***
Медальон Слизерина, как и мои очки, был предназначен для наложения личины. Точнее, Медальон накладывал на того, кто тот надевал, добротную материальную иллюзию.
Какую-то. Какую именно мне выяснить не удалось.
Да и было так раньше, до того, как Волдеморт внёс свою скромную лепту. Теперь же, после ещё и моего вмешательства, свойства Медальона, как и Диадемы, увы, весьма упростились. Теперь тот действовал как простые артефакты личины моего изготовления: работал только на визуал.
Но всё равно, я считаю, что и так очень даже неплохо! Я ведь мог бы, как в прошлый раз, просто дать рыжему шваркнуть мечом и… Только на лом драгметаллов.
Надо было видеть мордочку Кричера, когда вечером того же дня, в который мы посетили пещеру Медальона, он удостоверился, что крестраж уничтожен.
Мало того, что из «временного хозяина» я резко возвысился до «Великого Мага», так он взял себе за правило кланяться мне, чем и выбешивал невероятно.
— Прекрати! Бесит!
Не выдержал я после его очередного поясного поклона.
— Кричер не может иначе. Гарри Поттер — Великий Маг.
— Кричер! Я требую от тебя обращаться ко мне только по имени и приказываю больше не кланяться!
От упёртости старого эльфа у меня даже задёргался глаз, настолько он меня раздражал своим раболепием.
Верните мне вечно недовольного и оскорбляющего всех и каждого брюзгу! Таким он мне нравился больше!
Спустя неделю и литр выпитого нами на двоих «Умиротворяющего бальзама», я добился того, что ушастый гад почти вернул свою привычную манеру поведения. И я стал потихоньку собираться к гоблинам.
Снова переговоры. Фу. Не хочу.
***
Потратив несколько дней на то, чтобы морально подготовиться, я пошёл всё-таки к этим хитрозадым страшненьким человечкам. Кричер, по сложившейся у нас традиции, пошёл со мной, прячась под невидимостью.
Он теперь сопровождал меня повсюду, куда бы я ни направлялся. Я шёл побегать по лесу волком, упрямый домовик боялся, но бежал рядышком, благо хоть получилось убедить его не помогать мне охотиться. Мы с Дадли шли в супермаркет — Кричер тенью следовал за нами и отводил взгляды всем, кто, по его мнению, недостоин был находиться рядом со мной. Благо такими «недостойными» были сочтены в основном бывшие дружки Дадли, с которыми тот уже год как и сам почти перестал общаться, так как интересы изменились. Когда Петуния просила меня пройтись вместе с ней по распродажам, Кричер и тут потащился за нами и помогал магией добыть ту или иную вещь, что была нужна тётке. Можно сказать, у нашей семьи появился ангел-хранитель.
Правда, страшненький.
Такого с бодуна увидишь, однозначно пить навеки бросишь.
Но для борьбы с неказистой внешностью Кричера я немного модифицировал медальон Регулуса, который он, в память о любимом хозяине, носил не снимая. И теперь страшненький старичок молодел и хорошел понемногу, но пока всё равно посоревноваться в страховидности с Кричером могли, пожалуй, только гоблины. А к ним-то мы и шли.
***
И вот я подошёл к уже знакомому мне представителю этого народа:
— Здравствуйте, господин Ормок!
Со счастливой улыбкой и радостью в голосе поздоровался я и имел сомнительное счастье наблюдать, как бледнеет гоблин.
Как трогательно! Он меня помнит! Прям слезу сейчас пущу. Скупую мужскую, как полагается.
Полностью чёрные, без белков, глаза гоблина некультурно впились в меня.
— Мне бы консультацию.
