Из Бездны к Вечности

      Прошло уже несколько дней после того, что случилось в мире. Сёгун не выходила из своей комнаты, не находя в себе каких-либо моральных сил. Инадзуму ещё потряхивало от последствий Катаклизма, ибо гончие бездны, а также вся тёмная энергия просто оседала на почве, откуда убрать её было крайне затруднительно. Уже сейчас трикомиссией было подписано множество указаний на найм не только опытных строителей, фермеров и лекарей, но отдельно знающий о мистических искусствах, владельцев артефактов и носителей Глаз Бога, чтобы как можно скорее вернуть всё по местам. Были объявлены недели траура по погибшим, в результате которых отменили официальные массовые мероприятия. Но чему люди поистине радовались, так это тому, что всё закончилось, что небо над головой настоящее, а угрозы в городах и деревнях более им не угрожают. Тем не менее, сильны ощущения того, как мир изменится навсегда после этого. Гаррет находился в покоях Сёгуна, как и сама Эи, но молодой человек стоял на балконе, глядя куда-то вдаль, размышляя о том, что успело случиться. Прав ли был Небесный порядок в том, что стало с Каэрни`ах? Его уничтожили до основания. «Они владели силами, что могут разрушить не только власть Селестии, но и весь Тэйват. Это справедливо, но проклинать всех до единого? Перебор, как мне кажется.» вторил еле вслух парень, смотря куда-то вдаль, на рассветное солнце. Он прошёл внутрь, направляясь к постели своей возлюбленной. Девушка лежала на спине, держа в руке заколку Макото, смотря в потолок. Фехтовальщик садится рядом, кладя руку ей на плечо: -Эи… Ты как? -Я никак не могу это… Принять, — голос куда более спокойный, однако видно, как эти слова даются ей с большой болью. -Лишь время позволит принять, моя дорогая. -Я знаю, но что если с тобой что-то произойдёт? Я не могу потерять ещё и тебя после всего, что произошло. -Не потеряешь, мы построим Инадзуму, что будет процветать в веках. И построим её вместе, Эи, — его взгляд полон самых разных эмоций, он всё также сопереживает, но таит надежду, что все последствия ужасающих недель закончатся в один миг, чего увы, добиться никогда не было возможно. Вместо ответа следует минутное молчание, но новый Архонт оставляет еле заметную улыбку, что показывает улучшение её духовного состояния в той или иной мере. -Я хочу покушать, — неожиданно выпаливает сёгун, смотря на своего возлюбленного. -Конечно, ты весь день не ела, — слегка ухмыляется меченный. — Что хочешь? -Сладенького хочу… -У меня ещё кое-что осталось, но давай и обычную еду тоже. Зубы надо беречь, — посмеивается парень в кулак. -Ой, да брось, зубы всегда можно заменить, — на её лице сияет первая полная улыбка за последние дни. Мысленно Гаррет радуется этому событию, как никогда раньше. -Ну ладно, принесу, поедим сладкого, но потом надо будет собираться, закончить наши последние дела. -Хорошо, но… Так не хочу этого, не могу прощаться, не умею, — видно, как эти слова сопровождаются если не горечью, то скорее печалью и стыдом. -Никто никогда не научится поистине прощаться с теми, кого ты никогда не сможешь увидеть, не нужно этого стыдиться, — он кладёт руку на щеку Эи, глядя прямо в глаза. — Просто скажи всё то, что хотела бы сказать и ей, и им, хорошо? -Я… Постараюсь, — несколько смущённо та отводит взгляд, над чем-то активно думая. -Отлично, тогда я пойду принесу тебе твой заслуженный поздний завтрак, — несколько хмыкает парень, вставая с кровати… ***       Прошло несколько часов, а над небом сияет свет летнего солнца, до захода ещё далеко, что не может не радовать. Сейчас возлюбленные находятся в роще за городом, где собралось большое количество ёкаев и жриц храма Наруками, что пришли проститься с Сайгу. Расставлены лавки для того, чтобы можно было посидеть, а перед всеми ними стоит