Заря

Больше всего на свете Влад не любит людей и ранние подъёмы. Наверное, именно поэтому в восемь ноль три утра он протягивает стаканчик кофе очередному посетителю, на автомате выдавая «Всего хорошего, приходите ещё». На улице стоит начало сентября, а это значит, что каждое утро начинается с толпы зевающих людей, которые готовы принять кофе даже внутривенно, лишь бы не заснуть на первых парах в университете через дорогу. За год работы Влад научился определять, на каком курсе учится посетитель — перваки всегда суетятся больше всех, а четвёртый курс не торопится никуда и ни при каких обстоятельствах. Марьянка пошла дальше и научилась отличать преподов от аспирантов, но Владу, который отмотал четыре курса и потерял диплом, едва его получив, на такие подробности уже глубоко плевать. — Это латте? — Хуятте, — бормочет Влад, которого вежливый голос вырывает из размышлений о собственных академических успехах. Судя по выражению лица посетителя, ответ он всё же услышал, поэтому Влад прочищает голос и исправляется, — прошу прощения. Да, это ваш латте. — На кокосовом? — не унимается мужчина. Влад морщит лоб. — Кокосовом?.. Марьян? — Да, да, на кокосовом, — Романова выглядит так, словно ещё немного, и она стукнет Влада холдером, — соберись уже. — Ваш латте на кокосовом, — объявляет Влад мужчине, который уже отпивает из стаканчика, — ещё раз прошу прощения. — Ага. Супер. Очень вкусно. Спасибо, — мужчина рассеянно жмёт кнопки в телефоне, и Влад уже представляет, как он пишет гневный отзыв об ужасном кассире в его лице. Долг за разбитый купол для выпечки всё ещё висит на нём мёртвым грузом, а получать новый нагоняй жуть как не хочется. — А это не мне, это Марьянке спасибо. Я кофе не занимаюсь, — Влад не знает, почему его фонтан красноречия решает не затыкаться именно сейчас, но мужчина по какой-то неведомой причине убирает телефон и слушает его, — я только деньги считаю. — Тоже полезное занятие, — кивает мужчина, — но, возможно, из вас получился бы хороший бариста. — Да не, — отмахивается Влад, — в прошлый раз, когда я подошёл к кофемашине, она не работала ещё дня два. Лучше уж за кассой стоять. Эти два дня, которые стоили ему очень больших денег, он до сих пор вспоминает с содроганием, но мужчину напротив рассказ явно веселит. Это не может не радовать, потому что вероятность жалобы за грубость стремительно уменьшается, и когда мужчина салютует ему стаканчиком и выходит из кофейни, он тяжко вздыхает. — Препод, сто процентов, — Марьяна пихает его локтём в бок, и Влад потирает ушибленное место, — новенький, наверное. — Да пофиг. Главное, чтоб без штрафов. — А ты прям хвост распушил, разговорился, — хихикает Марьяна, раскладывая пирожные на витрине, — понравился что ли? — Вика идёт! — Влад заливается смехом, когда Марьяна от неожиданности поскальзывается и начинает озираться, едва поймав равновесие, — шучу, шучу! — Мудак ты, Череватый, — раскрасневшаяся Марьяна колотит Влада по руке, — зря я это разболтала. — А не надо было водку глушить из графина. — Это было один раз! — А казалось, что далеко не один, — Марьяна показывает ему язык и возвращается к своим делам, а Влад выдыхает. Идут недели, и утренний поток посетителей начинает выравниваться. По крайней мере, так кажется Владу, которому хочется убивать людей чуточку меньше, чем обычно, тем более что в толпе снова