Игра

Дверь тихо скрипит, когда ее открывают руки в аккуратных перчатках и кольцах. Мужчина входит осторожно, опасаясь того, будто его сейчас же схватят и он не увидит больше света. Его замечают практически сразу же. Смотрят глазами, полными увлечённости... Увлечённости опытами. Как раз на столе перед ним лежит куча бумаги и все они составляют огромную схему следующего эксперимента, из-за которого этот человек не выйдет из лаборатории последующие недели три. Банкир быстрыми шагами подходит к Доктору, не отрывая взгляда от его глаз. Он без маски, что является чем-то редким. И все же его лицо он, Панталоне, видел не один раз. Целовал не один раз. Доктор поднял бровь, не подозревая почему такая личность явилась к нему. И как-то даже не вовремя. Чуть хотел заговорить, так к его рту поднесли палец, намекая на тишину. Чудесную тишину в такой момент. Это похоже на игру. Лёгкую, но затейливую, которая затянется на неделю так точно. Но чем же она начнется? Девятый предвестник отходит от Доктора, параллельно снимая с себя теплую шубу. И специально кидая призывной взгляд из-за плеча, легко улыбаясь. Но Второй стоит на месте. Что ж, он примет эту игру, однако все должно быть по его правилам. Банкир стирает улыбку со своего лица и вешает шубу на крючок. (Его отвели специально для него, но об этом никому не сказано было и слова.) После снова подходит к Доктору. Доктор же обводит своими алыми глазами плечи и талию, часть видной кожи на плечах. Странный фасон у водолазки этого прохвоста: без рукавов, зато перчатки выше локтя. Это его особенность. Регдатор обходит безумца, ни как не соприкасаясь. Его внимание привлекают только записи, лежащие в полном беспорядке. Он аккуратно проводит рукой по бумагам, стараясь их не мять. Врач пожирает его глазами, следя за элегантными и выдержанными движениями. Игру нельзя прервать. Кто-то должен сдаться, а Дотторе сдаваться не намерен. Панталоне чуть опирается на стол, не поворачивая головы к хозяину этой лаборатории. Будто нет его. Бьёт по самолюбию сразу, чтоб сломался. Сводит с ума только своим непричастным видом... Доктор берет свой стул за спинку и подкатывает ближе к столу, садясь на него, берет одну из бумаг и тут же что-то исправляет. Тоже делает вид того, что не замечает. Однако привычная улыбка Регдатора не дрогнула и не спала. Он отошёл от стола и встал позади стула, сначала вглядываясь в лист, позже переведя взгляд на самого Дотторе. И легко наклоняет голову, будто намереваясь поцеловать, но легко перехватывает лист бумаги, сразу же отходя. Доктор провожает глазами человека, который положил лист обратно на стол и поправил волосы, невзначай проведя своими пальцами по своей груди. Выдох и вдох. Ох уж этот засранец. Врач тянет за руку на себя Панталоне и тот со вдохом опускается на его колени. Без промедления, его целуют, сразу же чуть задирая невероятную водолазку. — Сдался? - шепчет он в губы Дотторе, зарываясь в его волосы. — Сдался в поединке, но в войне одержу победу, - шепчат ему в ответ, после прикусывая губу. Эти мелкие прелюдии - начало. С каждым поцелуем все глубже и чувственнее, красочнее. Панталоне поднимает голову вверх, Доктор пользуется моментом и прикусывает немного шею, напоследок целуя подбородок. Слышен звон колец: банкир успел снять украшения и перчатки. Теперь Дотторе с обожанием целует руки, чередуя их с укусами. Сладко, приятно, голову сносит... Тихий вдох чуть к его плечам перешли. Как назло, мучают, расстягивая прелюдии, будучи за работой. Дверь? Он же закрыл за собой дверь? Двери уходят на второй план, когда с него стягивают водолазку и садят на стол, прямо на те бумаги. Банкир старается расстегнуть синюю рубашку безумца, целующего его в данный момент. А получая доступ к чужой груди, в поцелуе смешиваются тихие донельзя стоны Дотторе. Поцелуй прекращается, когда Доктор прижимается пахом меж чужих ног. Панталоне опускается на спину. Второй предвестник только рад. Имитируя толчки, он вымогает желанные, но до сих пор тихие стоны от Банкира. *** — Не падай в обморок, ты мне ещё нужен здесь, - говорит Дотторе, толкаясь в тело. Его рука покоится на чужой шее, чуть сжимая. Панталоне кивает, как может. Доктор начинает двигаться. Медленно, постепенно ускоряясь. Не отнимает от шеи своей руки. Второй рукой разводит ноги больше, чем может позволить себе уважаемый Девятый предвестник. И также нагло кусает везде, где дотягивается. Банкир сгибается в аккуратную небольшую дугу, когда Дотторе отрывает руку от его шеи и медленно, вопреки толчкам, проводит по члену. Не выдерживает, изливаясь прямо себе на живот. Усмехнувшись, Врач прекращает толчки и любуется этой картиной: тяжело дышащий Панталоне, весь искусанный и испачкавшийся. Лучше это нарисовать и повесить в коридор, как шедевр искусства. Дотторе закидывает чужие ноги себе на плечи и резко толкается до конца. До его ушей доносится вскрик мирно отходящего доселе Банкира. И таких следует череда, после глубоких и безжалостных движений, шлепков. Доктор закидывает голову назад и заканчивает в чужом теле. Наслаждению нет предела. *** — Клянусь, снижу оплату, - бурчит Панталоне после того, как отошёл и обтер себя салфетками. — Золотце, тебе же понравилось. Зачем так жестоко? - мурчит Дотторе, восседая на том же стуле. — Но спину отбили не тебе, 我的奇蹟 [wǒ de qíjì], - бережно пересчитывая кольца, Банкир бросает недовольный взгляд на больно довольного Доктора. — Но и не я заявился посреди чужой работы, чтобы соблазнить, - хихикает он, замечая как краснеют кончики ушей прекрасной пассии. — Зато интересно вышло! - кричит Срез, выглядывая из-за дверного проема. Он громко хихикает, наблюдая за чужой реакцией.