Разлитую воду трудно собрать

Ши Цинсюань зажмурил глаза от солнечного света. Рядом послышался шорох одежд и резкий вскрик: — Моя госпожа! Вы очнулись! Поначалу мужчина думал, что эта фраза была обращена не к нему. Во-первых, он мужчина, а во вторых он уже давно потерял свой статус аристократа и уважаемого небожителя. А так же и друга… Ши Цинсюань вздохнул. Глаза уже начало щипать от накативших слез. Вспоминая Мин Хэ Сюаня, он вспоминал и отрубленную голову брата… Тот стеклянный взгляд старшего Ши и настоящий облик «Мин И». Лица коснулся шелк. Когда-то, когда Ши Цинсюань был небожителем, он постоянно носил шелковые одежды и получал все самое лучшее от своего брата. Ши Уду, пускай и ворчал, но всегда исполнял все хотелки младшего брата. Дарил расписные веера, женские украшения, наряды и всякие побрякушки, которые могли бы приглянуться Цинсюаню. От этих теплых воспоминаний с его погибшим братом, слезы еще сильнее потекли. — Моя госпожа, вам приснился кошмар? — мужчина открыл глаза, и перед ним оказалась молодая девушка с необычным цветом волос. У нее они были будто осенние листья, такие же рыжие. Глаза были голубыми, у Цинсюаня невольно возникли ассоциации с безоблачным небом. Ши Цинсюань всхлипнул, и девушка провела платком по его глазам. — Все хорошо, моя госпожа, вы в безопасности, в своем доме. Мужчина кивнул и произнес: — Спасибо, — должно быть голос надломился от удерживаемых слез. Он звучал тонко, даже тоньше, чем в его женском облике «Богини Ветров», у которой всегда была спутница «Мин И»… Цинсюань зажмурил глаза и прижался всем телом к девушке. Плевать на то, что он ее не знает. Он видит по ее глазам, что она добрая и не оттолкнет его. Хотя и глаза могут врать… Девушка ничего не говорила и лишь успокаивающе поглаживала мужчину. Ши Цинсюань был ей за это благодарен. Успокоившись, он, наконец, вспомнил, что так-то его называли «моя госпожа». Конечно, даже в мужском облике он был чем-то похож на девушку, но у него точно не было слуг, которые называли бы его «моя госпожа». Да и если приглядеться, то обстановка была странная. Мужчина мог предположить, что кто-то сжалился над бродягой и притащил его к себе домой или в комнату. Однако она выглядела… Странно? Просторная комната, больше напоминающая зал была выполнена в светлых тонах. Шторы колышились от легкого ветра из широкого окна. Кровать была очень мягкая, одеяло было кремового цвета. Необычно было количество предметов. Была большая (даже огромная) кровать, рядом с ней тумбочка, где стояла ваза с фиолетовыми цветами. В центре спальни стояли диваны и небольшой столик. Повернув голову влево, мужчина увидел стол с зеркалом. Оно было повернуто в центр, поэтому Ши Цинсюань не мог увидеть свое лицо. Наверняка оно было удивленным. — Госпожа, — робко обратилась девушка. Ши Цинсюань обернулся. Он собирался ее поправить, но девушка перебила. — Вы… Помните, что с вами произошло? Ши Цинсюань задумался. То, что происходило недавно, попросту вылетело из его головы. Может это из-за его образа жизни. Она скучна, каждый день одно и то же. Мужчина покачал головой и неожиданно заметил у себя на плече… Светлый волос? Ши Цинсюань оглянулся в поисках его обладателя, но никого не нашел. На кровати сидел только он. Значит ли это…? — Ох, моя госпожа, я сейчас же позову нашего лекаря! — девушка умчалась, а Ши Цинсюань остался сидеть в кровати. Он взглотнул и посмотрел на свои руки: тонкие запястья и аккуратные ногти. Его кисти рук