Принял я максимально невинный вид, ощущая затылком неприятно внимательные взгляды других гоблинов. А у них был повод сверлить меня взглядами. Пусть согласно нашему Договору Ормок и не мог разглашать никому, в том числе и своим коллегам, предмет наших с ним бесед, но сам факт того, что я немного «обокрал» их банк, всё-таки остался цифрами в отчётах. Так что большинство из сотрудников банка —
а то как бы и не все — было в курсе. И да, в бланке стандартного договора на обслуживание тоже имелся пункт о неразглашении — уже общий, от имени банка — любой информации о движении средств на счетах клиентов. Но этот пункт действовал, если можно так сказать, наружу. А внутри банка сами гоблины вполне себе догадывались, откуда могла взяться у сопливого меня такая прибыль, которая в несколько десятков раз превысила прибыль банка по одному и тому же аукционному лоту. И это знание подталкивало их всех дружно меня
ненавидеть недолюбливать.
Ну и ладно! Мне их любовь до… до места одного.
— Прошу за мной.
Обречённо сполз на пол со своего высокого стула за стойкой Ормок и пошаркал ножками в сторону.
От ощущения сверлящих спину взглядов мне удалось избавиться только за закрытой дверью уже знакомого кабинета. Гоблин молча протянул бланк договора безо всяких подводных камней. Я удивлённо присвистнул, осмотрев бланк и с лицевой, и с обратной стороны:
— Однако.
— Подписывайте, мистер Поттер.
И такая обреченность у него в голосе послышалась, что мне аж стало жаль беднягу. Я прям монстром себя почувствовал, которому отдали невинную деву на съедение.
Ей богу! И неважно, что дева потому и дева до сих пор, что такая страшненькая, когтистая и зубастая. С морщинами. И с волосами в ушах.
— Подписал.
Протянул я обратно бланк.
— Чем могу помочь?
Печально вопросил Ормок, переплетая когтистые пальчики сложенных на столешнице ручек.
— Взбодритесь, сэр, торговаться я с Вами не буду, мне правда нужна пока только консультация.
Отмахнулся я, откидываясь на спинку кресла, а мой собеседник вышел из режима жертвы и поднял на меня заинтересованный взгляд.
— Мне нужны развёрнутые ответы на три вопроса, мистер Ормок.
— Я Вас слушаю.
— Первый: как происходит в магическом мире оформление патента и дальнейшая реализация патентного права?
Спасибо, Вернон, за консультацию по экономике.
Из воздуха появились две чашки какао с плавающими сверху зефирками. Одна подплыла ко мне, другая — к удивлённому Ормоку.
— Жизнью своей клянусь, угощение не отравлено.
Сопроводил я стандартной фразой гастрономическую инициативу Кричера.
Ормок кивнул, придвинул себе чашку, обнюхал со всех сторон, попробовал, одобрительно кивнул и начал объяснять:
— Патент банк Гринготт’с оформить не может. Это делает держатель патента сам. Лично или через представителя, в Отделе регистрации патентного права Министерства. Банк может только вычислить процент выплат по Вашим патентам и проконтролировать поступление на Ваш счёт денежных средств в требуемом объёме. Но! Клан Гринготт предоставляет юристов высшей квалификации для документального сопровождения патентов в Отделе регистрации патентного права Министерства. Если Вы не хотите лично бегать по всем инстанциям, то очень советую нанять специалиста. Сохраните себе массу нервов, а у юристов все «тропинки во власть» давно налажены. Работа юриста оплачивается в зависимости от вашей личной договорённости.
Ормок отпил глоточек какао, прикрыл в наслаждении глазки и продолжил изливать на меня полезные занудности:
— Также специалисты клана Гринготт помогут наладить массовое производство продукции по оформленному патенту. За определённую плату, естественно. В эту услугу входят: предоставление в аренду площадей, оборудования, найм персонала, закуп материалов и инструментария. В среднем на погашение затрат клана Гринготт на массовое производство одного определённого продукта, назовём это так, уходит семьдесят процентов от продажной цены.
— Понятно.
Протянул я и на пару минут замолчал, обдумывая информацию.
На первый взгляд могло показаться, что всё дорого, но сравнить пока было не с чем.
Неизвестно ещё, сколько всё будет стоить, если налаживать производство самому.
