Разочаруй меня вновь

Квартира Рана была большой. Достаточно большой, чтобы здесь спокойно проживали несколько человек. Интерьер был минималистичным, что создавало приятное впечатление. Однако обстановка была таковой, будто здесь никого не было уже долгое время. Никаких намеков на присуствие хозяина этого дома. Это было верное предположение, ведь, как оказалось, Старший Хайтани редко здесь бывал. В основном ночевал и принимал душ. Остальные комнаты были не обжиты и никак не использовались хозяином.  Ран привел ее сюда, потому что и прятать ему Китамуру было негде. Ее квартира сейчас опасна, да и не исключено, что там их уже могли поджидать подчиненные Мочизуки. Он мог, конечно, снять ей квартиру, но он не знал, как события будут развиваться в дальнейшем. Может быть она ему пригодится в срочном порядке, а ее поблизости не будет.  Рей осматривалась по его жилищу, подмечая каждую красивую деталь интерьера. Ее это хотя бы отвлекало от беспокойных мыслей.  – Пока посидишь здесь. – Ран протягивает ей ключи и, на удивление, ее сумку, с которой она вернулась в штаб. – Это ключи от квартиры и твои вещи, которые я успел забрать.  – Спасибо. – коротко отвечает девушка, принимая с его рук ключи и личные вещи. Рей сразу же направилась в гостиную, когда за Раном уже закрылась дверь. Он попросил ждать его звонка и ни в коем случае не покидать квартиру. Китамура садится на мягкий диван в гостиной и включает телевизор в надежде занять себя чем-нибудь. Все равно ей сидеть здесь неопределённое количество времени, а саму себя съедать будет бесполезно. Она хочет доверять Рану, но и сохранять бдительность тоже стоит. Рей вынимает торчащий пистолет из сумочки и ставит около себя. Если произойдет облава, то она точно не потеряет и секунды. *** – Я уже заебался его держать! – сквозь зубы цедит раздраженный Мадараме. – Вы помогать не собираетесь?! – А тебе самому не все равно на него? – выдыхая пар тому в лицо, скучающе произносит Такеоми. – Если и натворит что-то, пусть сам и огребет.  – Но!…  – Думаешь, Харучие тебе за это спасибо скажет? – закатывая глаза, перебивает его Акаши.  Мадараме поджимает губы, глядя на обдолбанное лицо Санзу. У него закатились глаза, а рот оставался приоткрыт. Его кожа похолодела и заметно побледнела. Он вряд ли мертв, просто отключился. Лишь бы блевать не начал.  Шион отпускает его, послушав старшего коллегу. Ибо это действительно не их проблемы, а Санзу должен отвечать за свои поступки. Они в конце концов не его воспитатели и даже не няньки. Какуче приходит уже на рассвете. Все тело ломило от усталости, а руки тряслись от нагрузки. Но он предпочел игнорировать это, отдыхать было еще рано. Он входит в комнату для отдыха в надежде расслабиться и вздремнуть хотя бы на час, но Хитто чуть не спотыкается на лежащего на полу Санзу.  – Что это такое? – оглядывая присутствующих, спрашивает Какуче. – Почему он на полу валяется?! – Нахуярился он. – грубо отвечает Шион. – Я его скрутил, а этот так и вырубился на полу. – Ну давайте его хотя бы в кабинет отнесем? Не тут же ему валяться. – неловко обходит он его стороной, чтобы случайно не наступить на бессознательное тело Харучие. – Да пошел он. – злобно бурчит себе под нос Такеоми. – Пусть на полу поваляется. Может быть поймет, что никто не обязан за ним дерьмо прибирать. – Это твой брат, Акаши. Тебе действительно будет все равно, если с ним что-то случится? Такеоми молчит, не желая отвечать на столь личные вопросы. Он не любил, когда кто-то затрагивал с ним тему семьи, а уж тем более про его младшего брата. Санзу сам захотел отречься от семьи, а значит и ему не должно быть дело до этого крысеныша. Они уже друг другу никто. Поэтому им незачем приглядывать друг за другом. По стечению обстоятельств оказаться с Санзу в одной группировке его достаточно взбесило. Но и податься больше ему было некуда. Деньги и статус ему всегда были нужны, как никогда. Поэтому и с этим пришлось смириться.  – Ладно. Я сам его оттащу. – устало вздыхает Какуче.  – Ты что делаешь?! – удивленно произнес вошедший Младший Хайтани.  – Ты хотя бы помоги его поднять, Рин. – поднимая того за предплечья, просит Какуче.  – Я отходил оружие прятать, а он уже вырубиться успел?! – негодует Риндо, глядя на уснувшего Санзу. – Ты столько времени ходил прятать оружие? – подозрительно оглядывает его Шион. – У него по углам оно раскидано по несколько штук. А что мне оставалось делать? Этот придурок точно бы пустил его в ход! – Да плевать! – рявкает Такеоми. – Я бы ему руки оторвал, если бы он посмел такое вытворить.  – Ты? Оторвать? Да не смеши меня, старикан. – гадко ухмыляясь, отвечает тому Риндо.  – Междоусобицы у нас запрещены. И да, Санзу даже под трипом вряд ли такое вытворит. Ты поможешь его убрать или нет? – бесцеремонно прерывает очередной скандал Какуче. Риндо поглядывает то на Какуче, то на остальных. Он безмерно уважал его еще со времен «Поднебесья», но и тащить тушку обдолбанного Санзу ему было в лом. С другой же стороны оставлять Какуче одного разгребать весь «мусор» было такое себе. Поэтому, хватая Санзу за ноги, он тем самым пришел на помощь. А что им оставалось? Кроме них никто и не собирался помочь. Они лишь безразлично наблюдали за их неуклюжими попытками оттащить его в коридор. Конечно, Какуче и Рин могли также отчужденно перешагнуть через него, оставляя отлеживаться на полу, но у них были свои причины о нем позаботиться. Все же Санзу не такой придурок, каким кажется окружающим. Они об этом знали на своем опыте. Риндо все еще помнит, как Санзу закрыл его от пули, получив ранение в область печени. Санзу тогда лишь отмахнулся и произнес: «Я не мог поступить иначе». А он мог. Мог сделать вид, что не успел… Какуче никогда не забудет, как Санзу первым пришел к нему на помощь. Личный конфликт с другой группировкой мог бы закончиться горой трупов во главе с мертвым Какуче. Однако, вовремя подоспевший Харучие не то, что уладил конфликт, а перевернул его, убрав одну из сторон конфликта. «Санзу, зачем?… В этом ведь не было необходимости.» – глядя на валяющиеся кровавые тела, спрашивает Какуче, чуть ли не дрожа. «Думаешь, оставив их в живых, они бы вновь не пришли по твою душу? – вытирая кровь с лица тыльной стороной ладони, отвечает Санзу. – Я не мог поступить иначе.» А ведь Санзу мог послать шестерок. Мог никого не убивать, ведь полезть на весь Бонтен они не могли. Мог оставить его одного разбираться со своими проблемами. Но он и не поступал по другому. Санзу может быть жесток. Может быть деспотичен и неконтролируем, но в нем все-таки остались маленькие вспышки света, что на фоне темноты кажутся лишь далекими звездами. Это не похоже на оправдания его нынешних поступков, ведь употребление веществ - его выбор. Но… Это не сделало его счастливее. А вещества - не способ развлечься в его случае. Он просто пытается убежать… *** – Майки, может не стоит? Рана все еще открыта. Это может быть опасно для вас. – пытается догнать своего главу Коконой.  Он уже битый час уговаривает Манджиро остаться в больнице, но Майки остается непоколебим. Одного дня в больнице ему хватит, а дела в группировке ждут его решения. Дел скопилось невпроворот.  – Нет. – железно отвечает Майки, быстрым шагом минуя длинные коридоры и выход из больницы. – Вы без меня даже решение принять не в силах. И как мне отлеживаться в больнице? Во дворе их уже ждал бронированный автомобиль, а водитель учтиво открыл для них дверь.  – Но Господин! Мы можем справиться и без вас, просто отдавайте приказы. Мы их выполним, как это делали и всегда! – Вы? Сможете? – резко меняясь в лице оборачивается в его сторону Майки. – Не зли меня, Коконой. Я принял решение уже давно. Но вряд ли вы сможете устоять на переговорах. – Переговорах с кем? Мы с Раном побывали на сотни сделках и встреч с представителями группировок. У нас также есть опыт в ведении переговоров. – С Ямагучи-самой выдержишь? – отрезает его Майки одним вопросом. Коконой замолкает, удивленно выпучив глаза на Майки. Да, они побывали на многих сделках и встречах с другими группировками, даже с зарубежными, но не с самим главой уважаемого и верховного клана они бы вряд ли смогли. – То есть вы?… – Да. Об этом решении я и говорю. – уверенно заявляет Сано, уже садясь в машину. – Ты со мной или как? Хаджиме ничего не оставалось делать, кроме как отправиться вслед за Манджиро.   – Со мной пойдет Санзу. – ставит его перед фактом Манджиро. – Если случится что-то непредвиденное, он сможет меня защитить. И кстати об этом. Где Санзу? – Он… – замешкался Коко, не зная, как правильно все преподнести главе. – Что «он»?  – Он… Опять за свое. – пытаясь сказать чуть более мягко, многозначительно отвечает Коко. – Вот значит как… Майки хоть и выглядел безразлично, как и всегда. Но сейчас его нервное состояние оставляло желать лучшего. Хаджиме не заметил этого, но определенно ощутил эту тяжелую ауру от него. – Надеюсь, он никого не убил… *** – Я убил кого-то?! – переспрашивает вновь Санзу, оглядывая измученные лица каждого из верхушки.  Санзу очнулся лишь к полудню у себя на диване в кабинете. Он не помнил многих моментов своего «опьянения» прошлой ночью, но расплывчатые воспоминания проносились лишь обрывистыми кадрами. А как он очутился у себя, Харучие не знал. Лишь войдя в комнату для отдыха, он все понял. По недовольным и осуждающим лицам все было ясно. Санзу определенно накосячил. – Ты нахуярился этой дрянью до галлюцинаций. Тебя Шион скрутил на полу, чтобы ты Китамуру случайно не убил. – огрызается Риндо. – Пиздец… – опускаясь на кресло, произносит измученно Санзу. – И где она сейчас?… – В подвале.  – Надо проверить ее. – подает голос Какуче.  Какуче вместе с Санзу спускаются вниз. Не сказать, что Санзу стыдно за свое поведение. Он больше негодовал от своего пьяного состояния. Если бы ему еще резко заявили, что он начал блевать, он бы еще сильнее предался этому чувству. Они открывают дверь картой и входят внутрь. Кругом тишина, никакого признака нахождения здесь кого-либо. Они молча переглядываются, решая обыскать весь подвал. Возможно, она уснула среди коробок?… Хотя как бы она уснула прямо здесь? Да это место насквозь пропитано кровью, да и пахнет здесь не лучше. Коробки стояли на своих местах, аккуратно сложенные. Никаких намеков на присутствие Китамуры. – Ты нашел ее? – с одного конца подвала кричит Какуче. – Нет! – крикнул в ответ Харучие, что успел перевернуть все коробки на своем пути. – Блядь… – бегая глазами вновь по всему периметру, произносит Санзу, осознав, что ее здесь действительно нет. – Ее тут нет! – Как она могла выбраться? У нее нет доступа к подвалу, как и у всех остальных, кроме верхушки. – встревоженно проговаривает Какуче. – Верхушки… – повторяет Санзу, словно вертя эту мысль у себя в голове с разных ракурсов.  Какуче задумчиво проходится взглядом по полу и стенам, вспоминая события прошлой ночи, особенно собрания. – Возможно, ей кто-то помог… – озвучивает неприятную догадку Какуче, для которого это было единственным оправданием ее пропажи. – Кто это мог быть? – начиная изрядно нервничать, спрашивает Санзу. – Такеоми плевать с высокой колокольни, как и Мочи. Шион бы уж тем более не стал. А вот Хайтани и Коко свалили к Майки, но они до сих пор не объявились. – задумчиво рассуждает Какуче, прикидывая в голове события прошлой ночи. Но его не было в момент трипа Санзу, ведь он не появлялся всю ночь, делая обходы со своим отрядом. Поэтому некоторых деталей он не знал. – Подожди. – замирает Санзу, оглядываясь в сторону Какуче. – Оба Хайтани уехали?.. – Нет… – принимая тот же удивленный вид, отвечает ему Хитто. – Риндо ведь… – Оставался в штабе. – заканчивает за него фразу Санзу. – А где он был в момент моей отключки? Я слышал только то, что он ушел прятать от меня оружие. – Когда я вернулся, он сразу же появился за мной следом.  – Где он был несколько часов подряд?… – левый глаз Харучие рефлекторно задергался от нервозности. Не может быть такого. Риндо? Пойти против Бонтена?!  Такого быть и в принципе не могло. Это совершенно бессмысленно со стороны Риндо. Он предан Манджиро, и стоит наряду со всеми членами верхушки. Никогда не вызывал подозрений. Никогда не доставлял проблем. Так по какой причине ему взбрело такое провернуть? Ведь, кроме Манджиро и своего брата, он никого не слушает. Брата… – Может этому способствовал еще кто-то? – многозначительно произносит Какуче еще одно предположение. – Сами у него и спросим сейчас. – решительно отвечает Харучие, уже направляясь обратно. *** – Риндо! – зовет Санзу Младшего Хайтани, оказавшись на этаже членов верхушки. – Риндо, поговорить надо, выходи! Из своего кабинета медленно выплывает Риндо Хайтани, что понятия не имел, чего им резко понадобился именно он. Так еще и встали вдвоем с такии угрожающим видом, будто Риндо следует уже сбежать. – Что? – спрашивает Рин, подходя прямо к ним. – Ты где вчера был, когда Санзу отрубился? – в лоб задает вопрос Какуче, нахмурившись. – Я прятал оружие. – недоуменно отвечает Риндо, покосившись в сторону злого Харучие. – Несколько часов?