Разочаруй меня вновь

Коллеги Рей отнеслись к ней крайне скептически, прямо как и подчиненные. Как только слухи о новом приближенном достигли своего пика, всем захотелось узнать о ней как можно больше. Не постеснялись они и нарыть на нее информации о прошлом и ужаснулись от оборванных связях с полицией и прокуратурой. Да и не простым следователем она была, а главным. Отставка после скандала с коррупцией весьма ударяет по репутации. Многие задавались вопросом, как она могла сюда попасть, да и сразу на высокую должность при связях с копами, а это грубейшее нарушение. Все те, кто невзначай подходили поприветствовать или напрямую узнать о ней побольше оставались с еще большими вопросами о ее личности. Рей уходила от ответов, по большей части тактично молчала или вовсе игнорировала. Оно и понятно, ведь, по ее словам, ей было и не выгодно с ними даже разговаривать. Всего лишь коллеги, если так можно сказать. Здесь коллеги по работе, равные со статусу не приносят тебе ни выгоды, ни денег, ни повышения. Поэтому многие здесь держались по одному и предпочитали работать в одиночку и скрытно. Но находились и те, кто действительно общались. Зачем? От скуки, разумеется. – И как только Майки взял ее сюда?! – попивая кофе говорит один из приближенных, что отчаянно пытался завести разговор с Рей. – Связи, сам понимаешь какие. –пожимает плечи собеседник, отворачиваясь ко окну. – Разве этого достаточно? – раздраженно цедит тот. – В наших кругах все возможно. – устало отвечает другой. Кому вообще есть дело до новой сотрудницы? Прямо сейчас разворачивается нечто страшное в их криминальном мире. Готовится нечто, что перевернет жизни многих, как в свое время появление Бонтена в Канто. Тогда всем пришлось несладко. Майки, не смотря на свой низкий рост и юный возраст, притягивал своей аурой, вынуждал подчиняться, слушать каждое его слово и самое важное - идти за ним, куда бы тот не сказал. Он редко действовал самостоятельно. Даже будучи мальчишкой 18-ти лет, перед ним всегда стояли двухметровые амбалы с пушками наперевес, а тот лишь молча наблюдал и отдавал приказы. Молодые «Свастоны Канто» сразу привлекли внимания коренных мафиозных кланов, что были крайне ошарашены внезапным появлением столь молодой, но уже обширной группировки. Их лидер удивлял еще больше, ведь на его месте они не увидели взрослого мужчину в годах, а на месте членов банды - не карикатурных бандитов. Обычно Якудза сразу узнавали о новых бандах, но редко предпринимали что-либо. Ведь каждая псина на улице знает, что все здесь - только у них под властью. И каждый, кто посмеет это оспорить или разрушить ту идиллию, что строили Якудза столетиями, они незамедлительно устранят эту «проблему». Любому клану ничего не стоило перебить хоть двести таких бандитов, что прыгнули выше головы. На этом и строились их принципы, их традиции и кодекс, что испокон веков передавались с эпохи Эдо и по сей день. Свастоны Канто в свою очередь и не пытались нарушить этот устой. Они лишь занимались мелкими кражами, крышеванием и драками. Так и есть, это было чистой воды уличные драки, но они определяли твой статус на улицах Токио, давая своего рода безопасность для других членов. Эти молодые притягательные юнцы завоевали внимание среди криминальных шишек настолько, что получили приглашения на их «семейную» встречу на имя их лидера. Конечно, ведь молодая кровь всегда будет маняще привлекательной. Набор новых людей еще никому не вредил, а такие люди всегда нужны в кругах якудзы. Но «щенки» еще не окрепшие умы, и даром растрачивают свой талант, грабя лишь у детей-сирот со старушками. Манджиро был не взбалмошным ребенком с бушующим пубертатом, как представляли его главы. В свои восемнадцать его речь, ход мыслей и даже язык тела были словно у взрослого мужчины, что повидал многое за свои годы. Это уже был давно не мальчишка, но это не удивительно. В преступный мир приходят далеко не от хорошей жизни, а по его взгляду можно было это понять. Что же такого случилось с этим мальчишкой, раз он забрался так высоко? Интересно… Но как бы сладко ему не вливали свои речи главы семей, он оставался непреклонен и твердо стоял на своем. Ему предлагали деньги, славу, свое