А так, на первый взгляд, очень было удобно, что и организацию производства — то есть, грубо говоря, цеха, рабочих и конвейеры — и дальнейший выпуск продукции можно было спихнуть на гоблинов. Да и юридическая сторона потребовала бы гораздо меньше мороки. Стоило признать, у гоблинов всё было налажено давно, удобно и, очевидно, не без выгоды для клана. И я продолжил «допрос»:
— Второй вопрос: мне тут моя костлявая родственница сказала, что гоблины могут помочь основать новый Род. Что для этого нужно?
Ормок от неожиданности подавился и закашлялся. Невидимый Кричер тут же поставил на стол перед ним стакан тёплой воды, я же про себя пожалел беднягу, но остался сидеть с невозмутимой рожей.
Откашлявшись, мой собеседник просипел:
— Меня пугают личности Ваших осведомителей.
Он вытер выступившие от першения в горле слёзы и выдохнул:
— Тут я не могу помочь. Вам нужно быть совершеннолетним, чтобы получить данную информацию.
— Так подойдёт?
И я снял с себя очки.
Какое-то время мы сидели в абсолютной тишине. Потом Ормок вдруг икнул. Быстро схватив бланк договора, он проверил подпись. Там красным по жёлтому было написано «Гарри Поттер», но я, что очевидно, теперь совсем не был похож на маленького мальчика.
— В скором времени я ещё повзрослею.
«Пригрозил» я Ормоку и пошутил:
— Теперь я достаточно совершеннолетний?
— Н-но как?
Икающий гоблин имел очень странный вид. А я и не знал, чем ему помочь. Мне даже стало немного стыдно, сам ведь довёл:
Ох, намучается он со мной ещё.
— «Как»? Так я ведь не врал и не приукрашивал, когда говорил о родстве со Смертью. Так что думайте, Ормок, думайте.
— Эт-то невозможно.
Прошептал он, а я скептически уточнил:
— Уверены?
Последовал судорожный кивок.
— Даже с учётом того, что я сижу прямо перед Вами?
Тишина.
— Ик.
Ну почти тишина.
Ормок, молча глядя на меня, продолжал икать.
***
Помолчали мы пару минут, пока он не оклемался более-менее и не собрался с мыслями. Потом он изрёк:
— Я Вас понял.
Подумал ещё минутку и сдался: щёлкнул пальцами, устанавливая дополнительный купол приватности, и, окончательно проикавшись, приступил к объяснениям:
— Наша помощь в рождении нового Рода заключается в следующем: у нас можно просмотреть списки имеющихся у Министерства магии территорий, выставленных на продажу; наш юрист помогает оформить документы на приобретение выбранного участка земли. Это светские, так сказать, услуги. Из магического рода услуг специалисты клана Гринготт предоставляют диагностику, которая с точностью до сотых долей процента укажет самый подходящий минерал для так называемого краеугольного Камня Вашего нового Рода. Так же наш клан сотрудничает с иными гоблинскими кланами по всему миру, следовательно может оказать помощь в выборе и приобретении подходящего Вам Камня из какого бы минерала тот ни был. Достанем любой.
И Ормок выжидательно уставился на меня, а я погрузился в размышления.
Я прекрасно понимал, что тут тоже явно всё будет не задаром, но экономить на таком не стоило. Одно дело, если диагностика — которую, кстати, никто кроме шаманов гоблинского клана и провести толком не сможет — показала бы, что мне подходит гранит. Тут уж оставалось бы только радоваться и лететь в ближайшие горные районы, выколупывать себе камушек.
А вот если мне подойдёт что позаковыристее, тогда как? А без Краеугольного Камня никак.
Этот Камень не просто основа фундамента будущего здания, это основа всего. Всех защитных чар, что будут наложены на территорию, которая будет считаться территорией Рода. А уже после установки защитных куполов, основатель Рода, то бишь я, должен будет напитать этот Камень своей магией. По мере наполненности, Камень будет обрастать стенами из кварца. И если маг не имеет чёткого представления, какой вид должен быть у его будущего дома, или для Камня выбран неподходящий минерал, то вполне может появиться нечто, не предназначенное для жизни в этом человека.
Допивший своё какао Ормок аккуратно поставил чашку на блюдце и осторожно нарушил мои размышления:
— Стоимость, конечно, будет значительная.
— Конечно.
