Мурочка, киса и бог смерти
18 июля 2023 г., 18:16
— Накамура… — произнес мужчина куда-то в пустоту. — Ее нет? Ладно, кто-нибудь позже передаст ей задание, — несколько учеников украдкой обернулись, смотря на пустое место в классе. В этих взглядах читались немые вопросы «отличница прогуливает?»
***
— Дура! Дура! Дура! — где-то в глубине квартиры послышался голос, звучащий в такт равномерным глухим стукам. Только открыв глаза, Юмэко сразу начинала вспоминать о вчерашнем. Делая из подушки отбивную, девица мысленно чертыхнулась. Спустя какое-то время уровень энергии наконец заметно снизился, и блондинка рухнула на кровать в позе звезды, тяжело дыша. «Зачем мне вообще банда гопников, — переворачиваясь на бок задумалась Юми, — вроде бы звучит круто и интересно, но меня ведь еще даже не приняли», — подскочила девчонка, обняв голову ладонями. Глаза цвета бездонной впадины в океане замерли от неожиданности. Накамура слегка удивилась, услышав звонок в дверь. «Кто это, я же никого не жду». — тело блондинки само понесло ее к двери вдоль темного коридора. С каждым новым шагом, с каждым громким щелчком открывающегося замка удушающее чувство паники подступало все ближе. Оказавшись в холодном поту, девушка медленно приподняла дрожащую холодную руку. Что же это за липкое чувство такое. Страх. Именно он, блондинка поняла это, как только распахнулась входная дверь. — Н-не может б-быть… Боги смерти?.. Чем же я заслужила…это? Шинигами, п-прошу вас, оставьте меня в покое, — сваливаясь на колени выдавливает из последних сил девушка. От яркого дневного света в подъезде зрачки сузились, забегали, словно вот-вот и от страха выбегут за пределы белков. — Ха-ха, слишком поздно, жалкий человечишка, твои дни уже сочтены! — раздался голос на пороге, словно гром ударяющий по мозгам. — Переигрываете, — сухо ответил парень, бесцеремонно проходя в квартиру. — А сам то даже не пытался отыграть, бука, — расстроено произносит второй, повторяя недавние действия друга. Вальяжно усевшись на пуфик быстрыми движениями татуированных ладоней стал развязывать шнурки. — Слышите, я тут вспомнила, какого хера вы завалились ко мне в дом? — выпалила блондинка, покосившись на друзей. — Так у тебя же родителей дома нет, — завидев негодование подруги, парень решил подняться. — Мурочка, ну не злись. Теребя волосы девушки, крашеный нехотя остановился, заметив румянец на пухленьких щеках. На его губах проскользнула какая-то нетипичная для Ханмы улыбка, которая так же быстро исчезла, превращаясь в обычную улыбку оголявшую клыки. — Вы, кстати, как узнали, что я одна дома? — Увидели. — Когда? — Только что. — Аа. Ладно, идем на кухню, — на выдохе проговаривает Накамура, начиная двигаться по направлению. Усевшись за стол, Юми наблюдала за слаженными действиями легендарного дуо Ханмы и Кисаки. Почему легендарного? Да потому что чай они делали как боги. Было похоже на некое представление, когда эти двое начинали готовить. Годами наработанные движения были схожи с танцем балерин: чаинки, плывущие по кругу в водовороте зеленого озера, и парни, плавно кружащие по кухне в танце грациозных лебедей. — Чего залипла? — обратил внимание на себя долговязый, прервав тишину. — Да просто, бабушку вспомнила, — немного потупив взгляд продолжила. — Она любила лебединое озеро по вечерам смотреть. Ханма и Кисаки всегда знали, что их подруга не совсем такая, как другие девушки, но похоже, сегодня они открыли для себя что-то новое во взглядах на нее. — Эм, кстати, что вы знаете о группировке токийская свастика? — поинтересовалась Юми, рассыпая только что вытянутый лед по чашкам. Веки обоих еле заметно приподнялись, на лбах стали более явны складки от поднятых бровей. Двое подростков переглянулись, посмотрев друг другу прямо в глаза. Будто умея читать мысли, что-то согласовали между собой, слегка кивнув. — Юмэко, вступай в Вальхаллу! — отчеканил дикторским голосом Ханма. — Че? Ты типо зазывала? Что за реклама такая? — девчонка изогнула брови в недовольстве. — В любом случае, если и вступлю, то в Тосву. — Что так? — сделав более серьезный вид, задал очевидный вопрос долговязый, будто говоря сразу за двоих. –… , — в воздухе повисла душащая тишина. — Да просто, так получилось, — почесывая затылок произнесла Юми с привычной улыбкой на устах. Семена напряжения будто ветром унесло в далёкие места, но некоторые всё же остались, неуверенно колыхаясь на цветке. На ходу допивая остатки Эрл Грея, девушка кинула: — Я сейчас оденусь и пойдем, — послышался легкий стук закрывшейся двери. Слегка дёрнувшись, Тетта и Шуджи продолжили тихо ждать. *** Сразу можно сказать, что денёк будет знойный, а ведь сейчас только утро. В такое время мало школьников по улице ходит, все на уроках сидят в основном, подумала девчонка. Смотря на работающих не покладая рук людей во всяких заведениях по разные стороны улицы, девушка слегка отдалилась от идущих спереди друзей. Всё-таки как не посмотри, а Юмэко не из мыслителей — скорее из мечтателей. «Ты посмотри, какой диалог у них завертелся, за ним и меня совсем перестали замечать» — промелькнуло в мыслях у девицы, когда она наконец вспомнила, что идет не одна. Стала ускоряться, ибо в планах было вклиниться в разговор и узнать, что же там такого