импровизированная трибуна, откуда вещают те, кто хочет сказать какие-то слова памяти о божественной кицунэ. Прошло уже много времени, люди сказали многие свои напутствия и воспоминания, так дошла очередь до Уракусая, что своей задумчивостью поражал многих. Да и вид был его необычен: выглядел свежо, пусть старость и давала о себе знать обильной сединой, его руки созданы из древа, запитанные его собственной магией кицунэ, чтобы они могли служить ему как старые. Старик слегка прокашливаться, очевидно готовясь к предстоящей речи, после чего начинает вещать на округу: -Прошло слишком много лет с тех пор, как наша любимица достигла своих невероятных высот. Мы всегда росли мистиками, литераторами, искусными воителями. Однако, я никогда не смогу забыть эту поистине великую девицу. Сайгу была из тех, кто находил выход из любой ситуации. Помню, как однажды она сказала что-то вроде: «Мы будем собираться в пирах не только в мире нашем, но в мире духов тоже.» Она была поистине вестником нашего первого матриарха, но останется для нас могущественной, но такой чудесной девушкой, ум и красота которой поразит мир. Я уверен, что один человек может сказать много больше о ней, — его взгляд устремляется к Гаррета, что стоял у трибуны, внимательно слушая слова писателя. Парень кивнул на эти слова, поднимаясь, чтобы составить компанию ему. -Я могу сказать, так и есть, — несколько прокашливается молодой человек, скорее чтобы обдумать слова. — Она поистине волшебна и великолепна. Сайгу приютила меня, когда я оказался потерян и брошен судьбой в этой роще. Она поверила в меня, дала мне всё то, что есть здесь, у меня, — окидывает фехтовальщик рукой всех присутствующих. — Великолепных друзей, поистине волшебные знания. Но самое главное, что она дала мне — это понимание. Я знал, что вряд ли смогу прожить дольше неё, она это долгое время сама понимала, но относилась ко мне не как к простому смертному, а как к родному брату. Она дала мне то, что потеряно было мной давным-давно — семью, — молодой человек подходит к поминальному месту, где нет ни тела, ни гроба, лишь картина Сайгу, а также огромное множество цветов и важных для неё вещей. Он достаёт деревянный маленький меч, когда-то подаренный ему в детстве, оставляя его у картины погибшей, после чего тихо шепчет. — Спасибо тебе, сестрёнка… Я никогда не забуду тебя.       Гаррет сходит с трибуны, давая время и место остальным выразить свои последние слова, он смотрит на руку, где у него надето кольцо клана, несколько усмехаясь самому себе. «Кто бы мог подумать, а?» Вопрос был адресован не кому-то конкретному, но скорее самому себе. Пока продолжаются речи, он решил постоять где-то в стороне, пока к нему не подходит Тиё, в руках Они коробка под будто бы большой слиток золота. А что внутри даже по весу понять невозможно, ибо для её народа многие вещи весят буквально как пёрышко: -Привет, Гаррет. Мои соболезнования, — воительница в какой-то утешающей манере приобнимает своего товарища. -Привет, спасибо. И спасибо, что пришла сюда, — фехтовальщик обнимает в ответ, после чего они отстраняются друг от друга. — Я и не думал, что здесь столько людей. -Все любили Сайгу, ты даже не можешь себе представить. И… Мы хотели сделать тебе подарок, но несколько позже, однако не вышло раньше, увы, — намёки на полуулыбку исчезают с лица, когда она протягивает эту коробку. Гаррет открывает её, увидев там металлическую маску. По дизайну напоминало чем-то череп с вырезом для глаз, а вдоль линии губ была выемка, скорее всего для дыхания. Эта линия также шла от носа к подбородку, тем самым разделяя последний на части, а внутри рядом лежала небольшая бумажка с надписью: «Лучшему мелкому брату и другу. Будь страшен для своих врагов. Сайгу и Тиё.» -Я… Спасибо большое. Я рад этому, правда, — в