пальцах Минхо. Все неправильное выглядело таким правильным, что Минхо просто не мог не думать о том, чтобы вновь это повторить. Но Минхо ненавидит Хенджина! Он должен его ненавидеть, как ненавидел все эти 13 лет. Должны соперничать, как соперничали с первого класса по сегодняшний день. Так почему Минхо резко захотелось снова к Хенджину? Почему ему снова захотелось почувствовать его тепло и губы на своих губах?

***

      Минхо пришел домой максимально погруженный в свои мысли. Его даже не смутила еще одна пара обуви на пороге, поэтому как только скинул свои кроссовки, пошел в комнату и увидел Чонина с Сынмином.       — О, хен, привет, ты не голоден? — начал Чонин, но заметил, что Минхо даже не слушает. Тот прошел до своей кровати, плюхнувшись, сел на неё и уставился в одну точку.       — Что это с ним? — переглянувшись с Чонином, спросил Сынмин и наклонился, чтобы заглянуть в глаза старшего.       — Хен, — позвал Чонин.       — Я… Блядь, это так абсурдно звучит… — протерев лицо, Минхо устремил взгляд на Чонина.       — Ты даже ничего не сказал, — мягко произнес он и вновь глянул на ничего непонимающего Сынмина.       — Я в порыве гнева поцеловал Хенджина, — потеряно произнес он, а глаза Чонина и Сынмина поползли к потолку.       — Чего ты сделал?! — спросил Чонин.       — Кого ты сделал?! — шокировано прикрикнул Сынмин. Он аж побледнел немного, когда услышал имя лучшего друга.       — Хен, ты шутишь? — недоверчиво спросил Чонин, придерживая Сынмина за спину. — Ты же с ним дышать одним воздухом не хочешь!       — Не шутит, а я то думал, почему Хенджин такой задумчивый и оглядывался постоянно, — делав глубокие вдохи и выдохи, проговорил Мин.       — Это как такое возможно и как такое произошло? — поинтересовался Ян.       — Это такая долгая история, а все началось с фотографии. У него откуда-то есть моя фотография, где я сплю без верха, — только сейчас Минхо начал осознавать с кого все началось. Сынмин тут же прикрыл лицо рукой и отвернулся, а за ним и Чонин. — Йена, ты у меня получишь, — начал было Минхо вставать, но Чонин остановил его рукой.       — Стой, дай сначала узнать, тебе понравилось? — Минхо долго молчал, а потом, смирившись, плюхнулся на кровать. — Значит понравилось.       — Ничего это не значит, я ещё не спросил с вас за эту фотографию, — указывая на голубков, Минхо выдохнул и убрал волосы назад. Чонин с Сынмином переглянулись, и Мин быстро достал телефон, быстро сфоткал Минхо в таком виде и спрятался за Чонина, когда Минхо встал с кровати.       — Хен, стой, еще вопрос, — Чонин кажется знал, как утихомирить пыл старшего и нагло пользовался этим. — Ты хочешь повторить то, что произошло?       — Нет! — сразу же ответил Минхо, но и в этот раз Чонин ему не поверил.       — Значит хочет, и третий вопрос: ты всё еще ненавидишь Хенджина? — Минхо молчал, но не потому что думал, а потому что пилил Чонина раздраженным взглядом. — Понял, да так да.       — Чонин, а ты не обалдел ли? Вот так лучшего друга предавать, — все еще пожирая младшего взглядом, спросил Минхо.       — Ну хееен, прости, — сделав молитвенный жест, Чонин глянул на Сынмина.       — Он правда не заметил? — спросил тот, выглядывая из-за плеча Яна.       — Кажись нет…       — Чего не замечаю? — громко спросил Минхо, уже начиная злиться.       — Нет, ну он явно это замечал и знает это, но не понимает почему, — в наглую смотря на друга, Чонин говорил со своим парнем.       — Ян Чонин!       — Боже, нет, прости, ладно, ты же вероятнее всего знаешь, что Хенджин любит то, что любишь ты, ненавидет то, что ненавидишь ты, — начал Чонин и ухмыльнулся.       — И?       — Вот, как только дело касается других ты спец, Минхо, а как только дело касается тебя, ты сразу великий тупой, — уже наконец сев рядом с Чонином, сказал Сынмин. — Из-за соперничества он стал полностью похожим на тебя, ну точнее, почти полностью, даже вспыльчивым таким же, — обиженно пробурчав последние слова, Мин фыркнул и вспомнил, как сегодня зло говорил с ним Хенджин.       — Вот именно, из-за соперничества, — согласился Минхо и будто поставил точку их обсуждению. Чонин с Сынмином снова переглянулись.       — Только ли из-за соперничества? А вдруг ты ему…       — Чонин, я все понимаю, ты наконец с Сынмином, на глазах розовые очки, но мы с Хенджином соревнуемся с первого класса, ты думаешь спустя столько лет у нас будет что-то кроме ненависти или призрения? — Минхо уже устал от этих разговоров, но последняя фраза Чонина его добила.       — Тогда почему ты стал называть его по имени? Раньше звучало только Хван, а теперь Хенджин, может это не ему ты, а он тебе? — Ли не желал продолжать этот разговор, поэтому лишь быстро убрал с кровати сумку и лёг на нее, отвернувшись от парочки спиной. От них послышался смешок, а Минхо, скривив рожицу, глубоко задумался. Из-за раздумий его ладонь сжимала его рубашку, губы оказались закусанными, а глаза уставились в одну точку. Снова на языке появился вкус Хенджина. Минхо даже незаметно дернулся от нахлынувших ощущений, но быстро расслабился и закрыл глаза, как тут же перед ними возникло изображение Хенджина, на его шее покоится рука Минхо, и ее обвивает рука Хенджина, сжимает, и Джин закусывает губу. Эти воспоминания раздражали Минхо, но он хотел их видеть, чтобы не забыть этот по настоящему отличный поцелуй. Из-за раздражения Ли фыркнул, встал с кровати, взял стоящий возле стола скейт и ушел на улицу, оставляя Чонина с Сынмином в квартире.       Парень ехал по улице, сильно отталкивался от земли и мчал, куда глаза глядят.       — Он мне нравится, ага, да конечно, обожаю просто, — недовольно бурчал Минхо и сжимал кулаки. Его руки так и чесались. По необыкновению ему очень хотелось кого-нибудь ударить, да так врезать, чтобы тот потерял сознание. Но никого подходящего Минхо не видел и не знал, кажется. Потому что теперь прежнее желание ударить и потом убить Хвана сошло на нет. Почему-то теперь Минхо его и пальцем трогать не хотел, хотел чтобы тот продолжал жить. Это раздражало его еще больше. И поэтому, приехав к парку, он направил свои руки на бедное одиноко стоящее дерево. Кулаки летели на кору, пачкались в грязи, а потом и в крови. Минхо был чертовски зол и даже не чувствовал боли от ударов. Он колошматил дерево руками, пинал его ногами и хотел кричать, но с его губ вырывалось только злое рычание. Мимо даже никто не проходил, чтобы оттащить парня от дерева, успокоить. Ли просто избивал руки в кровь, да и душу тоже, потому что что-то внутри не позволяло ему кричать и держало все внутри, разрывая на куски все живое и хорошее.       Успокоился Минхо не скоро, но когда выпустил пар, скатился на землю по дереву и запрокинул на него голову. Вот сейчас его кулаки разжались, костяшки заболели и заныли, пальцы стали дергаться от неожиданного расслабления. По фалангам текла кровь и капала на траву, так же откуда-то взявшиеся слёзы текли по щекам парня и капали на его рубашку. Минхо не понимал почему плачет, никакого повода не было, но он не мог контролировать слёзы, и те безостановочно текли вниз. Закрыв глаза, Минхо расслабился, позволяя эмоциям овладеть его телом. Он стал чувствовать сильную режущую боль в руках, где-то внутри сдавило дыхание, и Минхо боялся вдохнуть, чтобы не почувствовать, как легкие пронзают ребра.       — Хен?! — раздался встревоженный голос Феликса, который с пакетом продуктов проходил по парку. Он тут же подбежал к брату и ужаснулся, заметив его разбитые руки, по которым текла кровь. Минхо слабо раскрыл глаза, посмотрел на младшего и вздохнул, чтобы наконец успокоиться. Лицо его горело от слез, но он терпел. — Хен, что случилось? — встревоженно спросил Ликс.       — Ничего особенного, просто…       — Хен, ты впервые так сильно разбил руки, чтобы кровь ручьём текла, и не говори, что это ничего особенного, — посмотрев на лицо старшего, Феликс тяжело выдохнул и, убрав скатившиеся волосы с его лица, помог тому встать.       — Я просто злился, — тихо буркнул Минхо и взял с земли скейт.       — Кто ж тебя так сильно разозлил? Ты никогда, за все наши стычки с кем-нибудь настолько сильно кого-то не бил, даже я так руки не избивал, — поддерживая брата под руку, Феликс оглянулся и заметил кафе. — Пошли, надо твои раны обработать, — и они пошли к кафе. Феликс отправил Минхо в туалет, чтобы он смыл всю кровь и промыл раны, а сам спросил на кассе есть ли у них аптечка, и когда ее дали ему в руки, то пошёл к свободному столику. Как раз из туалета вышел Минхо и с унылым лицом пошел к брату. Теперь на его душе была пустота. Когда он сел напротив, Феликс тут же притянул его руки и стал обрабатывать ваткой и перекисью.       — Я Хенджина поцеловал, — тихо проговорил Минхо, а Феликс застыл.       — Ты что?! — шокировано спросил Ликс, посмотрев на брата. Тот кивнул. — Так.       — Но самое хуевое… — старший Ли опустил голову. Феликсу не надо было слов, чтобы догадаться.       — Тебе понравилось, и ты поэтому злился, — договорил младший и почувствовал, как Минхо сжимает руку в кулак.       — Феликс, я не знаю, что делать, — так же тихо пробубнил Хо, а Ликс выдохнул и улыбнулся, продолжая обрабатывать раны.       — Ничего, не нужно ничего делать, хен, скоро твоя учеба закончится, и ваши пути с Хенджином разойдутся, сейчас тебе главное не вестись на его провокации и нормально отучиться и выпуститься, а потом дай Бог вы больше не увидитесь, — проговорил Ликс и отложил вату, беря бинты. Это немного расслабило Минхо, и он, приподняв голову, кивнул. Вот только теперь будет сложнее справиться с Хенджином, после того, что произошло. — Если тебе будет тяжело, я могу попросить Чонина держать тебя в узде, и если что останавливать тебя, — заметив замешательство в лице старшего, предложил Ли, а второй лишь глаза закатил.       — Не говори мне о нем, именно из-за него и Сынмина это произошло, — недовольно фыркнув, Минхо облокотился о спинку стула. Феликс улыбнулся, потому что старший начал приходить в себя.       — Да? И что такого они сделали?       — Ты прикинь, Чонин сфоткал меня, как я сплю без футболки, отправил Сынмину, а Сынмин отправил Хвану, и теперь у него есть эта фотография, он начал меня дразнить ею, а потом словно с катушек слетел, стал просить, чтобы я его задушил, псих больной, — эмоционально, Минхо рассказывал все крайне эмоционально, и Феликс поэтому тихо хихикал.       — Почему же ты его поцеловал, а не убил? — приподняв бровь, спросил Ликс, но так же продолжал бинтами обматывать его руки.       — Слишком красив, паршивец, вот как такому ебанутому досталась такая красивая внешность, еще и целуется ахуенно, — последние слова он буркнул себе под нос, но Феликс все равно их услышал и усмехнулся.       — Может он только с тобой такой ебанутый, мне кажется доставать тебя уже целое испытание, как тут не сойти с ума, — все закончив, Феликс хмыкнул от прищура Минхо. — Но и твоей выдержке можно позавидовать.       — Ликс, он меня достал, — прохныкал Минхо и упал на стол.       — Я знаю, но потерпи ещё годик или полгодика, — погладив старшего по голове, Феликс закрыл аптечку и пошел к кассе, чтобы ее отдать. — Ты главное держись, — вернувшись к брату, проговорил Ли, а тот кивнул.       Когда старший вернулся домой, от Чонина послышалось море вопросов о руках, но Минхо благополучно проигнорировал их и просто лег спать. А следующим днем игнорировал Хенджина, в принципе как и тот его. Они даже смотреть друг на друга боялись, было очень неловко. Хотя тайно Минхо наслаждался моментом спокойной жизни. Потому что совсем скоро Хенджин снова стал выводить его из себя, а Минхо держался изо всех сил, потому что не знал, что с ним ещё сделает в порыве гнева. Только злил его вовсе не парень, а дурные мысли Минхо и желание не только смотреть на губы Хвана, но и разгрысть их к чертям собачьим. Поэтому, когда он делал только шаг в сторону младшего, Минхо тут же за руку хватал Чонин, а Хенджина за шкирку оттаскивал Сынмин и затыкал ему рот.       — Я хочу ему въебать, — бурчал Минхо, хрустя пальцами.       — Ты точно хочешь ему въебать, а не выебать? — жуя салат, спросил Чонин и тут же затих, видя грозный взгляд старшего.       — Чонина, я тебе рот зашью скоро, — серьезно сказал Минхо и отпил кофе.       — Понял-понял, не злись, даже подразнить нельзя, а вот Хенджину почему-то можно, — обижено пробурчал Ян.       — Ему тоже нельзя, но если бы вы с Сынмином меня не останавливали, я бы давно ему врезал.       — Ага, конечно, у тебя рука не поднялась бы даже, ты кроме, как за грудки или за шею хватать ничего не умеешь, какой уж там ударить, особенно Хван Хенджина, — усмехнулся Чонин и увернулся от руки старшего. — Ладно-ладно, все, все молчу, — хихикнул Ян и замолк, продолжая жевать салат. — Ой, хен, кстати, ты куда собираешься после учебы? Студию откроешь или что?       — Наверно да, сначала студию, а потом посмотрю, как пойдет, может вообще моделью стану, — хмыкнул Ли и уставился в одну точку, раздумывая о его дальнейшей жизни.