Всё относительно

Это не шутка. Он рассматривает гребанную тетрадь уже около получаса и не может нормально сконцентрироваться. Бросает ее, идет смотреть фильм. Его все раздражает. «Что делаешь сейчас?» — пишет Тсукки. «Пытаюсь не сойти с ума», — мысленно отвечает Ямагучи. Набирает совсем другое. *** Тадаши все достало. «Отъебитесь вы наконец», — устало думает он, когда смотрит на тех, кто решил подключиться к их внеурочным занятиям с Шое (который время от времени странно на него косится), он половину из них даже в лицо не знает. У Ямагучи болит голова-голова-голова… да. Шепотки за спиной то становятся громче, то совсем стихают. Тадаши с раздражением подмечает, что в чужих словах с завидной периодичностью мелькает его имя. Пусть. Как будто ему не плевать в самом-то деле... На телефон приходит уведомление, и они срываются с места, потому что опоздали на тренировку. Тсукишима смотрит строго, на Хинату — с долей презрения. Ехидничает с нотками издевки. Ямагучи вздыхает. (Не замечая, что Кей внимательно наблюдает за ним, хмурится, потому что хочет ему что-то сказать, но не решается, кусает губы от волнения). Его жизнь такими темпами станет невыносимой. Коротко о том, как в 16 чувствовать себя на все сто. Ха-ха. Ему хочется… домой. *** «Хочу поцеловать его», — он моргает, мысли перестают путаться. Обнять, завалить и не отпускать несколько часов. «Кто бы мог подумать!» — Тадаши корчит недовольное лицо. Он заметил, что Тсукки ведет себя иначе: отводит взгляд, чаще уходит в себя, не отпускает колкие шутки как раньше. Будто пытается снова в себе закрыться. И от него, и от всех остальных — это огорчает и коробит, но с Кеем происходит что-то странное — тут нельзя действовать спонтанно. Нужно подумать. Перед Ямагучи на столе домашка, рядом телефон, голова устало падает на гору тетрадей. Спааать. И не просыпаться ни-ког-да. Весь следующий день в школе он проживает по инерции, пялясь стеклянными глазами на стены и людей. Он чувствует резкий упадок сил к концу занятий и на тренировку еле плетется. Тсукки рядом обеспокоенно смотрит на него, хочет затащить в мед.кабинет. Тадаши слабо отбивается, идет прямиком в раздевалку быстрым шагом. От смущения у него чуть покалывает в ладонях, он никогда не привыкнет к такому обращению. К заботе. Потому что, Тадаши знает, Тсукки поступил бы точно так же, даже если бы они остались до сих пор друзьями. Не то чтобы они встречаются уже месяц… Со стороны наверняка выглядят как два идиота, которые не знают, что делать и как себя вести, когда кого-то любишь, и поэтому в их жизнях не меняется почти ничего. Ямагучи так кажется. Он боится что-то упустить, все испортить и потерять его из-за своих действий, а Тсукишима смотрит на него пристально, решает что-то про себя. Сомнения и мысли у Кея стираются в тот момент, когда он понимает, почему Ямагучи настолько подавлен в последние дни, что и расспросы не помогают — парень взрывается мгновенно или же просто отмалчивается. *** На следующее утро Тадаши просыпается с больным горлом и трещащей головой. Смотрит на часы — проспал. Апогей невезения достигнут. Завтра выходные, экзамены на следующей неделе. Сразу после — адские тренировки: прыжки и крики Хинаты, ворчание Тсукки, его блоки, пасы Кагеямы, преодолевание себя и своих пределов и турниры-соревнования-победы… Только победы. Тадаши рывком встает с кровати, но ноги подкашиваются, и он падает обратно. «Супер». Голова немного кружится, и теперь он отчетливо чувствует, как усталость камнем тянет его вниз, не дает сохранять