были больше, да и ногти должны были быть все в грязи и поломаны. Мужчина ощупал свое лицо. Оно на ощупь так и было прежним, за исключением того, что теперь у него не было впалых скул, которые появились из-за почти постоянного голодания. Его внимание с самого начала привлекла светлая прядь волос. Он нашел свои волосы и перекинул их на плечо. Первое, что ему бросилось в глаза — цвет. Волосы были цвета пшеницы. Второе, это то, что они были волнистыми и короче его прежней длины. Ши Цинсюань хотел встать, чтобы убедится в своей догадке, но как раз в этот момент дверь комнаты открылась. В спальню зашел мужчина с короткой стрижкой. Волосы были привычного каштанового оттенка. Хоть что-то в этой странной обстановке можно считать привычным. Мужчина сел на кровать и попросил протянуть руку. Ши Цинсюань послушно протянула. Лекарь, как понял Ши Цинсюань, измерил ее пульс и задумчиво кивнул. — У нее учащенное сердцебиение, возможно это из-за того, что она недавно очнулась. Советую принести госпоже воду. Девушка кивнула. Она с беспокойством поглядывала на Ши Цинсюаня. — Госпожа будет в норме уже завтра, не стоит так переживать, Эми, — успокоил ее лекарь. Девушка кивнула. — Кхм, кхм, — откашлялся Ши Цинсюань. Две пары глаз уставились на него, — не могли бы вы оставить меня? Оба человека кивнули и вышли. Ши Цинсюань откашлялся и скинул одеяло. На нем была сорочка с оборками и бантиками. «Неужели я вправду переродился?» подумал Ши Цинсюань. Он встал (точнее сполз) с кровати и подошел к зеркалу. В нем отражалась хрупкая девушка. Светлые волосы, фиолетовые глаза и бледная кожа. Ши Цинсюань покрутился, оглядывая себя со всех сторон. Он не ожидал, что переродится. Тем более девушкой! Тем более довольно юной! Да еще и с воспоминаниями о своей прошлой жизни. «И что же мне теперь делать…» В дверь постучали. Цинсюань перестал разглядывать свой новый облик и поспешил к двери. — Да, да! Дверь открылась, пропуская парня. Он был безумно похож на ту девушку, в чье тело переродился Цинсюань. — Сестра! — воскликнул он и обнял Цинсюаня. — Ты очнулась! — Простите, а вы… кто? — Цинсюань решил сыграть в потерю памяти. Это был самый лучший вариант. Парень выпустил девушку из своих объятий и застыл. — Фрея, неужели ты не помнишь ничего? — спросил он. Ши Цинсюань покачала головой и произнесла: — Вообще ничего. Я даже не помню, как меня зовут… Парень поджал губы. — Тебя зовут Фрея. Фрея Ван Фьюриана. Ты дочь герцога. А я твой брат, Лоренцо. Ши Цинсюань протянула руку. — Приятно познакомится? — парень пожал руку и улыбнулся. — Отец уехал, он вернется через пару дней, — произнес Лоренцо. — О, ясно, — Ши Цинсюань было от этого только легче. Сейчас он даже не понимает, какие здесь традиции, ведь, как он понял, это далеко не его мир или страна. — Слушай, а ты можешь отвести меня в библиотеку? — попросила девушка. Лоренцо покачал головой. — Нет, я должен ехать. Я отпросился на несколько дней сюда, когда узнал, что ты упала с лестницы. Теперь я должен возвращаться, — ответил Лоренцо. — Но ты можешь попросить свою служанку отвести тебя туда. Ши Цинсюань кивнула и поблагодарила за заботу. — Пустяки, — отмахнулся парень. — Но зачем тебе библиотека? — Ох, я хочу через книги вспомнить свою семью. Наверняка там будет родословная книга или что-то связанное с моей семьей. Я не хочу надоедать другим своими вопросами. Лоренцо удивился. — Но ведь раньше ты не особо любила читать. Обычно ты читала что-то вместе с Эллен, и