Против системы

В комнату зашёл молодой юноша, младше Шэнь Юаня, но довольно высокий. Если Шэнь Юаню нужно было бы попытаться догадаться, он бы сказал, что парень был выше его. Но точно сказать это было трудно, потому что Шэнь Юань сейчас сидел, а вставать и мериться ростом он не собирался. Одет Чэнь Вэнь был в белое, на голове был высокий хвост, а на лице наглая ухмылка. В отличие от Чэнь Цзинну, он выглядел более угловатым, как чертами лица, так и телосложением, но Шэнь Юань замечал и явные родственные сходства. К примеру, них обоих были глаза похожие на глаза феникса. – Добрый день, уважаемые господа, - поздоровался Чэнь Вэнь. Его слова сложно было упрекнуть в недостатке вежливости, но вот в его тоне было что-то саркастичное. Шэнь Цинцю недовольно скривил губы из-за этого. «Молодой человек! Вас привели на допрос во время расследования! Можете хотя бы постараться вести себя менее подозрительно?!” - мысленно сокрушался Шэнь Юань. Чэнь Вэнь как будто бы хотел, чтобы его арестовали! Честно, он вел себя настолько подозрительно, что Шэнь Юань уже был уверен, что он не убивал своего отца! Это слишком очевидная “красная сельдь”, троп, который заключается в том, чтобы дать читателю более очевидного подозреваемого, чтобы запутать его и отвлечь от настоящего преступника в детективе! Самолёт редко к нему прибегал, потому что тот, кого обвинял Ло Бинхэ всегда оказывался злодеем, но было несколько интересных арок, где злодеем оказывался кто-то неожиданный. В таких случаях читателю просто не раскрывалось, кого подозревал Ло Бинхэ, до самого последнего момента. – Добрый день, - улыбнулся Юэ Цинъюань, - можете, пожалуйста, рассказать о том, что произошло в день смерти вашего отца? Заметили ли вы что-нибудь странное? Чэнь Вэнь пожал плечами. – Всё было как обычно, отец поужинал со мной и сестрой, а затем пошёл гулять. Он так часто делал. – Где вы были в это время? - спросил Шэнь Цинцю. – Я спать пошёл. – И ничего странного не было ни в этот день, ни незадолго до происшествия? – Ничего такого, что я заметил. Но я здесь всего пару месяцев, мне сравнивать особо нечего, что здесь “обычно”, а что нет. – Хм, - задумался Шэнь Цинцю, - В каких отношениях вы были с жертвой? Чем дальше продолжалось расследование, тем больше Шэнь Юань чувствовал себя, будто попал не в сянься, а в один из детективных сериалов, которые иногда смотрел эр-гэ. Не хватало только динамики “добрый коп-злой коп”.              – В каком смысле? - переспросил Чэнь Вэнь, - Он мой отец.              – Как будто это что-то говорит об отношениях между вами. В мире много детей, готовых удавить своих родителей при удобном случае, - фыркнул Шэнь Цинцю.              – Мы просто хотели бы узнать немного подробнее, - мягко улыбнулся Юэ Цинъюань, - Он хорошо к вам относился? У вас были близкие отношения?              Лю Цингэ начал нетерпеливо постукивать пальцами по столу, не видя в происходящем особого смысла. Наверняка, Бог Войны горы Цанцюн хотел больше битвы, чем той части расследования, в которой надо было опрашивать свидетелей и подозреваемых. Такой мужчина был создан для сражений! Не удивительно, что в данный момент он скучал.              К сожалению, Шэнь Юаню пришлось отвлечься от раздумий о внутреннем мире Лю Цингэ, чтобы послушать, что скажет Чэнь Вэнь.              – Нормальные были отношения, - Чэнь Вэнь пожал плечами. Поза стала более неловкой, не такой показушно уверенной, как раньше. Чэнь Вэнь отвёл взгляд, смотря куда-то в сторону и вниз, не встречаясь глазами ни с кем, - Мы знакомы-то были всего ничего, какие тут отношения могут быть. Я пришёл сюда, он решил меня официально принять, и я жил тут два месяца.              