Часть 10
26 марта 2024 г., 16:12
Примечания:
Что ж, перед прочтением хочу предупредить, что присутствуют графичные описания ОТКРОВЕННЫХ сцен. Поэтому кто такое не любит, ну пропустите не знаю. Хоть это и нц-17, ну мало ли кому не приятно. Я ж добри, предупрежу.
Прыемнага чытання. ПБ врублена.
Южная Корея: Сеул.
Ви не могла уснуть, сколько бы не старалась. Она была уставшей, ей болело тело и хотелось поскорее отрубиться и заснуть крепким сном, но как только она закрывала глаза, то будто кто-то накачивал ее адреналином. И Ви не понимала, почему так происходит.
Она ворочалась в постели, мяла плед в руках, даже пару раз его укусила. Но неизведанные чувства продолжали расти. Что это было, она не понимала. Возможно стресс, возможно страх, из-за нахождения в «опасном» по ее мнению месте. А возможно это была ломка. Но всё то, что она знала, это то, что ее тело то становилось слишком горячим, либо ее наоборот бросало в дрожь и холод. Ви была уверена, что она не болеет, и дело все в последствиях от принятия наркотиков, но почему это сказалось на ней так сильно, она не понимала.
На улице, в силу того, что это разгар зимы, все ещё было темно. Но эта темнота начала давить на нее, будто сдавливать. Как бы до галлюцинаций не дошло. Эти ужасные продолговатые образы искаженных людей выглядели настолько мерзко, что девушка была даже не против лишиться зрения на некоторое время. А заснуть в такие моменты было тяжело. Ведь тело давало ощущение того, что это вовсе не иллюзия, а реальное существо, смотрящее на нее и прожигающее в ней дыру.
Покрутившись еще пару раз, девушка наконец решила встать, скинув с себя теплый плед. В глазах потемнело, но не настолько сильно, чтобы можно было хвататься за голову обеими руками, и падать на диван обратно. Наоборот сейчас у неё разыгралось ощущение какой-то некой гиперактивности. Хотелось буквально лезть на стену или бегать по всему дому, хоть и нынешняя повышенная температура сдавливала ее тело.
Ви, ориентируясь на свет и хватаясь за ближайшие стены и предметы, прошла на кухню в скудно обустроенной квартире друга. Еле-еле нашла включатель и с прежней вялостью нажала на него. Свет ударил в глаза, что пришлось жмуриться и прикрываться руками. Он ударил ей в глаза и усилил головную боль, и так нарастающую с каждым разом. Оно будто давило на нее, придавливало к полу. Освещение в комнате казалось будто бы усилилось в раза три, не позволяя видеть ничего кроме кистей рук, находящихся на уровне глаз.
К счастью это состояние отлегло, но накатившая на нее боль, усилилась, заставляя прислониться к ближайшей стене, и медленно сползти наземь. По голове будто били кувалдой, а на душе осело ощущение опустошенности.
— Черт… — девушка простонала, улаживая голову на согнутые колени, и тем самым закрываясь от света. От всего этого начинало тошнить и мутить. Главное было сейчас не потерять сознание или реально не стошнить куда-нибудь на пол. Ей не хотелось бы выглядеть в их глазах ещё более жалкой, чем до этого.
Откуда-то раздавался звук тиканья часов. Она не знала откуда он идёт, но он бил по ее ушам так, будто это было вовсе не тиканье, а игра на барабане, которую приходилось слушать с первого ряда. Это раздражающее тиканье в добавок ещё и растягивалось, то замедлялось, вызывая неоднозначные чувства. Однако сколько бы боли не доставляло это, сколько нарастающей тошноты от всего перед глазами плывущего. Ви не могла соображать адекватно. Остался лишь человек пытающийся будто совладать с кем-то внутри, или с чем-то. Она запустила руки в волосы, не замечая насколько сильно на самом деле их сжимала. Она простонала бы, возможно даже громче, чем сама этого б заметила. Корчилась от боли, и чуть ли вновь не ложась на спину, только находясь на холодном полу, не знала куда себя деть, вновь ворочаясь на кафельном полу.