имущество с недвижимостью, но он лишь бесчувственно отказывался. Любой бы ведь на него месте поддался влиянию более старших по званию или согласился примкнуть, поджав хвост. Майки, казалось, не заботил ни статус, ни эта встреча, ни налаживание связей. – «Канто» работают в одиночку. Мы не нуждаемся в покровительстве, Ямагучи-сама. – сдержанно подает голос Манджиро, что терпеливо дожидался удобного момента. Главы переглядывались, словно общались лишь перекинутыми взглядами. Хмурость на их лицах ясно дала понять, что они крайне недовольны. Неверное движение - за деревянными дверьми уже стоят опытные убийцы из кланов. – Не боишься, Сано? – обратился к Майки сидящий напротив мужчина с седой шевелюрой. Остальные главы семей лишь почтенно склонили головы, не смея издать и звука. – Бояться мне нечего, господин. – не опуская решительного взгляда, отвечает он. В глазах Ямагучи-самы этот ребенок напоминал ему дворового щенка. Он запуган, побит и испачкан, но каким-то чудом продолжает скалиться и тявкать на злых старых псов, что пытаются его сожрать. А щенок мог бы вполне добиться жизни в «доме», как породистый пес. Не зная голода, холода и лихорадок. Но дворняжка выбирает остаться на улице среди мусора и кучи таких же шавок. Но очередная помойка разве может привратиться в уютный дом с хозяином или стать его новым королевством? Не узнаешь, пока не попробуешь. Он слегка улыбается, с прищуром оглядывая юношу, что и не думал даже дернуться. Такое бы уже давно сочли за неуважение, но в глазах «щенка» не было ни капли страха или отчаяния, лишь чертова решимость. Забавно. – А ты мне нравишься, Майки-кун. – улыбаясь, словно чеширский кот пропел ему старик, словно своему внуку. – Можешь идти, на сегодня ты свободен. Манджиро, не меняясь в лице, осуществляет поклон в добрых традициях старой Японии и удаляется, оставляя после себя гнетущее молчание. – За непослушание лишают головы, Ямагучи. – делая глоток зеленого чая, говорит один из глав, сохраняя непринужденный вид. – Ну и зачем ты его отпустил? – с явным негодованием отзывается другой, сжимая руку в кулак. – Наглый мальчишка! Ему следует знать свое место. – Подожди еще немного, Мацумото. Посмотрим, что сделает щенок, что выбрал помойку. – улыбается старик, но в глазах уже не было и тени улыбки. Но годы шли, а Манджиро постепенно менялся. С годами он внешне повзрослел, постригся, но крайне исхудал. Его зависимостью ужаснулись бы даже самые заядлые курильщики со стажем. Он словно сжирал этот никотин вместо еды, ежедневно скуривая по полторы пачки. Майки стал напоминать ходячий труп, ведь от живого человека в нем осталось лишь физическое тело и некоторые эмоции, что он способен был проявлять хоть иногда. Но его авторитет остался неоспорим, а аура до ужаса пугала. Благодаря «Финансовому Гению», в Канто деньги лились рекой, что не знаешь куда их девать. Они больше не ютились в старых заброшках, заваривая лапшу, а начали поистине строить все с нуля. Свой собственный штаб, все больше новых членов группировки, новые договора и выгодные сделки, крупные поставки, договоренность с портом, контракты с игорными домами и сутенерство в элитных клубах. Все это появилось у них спустя годы упорной работы. Но «Свастонов Канто» больше нет. Теперь это всеми известный «Бонтен» с их картой Ханафуда. – «Дворовый щенок все же смог построить свое королевство на свалке» – хмыкает своим мыслям Ямагучи-сама, вслушиваясь в слова шпиона. *** – Хасэгава, мне нужны записи с камер и медицинские записи с городских больниц. – не отрывая взгляда с компьютера говорит Китамура вошедшему подчиненному. – Но… Мы не сможем их раздобыть. – стыдливо отвечает Нобу. Рей с неподдельным недоумением отрывается от монитора и пристально оглядывает Нобу. – Как это не сможете? – нахмурившись спрашивает она. – Я же как-то смогла добыть, работая одна. Глаза Хасэгавы забегали по углам, будто стараясь скрыться от нарастающего гнева начальницы. – Нас об этом ни разу не просили… – запинаясь, еле как произносит Нобу. – Мы работали просто по наитию, без лишних движений и записей с публичных мест. – Значит с этого момента будете. У нас крупное задание, важна каждая деталь. Передай остальным чтоб сейчас же