Согласился я, а он преподнёс мне маленький, но приятный бонус:
— Но зато, как только Вы магически закрепите за собой выбранные территории, имя нового Рода автоматически появится в списках Родов, что хранятся в Министерстве магии, а на всех картах острова Ваши территории будут обозначены как частная собственность, закрытая для посещений.
— Угу.
Ну хотя бы не придётся бегать по инстанциям и регистрироваться.
— И конечно Вам также понадобится Герб Дома.
Ну да, понты для магов важнее жизни иной раз. Все эти «Всегда чисты», «Чистота побеждает всегда»… Откуда только нахватались такой белиберды?
Я снова притих, переваривая информацию и чем дальше, тем яснее понимая, что всё вполне доступно, были бы только деньги.
И вот тут-то и крылась проблема: той суммы, что имелась у меня на карте, я был уверен, мне не хватит. Но кроме денег, у меня имелись и иные активы. И сейчас настала пора пустить те в ход:
— Ну хорошо, тогда последний вопрос: Диадема Кандиды Когтевран, Медальон Салазара Слизерина и Чаша Пенелопы Пуффендуй — гоблинская работа?
Тяжело вздохнув, Ормок устало потёр когтистыми ладошками… ммм… лицо:
Глаза-то он не выцарапает сам себе случайно? Волнуюсь я за него что-то.
— Диадема и Медальон — да, это работы кузнецов-артефакторов клана Гринготт. Но эти, не побоюсь сказать, произведения искусства утеряны, и мы уже не надеемся на возврат. Чашу же просто по незнанию причисляют к артефактам гоблинской работы. Пенелопа Пуффендуй сама создала Чашу, и гоблины признали леди Пуффендуй лучшим артефактором того времени. В отличие от других Основателей школы Хогвартс, она не приписывала себе чужие заслуги и не воровала чужие изделия.
Ну да, ну да… У вас все, кто не гоблины — те воры. Ага. Знаком я с вашей точкой зрения. Ну что ж, добъём:
— Что я получу, если верну гоблинам Диадему и Медальон?
Ормок глянул на меня презрительно и рявкнул:
— Это несмешно!
— Так я и не смеюсь. Я спрашиваю серьёзно.
Тут уж я не отказал себе в удовольствии поиздеваться маленько над собеседником:
— Разве Вы видите, Ормок, чтобы я смеялся?
— Откуда у Вас эти вещи?
Насторожённо спросил уже немного поверивший мне гоблин.
Чуууть-чуть! Но поверивший.
— Это не секрет, в общем-то. Эти артефакты осквернил своими крестражами Том Риддл. Знаете такого?
Ормок кивнул заторможенно.
— Ну вот. А я нашёл и очистил.
Мой собеседник напыжился, как напуганный кот, и зашипел:
— Если Вы шутите или пытаетесь нас обмануть, все гоблины британского клана всю Вашу оставшуюся жизнь не будут считать Вас достойным доверия. Банк Гринготт’с откажет Вам в обслуживании!
— Можете проверить.
Подвёл я итог скатившемуся к банальным угрозам разговору и, достав из кармана Медальон Слизерина, положил на стол перед шокированным гоблином. Трясущейся рукой Ормок поправил монокль в глазу и аккуратно взял украшение, провёл по изображению змеи большим пальцем и замер. Постепенно недоверие и презрение в адрес шутника сменялись на его некрасивом личике восхищением и трепетом. Теперь он смотрел на Медальон не подозрительно, а так, как могла бы мать смотреть на своего чудом выжившего младенца.
На мой взгляд, сейчас настало самое подходящее время для того, чтобы чуть подобосрать малину:
— Проблема в том, уважаемый Ормок, что и Диадема, и Медальон после изъятия крестража из структуры артефакта, с которой тот очень тесно переплетался, изменили свои изначальные характеристики. Прошу меня понять, мне пришлось так поступить, иначе реликвии Вашего народа было не очистить.
Минута молчания, а потом он поднял на меня полный ярости взгляд чёрных глаз.
