Неисповедимы пути Господни

      Прошло целых два месяц с тех пор, когда Дрим под воздействием красок Инка изнасиловал Киллера и в душе того зародились жизни. И с каждым днём ему становилось всё хуже и хуже. Всё больше и больше магии уходило для формирования душ детей, а учитывая что убийце нужно ходить на миссии и поручения от Найтмера, ситуация лучше не становилась, она лишь ухудшалась. Душу неприятно тянуло, аппетит совсем пропал и есть не хотелось от слова совсем, а если есть и получалось (благодаря Хоррору), то еда сразу шла или на выход, или детям на съедение. Чуть ли не каждый день приходилось идти к Саенсу, ради лекарств и пузырьков с магией Дрима.       И сегодня он идёт к нему. В последнее время убийце резко поплохело сильнее обычного. Его с утра рвёт ненавистью, душа болит так, словно её на части разрывает, все кости чертовски ломит. Всё это явно не к добру.

***

      Зайдя в портал Киллер вновь оказался в кабинете учёного скелета. Белые стены, потолок, разбросанные бумаги, всякие пробирки и запчасти непонятно чего. А сам учёный сидел и спал на своём кресле. Устал бедный. Однако придётся Киллу потревожить его драгоценный сон.       — Эй, четырёхглазый, вставай, — подойдя к Саенсу, он его немного встряхнул за плечо.       Очкастый немного поморщился, проморгался и всё-таки проснулся. Он посмотрел на Киллера — как раньше он уже не пугался его, привык — и тяжело вздохнул.       — Что такое, Киллер? — спросил умный, потерев переносицу. — Мне в последние дни пиздец как хуево, — начал убийца, — Я просыпаюсь от того, что мне срочно нужно выблеваться чёрной хуетой, я не могу нихуя из-за этого есть! И моя душа пиздецки болит! Словно её рвут на части!       Выслушав его Саенс встал с кресла и протянул ладонь, Киллеру не пришлось долго думать, он тут же достал душу из-под свитера и сунул её ученому.       Он так-сяк повертел её, быстренько осмотрев, вернул владельцу и ещё раз тяжело вздохнул. Он взял Киллера за плечи, заметив как тот вздрогнул и напрягся и быстренько усадил на кресло, на котором сам недавно спал.       — Не знаю хорошая это или плохая новость, но у детей души уже почти сформировались, — маленький тусклый, едва заметный, зрачок в глазнице Киллера сузился и сильно задрожал. Он в шоке. Уже так скоро? — Однако им не хватает той магии, что даёшь ты и пузырьки со снами, чтобы полностью сформировать свои души… — Саенс задержал небольшую паузу, неувереный в своём вопросе, — Не думаешь, что пора Дриму всё узнать? — его лишь одарили гневным взглядом, мол ещё не время. Но когда оно настанет, это время? — Знаю-знаю, может быть ещё рано, но ты не справишься с этим один! Мало того, что их двое, так они ещё так много магии жрут! Дрим может дать гораздо больше магии, чем простые пузырьки.       Киллер понимает, что Саенс прав, но признавать не хочет. При одном лишь упоминании его имени убийцу трясёт от злости! Он всё ещё не может забыть. Чуть ли не каждый день он вспоминает те мерзкие прикосновения Дрима, его отвратительные действия, которые и привели к тому, что теперь он мучается тут. Из-за Дрима всё это началось. И лишь он может помочь пережить это менее утомительно и безболезненно.       — Ладно…       Он чувствует, что может пожалеть об этом решении. Но пожалеет-то он в будущем, сейчас он просто хочет, чтобы формирование душ детей прошло как можно быстрее.