начинают появляться знакомые лица. Мужчину с латте зовут Илья, и он, как предсказала Марьяна, новый препод. Кафедру психологии она не угадала, поэтому когда Илья упоминает этот факт, она выглядит так, будто хлопнется в обморок. Прежде чем Илья успеет заметить изменившееся лицо баристы, Влад предлагает ему приводить с собой коллег, но когда после фразы «Мне как раз вас посоветовала коллега, Виктория Германовна», Марьяна проносится в подсобку, Влад осознаёт, что план провалился и улыбается. Илья радостно улыбается ему в ответ. Илье тридцать пять (Влад судорожно считает разницу в возрасте и остаётся доволен), он не любит, когда ему выкают, учит студентов гештальт-терапии и умеет показывать фокусы. Последний факт становится неожиданностью, но очень даже приятной — однажды часов в десять утра в кафе заходит уставшая женщина с немного безумным взглядом, а в коляске у неё рыдает ребёнок. У Влада с утра раскалывается голова, а таблетка обезбола так и не помогла, и он не присоединяется к ребёнку только потому что знает, что при таком исходе его легче будет убить, чем вылечить. К удивлению всех вокруг, на помощь приходит именно Илья — пока женщина делает заказ, он садится на корточки и вынимает из-за уха ребёнка конфетку. Девочка в коляске замолкает на полувсхлипе и тянет руку к конфете, а Илья сжимает её в кулаке, и она вдруг исчезает. В кофейне воцаряется благословенная тишина, которая разбавляется мурлыканьем музыки и гулом кофемашины. Марьянка профессионал своего дела, а Влад слабак, потому что он замирает с оторванным чеком и смотрит на фокусы так, будто их показывают ему. Мать девочки чуть не плачет от облегчения и рассыпается в благодарностях, а Илья даже краснеет от таких похвал. По мнению Влада, Илья их заслужил, поэтому когда женщина уходит, он даже не пытается скрыть гордую ухмылку, потому что знает, что у него и так всё на лице написано. — Волшебник что ли? — спрашивает он, пробивая заказ. Илья нервно смеётся. — Только учусь. — Хорошо тогда. А то я уже себя дебилом почувствовал. Пока Марьяна колдует над заказом Ильи, Влад отпускает часть посетителей. Голова болит уже не так сильно, и есть вероятность, что он всё же доживёт до перерыва и сгоняет в ближайшую аптеку. — Латте на кокосовом, — говорит Влад, двигая стаканчик к Илье. Он ждёт традиционной благодарности и «до скорого!», но вместо этого ощущает странное прикосновение к уху. Илья стоит напротив и сжимает между пальцев монетку. Которую, очевидно, вытащил у Влада из-за уха. — Ты ко всем так подкатываешь? — рот работает быстрее мозга, и Владу хочется отрезать свой длинный язык. Щёки Ильи приобретают нежно-розовый оттенок. — А что, работает? — С купюрами так сможешь? — Илья качает головой, и Влад пожимает плечами, — тогда будем считать, что я всего лишь очарован. — Как жаль. — Ты же только учишься, волшебник. Всё впереди. Когда за Ильёй закрывается дверь, Влад кладёт голову на столешницу. Поверхность приятно холодит горящие щёки, но мечущиеся в голове мысли остановить не может ничто. — Поздравляю, — проходящая мимо Марьяна хлопает его по спине, — ты в нашем клубе. Но знаешь, даже я с Викой так бесстыдно не флиртую. — Я не флиртовал! — А то я не видела. Работай давай, — Марьяна хлопает его полотенцем по бедру, и Влад просит всех знакомых ему богов наказать Марьянку. Уж слишком она много знает.