то, больше делала вид. — Ну… Люди со временем меняются, братец, — улыбнулась Цинсюань и неловко почесала щеку. — Да, — вздохнул парень. — Ладно, мне пора. — Пока, Лоренцо! — на прощанье помахала рукой девушка. В комнату, чуть не сбив Цинсюань, вбежала та девушка, которая была с ней при пробуждении. — Прошу прощения, моя госпожа! — девушка поклонилась и отпрыгнула. Лоренцо цыкнул и закрыл двери. — Все в порядке. Не могла бы ты сказать свое имя? — Мое имя Офелия, моя госпожа, — ответила девушка. — Я ваша служанка. — Ясненько, — кивнула Цинсюань. — Офелия, не могла бы ты отвести меня в библиотеку? — Только не в таком виде! Моей госпоже нужно переодеться… Офелия подбежала к другой двери и оттуда произнесла: — Так как ваши платья довольно трудные в надевании, то я вам помогу! Цинсюань заинтересованно подошла к служанке, которая взяла… Ханьфу? Ши Цинсюань не мог сказать, что это оно. У ханьфу должен был быть обязательно пояс, нижние и средние одежды. А еще длинные рукава. У этой вещи тоже длинные рукава, но они шли ближе к локтю, а остальная часть была узкой. — Моя госпожа, как насчет вот этого платья? — спросила Офелия, приподнимая вещь над полом. «Так это называется платье» мысленно сделал пометку Ши Цинсюань. Платье ему понравилось. Оно было бледного фиолетового цвета с маленькими цветочками на талии. Выглядело оно довольно просто. — Отлично! Служанка улыбнулась и положила платье на кровать. — Тогда его и наденем! Офелия помогла разобраться с сорочкой и платьем. На спине оказалось много пуговиц, за которые должны были цепляться ниточки. Ши Цинсюань сидела перед зеркалом, пока Офелия застегивала платье. — Готово! Вам осталось только заплестись, — Офелия поднялась и взяла в руки расческу. — Какую вам прическу сделать? Я думаю, что к этому платью подойдет коса! — Тогда делай ее, — произнесла Цинсюань, рассматривая свое отражение в зеркале. Ему все же трудно привыкнуть к новой внешности и имени. Хотя и к обращению в женском роде привычнее (да-да, я знаю, что в китайском языке нет деления на роды. Тут имелось ввиду именно обращения по типу «госпожа», «сестра»). В конце концов, Ши Цинсюань, еще будучи небожителем частенько обращался в женщину. Эх, казалось, что это было недавно. Однако прошел уже… Год? Для смертного, которым он стал, это было довольно много. — Моя госпожа… Все хорошо? — спросила Офелия. Ши Цинсюань вздрогнул и посмотрел на свое отражение снова. На этот раз там была девушка в бледно-фиолетовом платье и с косой сзади. Отражение как-то насторожило Цинсюаня. Приглядевшись, он заметил, что в нем не отражалась Офелия, да и вряд ли у Цинсюаня сейчас было заинтересованное выражение лица. Для проверки Ши Цинсюань закусил губу. Отражение наклонило голову вбок и усмехнулось. — Моя госпожа! — Ши Цинсюань отвлеклась и оглянулась на девушку. — Вам не стоит кусать губы, — робко сказала Офелия. Ши Цинсюань кивнула и встала. В зеркале теперь отражалась Офелия, а у Цинсюаня было чуть испуганное выражение лица. «Неужели это только я видел?» подумал Цинсюань. — Пойдемте? Ши Цинсюань кивнула. Офелия по пути рассказывала про прошлое предыдущей хозяйки тела. -… У вас есть лучшие друзья. Это Эллен и Айзек Оммерта. К господину Айзеку недавно приехала его жена с Юга. Говорят, что церковь специально послала ее на Север, — без умолку говорила девушка. Ши Цинсюань внимательно слушала, параллельно с этим осматривая пейзаж из окон. Офелия остановилась. Ши Цинсюань не поняла, почему и