Только шарканье ног по дому она сразу не заметила, продолжая сжимать волосы на голове одной рукой, а второй сжимая выданную ей майку, даже немного растягивая, из-за силы ее натяжения. И она продолжила бы пытаться уменьшить боль, уменьшить желание найти хоть что-нибудь, что может облегчить ее страдания, пока кто-то не тронул ее за плечо. Она резко открыла глаза, и снова закрыла их от бьющего света в них. Девушка сжимала зубы с такой силой, что могло показаться, что они вовсе сейчас расколются под напором и силой действия на них. Тем временем руку же с плеча убрали, кажется куда то отходя, но и вновь возвращаясь обратно. Кто-то тронул ее вновь, но уже за руку, а точнее за предплечье, поднимая широкий рукав майки.
— Расслабься Ви. — знакомый мужской голос дал по ушам. Девушка стиснула зубы, простонала через них от новой волны пульсирующей в висках боли. Ви уже давно вспотела от того, что ее бросало то в жар, то в холод, и оставляя следы на ключице и немного лице. Ее рука потянулась куда-то вперёд, пытаясь ухватиться за что-то, что может послужить опорой для нее. И это спасение она нашла в спине друга, сжимая пальцами и оставляя красные следы сквозь его майку. Она была уверена, что там останутся они длинные, будто если бы кто-то старательно оставлял царапины на его спине. Ее ногти сильно впивались в его спину через майку.
Тонкое лезвие вошло в ее руку, куда-то в предплечье. Она даже не почувствовала боль, но на каком-то инстинктивном уровне, пыталась оттолкнуть его. Девушка пыталась вырвать руку сама того не понимая, и продолжая сжимать его спину в своих руках. Эн же напротив, пытался удерживать ее руку на месте, чтобы не задеть тонким лезвием шприца, что-нибудь ещё и сделать только хуже.
— Ви, не дергайся. — он сжал сильнее ее руку, усиливая хватку, и наконец воткнув на нужное расстояние лезвие, медленно начал вводить лекарство в кожу. Ви почувствовала неприятную боль в предплечье, что начала разгораться как огонь, по остальным тела.
— Как мне… Не дёргаться, а? Идиот… — она проговорила это сквозь зубы, все ещё не размыкая челюсть. С уголка губ скатилась небольшая капля слюны, которую та сглотнуть не смогла. Ее рвало, но и в то же время, она не могла позволить себе сделать это. Даже пару слезинок прокатилось по ее щекам. А странное ощущение, после того как ей ввели непонятную жидкость, сначала немного ухудшило ее состояние, чуть не заставляя свернуться в три погибели. Эн придержал ее за руку и за спину, удерживая в ее более менее сидячем положении. И может в такой позе прошло минут тридцать, или больше, но вскоре кажется некое лекарство начало действовать, прекращая дрожь по всему телу и уменьшая головную боль. Девушку больше не мутило настолько сильно, как было до этого. Она чувствовала себя даже лучше, чем прежде. Будто что-то отлегло.
Ее тело расположилось в руках друга. Она смотрела куда вперёд, утыкаясь ему в грудь лбом и не до конца ещё различая, где реальность, а где иллюзия. Девушка все ещё крепко удерживала его спину в своих руках, но уже не пытаясь ранить, а просто держала пальцами. Глаза ее уже более менее привыкли к свету, который перестал казаться слишком ярким. Она подняла голову смотря на его лицо. Его глаза были опущены, но смотрел он будто сквозь нее, будто задумался о чем-то другом. Однако он быстро заметил взгляд, и моргнув раз, перевел взгляд на лицо Ви, всматриваясь в ее глаза, но ничего не говоря. Его дыхание было равномерным, не учащенным. Но и он не задерживал дыхание, боясь спугнуть. Кажется, он пребывал в самом спокойном состоянии, в котором мог. Он не удивился и когда Ви дотронулась своей рукой до его щеки, проводя пальцами и ладонью по ней. Будто что-то заставляло его пребывать в этой апатичности или просто ее ощущать. А Ви тем временем придвинулась ближе, будто лицо друга стало самой интересной для рассмотрения вещью. Она огладила его щеку, возможно нечаянно задевая нижнее веко, которое оказалось немного... мокрым? На уголках глаз и чуть пониже покоилась не до конца смытая, размазанная черная тушь.