***

Возможно, боги глуховаты на одно ухо, потому что в следующий раз Илья приходит не один, а в компании Виктории Германовны. Марьяна издаёт едва слышный писк, поправляет косички и с деловым видом становится к кофемашине, а Влад просто расплывается в улыбке. Илья радостно улыбается ему в ответ, а Виктория ограничивается приветственным кивком, что уже неплохо, учитывая их непростые отношения. — Здра-а-авствуйте, — тянет Влад, переводя взгляд с одного гостя на другого, — что будете брать? — Привет, — Илья по-хозяйски прислоняется к стойке боком, так что у Влада появляется возможность поглазеть на его профиль, — мне как обычно. Вик, а тебе? — У нас есть Кения, как вы любите, — Марьяна появляется рядом как чёртик из табакерки, и Влад от неожиданности вздрагивает. В ту единственную секунду, когда он не пялится на Илью, он замечает, как теплеет взгляд Виктории при появлении Марьяны. — Марьян, я же просила на ты, — Влад как-то упустил этот момент и вопросительно смотрит на подругу, впитывающую каждое сказанное слово. Раздавшийся рядом смешок подтверждает, что близкое знакомство Виктории и Марьяны для Ильи тоже новость, — американо, большой. И два эклера. — Я плачу, — Илья копошится в сумке, пока Влад пробивает заказ, — оплата картой. — Не игральной хоть? — Влад забирает карту. Пальцы длинные, красивые, и колец на них нет. Почему-то это радует, — или фокусами заплатишь? — В другой раз, — Илья криво ухмыляется и смотрит прямо в глаза. Обезьянка в голове агрессивно бьёт в тарелки, потому что Владу кажется, что Илья делает всё нарочно — и выглядит как чёртова модель, и смеётся над его шутками, и смотрит этими своими проклятыми глазами так, будто рад видеть Влада ещё больше, чем в прошлый раз. По скромному мнению Влада, это настоящее издевательство, и это значит, что Марьяне предстоит выслушивать его жалобы вплоть до нового появления Ильи на горизонте. Оторвать взгляд получается только когда кто-то рядом прочищает горло. Виктория смотрит на них, скрестив руки на груди и приподняв одну бровь. — Мы вам не мешаем? — А мы вам? — Влад слышит, как Марьяна возмущённо хлопает дверцей холодильника, и очень старается не рассмеяться в голос, — Марьяша говорила, вы давно не заходили, волноваться вон начала. — Ох, повезло тебе, Череватый, что не пошёл ты ко мне в магистратуру, мы бы тебе твой длинный язык быстро укоротили, — беззлобно отвечает Вика. Влад кривит лицо, отдавая чек Илье, который с интересом наблюдает за их перепалкой. — Да что я там не видел, прости господи. Тут хотя бы платят за страдания. — Передумаешь — возвращайся, мы тебя примем. Если что, отправим к Илье. На перевоспитание, — подтекст в словах Вики не увидел бы только слепой и не услышал бы только глухой. Влад приходит к выводу, что он скорее тупой, потому что идея стать учеником Ильи захватывает все мысли со сверхзвуковой скоростью. Илья, скорее всего, ушёл от него недалеко, потому что он смотрит на Вику с укором, качает головой и тяжело вздыхает, изо всех сил стараясь не смотреть на Влада. Марьяна лично вручает им стаканчики с эклерами и ещё долго провожает парочку взглядом, прежде чем ущипнуть пересчитывающего мелочь Влада. — Ты помнишь, что ты говнюк? — Как же я забуду, если ты мне каждый час об этом напоминаешь? — пальцы у Марьяны сильные, и теперь плечо неприятно ноет, — что случилось-то? — Мы сегодня вечером встречаемся, — нараспев отвечает она, — будем говорить о работе на кафедре, но я надеюсь, что не только об этом. Видел, как она на меня посмотрела? — Видел, конечно. — А я даже напряглась, когда она с твоим хахалем пришла. — Он не мой хахаль! — А чей тогда? — Ничей! — Может, пора это изменить? — Марьяна хлопает ресницами, а Влад проталкивается мимо неё к холодильнику, чтобы ничем не выдать своё смущение. После такого Марьянка ему