Но я был абсолютно спокоен и просто пожал плечами:
— Либо так, либо эти вещицы и по сию пору являлись бы крестражами идиота, что решился изгадить подобные легендарные артефакты. Смогли бы ваши мастера или шаманы избавить Медальон и Диадему от частичек души этого мага? Очень сомневаюсь. Гоблины с таким никогда не связывались, не изучали и не работали, соответственно. А в ином случае ваши реликвии необходимо было бы уничтожить.
Чуть сгустил я краски, решив не пояснять, кому именно необходимо было бы уничтожить Медальон и Диадему. Гоблинов-то мало, наверное, волновало бы, что из-за их исторических реликвий в магической Британии появился неубиваемый маг. Гоблины же в дела волшебников не вмешиваются.
— Что Вы хотите получить за возврат этих артефактов?
Проскрипел Ормок, чуть притушив гневное сияние чёрных глазок.
Я пожал плечами:
— Никакой ценности для меня лично эти предметы не представляют, но и за просто так я подобное не отдам.
— Мне нужно обсудить это с Главой и другими представителями официального Совета Клана Гринготт.
— Естественно! Даю своё разрешение на разглашение
только этой информации. Мой действительный возраст должен по-прежнему сохраняться в секрете. Сообщите мне письмом, когда обсуждение закончится, и я к Вам приду.
Я забрал Медальон и положил во внутренний карман пиджака. Во взгляде Ормока были ТАААКИЕ сожаление и грусть! Но тут мне совершенно нельзя было давать слабину, это я прекрасно понимал.
Умные люди всё сказали до меня: «Утром — деньги, вечером — стулья». И никак иначе! Пусть соберутся, посовещаются, подумают, что они могут мне предоставить взамен.
— Какие у них теперь свойства?
Смиренно опустив голову, спросил перед моим уходом Ормок.
— Диадема, будучи надетой на проклятого, диагностирует тип проклятья и предлагает наилучший способ избавления. Никакого больше «прибавления ума». Ну или что там раньше было? Медальон являет визуальную иллюзию. Настолько качественную, насколько только возможно. Это зависит от магической силы носящего. Но только визуал, не материальность. Увы, негусто, тем более по сравнению с изначальными свойствами. Спасибо скàжете Волдеморту. Попозже. Но ведь, возможно, у гоблинских мастеров получится перезачаровать эти вещицы, не так ли?
Ормок только вздохнул в ответ и пробормотал:
— Жизнь покажет, мистер Поттер. Жизнь покажет.
Покажет-покажет. Козью морду некоторым она покажет. И пусть теперь в конфликте между МКВ и «Лордом Судеб» гоблины и не будут лично на моей стороне, но уж точно они будут ПРОТИВ Волдеморды. Ещё как против! Ай да я!
***
Три дня спустя мне пришло письмо. Гоблины приглашали меня «в гости».
Я отдал Диадему и Медальон Кричеру на ответственное хранение —
на всякий случай, не доверяю я этой банкирской братии — и пошёл. Пришёл строго к назначенному времени.
Меня уже ждал Ормок, нервно переступая с одной ножки на другую.
— Здравствуйте, господин Ормок.
— Здравствуйте, прошу за мной.
***
На этот раз мы пошли не в тот кабинет, где раньше вели переговоры. На этот раз мы прошли гораздо дальше и оказались в круглом зале, где за десятью высокими трибунами, расположенными по окружности зала, стояли суровые старые гоблины. Меня вывели в самый центр.
Морально давить будут гады. Ну-ну…
— Здравствуйте, Гарри Поттер. Мы — Совет Клана Гринготт.
— Здравствуйте, чем могу помочь?
— Ознакомьтесь.
Передо мной появился бланк договора, пункты которого были удивительно честными. Возможно потому, что все пункты касались пока только неразглашения информации, которая будет обсуждаться на этом собрании. Моей подписи не требовалось, зато требовалось десять кровавых отпечатков, по одному от каждого из здесь присутствовавших гоблинов. Ормок сие помещение покинул сразу же.
Видать, не дорос ещё.
— Условия меня полностью устраивают.