Шэнь Цинцю внезапно насторожился. Шэнь Юань не понял почему, вроде никакой новой информации мальчик не дал.              – Почему вы пришли к отцу сейчас, а не раньше? - спросил Шэнь Цинцю.              – Мать умерла. Я не думал, что отец меня примет, раньше же, когда мать жива была, он нас не забирал, я просто подумал, почему не сходить сюда и самому всё не увидеть.              Шэнь Юаню хотелось закатить глаза. Что за бездарный сюжет Самолёта! Куда не плюнь, мертвые родители. Одна мертвая мать, вторая, ещё и мертвый отец! Да к тому же и все почти одновременно умерли! Очень лениво!              – Как она умерла? - продолжал спрашивать Шэнь Цинцю.              – Заболела. - Чэнь Вэнь ответил кратко. Несмотря на то, что он был относительно высоким, когда он это произносил, то казался визуально меньше. Напускная уверенность будто растаяла на глазах. Одинокий, в траурном белом, среди незнакомых взрослых людей (и с Шэнь Юанем). Скорее всего, ему было лет пятнадцать или шестнадцать, и сейчас было особенно видно, что он ещё не совсем взрослый. Чуть младше Мэймэй… То есть, чуть старше маленького белого лотоса Ло Бинхэ, которого Шэнь Юань совсем недавно видел! Да и в принципе, когда Шэнь Юань был на Цанцюн, он видел целую кучу разных подростков, у него было много объектов для сравнения! Абсолютно никаких причин залезать в далёкое прошлое!              [Напоминание пользователю, что пользователь находится в этом мире меньше недели!]              “Заткнись,” - вяло огрызнулся Шэнь Юань в сторону маякнувшего окна Системы.              – Хм, - сказал Шэнь Цинцю.              – Кем работала ваша мать? И чем вы занимались? - продолжил Юэ Цинъюань, казалось, уводя разговор в другую сторону, но Шэнь Цинцю, услышав этот ответ, едва заметно кивнул.              – Она врачевала. Деревня была небольшая, больных не так много. Иногда кто-то из соседней деревни мог прийти, если что-то серьезное. Я маме помогал, травы часто собирал в лесу. Ещё в деревне по мелочи что-то тоже делал, если что-то нужно было принести, или починить, или гусей пасти.              – И она умерла от болезни? - насмешливо переспросил Шэнь Цинцю, - Видимо не так уж хорошо она знала врачевание.              Мальчик злобно посмотрел на Шэнь Цинцю:              – Врачи чаще имеют дело с больными людьми, и им легче заразиться.              – Молодой господин Чэнь, - мягко обратился Юэ Цинъюань. Чэнь Вэнь моргнул пару раз, будучи не привыкшим к такому обращению. - Мы понимаем, - Юэ Цинъюань похоже использовал тут “королевское мы”, говоря о себе во множественном числе, потому что тот же Шэнь Цинцю явно не был настолько понимающим. И Шэнь Юань не был уверен, что Лю Цингэ до сих пор слушал разговор, - что вам должно быть трудно об этом говорить, но это может быть связано с текущими событиями. Расскажите, пожалуйста, как именно умерла ваша мать.              – Это точно не связано, - ответил Чэнь Вэнь. Шэнь Юань был с ним в целом согласен, он тоже не видел, как умершая где-то там до настоящих событий мать может быть связана со смертью отца. - У нескольких человек сразу были странные симптомы. Она лечила их как могла, но только облегчала их состояние. Вскоре после того, как эти симптомы начались и у матери, она сказала, что это моровое поветрие. Только цветок столетнего солнца может его вылечить. Мать послала меня за ним в другую деревню. Я несколько дней туда добирался, но оказалось, что этот цветок совсем не растет в наших краях. Он растет гораздо севернее отсюда. Когда я вернулся в родную деревню, то нашел лишь угли и пепел.              