— Эй… Ты что, плакал что-ли? — кое-как выдавив из себя слова, спросила Ви. Ее голос отдавал хрипотой, но в целом оставался прежним. Ее рука продолжила покоиться на его щеке, оглаживая ту часть, где-то место осталось ещё влажным.
Эн ничего ей не ответил сразу, будто думая, что сказать. Он был не против прикосновений, по крайней мере на данный момент. Конфликтов с человеком, который ещё не может ясно мыслить, он не хотел. Поэтому такое он может позволить ей, чтобы не испугать и дать надежду на то, что все может быть снова восстановлено, и вернуться на круги своя.
— Сестра часто говорит… Что когда я сплю, то начинаю беззвучно рыдать. Но сколько бы я не пытался вспомнить из-за чего это происходило, я не мог. — он слабо улыбнулся, будто находя это забавным. Но его улыбка явно показывала не радость, а некую грусть и опустошение. Ви хмыкнула, продолжая разглядывать его лицо, подмечая немного размазанный макияж. Затем она вновь опустила голову и с той же ухмылкой на лице, уткнулась ему в плечо. Ладонь она убрала с его лица, располагая уже обе руки на его плечах.
— Какой ужас. — она посмеялась, возможно саркастично, возможно нет. Не думаю, что она сама понимала это. Эн ответил ей тихим смешком, и немного откинулся назад. Затем он прикрыл глаза и тяжело вздохнул. Вернулся тот самый затуманенный взгляд, но в целом, это не сделало его вновь отстранённым. Скорее навеяло некое чувство безысходности.
— Будешь ещё спать? — он спросил осторожно, смотря на нее. Ви в ответ покачала головой, и затем вновь подняла голову, смотря на него и на комнату вокруг.
— А сколько времени-и? — она зевнула, оглядываясь по сторонам.
— Восемь утра. Ещё рано. А с такими проблемами как у тебя, лучше ещё отлежаться. — он отстранился, но не полностью, пересаживаясь к стене и садясь рядом с Ви, подгибая колени. Девушка не мешала его действиям и сразу же отпустила, когда он решил пересесть. Но после того, как оба устроились поудобнее, упираясь на стену, Ви расположила свою голову на его плече, не найдя должной опоры сзади. Эн не отреагировал на это, выглядя заспанным и лишь зевнул, выражая явное желание заснуть прямо тут. Ви бы хмыкнула на это, если бы имелись силы.
— Джей все равно же, когда мы придем. Хоть в три ночи… — она безучастно зевнула, но взгляд выдал некий намек на печаль, сохранённой в этой фразе. Эн на это ничего не ответил, сверля взглядом противоположную стену от него. Затем и девушка умолкла, смотря тоже куда-то вперёд, но особо не парясь, куда именно. Было и так все равно что-ли?
— Эй, Эн. Ты занимался сексом с кем-то когда нибудь? — неожиданный вопрос последовал от меня спустя какое то время тишины. Эн перевел на нее не очень заинтересованный взгляд, а затем отвёл его, вновь смотря куда-то вперед. Он не сразу ответил на вопрос, будто продумывая, что за мысли в голове у его подруги.
— Мой ответ в любом случае нет. Но к чему вопрос? — возможно он насторожился, от ситуации, но не подал виду. Ви вздохнула, но осталась сидеть на своем месте, не предпринимая никаких действий. Но спустя, может, минуту молчания, она подняла голову с плеча Эна, и повернулась к нему лицом.