уголках глаз появляются слёзы, которые тот быстро смахивает, после чего он надевает эту маску. Садится идеально, слышны щелчки механизмов, что закрепляют маску надёжно на голове. По лицу проходит искренняя улыбка. -Всегда рада. Жаль, что сегодня у нас будут ещё одни похороны, знаешь ли… -Макото, да, — будто бы вспоминает молодой человек, смотря куда-то в сторону, после чего снимает с себя маску и вешает её на пояс. — Нужно отправляться уже совсем скоро. -Тогда ещё раз увидимся там, хорошо? — Тиё смотрит на парня с полной тоской, но в глазах видна не только тоска, которую невозможно скрыть, но и хоть какая-то радость от реакции на подарок. -Да, тогда увидимся там, Тиё, — на этих словах их пути расходятся, пусть и ненадолго, ведь сегодня ещё одно невыполненное дело… *** Любимое место старой группы под вечно цветущей сакурой, это место стало тем, где пришли проститься те, кто знал о секрете существования близняшек Райдэн. Помимо Такаминэ, Эи и Тиё тут ещё были и два великих Архонта из других земель. Всё тот же знакомый Моракс в длинном белом балахоне с капюшоном и бард-бродяга с лирой в руках. Он одет в светло-зелёные шорты, белые чулки и белую рубашку. Носит коричневый пояс, украшенный золотым шитьём и маленьким, вероятно бумажным, ветряком. На плечи накинут светло-зелёный плащ, похожий на крылья, с белой узорчатой подкладкой. У шеи его скрепляет тёмно-синий с золотой полосой бант. Наряд дополняют коричневые ботинки, светло-зелёный берет, украшенный сесилией, и коричневый пояс с золотым шитьём. Это был Барбатос, сам Архонт ветров, что почтил своим присутствием. Всегда был известен не только за свою безграничную мудрость творца, но и за озорной характер, а также свою отвагу. Где-то в сторонке мелькают пурпурные глаза Мико, что приняла свою форму маленькой лисы с розовым коротким мехом, последние дни и потери настолько потрепали девушку, что она до сих пор не выходила из своего родного вида. Видно, как бард хочет что-то сказать, но заметив пришедшего Гаррета подходит к нему, а следом за ним и Властелин Камня, чтобы лично поприветствовать его: -Привет. Видимо, ты и есть Гаррет? — юнец на вид протягивает руку, а фехтовальщик её пожимает. -Что, даже не будешь пытаться складывать слова в рифмы сегодня? — подаёт голос Гео Архонт, также рукопожатием приветствуя пришедшего молодого человека. -Не хочу нервировать остальных. Хотя Макото достойна отдельной песни, ты это прекрасно понимаешь, мой друг. Ах да, совсем забыл, можешь звать меня Венти. -А меня Гаррет, приятное знакомство. А остальные не придут? — из праздного интереса задаёт он вопрос. -Владычица Натлана просила предупредить, что ей необходимо уладить кризис в своих землях после того, что случилось, но прибудет с личными соболезнованиями через пару недель. А что до остальных, — говорит Моракс. — Крио Архонт не смогла прибыть, но Дендро и Гидро Архонты погибли в результате Катаклизма. -Ох, не только нас настигла эта участь, не так ли? — отвечает парень, смотря в сторону остальных пришедших. — В любом случае, спасибо за то, что пришли сюда, — на эти слова Гаррету лишь кивают, когда он уходит в другую сторону, чтобы поговорить с остальными.       На самой сакуре расположились знакомые ему Такаминэ и Яэ Мико, что безмолвно наблюдали за процессией. Рассекатель Тумана наигрывал мелодию ветру на флейте, не обращая внимания на шум шагов мимо проходящих людей, закончив лишь в миг, когда к нему подошёл фехтовальщик практически вплотную: -Надо и тебе придумать что-то броское, мой друг, — произносит мастер боевых искусств, поприветствовав друг друга в их привычном жесте. — Что-то такое, что погрузит твоё имя в века. -Пока я жив, мне и броского прозвища не нужно. А я всё-таки планирую жить ещё очень долго, Такаминэ, — несколько усмехается