Снежки

Наконец-то последняя пара закончилась… Как же долго тянулся очередной день в университете, хотелось уже свалить отсюда поскорее. Федор вздохнул и начал складывать учебники в рюкзак. Вдруг к нему подскочил однокурсник - Николай Гоголь, длинноволосый парень с белой косой и пересекающим левый глаз вертикальным шрамом. Он был давним другом Достоевского, шумным и бесшабашным, но Федор любил побыть в его обществе, ведь с Гоголем было всегда весело и приятно проводить время. Чем-то притягивал его этот вечный клоун, почему-то всегда хотелось побыть с ним подольше… — Фе-е-едь, а Федь? - интригующе протянул беловолосый. — Чего тебе, Коль? - устало спросил Достоевский, застегивая рюкзак. — А пошли с пацанами в снежки играть, а? — Коль, какие снежки? Минус двадцать на дворе, мы ж задубеем там. — Так в том-то и дело! - подпрыгнул Гоголь. - Самая веселуха будет! - и он потащил упирающегося Федора к гардеробу, на ходу расписывая, как прекрасно будет играть в снежки при таком-то морозе. Вскоре Достоевский отдался в руки беспощадной судьбы, а то есть, просто позволил Коле тащить его за руку, куда тот пожелает. Хотя Федор и не особо возражал, чтобы парень с косой держал его руку… Через десять минут они уже стояли на заднем дворе универа, где как раз намело кучу сугробов. — Сейчас остальные придут и начнем. - пообещал Гоголь, оглядываясь. Вдруг он кинулся к человеку, показавшемуся из-за угла, с воплями «Ванечка-а-а!». Достоевский немного постоял в ступоре, пока не сообразил, что «Ванечка» - это никто иной, как еще один его однокурсник- Иван Гончаров. Это был высокий подтянутый парень с длинными пепельно-голубыми волосами. Он был серьезным и рассудительным, а потому Федор считал его вполне вменяемым человеком. К Достоевскому снова подскочил Гоголь, на этот раз он тащил за собой Гончарова, бурчащего что-то вроде «я на это не подписывался, отпусти уже…». — Вот! Нас теперь трое! - радостно провозгласил Коля. - Осталось дождаться Сигму. О, а вот и он! - Гоголь помахал кому-то рукой. К ребятам шел парень с длинными сиренево-белыми волосами, немного скрытыми под меховой шапочкой с помпоном, в котором Федор узнал парня из параллели по имени Сигма. Этот был спокойным, порядочным человеком, Достоевский даже слегка удивился, увидев его однажды в компании Гоголя, который как всегда что-то тараторил, а Сигма на удивление внимательно слушал, иногда кивая. Так Федор и познакомился с Сигмой. Когда все собрались, Гоголь заявил: — А сейчас обговорим правила! Э-э, Ванечка, ты куда? - он поймал за руку Гончарова, который попытался втихую свалить. - Так вот. Ледышками не кидаемся, в голову и шею специально не целимся! На этом все! - и он весело поскакал к сугробам. Сделав первый снежок, он огляделся, намечая свою жертву. Комок снега стремительно понесся к Ивану, попав тому по руке. Гончаров оторопело уставился на рукав куртки, а потом сердито протопал к ближайшему сугробу, скатал немаленький снежок и бросил его в Гоголя, который не ожидал такой прыткости и не успел увернуться. Через пару секунд началась настоящая бойня: снежки так и летали над двором. Даже Достоевский присоединился после комка снега, попавшего ему в живот. Несмотря на то, что он всегда мерз, сейчас ему было тепло, и даже немного жарко. Он не пожалел, что взял сегодня свои теплые рукавицы, которые даже не промокнут при такой войнушке. Через пару минут раздался гневный крик. Федор обернулся и увидел стоящего с залепленным снегом лицом Сигму. Отряхнув с физиономии оставшиеся снежинки, парень прищурил глаза и вдруг с воинственным воплем кинулся на Гоголя, от которого, видимо, тот снежок и прилетел, повалив того в снег. Беловолосый и пискнуть не успел, как оказался в сугробе лицом. Побарахтавшись пару минут, он наконец вылез, отфыркиваясь от снега налипшего на лицо. Сигма же, победоносно ухмыляясь, торжественно прошествовал от сугроба, чуть ли не с нимбом над головой. — Я… пфе… предлагаю уже… пфе.. заканчивать. - пробубнил Гоголь, обиженно косясь на Сигму. — Сколько-сколько прошло?! Час?! - послышалось со стороны Гончарова. - Я побежал, у меня скрипка, а я тут с вами… - и он унесся по направлению к воротам, на ходу выкрикивая проклятия, адресованные Коле. — Я тоже, наверное, пойду. - сказал Сигма, боязливо глянув на Гоголя. Ну а что? Вдруг мстить будет?.. - У меня же этот… реферат по литературе… Инга Павловна меня закопает, если до конца недели не сдам… - он тоже пошел к калитке, ведущей на проспект за университетом. Достоевский посмотрел на беловолосого, стоящего рядом и дышащего на ледяные руки, дрожа всем телом. Федор нахмурился и начал рыться у себя в рюкзаке. — Держи. - Гоголь удивленно поднял взгляд на Достоевского. — Что это?.. — Перчатки. Запасная пара. Всегда с собой ношу, на всякий случай. Надевай, замерзнешь же… — А ты как же? — У меня не промокли. - в доказательство лиловоглазый помахал рукой в рукавице. — А… спасибо. - улыбнулся Коля, беря перчатки и натягивая их на озябшие пальцы. - У-ух, и холодина тут все-таки! — Я говорил же. - хмыкнул Федор, рассматривая румяное лицо однокурсника. Покрасневший носик, изящно очерченный губы, разноцветные глаза. Один серо-голубой, точно пасмурное небо, а второй изумрудный. — Федь?.. Ты че-… - озадаченно окликнул Гоголь, но был заткнут Достоевским, который прижался своими губами к его. После этого Федор мягко провел языком по рту Николая, тихонько хмыкнув. Беловолосый шокированно смотрел на однокурсника, а потом сам подался вперед, проведя пальцами по бледному лицу напротив. Через пару минут они отстранились и посмотрели друг на друга. — И что это было, а, Федь? - Гоголь хитро улыбнулся, блеснув глазами. — Не знаю. - пожал плечами Достоевский. - Но мне понравилось. — Мне тоже. - наклонился к лицу однокурсника и шепнул: - повторим? — Почему бы и нет? Снова поцелуй, но уже более длительный. Пошел снег. Белые невесомые хлопья падали на землю, оседали на шапке-ушанке Федора, на белых волосах Гоголя. Где-то посреди вихря снежинок прозвучало тихое: — Коль, я тебя люблю… — И я тебя. Идет снег.