— Я не об этом
Не об этом? Серьёзно это все, что ты придумала? Так о чём ты? Ответ не заставил себя долго ждать. — А о чём? Отлично. Теперь в срочном порядке придумай, что же ты хотела сказать! Правду? А был ли у твоего самого первого сообщения посыл? Оно больше похоже на бред умирающего. Позовите доктора, мозгу плохо!— Ты ведь моя единственная подруга, мне лишь хотелось напомнить, насколько много ты для меня значишь
Неужели, ты смогла выдавить из себя хоть что-то! Браво, молодец! Твоей собеседнице нравится. Она больше не думает, что ты влюблённая дура, так теперь перестань так думать о себе. Паника, слезы, печаль, тоска, грусть, придумай ещё больше последствий от невзаимной любви. Но тебе и не надо, ты знаешь, что делать в такой ситуации. У тебя всегда есть твоё тело, и на нём ещё много свободного места. Рука находит канцелярский нож под подушкой. Моя прелесть. Моё спасение. И я отправляюсь на крыльцо «подышать свежим воздухом». Рука крепко сжала предмет и подвела к плечу другой, левой. Там уже красовались несколько порезов. Их даже и порезами не назовёшь, простые выпуклые царапины, ни капли крови. Кожа-то у меня толстая, не так просто пораниться. Мне так нравилось трогать раны, которые я создавала сама, на своём теле. Я и ранее резалась, но забросила, опасно было, родители могли спалить, а сейчас... Сейчас лето, это развязало мне руки, и я уже не контролирую себя. Мне нравится. Ранее через порезы я вымещала злость, а сегодня, впервые — боль. Я надавила настолько сильно, чтобы лезвие впечаталось в кожу, и провела. Боль отрезвляла. Слезы текли уже не от невзаимной симпатии, а от нанесения самой себе вреда. На улице было холодно. Достаточно холодно для лета, а я лишь в пижаме. Я все трясусь, мне уже не плевать на температуру. Но холод — лекарство получше всякой боли. Я яростно черкала палочки на коже ножом, а они мгновенно краснели. Уже через несколько секунд появилась первая кровь. Было хорошо. Несомненно хорошо. Но слезы не останавливались, они текли, отвликая меня. Боролись с холодом за право быть главным, быть главной помехой продолжить. И я посмотрела на небо. Оно сплошь усыпано звездами, маленькие огонёчки. И горят они каждую ночь, только я так не могу. Я попыталась разглядеть созвездия, но не смогла ни одного вспомнить. Очертания не хотели выводиться, и я не увидела ни Большой Медведицы, ни Малой. Я была потеряна, расстроена, опустошена. Я так ждала её ответа. С замиранием сердца проверяла каждое уведомление. И вот к чему привело спонтанное решение написать подруге. Моей единственной подруге. Той, в которую я влюблена.