memories of another love

Отмотаемся немного назад. И почитаем повествование от лица Антона. ••• Я никогда не верил во фразу "разбить сердце". Думал, типо, «А это как так вообще, вы че, ебу дали?» Но кто мог подумать, что именно это меня сломает. Это было больше года назад. Я не буду описывать в подробностях, что чувствовал к этому человеку. Не буду описывать его. Просто достаточно будет знать, что мы учились в одном классе и были очень хорошими друзьями. Я не испытывал к нему любовь, нет, эта была влюблённость. А это разные вещи. Давайте к самой сути. Мы, как всегда, небольшой компанией собрались у него дома, пили, курили, снова пили, танцевали и снова-снова пили. Решили сыграть во что-нибудь и, недолго выбирая, сели играть в бутылочку. Наша компания была одной из немногих, которая шла назло каким-нибудь гомофобам в школе, поэтому для всех нас засосаться с человеком своего пола было максимально просто. Крутили, сосались, снова крутили, снова сосались. И вдруг бутылочка остановилась на мне. Не помню даже, кто крутил и кому выпало меня целовать, но этот человек нам и не важен. Важно то, что после того, как я крутанул, бутылочка остановилась на тот самом друге, что сидел от меня по правую руку. Мы поцеловались. Стало невыносимо жарко, холодно, душно, горячо, хорошо... Кто-то ржал, кто-то молча наблюдал, а кто-то снимал на камеру. Мы поиграли ещё, а к трём часам ночи разошлись. Тот друг добродушно проводил меня до подъезда, мы ещё немного поболтали, а после... Он вновь меня поцеловал. Потом ещё. И ещё. Потом поставил где-то на шее засос. И ушёл. После того дня наша школа на месяц ушла на дистанционку, потому что кто-то как-то кого-то заразил какой-то там болезнью. И весь этот месяц мы с другом просто мило переписывались. Но за пару дней до того, как мы должны были вернуться в школу, он попросил отправить ему свои нюдсы. Естественно, я не сразу согласился и долго отнекивался. Однако ночью я всё же решился и отправил ему злосчастные фотки. Думаете, это стало моей ошибкой? Нет, они в дальнейшем не играют никакой роли. Почти. В понедельник двадцать пятого апреля, когда мы все вернулись в школу, после третьего урока, на большой перемене, меня запихнули в женский туалет и избили, с отвращением и насмешкой утверждая, какой же я педик. Среди них был Илья. Тот самый друг. Человек, которому я доверял, которого любил и который, мне казалось, любил меня. После этого я ещё месяц терпел это всё, а в июне сдал экзамены, получил через какое-то время аттестат и забыл дорогу в эту школу. Спустя год я всё ещё помнил его. Такого, как он, не забыть. И даже спустя год я думал, что он меня любит и ему жаль. А потом я узнаю, что он изнасиловал несколько пятиклассниц и подался в бега. И вот сегодня, сейчас, тринадцатого августа, я стою на мосту и смотрю, как на него цепляют наручники и впихивают в машину. А сзади ко мне подходит Максим, носом утыкаясь в затылок. — Антош, ты хорошо постарался. Ммм, отблагодарю тебя потом, котёнок. — шепчет тот, прижимая к себе за талию. — Не спеши. Как только он сядет за решетку, я уеду отсюда. — холодно говорю, убирая с себя чужую руку. — Что? Антош, что такое? Он тебе угрожал? — засуетился тот, пытаясь развернуть меня к себе, однако, смотреть на него я не собирался. — Макс, я уезжаю. Он мне не угрожал, никто мне не угрожал. Я просто хочу уехать отсюда. Сегодня ночью я заеду и это будет последний наш секс, ты меня понял? — не оборачиваясь, говорю я, после чего поднимаю обратно спавшую с плеча рубашку и ухожу к подъехавшей машине. Всё так и было. Я еду в машине, блокируя везде того Максима. Теперь он мне не нужен. Я не скорпион, конечно, но я не упущу момента мести. Ни. Ког. Да. ••• Говорим «Спасибо» Антону и возвращаемся в реальный мир. Весь следующий день Шастун не мог найти себе места. Ни на лекциях, ни на работе в кофейне, ни вечером дома. Он не мог понять, как так вышло, что он не помнил весь вчерашний день. Он не пил, в жизни никогда ничего не употреблял, что могло бы быть причиной. На следующий день было более спокойно, но не до конца. Ему не давало это покоя. И даже сейчас, спустя три дня поверх предыдущих, стоя в автобусе, он не мог оставить размышления в сторону. Автобус резко тормозит. Снаружи слышно, как гудят машины, а стоящие пассажиры нестойко держатся на ногах. Антон вообще почти падает, не вовремя отпустив поручень, но он тут же оказывается в объятиях крепких рук и сладкого мужского парфюма. Парень замирает от неожиданности ситуации, а вот его спаситель сдержанно усмехается, спеша поставить парня на ноги. — Молодой