… – выгибая бровь, вновь спрашивает Какуче. – Ну и пошел к себе с невестой поговорить. – нехотя отвечает Рин, закатив глаза. – А с чего это вы спрашиваете? – Просто. – с явным намеком подмечает Санзу. – Это было странно. Младший Хайтани уже понял в чем тут дело. – Вы совсем с ума посходили?! – закипает Риндо. – Вам уже прицепиться не к кому? Подумаешь, отошел на пару часов. Что я мог сделать за это время? Вы хоть головой думайте! Риндо не дожидается их ответа и уходит опять к себе. Хару и Какуче молча переглядываются, подмечая еще одну особенность Младшего Хайтани - вспыльчивость. Но это их не остановит. Они спросят его об этом еще раз непременно. Ибо агрессия - очевидная реакция на подобные выпады. Рин с силой хлопает дверью от своего кабинета. Он нервно ходит из стороны в сторону, пытаясь вспомнить, где же он просчитался. «Блядь, чуть не попался. Черти, все разнюхивают…» – мысленно выругался Риндо, сжимая руки в кулаки. *** – Братец, ты где? Ты обещал, что вернешься! – встревоженно лепечет Риндо. – Я у себя в квартире. – тихо отвечает Ран, почти шепотом. – Ты что там забыл?! Возвращайся! – повышает голос Младший, не заботясь, что его могут услышать.  Он действительно был у себя в кабинете, но не затем, чтобы позвонить своей возлюбленной. Он искренне волновался за старшего брата, поэтому не выдержал и связался с ним. – Я вернусь. Но меня не должны заметить.  – Как это не должны?  – Я спрячу Китамуру у себя. Санзу наверняка захочет с ней что-то сделать. Он же под наркотой сейчас, я прав? – тихо излагает Ран, надеясь на понимание брата. – Как ты…  – Он всегда так себя ведет во время стресса. Санзу что ли не знаешь? Он обдолбается в край и откачивать уже будет бесполезно. – Зачем ты помогаешь ей? Ты же и сам не можешь знать наверняка, что она учудит. – недовольно отвечает Риндо. – Ей можно доверять, Рин.  – Поступай, как знаешь, но смотри, чтоб тебе потом за это не прилетело. А в остальном я разберусь. – завершает он разговор с братом. Риндо бросает трубку, услышав достаточно. Он всегда был и будет готов поддержать брата в любом его решении. Ведь брат потратил все свое детство и юность на его воспитание. И по другому отблагодарить своего брата он не мог, разве что ответной выручкой и поддержкой. Младший Хайтани действительно позаботился и о камерах, и об охране, что докладывала все Санзу. Они согласились молчать уж слишком легко, смотря на мизерную плату от него.  Деньги и статус действительно решили все, но как теперь смотреть в глаза остальным? Он по сути покрывает брата и способствует его самовольным действиям, что далеко не приветствуется в правилах Бонтена. Риндо чувствовал угрызения совести. Они были союзниками и коллегами, которых он уважал, но и пойти против брата он не мог. Он долго метался, не зная, как поступить. Однако вопреки всему, он принял сторону брата. В надежде, что это все окупится, Риндо, стиснув зубы, ждал последствий своего вмешательства.  *** Это наверняка всплывет, если уже не всплыло…  Он вновь выходит из кабинета, чтобы направиться прямиком в зону отдыха. Ему теперь нельзя долго оставаться вне поля их зрения. Они наверняка заподозрят его в чем-то еще сильнее. Поэтому он нехотя идет в самое пекло, сохраняя беспечный вид и полную незаинтересованность в происходящем. – Как это по камерам ничего нет?! – орет в трубку Санзу, пока на том конце провода слышно дрожащее бормотание. – Идиоты! Я же сказал вам следить за входом. Вы даже этого сделать не можете?! Еще один косяк и будете расстреляны, а не уволены. Понятно вам?! Харучие агрессивно бросает телефон в спинку кресла. Остальным же было по барабану, а крики Санзу они не восприняли всерьез, продолжая заниматься своими делами. – Как она могла оттуда свалить?! – хватаясь за голову, негодует Хару. – Там нет ни одного выхода, кроме главной двери. А эти бараны утверждают, что камеры ничего не зафиксировали. Не могла же она раствориться там?! – Да что ты заладил? – закатывая глаза, спрашивает Мадараме. – Ну сбежала и сбежала. Каждый из нас бы такое провернул, будь он в плену или в заложниках. Что теперь нам заплакать в три ручья?  – Заткнись! Она была важна в этой операции.  – И чем же? Просиживая штаны в этой кровавой конуре? Лучше бы отправили ее работать, а не этот цирк. – На самом деле, все это действительно странно. Камеры же не могли не заснять момент ее ухода. Так почему охрана утверждает обратное? – рассуждает Какуче, пытаясь разбавить накаленную обстановку. – Доступ к подвальному помещению открыт только у верхушки. А это и объясняет ложь охранников. Им приказали молчать, как бы страшно им ни было. – Но кто это мог быть?! – с безумным взглядом оборачивается к нему Харучие. Все сохраняли молчание. Ведь остальные действительно не знали, чьих это рук дело. Один то знал, но помалкивал, пялясь в телефон. Члены верхушки переглядываются подозрительными взглядами друг на друга. Тишина становилась все более душной и угнетающей. А ведь ни на кого и не покажешь пальцем. У каждого из них есть алиби. Но кто тогда это мог сделать?! Перепалка и допрос с Риндо непременно окончится перестрелкой или дракой. Способствовать раскрытию правды от Младшего Хайтани возможно лишь с помощью Старшего. – А где Ран и Коко? – задает интересующий вопрос Какуче. – Они уже должны были вернуться. Майки бы не стал их задерживать.  – Действительно. – удивленно подтверждает его намек Санзу. – Где эти двое?! Риндо опасливо поглядывает в сторону Санзу, стараясь не выдать своего замешательства. Санзу в это время стал закипать от нарастающей злобы. Они их обманули? Прикинулись добросовестными, чтобы обвести их вокруг пальца? Где они на данный момент? А что тогда с Майки?  Вдруг он не очнулся… – Мочи, готовь своих шавок. – решительно заявляет Санзу, уже набирая номер главы спецотряда.  – Ничего готовить не надо. – обрывает его вошедший Манджиро.  Он появился словно из неоткуда. В сопровождении Коконоя и пары человек из элитного отряда. На Манджиро было надето его привычное мешковатое одеяние, что делало его похожим на школьника, учитывая его рост. Из ворота футболки виднелся бинт, указывая на его ранение. А его лицо казалось еще мрачнее. Верхушка Бонтена была ошарашена внезапному появлению своего босса. Они ожидали его увидеть хотя бы через несколько дней, но не на следующий. Прошли буквально сутки, но Майки твердо стоял на ногах и внушал всем присутствующим свое величие. Он здесь. Живой. Уверенно стоит перед приклонившимися подчиненными, что почтительно приветствовали главу. – Майки… – удивленно произносит Санзу почти шепотом. – Как… – Думали от обычной пули подохну? – огрызается он, переводя взгляд на всех остальных, что успели склонить голову в почтении. – Где Китамура? Манджиро вновь переводит взгляд на Санзу, замечая его нервозные движения и бегающий взгляд.  – Ее здесь нет. – невнятно произносит Харучие, неловко опустив голову. – Что ты сказал? – повысив тон, переспрашивает Майки. – Она сбежала. – виновато отвечает Санзу чуть громче. – Пытались искать? – Обнаружили пропажу буквально только что… Майки тяжело вздыхает, демонстративно показывая свое раздражение. Он вновь проходится взглядом по своим подчиненным, замечая некое отсутствие одного из членов верхушки. – Где Ран? – спрашивает он, вновь обращаясь к Санзу. Коко удивленно глядит в сторону Майки. Как это Рана здесь нет… Где его черти носят?! Он же сам и предложил все это провернуть, а в итоге смылся! – Мы не знаем. Он ушел вместе с Хаджиме к тебе в больницу. – выдает того с потрохами, Санзу. Майки переключается взглядом на стоящего позади себя Коко. Тот замотал головой, не зная, как теперь отвертеться. Ран пустил по пизде весь их план. Какого хера его здесь нет?! Сейчас он получит леща за обоих… Знал бы он такой исход, сам бы все провернул! – Майки, видишь ли… Послышались шаги в коридоре, успевшие оборвать речь Хаджиме. – Прошу меня простить, такие пробки. – весело ухмыляется Ран, буквально вваливаясь в комнату отдыха.  – Ты где был? – спокойно, что казалось почти безразлично, спрашивает Майки. – У меня были дела. – беззаботно пожимает плечами Старший Хайтани.