Три дня спустя

      — Привет, Саенс! Кор передал мне, что ты хочешь поговорить со мной и вот — я тут!       Так немного громко вышел из портала Дрим, тот сразу же закрылся за ним. Опустошение после красок Инка уже прошло и Сон выглядел гораздо лучше.       Учёный, ранее сидевший на своём стуле и занимавшийся каким-то чертежом, обернулся и встал со своего места, подойдя к Хранителю.       — Привет, Дрим! Да-а, — немного растянул слово умный, — но не совсем я хотел поговорить с тобой. Тот, кто действительно хочет сидит сейчас в другом месте. Пошли, я тебя провожу. — Саенс махнул рукой и стал направляться к выходу из личного кабинета.       — Оу, хорошо.       Быстро согласился Мечта и пошел вслед за учёным, хотя сначала он хотел задать вопрос кем же является эта душа, что желает с ним поговорить.       Идя по длинным, плохо освещённым коридорам, Дрим чувствовал самые разные источники эмоций, но один из них показался до боли знакомым. Однако, как бы Сон не пытался, он не мог вспомнить.       — Вот, — наконец они остановились у железной двери, которая была чуть приоткрыта, — заходи.       Саенс странно улыбнулся и ушёл. Дрим лишь проводил его взглядом и пожав плечами уставился на дверь. За ней находился тот самый знакомый источник эмоций. Они были тусклыми и слегка непонятными. Все чувства и эмоции смешались в кашу и из-за этого было сложно их различить, но большая часть из них были негативными. Наконец Дрим решился зайти. И в комнате он увидел… Киллера.       — … Припёрся.       Он одарил стоящего в проходе Хранителя недовольным взглядом. Он полу сидя полу лежа находился на койке, а на рядом стоящей тумбе лежало несколько банок с таблетками и пустые пузырьки.       Дрим широко распахнул свои глазницы и шокированно смотрел на убийцу. Простояв так минуты три совершенно не двигаясь, он неуверенно стал подходить к койке Киллера, отчего тот слегка дернулся. Оказавшись в метре от неё, он резко упал лицом вниз на колени. Убийца вскочил от испуга, прижавшись в стенке.       — Т-ты чт-       — Я прошу прощения, Киллер… — тихо сказал Дрим. Лоб сильно болит от удара с твёрдой поверхностью, но он не обращал на это внимание, — Мне… Мне правда очень стыдно за то, что я сделал тогда… Я поступил омерзительно. Я действительно отвратителен. Ты в праве не прощать меня, но я хочу чтобы ты знал — я правда сожалею о своём ужасном поступке.       Даже закончив говорить Сон не встал. Киллер удивлённо смотрел как он всё ещё был на коленях, приложившись лбом к полу. Он медленно отлип от стены и спокойно сел на свою постель. Достав свою душу, он уставился на свет. Он стал таким ярким…       — … Встань.       Дрим дрогнул от того, насколько громким был голос Киллера в этой минутной тишине, но всё же встал, виновато смотря на убийцу. Тот похлопал место на своей постели, как бы говоря Мечте присесть, что он и сделал.       Просидев минуту-другую в неловкой тишине, наконец, заговорил Киллер.       — Я принимаю твои извинения и… Прощаю тебя, Дрим.       Сон не мог поверить в услышанное, но он был невероятно счастлив. Ему правда было невероятно стыдно и жаль и он думал, что даже если отдаст душу Киллеру, тот его не простит. Он очень хотел сейчас обнять скелета, но знал, что не стоит.       — Спасибо, — потому одарил его благодарственной, мягкой и нежной улыбкой.       — Да-да, а теперь перейдём к главному, — сначала Дрим не понял, но всё же вспомнил и теперь он терпеливо ждёт, когда Киллер соберётся и наконец скажет то, что хотел. Вот он глубоко вдохнул и выдохнул, -… Я беременен.       Дрим не сразу понял сказанное, а когда до него дошло он посмотрел на Киллера вопросительным взглядом, мол ты же шутишь? Но ответ был отрицательным, Киллер лишь помотал головой, говоря что вовсе это не шутка.       Золотые зрачки в глазницах потухли, а на лице Мечты замерла нервная улыбка, у него было ощущение, что он вот-вот потеряет сознание. Вот это новость, конечно…