парень, подставляя плечо маленькой лисичке, что запрыгивает ему на плечо, впиваясь когтями ему в одежду и, скорее всего, кожу, чтобы удержаться. -Жаль, конечно, что Баал покинула нас. Однако, это не отменяет того факта, что Инадзуме всё ещё нужен защитник. И её сестра на эту роль подойдёт как нельзя лучше. -Я ощущаю, что она не готова к этому, — честно произносит молодой человек, смотря в сторону Эи, что стоит где-то поодаль от всех разговоров. — Она военачальник, мастер войны, но не дипломат и не политик. -Так будь ей учителем, Гаррет. Ты смертный, что жил в мире ёкаев, людей и любви божества. И лучше многих понимаешь все стороны. Конечно, потребуется время, чтобы вы оба обучились всем основам, — Рассекатель Тумана спрыгивает с сакуры, ловко и грациозно приземляясь наземь. — Но у вас обоих чуткое, благородное сердце. Уракусай, Тиё, даже эта малявка, — с лёгким смехом произносит последнее обращение, указывая на Мико, сидящую на плече Гаррета. В ответ на это Яэ лишь недовольно взмахивает хвостом. — Все они помогут. -А что до тебя, а? Как-никак, ты опытен и мудр. Или же слишком постарел? -Шутка ли, но так и есть. Я хочу сложить оружие, отдать рассекатель тумана кому-то достойному и уйти на покой. Но пока долг зовёт, а в минуту покоя я провожу свою богиню в последний путь. Ещё свидимся.       На этих словах Такаминэ достаёт флейту, вновь наигрывая мелодию. Он облокотился о сакуру, предаваясь игре от начала и до конца. К флейте присоединяется звук божественной лире, идя с первой мелодией в унисон. В округе ощущается спокойствие от того, как мир отвечает на музыку двух людей. И после этого Гаррет идёт к Эи, беря её за руку: -И смотри, кого я привел, — слегка улыбается молодой человек, когда девушке на плечи цепляется Яэ. -Мико! — свободной рукой снимает она её, держа достаточно лёгкую кицунэ без лишних усилий. -О да, эта маленькая озорница никак не могла тебя оставить, знаешь ли. Хотя вот сидит и молчит всё это время, — он отпускает её руку, обнимая довольно крепко. -Ничего, потом будет говорить, есть чем заставить, — несколько коварно улыбается Райдэн, смотря на кицунэ на своих руках, что явно ощущает что-то недоброе. -Тогда тебе стоит сказать это сейчас, пока я не сбежала от тебя, Эи, — достаточно внезапно выпаливает лиса. -Я недавно видела, что снова начали подавать жареный тофу, — слышен смешок от парня, а затем и вопросительный взгляд девушки на это. -Ну… — затягивает с ответом Яэ. — Ладно, тогда не убегу. Но помни, что я буду следить, а если там будет не тот самый тофу… -Да всё, спокойнее, девушки, — прерывает их Гаррет, чуть ли не направляя их взор на играющих двух музыкантов, от чего все замолкают. Песнь проходит как будто сквозь, устремляя её физическое проявление куда-то вдаль. В память о всех погибших друзьях и близких. Мир рано или поздно придёт в норму, но как прежде уже ничего не будет. Но даже сейчас становится несколько легче от той услады для ушей, которую вовсю создают Барбатос и Такаминэ. И с этими последними мгновениями уходит катаклизм, оставляя в будущем лишь еле зудящие шрамы у тех, кто всё ещё будет жить спустя столетия, а вдали ото всех стоит пара людей, что потеряли своих близких, но пока они есть друг у друга — то им будет по плечу любая проблема… Осколки воспоминаний порой всё что есть. Однако отмеченному силами Хранителем Баланса достаётся не то дар, не то проклятие. Видеть то, что будет, или видеть то, что нельзя изменить. Спустя многие года во дворце будет молодой парень, даже моложе Гаррета, что будет искать искать свою потерянную сестру, а на его плече висит герб королевской лилии. Эти осколки воспоминаний лишь мгновением отражаются в видениях и снах. Однако, вместе с тем мелькает и новое приключение о котором, увы, в следующий раз…

To be continued…