точно спуску не даст, — от ваших переглядок уже тошнит, если честно. Такими темпами ты доведёшь его до сердечного приступа своими приколами. — Скорее ты меня доведёшь. Кто ж тебя тогда на свадьбе к алтарю поведёт? — Какой алтарь, если мы с ней сбежим к шаманам в Сибирь? — Кто поведёт тебя по трапу к самолёту? — Уж точно не ты. Я закругляюсь, кстати, Гецати уже пришёл. До завтра, — Марьяна исчезает в раздевалке, из которой пару секунд назад вышел Костя и коротко кивнул Владу. С ним поболтать точно не получится. Когда Влад только устраивался сюда, Марьяна ему не особо понравилась. Быстрая, дерзкая, острая на язык, похожая на ведьму девушка не стеснялась комментировать косяки Влада, и он не оставался в долгу, но сейчас Марьяша была человеком, самым близким к понятию «подруга». Глядя на то, как она спешит к выходу, ему от всей души хочется, чтобы у неё всё сложилось. Хотя бы потому что флирт это хорошо, конечно, но с Ильёй делать первые шаги придётся явно ему. Экспертом в любви Влад никогда не был, а признаваться даже самому себе, что ему ссыкотно, ой как не хотелось. На следующее утро Влад приходит первым с пластиковой банкой под мышкой, и уже после двух минут работы с маркером и парой стикеров у кассы появляется копилка с надписью «на свадьбу». Мысль о том, что начальство может спросить, не обнаглел ли он в край, приходит слишком поздно, но Влад всё оставляет как есть — надо будет, уберёт. В конце концов, больше всего его интересуют реакции Марьяши и Ильи, а с остальным он и так разберётся. Впервые за день колокольчик над дверью звенит в тот момент, когда Влад раскладывает на витрине пирожные. В голове мелькает шальная мысль о том, что это Илья, и Влад успевает отругать себя за то, что думает о нём слишком много, прежде чем видит за витриной чьи-то ноги. — Череватый, доставай уже свою задницу, блять, — знакомый хрипловатый голос может означать только одно. — Линочка, — тянет Влад, разгибаясь и потирая поясницу, — ты чего в такую рань припёрлась? — Кофе хочу. Чёрный. — Как твоя душа? Рано ещё, видишь же, что Марьяны нет. — Пирожное можно? — Можно. — А чай? — Может, перебьёшься? — Череватый, сколько тебе заплатить, чтобы ты заткнулся и начал работать? — У тебя столько нет, — фыркает Влад, толкая коробочку с пирожным в сторону девушки. Лина закатывает глаза, — так откуда тебя принесло сюда в семь утра? Я думал, у стриптизёрш работа заканчивается раньше. — Ты прогуливаешь, вот и приходится тебя замещать. Медитировать перед работой я ездила. — А попозже всемогущие силы не принимают, тихий час? — Влад, отъебись, ради бога прошу. Надо и надо, тебя ж это не касается. Поработал бы на кафедре месяц, по-другому запел бы, — Лина открывает пирожное в ожидании чая и наконец-то замечает копилку, — на чью свадьбу собираем? — Пугачёвой и Ротару. — А если серьёзно? — Эдварда и Джейкоба. — Не лучший способ сделать каминг-аут. — Линочка-корзиночка, иди на хуй. — Не могу, на нём уже ты, — Лина показывает язык и берёт чай с пирожным, чтобы сесть за столик, когда дверь открывается снова. Влад закатывает глаза и готовится гнать в шею заблудившегося посетителя, но замолкает на полуслове. Илья стоит у входа, будто не решаясь сделать следующий шаг, сжимает пальцами ручку двери и переводит взгляд с Лины на Влада, который замер за стойкой с тряпкой в руке. Как ни странно, молчание нарушает Лина. — Илья Владимирович! — она бросается обнимать Илью, который если и смущён подобным приветствием, этого не показывает, — вы всё же решили прийти пораньше? Я же говорила, что сама справлюсь… — Да ничего, просто захотелось кофе выпить, — Илья потирает шею, пока Лина беззастенчиво тащит его к поджавшему губы Владу, — я даже не думал, что тут будет открыто. — Сюрприз, — мрачно говорит Влад. Илья нервно улыбается, но Влад старается на него