"Наш обожаемый игрок"

      «Кто ты, и почему выглядишь как игровой персонаж?.. — подумала Лариса, с опаской поглядев на Лини. — Нет, не так: почему ты выглядишь как игровой персонаж, но я тебя не знаю? Я же следила за Геншином! И ты пока не выходил!..»       — Ты меня слышишь? Всё хорошо?       — А, да… меня зовут… меня зовут Ла... Валерия. Очень приятно познакомиться.       Лариса неловко попыталась встать с кровати. Лини остановил её:       — Не стоит. Тебе может стать плохо, если ты прямо сейчас сорвёшься с места.       — Да нет, я… в порядке.       Разговор замолчал.       — Скажи, а где мы сейчас?       — О, это Дом Очага.       Лариса кивнула, хотя это название ей ни о чём не говорило. Нет, она смутно догадывалась, что за таким названием может скрываться детский дом или приют… а, наверное это всё-таки приют. Вот почему Лариса здесь. Наверное, море вынесло её на берег, и кто-то нашёл её. Никто из местных не смог опознать незнакомку, потому её и перенесли в приют.       Хотя всё-таки для приюта это место выглядит уж слишком хорошо. Лариса вообще не думала, что в мире Тейвата могут быть подобные места — а в этом приюте у неё, судя по всему, отдельная комната (по крайней мере, на время), и обустроена она очень неплохо.       — Это Фонтейн?       — Да.       Лариса улыбнулась. Что ни говори, своей цели она добилась — сбежала от всего мира в страну, где о ней никто ничего не слышал…       Что ж, теперь она наконец-то сможет начать спокойную жизнь.       К несчастью, пока что Лариса не замечала, что Лини смотрит на неё, не отрывая взгляда. А может, и к счастью — всё же она была слаба, и ей было бы опасно сейчас волноваться.       Почувствовав неловкость от внезапного молчания, Лариса, едва слышно вздохнув, спросила:       — А никого не находили рядом со мной?       — Ну, Фремине говорит, что не видел никого, кроме тебя.       Лариса выдохнула. Она знала, что нехорошо так думать, но… она была рада, что осталась одна. Без спутниц. Нет, Шэнь Хэ и Розария старались вести себя хорошо при ней, делали всё, что она хотела, но она всегда чувствовала, как они ненавидят друг друга, и ей было неприятно понимать, что именно она стала причиной их вражды. Да и чувствовать на себе их собственнические замашки… с ними бы не получилось жить так, как хотелось Ларисе.       «Я же целовала Шэнь Хэ, — укорила себя Лариса. — Как я могу про неё так думать?.. и… они ведь обе заботились обо мне… и любили меня, пускай и нездоровой любовью…»       Стыдно. Очень стыдно. Но от чувства облегчения одним стыдом всё равно не отделаться.       А если они утонули?..       «Отлично, не будут угрожать моей безопасности,» — пронеслась быстрая мысль.       Но Лара тут же задавила её: если они погибли, то погибли из-за неё… и как она может сидеть здесь, в Доме Очага, когда они… ну, допустим, не лежат глодаемые в могиле червями — но всё равно мертвы?..       Ну, с другой стороны, пока что сделать всё равно ничего нельзя. Нужно найти статую Архонта в Фонтейне — вот тогда и можно будет подумать насчёт дальнейших действий. А пока что можно просто наслаждаться жизнью… и практически не страдать от угрызений совести…       — Фремине? — помедлив, переспросила Лара. Почему-то это имя показалось ей знакомым. А не смотрела ли она за пару дней до своего исчезновения с Земли сливы с именем такого персонажа?.. как же он выглядел…       «Вроде бы был одет в чёрную одежду… — напряглась Лариса. — Что ещё?.. кажется, он был похож на морячка. Если я его увижу, то точно узнаю…»       — Да. Мой братишка. Это он тебя нашёл.       — Да? Мне бы следовало его поблагодарить…       — Не стоит. Он очень стеснительный, и я всё ему передам.       Что ж, раз Лини говорит, что им с Фремине не стоит видеться, наверное, так и есть. Ведь Фремине с высокой долей вероятности может оказаться игровым персонажем, причём таким, которого почти выпустили — кто знает, как он может отреагировать на Ларису?..       «Да нет, ничего не будет, — попыталась успокоить себя Лариса. — Ни с Лини, ни с Фремине, даже если они действительно игровые. Другие — Мико, Венти, — были привязаны ко мне из-за того, что… чувствовали исходящее от меня тепло. А чувствовали они его потому, что… ну, наверное, потому, что я эмоции на них тратила. А к этому товарищу я ничего не чувствую...»       Красиво строились мысли — но Лариса в них совсем не верила.       Нет, лучше бы ей с этим Фремине не встречаться. И со всеми другими игровыми персонажами — тоже…       Она искоса взглянула на Лини.       А может, уже поздно… может, один такой уже сидит напротив неё. Нет, скорее всего сидит. Но как же хочется верить в то, что во Франции просто у всех красивые костюмчики, а не только у игровых!.. но не получается... совсем не получается...       Хотя… он ведёт себя нормально. Да и вообще: почему Лариса решила, что под её власть попадают герои всех регионов?..       В Фонтейне она — всего лишь обычная девочка… всего лишь обычная девочка…       «Только кем я работать буду… — вдруг подумала Лара. — Я же ничего не умею!.. даже пол нормально помыть не смогу…»       На миг она запаниковала и даже чуть-чуть пожалела о том, что вышла из подвластной ей зоны Тейвата — но тут же ей вспомнились янтарные глаза, и наваждение рассеялось. Нет, она всё сделала правильно… а что касается работы — для кого Пушкин старался? А катализатор «Преступление и наказание»? Что-нибудь, да продаст Лариса.       Главное не воспользоваться стихами, рассказанными Мико. Они её выдадут. Но что конкретно из Пушкина рассказала Лариса?..       …Неважно. Ещё есть Лермонтов, Тютчев и другие. По крайней мере на первое время этого хватит.       — Я думаю, тебе стоит ещё немного отдохнуть. Я пока пойду.       — Как скажете.       Как только за Лини закрылась дверь, Лариса почему-то почувствовала голод… как же так? Она же в игре, и прежде такого не случалось…       А главное, всё произошло именно когда ничего нельзя было изменить.       Лариса вздохнула и перевернулась к стене.       …Неласкова ты, Франция.