человек, с вами всё хорошо? Не ушиблись? — беспокоится тот, расплываясь в улыбке, когда видит обескураженное лицо шатена. — При всём уважении, но вы похожи на кота. — Я... Ага.. — растерянно отвечает Антон, поворачиваясь на все сто восемьдесят. «Сука, спасибо конечно, но что делают такие охуенные мужчины в дешёвых дряблых автобусах блять! — агрессивно ругается - но только в мыслях - Антон, делая вид, что внимательно следит за дорогой, уже точно и крепко держась за поручень. — Шастун, соберись, следи за остановкой и не просри дорогу. Ой блять, всё, остановите планету, этот долбаёб выйдет в стратосферу» А ведь парень даже не подозревает, что его мысли прекрасно слышит тот самый мужчина. Мда.. то, что Кохини сейчас беспалевно принимает облик человека, это плоховато. С другой стороны, будь они в своей настоящей сущности, Кохини бы все избегали. А сейчас они спокойно живут в мире людей, проникая в их мысли и сжирая изнутри. — Остановка Маршала-Малиновского. Есть кто выходит? — разносится из динамиков внутри. — Нет — отвечает вернувшийся с конца автобуса кондуктор, приближаясь к будке водителя. — На последующей есть — кряхтит он, пересчитывая купюры в руках, а после всех пассажиров. — Остановка Музей Древнего Египта. Есть кто выходит? — спустя минут 10 разносится по всему автобусу. Несколько человек подходят и встают у дверей, ожидая приближающуюся остановку. В их числе оказывается и Антон. Как только транспорт встаёт, двери распахиваются, люди кучкой выходят и расходятся в нужных им направлениях. — Шастун, ещё раз опаздаешь, я тебя уволю — наигранно серьёзно бурчит невысокий шатен кавказской внешности. Невольно вспоминается одна посетительница, которая пыталась объяснить Сергею, что ей нужен администратор, так, будто он по-русски вообще не understand. Было смешно за этим наблюдать, конечно, а девушку жалко. Когда Матвиенко ей ответил, где администратор и что он прекрасно понимает и говорит по-русски, она покраснела, словно вареный рак, и удалилась. — Ну Серёжа Борисович, ну простите грешную мою душу. Такого ещё повториться, обещаю вам! — подыгрывает парень, смеясь с лиц посетителей, которые тут впервые и явно не привыкли к таким диалогам. Кофейня "Language Of Laughter" открылось здесь месяца три назад, но уже стало тем комфортным местом, где даже обслуживающий персонал мог по просьбе клиента сесть напротив и начать диалог. Сюда приходят люди, которым некому выговориться. Люди, которые ищут тут поддержку. Люди, которые по жизни эстето-зависимы. Люди, которым тут комфортнее, чем дома. Здесь работают самые комфортные и уютные люди. Здесь заваривают вкуснейший кофе. Здесь подают людям изумительно вкусные десерты. Даже аббревиатура названия — "lol", говорит сама за себя. Антон с самого открытия тут бывает, а работает только вторую неделю. Не из-за каких-то бонусов и плюсов работы официантом, а просто из-за комфорта и новых знакомств. Он получает зарплату как бонус к тому, что знакомится с большим количеством людей за день. И вот сейчас Антон заходит на кухню, всех приветствует, направляясь в кабинет администратора, чтобы отчитаться о том, что пришёл, что здоров и хорошо себя чувствует, и что может приступать к работе. Подойдя к двери, выдыхает, стучится и, услышав тихое «Входите», оказывается в прохладном небольшом помещении тёмно-серых и бордовых тонов. На стенах висят разных размеров абстрактные картины, написанные яркими красками. В противоположном от двери углу расположен белоснежный стол, за которым сидит с ровной осанкой кареглазая брюнетка в очках, сосредоточенно вчитываясь в документ в руках, от которого отрывается с приходом парня. — Добрый вечер, Дарина Игоревна. — широко улыбаясь, здоровается Антон. — Добрый, Антон. Ох, у тебя новый одеколон? — улыбаясь в ответ, интересуется та. Но парень удивлённо вскидывает брови. — Чего? Нет, я сегодня спешил, поэтому из "пшиколок" только антиперспирант. От меня что, чем-то пахнет? — засуетился парень, осознавая, что Дарина ведь наполовину лисица, а лисы из семейства собачьих (или кошачьих?) а значит обоняние острее, чем у других. — Ох, но запах приятный, да и еле уловимый, так что всё в порядке. Может по дороге сюда с кем-то столкнулся? — снова обращая внимание на документы, вздыхая. — Наверное... — неуверенно протянул шатен, — Дарина Игоревна, может вы отдохнёте? — У меня есть ещё немного работы. — не отвлекаясь, сообщает Дарина — Я на перерыве присоединюсь к ужину. А пока можешь приступать к своей работе, Антош. — Да, хорошо. Я пошёл — ответил в след, после чего медленно покинул кабинет.