не смотреть, — заказы пока не принимаю, Марьяна ещё не пришла. Открытие только через полчаса. — Могу поделиться, — Лина протягивает пирожное, но Илья решительно качает головой. — Нет, спасибо. Лина, раз вы тут, не могли бы вы пойти пораньше и подготовить аппаратуру? Надежда Эдуардовна ещё вчера собиралась всё проверить, но не успела, так что сегодня может прийти пораньше. — Конечно, — Лина послушно собирает свои вещи и идёт к выходу, — мне позвонить, когда всё будет готово? — Нет, я скоро буду, — Илья вежливо улыбается ровно до тех пор, пока Лина не скрывается за дверью, а потом поднимает голову к потолку и громко вздыхает. — Это всё равно не меняет того, что Марьяны нет, и кофе я сделать не могу, — скептично говорит Влад. Это первый раз, когда они с Ильёй наедине, и нужно хотя бы постараться не вести себя как дурак. Правда очень хочется, — если только чай. — Чай пойдёт, — кивает Илья. Он стучит пальцами по стойке и потирает лицо рукой, и удерживаться от лишних вопросов становится всё сложнее, поэтому Влад выбирает самый простой из них. — Откуда Лину знаешь? — Лину? Она работает в деканате, иногда ассистирует преподавателям, — Илья садится на ближайший стул и опирается локтями о колени. Владу даже не нужен его потерянный диплом, чтобы понять, что Илья чем-то взволнован, — а ты? — Учились вместе. У нас сложные взаимоотношения. — Враги? — Ага. Друзья. Заклятые, — Илья снова встаёт со стула, и Влад уже не выдерживает, — да что с тобой сегодня? — У нас через полтора часа конференция. Я сто лет не выступал, — Илья начинает ходить вперёд-назад, пока Влад возится с кипятком, — я знаю, что всё будет нормально, но всё равно волнуюсь. — Если им что-то не понравится, покажи им фокус. На мне же сработало, — пожимает плечами Влад, двигая стаканчик к Илье. Почему-то от осознания того, что он улыбнулся из-за его шутки, приятно тянет в груди. — Я фокусы просто так не показываю. — И что для этого надо сделать? — А это знаю только я, — Илья хитро улыбается, и в груди Влада стадо слонов отплясывает чечётку. Ещё вчера он весь вечер изучал соцсети Ильи, переслушал все плейлисты, пересмотрел все альбомы и даже нашёл всеми забытый аккаунт на Одноклассниках, и пришёл к неутешительному выводу, что ничего ему не светит. Будь рядом Марьяна, она бы дала ему бодрящий подзатыльник, но в одиночестве Влад нырнул в пучину самокопаний и пролежал там до утра, задавая себе риторические вопросы. Зачем Илье, который учился в Америке и повидал море людей, какой-то Владик из кофейни? Что он может дать такому хорошему, умному и красивому человеку? Кто в здравом уме и доброй памяти выберет его? Обычно в таких ситуациях Влад позволяет себе пострадать пару дней, а потом с головой бросается в работу, считая, что это просто издевательство судьбы. Конкретно в этом случае, возможно, издевается Илья, потому что сколько бы Влад не пытался ловить себя за руку каждый раз, когда хотелось открыться людям, рядом с Ильёй это было нереальной задачей. Уж кто-кто, а преподаватель и психолог должен понять, когда ему настолько явно говорят о симпатии. Или показывают её. По крайней мере, так кажется Владу. Проблема только в том, что сколько бы риторических вопросов он себе не задавал, даже обезьянка с тарелками, которая сидит в голове Влада при каждом появлении Ильи на горизонте, понимает, что мужчина напротив над ним не издевается и никогда не издевался. Владу до смерти хочется хотя бы взять Илью за руку, и он на полпути к выполнению этой миссии, когда в кофейню врывается Марьяна. Она тормозит на пороге, огромными глазами смотрит на почти соприкасающиеся ладони, а потом драматично закрывает глаза рукой и с бормотанием «я ничего не видела» исчезает в раздевалке. Владу хочется плакать. Илья отводит взгляд в сторону и молчит. Их руки всё ещё разделяет