интересного, что они даже вокруг себя ничего не замечают. Рывком из-за спины выходят два парня, преграждая путь. Словно стена нависают и закрывают передний обзор. — Привет, милашка, не дашь свой номерок для двух красавчиков? — промолвил эдакий мачо с ехидной улыбкой, пока другой строил глазки. — Нет, — выдает кратко девчонка, в следующий миг обходя двоих… красавчиков? Нет уж, вряд-ли. — Чего такая грубая с нами, настроение плохое? Пошли вместе веселиться, — резко ухватившись за руку Юми, выдает второй парень со странной прической. Глаза воспылали ненавистью с примесью презрения и высокомерия. Брови сползли к переносице, делая лицо явно не милым. Где-то внутри, под оболочкой агрессии, наружу так и просился раздражающий скрежет страха. Пытаясь сопротивляться, Накамура собирает все свои силы в сжимающийся кулак и бьет по лицу наглого хмыря. Но у того, увы, лишь слегка голова повернулась от такого удара. «Я… настолько слаба? — подумала Юми. — Какая к черту банда гопников, если я сама себя защитить не могу. Интересно? Весело? Подобное будет происходить регулярно. И что я смогу вообще?» Небольшого удара хватило, чтобы раздраконить парня. Следующий пришелся теперь уже по лицу девушки. — Тебе повезло, что не с кулака бил, а просто ладонью. Я сегодня необычайно добр, — если присмотреться, можно заметить, насколько вырос и задрался нос этой занозы в заднице. Плотина из век потихоньку стала не выдерживать напора и пропускать тоненькие струйки соленого моря. По пылающей от удара щеке скатилась слезинка, вобравшая в себя и боль, и страх, и безысходность. Повернув голову к обидчику, девушка хотела было ответить что-то язвительное, да не успела. Кулак друга первым нанес сокрушающий удар, от которого мужчина аж отлетел на несколько метров. Следом за первым полетел и второй, от хорошего пинка Кисаки в спину. Оглядев тела, валявшиеся на дороге, и своих защитников, Юми более ни секунды не раздумывая побежала к друзьям. Широко разведя руки, сразу двоих заключила в крепкие объятия. Такие яркие проявления эмоций случались редко. Так что считайте честью, если вы побывали в объятиях блондинки. — Ты в порядке? — поинтересовался блондин, поправляя очки и снова кладя руку на спину Юми — Да, все хорошо. Один из них меня немного ударил, но сейчас я уже в норме, — шептала девушка обоим парням, крепко обвивая руками за шеи. — Ударил? Я сейчас его еще разок ударю, он заслуживает большего! — выпалил долговязый, выбираясь из объятий. — Не надо-не надо, — подбежав следом за Ханмой, Юми устремила взгляд на одно из тел. Какое-то время пристально смотрела, пока на лбу не вздулась венка. Замахнувшись ногой, блондинка ударила, что есть мочи, в живот одного из бессознательных парней. — Тупой ублюдок, — за ним последовал еще удар и еще шквал ударов. Девушка почувствовала чьи-то очень теплые руки на плечах, буквально вытянувшие ее из некого транса. — Достаточно. Тебе не идет жесткость, — прошептал крашеный, склонившись прямо над ухом. Тепло от рук и дыхание друга перекинулось на щеки и уши девчонки. Повернувшись на голос, Юми улыбнулась, одобрительно кивнув. Возвращаясь к Кисаки, который решил не мешать и тихо ждал, девушка начала вспоминать. — Помню, однажды что-то подобное уже происходило.***
— Милая девочка, что ты тут одна делаешь? Потерялась? Пойдем, найдем твоих родителей, — протягивая руку произнес лысый мужик. — Ага, — Юмэко Накамура, 8 лет. Уверенно произносит наивная девчушка, хватаясь за протянутую ладонь, будто за лучик надежды во тьме. Топ-топ… топ-топ, топ-топ, топ-топ-топ-топ… прыг. Удар. Мужчина, только что стоявший рядом — лежал, а на нем мальчишка, поваливший его ударом двумя ногами в спину. Девочка, опешившая от такого зрелища, застыла на месте, как дерево вросла и не могла двинуться. — Сука, быстро слезь с меня, — пытаясь подняться, выдавил из себя лысый внизу. Мальчишка хоть и был худым, но при этом тяжелым из-за роста, в котором значительно превосходил сверстников. — Пиздовыблядок, — Шуджи Ханма, 8 лет. Спрыгивая кинул паренёк. Заметив движение мужика, бросился бежать, прихватив за руку девочку. — Сосни, придурок, не получилось ее забрать! — Стой, он же хотел помочь, — подала голос Юми, а у самой глаза уже на мокром месте. Девчушка не понимала, кто хороший, а кто плохой, словно слепой котенок, смекнул Шуджи. — Дура, подумай, откуда он знает, где твои родители. Этот осел хотел воспользоваться тобой, не более, — выпалил Ханма. Почувствовав дрожь руки девчушки, посильнее сжал ладонь. — Вот оно как, — Накамура посмотрела назад, а следом ее взгляд упал на замок из рук. Хоть они уже и оторвались от мужчины, но Шуджи все еще не отпускал её. Да и не хотелось.***
— Да уж, много воды утекло с тех пор. За это время ты стал для меня больше, чем просто другом. Думаю, ты мне как брат или что-то вроде того, — все еще витая где-то среди воспоминаний, произносит Юми. — Маленький братик, — еле дотянувшись до головы парня, теребит его неуложенные волосы блондинка. «Брат значит…» — пронеслось в мыслях у Ханмы, на что долговязый лишь улыбается — Идёмте уже в раменную, — разворачиваясь спиной к друзьям проговаривает Тетта, ожидая их движения, — Дурень. — А это еще за что, — возмущается парень под смех Накамуры.