Согласился и не мог
не подъебнуть смолчать:
— Судя по факту заключения этого Договора, господин Ормок вас всех предупредил, что я не люблю: когда мне врут, когда меня пытаются обобрать, и когда собеседники не хранят тайну переговоров. Это хорошо.
После этого я внимательно смотрел, как один за другим десять старейшин —
Ну наверное «старейшин», кто бы ещё входил в Совет Клана? — «подписывали» своей кровью бланк. Когда последний из них оставил свой отпечаток, Договор оказался в моей руке.
Я понимал, что гоблинский народ готов отдать многое взамен на возврат своих исторических реликвий, но вот что, а точнее — сколько именно, я даже представить не мог. Это был реальный шанс для меня поиметь много-много выгоды, и крайне глупо было бы слить такую возможность, попросив меньше, чем мне готовы были дать. Значит, мне нужно было заставить их предлагать, а не просить самому.
Самый старый гоблин высказался сразу же:
— Мы желаем получить Диадему и Медальон.
Ну-с, начнём. Самое главное — не продешевить!
Дальше уже невозможно было уследить, с кем конкретно я разговаривал, кому отвечал, кому хамил, с кем хитрил. Примерно одинаково страшненькие и сморщенные мордочки гоблинов — равно как и их скрипучие голоса — слились для меня в одну многоликую сущность банкира-скупердяя:
— А что вы можете предложить мне взамен, уважаемый Совет?
— Что Вы хотите, мистер Поттер?
— У меня имеется несколько пожеланий. С которого начинать?
— Начните с любого, мистер Поттер, порядок оглашения требований неважен. В любом случае мы не сможем предоставить Вам услуги, не имея представления о том, что Вам необходимо.
— То есть гоблины клана Гринготт готовы предоставить мне некоторые услуги?
— Получается, что так, мистер Поттер.
Это очень хорошо. Услуги всегда ценятся выше просто галлеонов.
Где-то сбоку послышался скрежет то ли гоблинских зубов друг об друга, то ли гоблинских же когтей об дерево кафедры.
Ооо, дорогие мои! Это только начало. Была как-то у меня/девушки одна подруга, вот она-то умела ломаться! Даже у меня мозги кипели, а я, на минуточку, тогда тоже девушкой была. Так что учился у лучших, можно сказать. Продолжим!
И я продолжил:
— Но я не могу высказать пожелания, не зная границ дозволенного.
Тут уж один из гоблинов не выдержал. Я не понял, кто именно это был, имена старейшин я даже не пытался запомнить, был уверен, что мы встретились один-единственный раз. Старый гоблин рявкнул:
— Просто скажи: что ты хочешь!
Ага! Счаззз! Ишь, «просто скажи» ему!
— Только то, что вам будет не стыдно предложить мне в обмен на исторические реликвии вашего клана, уважаемые господа.
С умильной рожей ответил я.
Какой-то более терпеливый старейшина предложил наконец-то выход из схватки наших жадностей:
— Мистер Поттер, нам необходимо знать хотя бы направленность Ваших желаний, тогда мы сможем предложить Вам эту услугу.
Я тут же состроил из себя оскорблённого в лучших чувствах клиента:
— Одну?!
— Ряд… ряд услуг.
Теперь скрежет зубов слышался с двух сторон.
Прекрасно! Но ещё ничего не кончено. Маринуем «клиента» дальше.
— Но, уважаемые господа, мне сложно решить, не зная перечень и количество возможных услуг, которые вы можете мне оказать.
Скрежет зубов постепенно заполнял весь зал. Я же только фыркнул про себя:
Дорогие мои! Я шесть лет общался с Дамблдором. После разговоров с этим демагогом у меня нервов в организме в принципе нет. По техническим причинам заменены на стальные канаты. А Вы мне тут зубками поскрипываете. Пааадумаешь!
Ещё сколько-то мы ходили вокруг да около, боясь продешевить и переплатить, пока мне наконец не выдали перечень того, что я мог бы получить за возвращение артефактов. Я удивлённо присвистнул про себя. Мне обещали оказать целых пять услуг из предоставленного списка, а сам список был на двадцать пунктов. Из которых в данный момент мне были нужны только четыре.