равновесие и ясность мысли. От Тсукки пара пропущенных и с десяток сообщений. Ямагучи пишет, что заболел. «Каак вовремя», — думает он. Вставать не хочется. Дома никого — мертвая тишина. Он умывается и ест в одиночестве. Где-то здесь, конечно, есть какие-то лекарства, но он не стал их искать — сил не было совсем, и лучшее, что он мог сделать — поспать хоть немного. Перед этим надо было отзвониться учителю. «Твои родители хотя бы в курсе, что ты существуешь?» — доносится из трубки обидное. Телефон хочется разбить, но Тадаши кидает его куда-то на пол и падает на кровать. Глаза противно слезятся, сон не идет. «Надо поспать, поспать, да…» — крутится в голове, которая такая тяжелая-неподъемная. Суставы неприятно тянет, дышать получается только через раз. Он устало закрывает глаза. Не замечает, как наступил вечер, сумерки. И как в комнате оказался Тсукишима, который терпеливо ждал, когда Тадаши проснется. Ямагучи чувствует запах бульона и, кажется, чая. Дрема отпускает его, голод напоминает о себе неприятной пустотой в животе. Он смотрит в чужие светлые глаза, хмурится непонимающе, разглядывая знакомое лицо. «Кей красивый». — Откуда… Почему ты здесь? — хрипит он, садясь в кровати. Ямагучи чувствует себя гораздо лучше, но туман в голове все еще мешает мыслить здраво. — Принес еды. Мама передала. — Тсукки снова отчего-то отводит взгляд. — Что-то еще?.. Ох, — Ямагучи наконец замечает старую спортивную сумку Тсукишимы, в которой он всегда носит вещи для ночевок, а также то, что тот уже переоделся в домашнее. — Ты не заразишься? — Тадаши сонно трет глаза и улыбается. Тсукки закусывает губу, сжимает в замок пальцы, — Давай поедим. Для ужина немного поздно, но парни спускаются на кухню. Тадаши спрашивает про уроки и тренировку, Тсукки заставляет его выпить лекарства. — Где будешь спать? — в спальне мягко горит ночник. Ямагучи знает, что Кей видит, насколько он смущен сейчас, от этого колет пальцы, приходится отводить взгляд, теребить от нервов край одеяла. Тсукки снимает очки. Приближается, целует нежно в висок. Лоб, скулы, за ухом, шею. Мягко толкает на подушки. Нависает. Снова дорожка от лба до подбородка. И останавливается. Внимательно-изучающе рассматривает лицо напротив. Тадаши от этого смущается сильнее, чем мог представить. Как спонтанно — не в духе Тсукишимы. Кей устало вздыхает, низко опускает голову, склоняясь над плечом, его кулаки сжимаются. Ямагучи чуть отодвигается, и Тсукки ложится рядом. Кровать тесная для двоих, Кей снова пристально смотрит в его глаза, придвигается ближе, утыкается лбом в изгиб ключицы, обнимает крепко, цепляясь за чужую безразмерную футболку, сминает ее в пальцах. — Я гей. — обреченно доносится от него. — Эм… я тоже? — Тадаши от всего этого неловко, — Из-за этого ты вел себя так? — «Заставил же понервничать!» — Я так устал… от всего. Чувствую чужие взгляды, ересь… блядское чувство. Какое им до нас дело? Хочу, чтобы… — «Чтобы заткнулись, исчезли, оставили в покое, ты ведь и сам все замечаешь… это невыносимо» — Ямагучи слышит невнятно бормотание, касается руками плеч и волос, успокаивающе-нежно гладит, прижимая к себе, — …не хочу отпускать тебя. — Почему не говорил раньше? — в ответ в него вжимаются крепче. «Как ребенок». — Я влюблен в тебя, — Шепчет Ямагучи. «Все хорошо, тебе просто стоило сказать мне — доверяй». — Какое совпадение, — Тсукки слегка отстраняется. Все горит. — Ты не можешь не портить такие моменты, — улыбается ему Тадаши. Кей фыркает. Тянется наконец за поцелуем. «Не отпускай» «Я буду рядом. Всегда»