решили этот вопрос! Нобу молча кивает, виновато опустив голову. Он тихо покидает кабинет, шагая в сторону лифта. На седьмом этаже было как всегда тихо, но отдел поисковиков лишь тихо попивал кофе и занимался безделием вперемешку с тихой болтовней. Казалось, они решили устроить своеобразный протест, совершенно забросив работу над миссией. А если верхушка на них оскалится, то им не составит труда перевести все стрелки на новую «неопытную» начальницу. Вошедший Хасэгава сразу же привлек внимание к себе. Он расселся за свое рабочее место и устало прикрыл глаза. Но стоило ему только расслабиться, как к нему сразу же подошли с расспросами. – Нобу, затрахала тебя поди эта девка? – с явной издевкой пожалел его коллега. – Ну-ну, скоро на поводке у нее будешь, как ручной зверек. – тихонько смеется другой. Как же его это заебало. И недели не прошло с его дополнительной работы «секретарем», как до него уже докопались все, кому не лень. Он раздраженно размыкает веки, не сдерживая гнева, и произносит: – Работу бы свою лучше выполняли, мне бы тогда мозг не ебали. Их лица сразу же меняются, стоило Нобу только огрызнуться. – Думаешь мы нихуя не делаем? Она только пришла и уже раскомандовалась. – По крайней мере лучше, чем прошлый уебок. – Не выгораживай ее. Все они одинаковые. «Как же задрало. Только и делают, что пиздят о какой-то херне, вместо того чтобы работать. – мысленно негодует Хасэгава, стараясь сдержаться, чтоб не устроить драку в офисе. – Поэтому вы и сидите на побегушках годами, старперы.» – Она сейчас отдала приказ добыть записи с камер на главных улицах, где были замечены Инагава Кай и мед записи на имя их лидера. – решает он хоть как-то сгладить обстановку, передавая указания. – Еще чего? – подключаются остальные. – Если ей надо пусть сама роет. – Шкура уж больно зазналась. – А дальше что? Полы нас драить заставит? Они продолжали спорить и наседать на Хасэгаву, который лишь передал указания. Они, не привыкшие работать под настоящим начальством, совсем перестали подчиняться и боялись лишь Майки с остальной верхушкой. А начальник отдела, да еще и женщина, заставило их еще больше взбеситься. Если они не хотят работать, то это теперь он один должен сделать? Ну уж нет. Нобу ничего не оставалось делать, кроме как передать возмущения и отказы со стороны остального отдела, что не стеснялись в выражениях в адрес начальницы. Он считал себя полной крысой, работающей на два фронта, но, взвесив все за и против, на данный момент лучшим исходом будет принять сторону Китамуры Рей, нежели своих коллег. Коллеги-то ему премию не выдадут и даже не помогут, а Рей была не так уж плоха по отношению к нему. Нельзя судить за пару дней, но она ни разу не накричала на него просто так, ни разу не злоупотребила своим положением, и ни разу не угрожала ему. Просто небо и земля по сравнению с прошлыми. Он питает надежды, что еще не все потеряно, и если она продолжит и дальше работать здесь, то он непременно заставит ее задержаться здесь подольше. *** – Так и сказали? – устало переспрашивает Рей, потирая переносицу от накатившего раздражения. Он виновато закивал головой. Он словно наябедничал на весь свой класс директору школы. Чувство паршивое, но на тот момент ему это казалось правильным. Видеть Китамуру в состоянии раздражения оказалось страшным, а что же будет, когда она придет в ярость?… Ему этого знать совсем не хочется. – Раз не хотят по-хорошему, – она рывком поднимается из-за стола хватая зачем-то свой плащ и поспешно накидывая сверху. – То будет по-плохому. Она быстро вылетает из кабинета, пока Нобу уже бежит за ней в панике пытаясь успокоить. – Китамура-сан, не надо! Прошу вас! Что вы собираетесь делать? – Преподать урок. Она выходит из лифта, стремительно приближаясь к центру. Возмущенные взгляды тут же радушно ее встретили, стоило ей только появиться. – Весь отряд поиска. – сразу же повышает она голос до грубого баритона. – Живо подошли. Они молча переглядываются друг с другом, и на удивление медленно поднимаются с мест и нехотя подходят ближе к начальнице. Даже Нобу удивился от такой покорности. С чего это они такие шелковые? А полчаса назад поливали ее дерьмом, словно скажут это без проблем и в