На последних словах Юэ Цинъюань слегка побледнел и сжал кулаки на коленях. Воцарилась тишина. История была грустная, целая деревня сгорела, лишь бы не распространять чуму дальше…               Шэнь Цинцю и Юэ Цинъюань после этого задали ещё несколько вопросов по поводу дела, в которых Шэнь Юань не нашёл особо важной информации. Лю Цингэ не прерывал их и молчал. Шэнь Юань очень надеялся, что Лю Цингэ внимательно слушал и анализировал показания свидетелей, хоть и сомневался в этом… И в конце концов мальчика отпустили.              Чэнь Вэнь небрежно поклонился на прощание. Шэнь Юань только хотел скопировать этот жест, но, увидев, что главы пиков рядом с ним всего лишь кивнули головами в ответ, сделал так же. Чэнь Вэнь вышел из комнаты.              Оставшись наедине, Шэнь Цинцю многозначительно посмотрел на Юэ Цинъюаня. Юэ Цинъюань медленно кивнул.              – В самом деле странно, что он пришёл к отцу сам…              Шэнь Цинцю резко хлопнул веером:              – Какое удачное совпадение! Именно перед приходом ублюдка-сына умерла жена господина, так что тот решил принять его! А сын пришёл “просто так”, “посмотреть что будет”!              Шэнь Юань был удивлен, как эти двое поняли друг друга почти без слов. Он-то взгляд Шэнь Цинцю интерпретировал как намерение сразу здесь и сейчас арестовать мальчика и, возможно, придать казни.              – Совпадение, - сказал Лю Цингэ.              Шэнь Цинцю чуть ли не зашипел на Лю Цингэ:              – И почему же ты так уверен в этом? - если бы Шэнь Цинцю был животным, то он был бы чем-то, что плюётся ядом, в этом Шэнь Юань был уверен.              – Описание тела, - ответил Лю Цингэ, не став вдаваться в дальнейшие детали.              – Шиди, шиди, - с примиряющей улыбкой сказал Юэ Цинъюань, - хоть мы и узнали сейчас много важной информации, сейчас пока в самом деле рано с такой уверенностью говорить. Мы ещё даже не осмотрели место смерти и тело покойного.              Эх, Юэ Цинъюань, ты, конечно, храбр, вставать меж двух огней, но стоит ли оно того?.. Как можно быть таким центристом? Шэнь Цинцю явно не был доволен представленным компромиссом. Шэнь Юань уважал старания, но мог лишь прокачать головой такой опрометчивости…              – Если глава секты считает, что мы можем полностью проигнорировать подозрения, которые есть сейчас, только потому что у нас ещё нет полной картины происходящего, то кто я такой, чтобы говорить иначе, - хотя слова были вежливыми, а тон формальными, они были подчёркнуто вежливыми. В голосе Шэнь Цинцю ощущалась сильная злость, а черные глаза метали молнии.              Улыбка Юэ Цинъюаня стала явно натянутой.              В комнату вернулась Чэнь Цзинну. После повторных приветствий и поклонов Юэ Цинъюань заговорил.              – Спасибо большое, беседы с вами и вашим братом, - на слове “брат” Чэнь Цзинну едва заметно нахмурились, но также быстро вернула лицо в прежнее выражение, - были весьма познавательны и полезны. Теперь мы бы хотели увидеть вашего отца и место, где он умер.              – Да, конечно, - кивнула Чэнь Цзинну. - Каймин вас проводит, - она подозвала служанку, ждущую за дверью комнаты.              Лю Цингэ резко встал, явно горя желанием приступить к остальным частям расследования, не связанными с длинными разговорами. Юэ Цинъюань, Шэнь Цинцю и сам Шэнь Юань поднялись не так поспешно. Поблагодарив за содействие, они пошли следом за служанкой.