посмотрела вперед. — Здравствуйте, госпожа Беатриса. — перед ними остановилась женщина лет тридцати. У нее были темные волосы и, такие же, как и у Лоренцо и Цинсюань, фиолетовые глаза. — Ох, Фрея, ты проснулась, — произнесла женщина и подошла к Цинсюань, беря ее руки в свои. — Здравствуйте, эм… Мама? — Госпожа потеряла память, — объяснила недоумевающей женщине Офелия. Беатриса удивилась, и тот час посмотрела на Цинсюань. — Ох, моя Фрея, бедняжка. Должно быть, падение с лестницы было настолько болезненным, — женщина успокаивающе гладила ладони Цинсюань. Ши Цинсюань кивнула. — Я твоя мать, герцогиня Фьюриана. Ты моя старшая дочь. Ты уже встретила Лоренцо? — Да, он сказал, что не может со мной остаться надолго. К сожалению, брат, наверное, уже уехал. — Верно, — вздохнула герцогиня. — Он опять уехал к герцогу Оммерта. — Понятно, — сказала девушка, не совсем понимая, о чем речь. Герцогиня улыбнулась и произнесла: — Ты, наверное, куда-то спешишь, так что не буду задерживать. Ши Цинсюань кивнула и на прощанье поклонилась как Офелия в самом начале. — Спасибо, мама, — от обращения не чувствовалось теплоты или особой привязанности. Скорее, оно звучало больше как формальность. Ши Цинсюань никогда не был хорошим актером. Он предпочитал прямолинейность и честность. Однако, сдружаясь с «Мин И» он ненароком «нарушил» свои предпочтения. «Мин И» никогда не был с ним честен, это была всего лишь маска. Да и если задуматься, то «Повелитель Земли» не был прямолинеен. Он почти не говорил о себе, да и по сути вообще не говорил. Он предпочитал слушать, как Цинсюань преподносит ему все на блюде… Ши Цинсюань встрепенулся. Перед ним уже не было герцогини. — Офелия, веди дальше, — приказал Цинсюань. Девушка кивнула и продолжила идти, суетливо рассказывая что-то. Через пару минут они были в библиотеке. Ши Цинсюань за это время вновь расслабилась и просто слушала служанку. К ним на встречу вышел мужчина лет двадцати. — Чем могу помочь? — спросил он, кланясь. — Можно, пожалуйста, исторические книги. Желательно связанные с моей семьей. Мужчина удивился, но ничего не сказал. Он ушел в глубины стеллажов. — Госпожа, может присядем? — Офелия указала на стол недалеко. Ши Цинсюань кивнула. Они сели за деревянный стол и стали ждать. Всего через минуту к ним снова пришел тот мужчина, держа в руках небольшую стопку. — Вот то, что вы просили. Однако, могу я узнать, что заставило госпожу Фрею заинтересоваться историей? — мужчина положил книги на стол, рядом с девушками. — Просто я потеряла память и хочу вспомнить что-то по возможности через книги, — ответила Ши Цинсюань. — Но ведь это не логично, — нахмурился мужчина. — Разве не проще расспросить о вашем детстве герцогиню или герцога? Они знают вас намного лучше, чем любой источник, в котором вы могли бы найти что-то про себя. — Вы правы, но я не хочу беспокоить матушку и герцога такими просьбами. — Почему? Вы ведь их дочь, потерявшая память. Я не думаю, что ваша просьба как-то обременит их. — Признайтесь, что вы просто не хотите выдавать мне книги, — вспылила Цинсюань. Ее уже начинало раздражать такое количество вопросов. — Нет, нет, что вы. Я просто любопытствую, — пожал плечами мужчина и ушел. Ши Цинсюань вздохнула. — Офелия, ты пока можешь быть свободна, — произнес Цинсюань, открывая книгу с темно-красной обложкой. Название гласило, что это краткая история Севера. — Как скажите, госпожа, — служанка поклонилась и вышла. Ши Цинсюань погрузилась в чтение.