лицо. – Вы чего-то хотели? – зевая, задает вопрос один из них. – Я много чего хочу. – отрезает она, грозно сверля взглядом толпу мужчин. Отдел информаторов удивленно наблюдал за всем происходящим, не понимая, что же происходит. Они тихо переговаривались и увлеченно наблюдали за настоящей разборкой посреди отдела. Настоящие стычки они не посещали, просто надобности не было, но зрелище сейчас должно быть многообещающим. – А теперь скажите мне, чем вы недовольны? – она, не опуская взгляда, молча дожидается хоть какого-нибудь ответа, но собравшиеся лишь молчат, опустив глаза в пол. – Неужели вам сказать уже нечего? И снова тишина. Это словно детский сад или начальная школа, где детей отчитывают за сломанную вазу или разбитое окно. Они молчат, не смея нарушить тишину и злобно поглядывают на Нобу, что стоял рядом с начальницей. А тот и не думал стыдливо опустить взгляд, ему это никчему. «Сами виноваты, бараны.» – закатывает глаза Нобу, с упоением глядя на Китамуру, что внушала величие и страх. – Мне казалось пару минут назад слов у вас текло рекой. Забавно. – чуть улыбается Рей, продолжая свою тираду. – Почему же тогда сами не пошли отсасывать у верхушки за место под солнцем, раз все так просто? Слух резанули грязные слова, что они невольно дернулись. Она уже ярко улыбается, подходя к ним все ближе. Но в глазах и ни капли веселья, лишь всепоглощающая ярость с безумием. На мгновение улыбка исчезает, а вместе с ней и мнимая безопасность. Она не орала на них матами, не посылала и не разбрасывалась угрозами впустую, как прошлые их начальники, что менялись, как перчатки. Резкий диссонанс ударил по разуму «стадо» поисковиков. – Вы прекрасно знаете что случается с теми, кто перечит приказам свыше. Чтоб к вечеру все, о чем я просила, было у меня на столе. Она, не оборачиваясь, покидает отдел уже в одиночестве. Уже в лифте она тихо вздыхает, мечтая провалиться сквозь землю. Управлять людьми сложно, крайне сложно. Послушают ли они ее? Поверят ли в ее силу? Это вопрос времени. Если же ее снова проигнорируют, то прийдется поговорить с верхушкой хотя бы назначить ей другую команду или поработать в одиночку. Можно пропустить мимо ушей все, о чем они нагло сплетничают. Но непослушание и наглое отлынивание от работы уже совершенно другой вопрос. День прошел быстро, не успела она и глазом моргнуть. Пепельница уже до краев переполнена окурками, а открытое окно словно не помогало проветривать помещение. «Похоже и вправду никто не придет. Грустно.» – но было ли всерьез ей печально, она бы не ответила. Зачем же грустить по тому, что уже заведомо знал, что произойдет?… Она уже смирилась с участью изгоя собственными подчиненными, как в кабинет без стука врывается Нобу с огромной грудой документов и флешкой в зубах. – Что это? – округлив глаза спрашивает она, стоит ей оглядеть бумаги. – Все, что вы просили сделать у отдела. Мы все сделали. – воодушевленно отвечает Нобу, явно радостный от подобного расклада событий. Стоило Рей уйти, как они, не говоря ни слова, вернулись за свои места, начиная работу. Информационный отдел с явным восхищением проникся новой приближенной и помочь не отказался. – «Значит не настолько глупы, чтоб пойти против меня» – думает Рей, блаженно откинувшись в кресло. Осталось дело за малым. Они выйдут на призрачного лидера без сомнений. *** – Китамура-сан, а для чего вы тогда надели плащ? Вы же не собирались идти на улицу. – внезапно спрашивает Нобу, что мучился от этого вопроса довольно долго. Рей слегка опешила от такого внезапного вопроса и немного замялась, не решаясь ответить. – Понимаешь, Хасэгава… Во внутреннем кармане у меня там пистолет с глушителем. – непринужденно отвечает Рей. – Зачем вы пошли с пистолетом?… – спрашивает побледневший Нобу. – Это на случай, если бы они мне начали дерзить. – лучезарно улыбаясь говорит Рей, чем окончательно заставляет Хасэгаву затрястись от страха перед боссом. Она действительно собиралась открыть огонь прямо там, если что-то пойдет не так?! Эта женщина просто ненормальная! Он был уверен, что она безобиднее и лучше всех прошлых начальников отдела, но похоже он ошибался. Рей Китамура внушала страх еще сильнее, но это его никак не оттолкнуло.