всего пара сантиметров, но момент упущен, и Влад поворачивается к Илье спиной и потирает руками лицо. Какой же он дурак. — На чью свадьбу собираете? — в тишине кофейни голос Ильи звучит неестественно громко. Влад растягивает на губах подобие улыбки и разворачивается. — Что, в Хогвартсе отменили курс прорицаний? — Я же только учусь, — Илья смеётся, и Влад тоже усмехается, — так всё-таки? — Да на Марьяшину. — Она выходит замуж? — в голосе Ильи звучит неподдельное удивление. Влад качает головой. — Нет, но когда-нибудь же у неё будет свадьба, — Илья задумчиво кивает. Марьяна выходит из раздевалки, пытаясь удержать в руках какую-то коробку и одновременно завязывая фартук, и Влад хватается за возможность отвести всё внимание от себя, — Марьяш, смотри, что я сделал! Собираем деньги на твоё свадебное путешествие к шаманам. — Чего? — Деньги собираем тебе на свадьбу, говорю же. — А почему не на твою? — Эксперименты удобнее ставить на других, — пожимает плечами Влад. Илья тихо смеётся, сминая в руках края недопитого стаканчика с чаем, и Влад вспоминает об этом, — может, тебе кофе сделать всё-таки? — Нет, не надо, — качает головой Илья, залпом допивая остатки чая, — лучше я потом зайду и отпраздную. — Я надеюсь, хотя бы в этот раз ты возьмёшь что-нибудь новое, — с тоской в голоcе говорит Марьяна, и Илья согласно кивает. — Не забудь, если им что-то не понравится — покажи фокус, — напоминает Влад, опираясь о стойку. Илья подходит ближе, касается левого уха, и уже через мгновение демонстрирует монетку. — Такой? — Предупреждать же надо, — смущённо бормочет Влад и кладёт монетку в карман, чтобы случайно её не потерять. Левое ухо горит вместе с щеками, — я тебе гарантирую, с пятитысячными купюрами всем точно понравится! Илья смеётся и идёт к выходу. Время движется к восьми, людей на улице становится всё больше, а это значит, что час пик не за горами, но Владу не нужно быть гением, чтобы понять, что о заказах он снова будет думать в последнюю очередь. Взгляд невольно падает на принесённую Марьяной коробку имбирного печенья в форме клевера, и без раздумий он хватает одно и несётся к дверям. — Илья! — Влад едва не сбивает с ног первых посетителей, но руку с печеньем держит высоко, чтобы ненароком не сломать, — Илья, подожди! Ларионов стоит посреди улицы, в одной руке сжимая телефон, и ищет глазами источник голоса, пока Влад оббегает прохожих. Влад людей не любит. Кроме нескольких. — Всё хорошо? — Держи, — Влад игнорирует вопрос и впихивает в руку Ильи печенье, — это на удачу. Порви там всех. — Спасибо, — Илья переводит взгляд с печенья на запыхавшегося Влада, будто пытаясь что-то решить. Видимо, ментальная задачка оказывается простой, потому что следующее, что чувствует Влад — это руки на своей спине и прохладу кожаной куртки под щекой. Он обнимает Илью в ответ, пока есть такая возможность, утыкаясь носом туда, где под слоями одежды должна быть ключица. Как бы то ни было, мир заставляет их разорвать объятия — на светофоре загорается зелёный, и толпа пешеходов сносит их в сторону. Илья крепко держит его за толстовку, не давая упасть, но Влад качает головой. — Тебе пора, а то опоздаешь. — Ага, — рассеяно кивает Илья, всё ещё не отпуская рукав, — во сколько ты сегодня заканчиваешь? — В пять. — Планы потом есть? — Неа, — Влад качает головой, — но на что-то экстремальное вряд ли буду готов. — Даже не планировал, — усмехается Илья. На светофоре снова загорается зелёный, и теперь ему точно пора, — тогда я зайду к пяти. — Договорились, — Илья машет на прощание, и Влад машет ему в ответ, чувствуя себя самым счастливым в мире балбесом. Всё у них будет хорошо, в этом он почему-то не сомневается. В кофейне Марьяна встречает его с самым фальшиво-недовольным видом на планете. — Только не говори, что вы поцеловались раньше нас!