— Очень вам благодарен, уважаемый Совет.
Я умеренно поклонился.
Не забываем про вежливость, как говорят умные люди: «Доброе слово и кошке приятно». Что уж про этих финансовых крокодилов говорить.
— Я был бы счастлив получить в оплату возврата двух реликвий клана Гринготт: территорию по моему собственному выбору; заготовку под Камень моего будущего Рода; бесплатные услуги юриста бессрочно и без ограничений; возможность изъять один артефакт из сейфа любого Рода, не имеющего наследников, при условии, что артефакт не относится к реликвиям этого Рода.
Да, почему-то была в этом списке и такая странная «услуга».
Кому, интересно, подобное могло бы понадобиться? Может, они знают больше, чем я? Может, в сейфе какого-нибудь умирающего Рода лежит какой-нибудь артефактик, который только и ждёт, чтобы Гарри Поттер тот изъял? Вполне может быть. Только я об этом не узнаю. Да и какой артефакт? Я же не принадлежу Роду Поттер. Непонятно. Может… Ай ладно! Что гадать? Плевать. В любом случае у меня уже присмотрен другой артефакт, который мне нужен.
— Это четыре услуги, что пятое?
Донёсся до меня откуда-то справа скрипучий голос одного из старейшин.
— Мне пока больше ничего не нужно, благодарю.
— Хорошо. Право на ещё одну услугу от клана Гринготт останется за Гарри Поттером сроком на семь лет. По истечении этого срока вышеназванный не сможете воспользоваться предоставленной ранее, согласно предполагаемому Договору, возможностью.
Нормально, за семь лет я соображу, что ещё с них можно выколупать.
— Согласен, господа старейшины. Договор.
Теперь со мной опять говорил
самый старый и страшный старейший гоблин:
— Камень и земля будут предоставлены Вам по достижении четырнадцати лет. Это допустимый минимум для создания Рода. Юриста можете выбрать уже сейчас. Я бы посоветовал Вам отца Ормока — Бошсота. Ормок достаточно хорошо с Вами знаком и сможет помочь своему отцу лучше понять Ваши нужды.
Глядя, как, очевидно, председатель совета записывает пункты будущего Договора, я тихонечко насмешливо хмыкнул:
В переводе: Ормок и его отец единственные, кто тебя вытерпит.
— Какой артефакт Вам нужен, мистер Поттер, и из сейфа какого Рода?
Проскрипел Председатель Совета Клана Гринготт.
— Чаша Пенелопы Пуффендуй из ячейки Беллатрикс Лестрейндж, в девичестве Блэк.
Гоблин снова перестал писать и долгим, тяжёлым взглядом уставился на меня.
Ну что смотришь? Или у неё есть тайные наследники, и меня сейчас жестоко обломают? Не хотелось бы. Придётся ведь опять грабить… Не хотелось бы, мне ещё и в прошлый раз не понравилось.
Я перестал улыбаться и тоже серьёзно посмотрел в чёрные глаза. В гляделки мы играли достаточно долго.
Наконец председатель нарочито безразличным тоном уточнил:
— Хотелось бы узнать, зачем Вам этот артефакт, мистер Поттер. Это возможно?
Я пожал плечами:
— О, это не секрет. В Чаше тоже скрыт крестраж Тома Риддла, ныне известного как Волдеморт.
В когтистых узловатых пальчиках с треском переломилось перо. Председатель уточнил:
— И много ли ещё знаменитых артефактов осквернено этим… ммм… магом?
Я покачал головой:
— Лично у Волдеморта на этом всё.
Гоблин отложил обломки пера и снова пристально посмотрел на меня:
— Судя по Вашему ответу, мистер Поттер, Вам известны другие маги, что творят подобные непотребства со значимыми артефактами?
На этот раз мой ответ сочился злой иронией:
— Я знаю всего одного. Но этот маг не портит артефакты.
И тут меня маленько понесло —
Ну или не «маленько»… — наболело, видать, за столько лет. В общем, я позволил себе —
вполне возможно, что и зря — высказаться откровенно:
— Для этого мага важнò немедленное продолжение собственной жизни в молодом и здоровом, а желательно ещё и сильном, и красивом — а если ещё и богатом, то совсем зае…мечтательно! — теле. Так что и технология иная. Маг этот очень строг в своих предпочтениях. Он использует под заготовки для продолжения своего существования исключительно магически сильных подростков мужского пола европеоидной расы, знаменитостей с отличными перспективами и громким именем, чтобы продолжить влиять на политику Британии.
Ага, а ещё с тёмной лохматой шевелюрой, красивыми зелёными глазами и в очках-велосипедах. О! И обязательно чтобы звали Гарри Поттер. Так что магическому миру в целом ничто не угрожает, да. Да и мне самому ещё несколько лет можно не беспокоиться. Дамблдор для своих экспериментов предпочитает мальчиков постарше.
Фух! Аж полегчало!
Вывалив всё это на ошалевшего председателя, я выдохнул и добавил в заключение столь пламенной речи:
— В общем, этот маг не использует для своих целей артефакты. Поэтому можете не волноваться, уникальным вещицам ничего не грозит.
И председатель продемонстрировал мне наглядно, что гоблины действительно не вмешиваются в дела волшебников.
А чё влезать туда, где тебе на всё и на всех покласть с прибором?
Он просто пожал плечами и продолжил писать, пробормотав себе под нос:
— Я Вас понял, мистер Поттер.
Вот так-то. Проблемы негров шерифа не волнуют. Главное, что уникальные артефакты в безопасности, а маги… Сами разберутся.
Коллеги председателя тем временем переглядывались, кто-то из массовки поинтересовался:
— Мистер Поттер, может, Вы и про Меч Рагнука Первого что-нибудь знаете?
Отчего ж не знать? Знаю.
— Меч Рагнука Первого хранится в кабинете директора школы Хогвартс, в расширенном пространстве внутри Распределяющей Шляпы. А в витрине рядом лежит отличная копия.
Я насмешливо оглядел обалдевших гоблинов и добавил язвительно:
— Только истинный гриффиндорец может достать Меч из Шляпы.
И кто бы знал, как мне хотелось при этом показать им язык.
Скрывать подобную информацию смысла я не видел, меч меня вообще не интересовал. Как и Шляпа. Только если с точки зрения «разобрать и посмотреть, что внутри». Понять, что же такого Годрик в шапке своей смог навертеть. Но мне даже интересно было бы узнать, что будет, если Шляпу сжечь, например. Ведь Меч туда возвращался всегда.
А если некуда будет возвращаться?
Но наверное, стоило жечь Шляпу на том месте, где будет храниться Меч.
Вдруг тот всё равно будет возвращаться?
Тяжкий вздох председателя прервал мои кровожадные размышления о варварской расправе над Шляпой:
Поосторожнее надо, это же тоже древний артефакт. Устроят мне гоблины за такие мысли а-та-та.
— Две…
Выдавил председатель.
— Что «две»?
Честно не понял я.
— Клан Гринготт окажет Вам ещё две услуги.
— О…
Я действительно растерялся. Обычно щедрость гоблинам не была свойственна.
А председатель продолжил:
— И Вы можете забрать Чашу, мистер Поттер. Если не секрет, что Вы планируете делать с этим артефактом после очищения?
Я ответил подробно:
— Не секрет, господин председатель. Раз это не гоблинская работа, а самой Пенелопы, то и храниться Чаше следует в стенах Хогвартса. Думаю, так будет правильно.
— Соглашусь с Вами.
Наконец Договор был составлен и подписан всеми присутствовавшими
рожами лицами. Мной в том числе.
После подписания Председатель Совета Клана Гринготт весьма уважительно, но очень устало произнёс:
— Ну что ж, мистер Поттер. Было п…
Он запнулся, посмотрел мне в явно переполненные сарказмом глаза и решил не льстить, говоря «приятно», сказал честно:
— Было познавательно с Вами общаться, но надеюсь больше никогда не иметь чести с Вами работать.
Я даже обидеться на него не смог толком, так мне было радостно и весело.
Ну что ж, как говорится: адиос, мучачос!
***