— Знаешь, я часто замечала на себе эти взгляды, сам знаешь какие, когда мы были ещё в том поместье. Это отвратительно. И ты знаешь, что я ненавижу мужчин. Почти всех. И… Мне было интересно. Чувствовал ли ты тоже самое? Это возбуждение? Поэтому я и спросила о сексе. Мне стало быть интересно, каковы мысли настоящего Эна. Представляешь ли ты это, хочешь ли ты это? Только отвечай честно. — последнее она произнесла серьезнее, чем предыдущее. Эн посмотрел в сторону, продумывая ответ и затем вновь посмотрел на нее.
— Я не могу позволить себе ощущать эти эмоции. Я не могу позволить себе думать об этом. И представлять это с кем-то. Для меня это самое худшее, что может случится. — он нахмурился, глядя в сторону.
— Это связано с тем, что произошло с твоей сестрой? — осторожно задала вопрос Ви, украдкой глядя на лицо сидящего рядом друга. Тот кажется нахмурился чуть сильнее, но сразу ничего не ответил.
— Да, думаю да. То что случилось… Это было ужасно. И я не могу попросту даже хоть мельком подумать о перспективе заняться с кем-то этим, ведь если такое случится, то значит я ничем не отличаюсь от всех этих насильниках. От всех кто жаждет этой мерзости. — он отвернулся, глядя куда-то в стену. Ви лишь прикусила губу, кажется чувствуя себя немного виноватой за такой вопрос. Но затем, чуть погодя, она вновь решила кое что спросить.
— Эн, скажи честно. Ты ненавидишь мужчин? — почему то она была уверена что тает был «да», несмотря на принадлежность к этому же полу.
— По большей части, да. Когда я смотрю на большинство из них, я думаю только о том, что они не умнее обезьян. Хотя даже обезьяна иногда поступает разумнее. Это все так... Отвратительно. Их желания, их мысли… Я не могу понять это. — он понурил голову, смотря куда-то вниз, скрывая свой взгляд.
— Ты ненавидишь себя? — она пододвинулась ближе, стараясь уловить его взгляд. Тот кажется отстранился сильнее, будто избегая вопроса в лоб.
— Я не знаю. Я чувствую отвращение к себе, но в то же время, я рад, что могу приносить пользу обществу и защищать тех, кому пришлось пережить что-то подобное, или кто мог бы. — он покачал головой, а затем запрокинул ее назад, смотря в потолок. Он шмыгнул носом, отстранено смотря куда-то вверх. Лицо Ви же напротив смягчилось, и проглядывал некий намек на улыбку.
— Я рада, что ты так мыслишь. Наверное, ты у нас особенный. — она немного улыбнулась, протягивая последнее слово и смотря на него лукавым взглядом. Тот хмыкнул, но ничего не ответил, думая о чем-то. Эн все ещё не смотрел на нее, продолжая глядеть вверх.
— Не бывает особенных людей. Я просто человек. — спустя некоторое время он ответил. Ви на это слабо улыбнулась, и затем вздохнула, будто понимая эту фразу.
— Но все же, знаешь, если когда-нибудь у тебя и появиться девушка или типа того, и она решит попробовать, тебе не стоит пугаться. Это ведь не изнасилование, а по обоюдному согласию. Но, если чувствуешь отвращение, то тоже нормально. Просто говорю, понимаешь? — она слегка улыбнулась. Ее лицо смягчилось, но все же оставалось серьезным, стараясь понять мысли человека напротив. Эн в ответ лишь кивнул, выглядя уж больно задумчивым после слов Ви. Будто нашел в них что-то. Девушке рядом осталось лишь вздохнуть, понимая, что ответа она не дождется.
— Ладно, потом все это. Вставай и прекращай ныть, идём к Джей. Там поплачешь. — она встала, все ещё чувствуя головокружение, но не так сильно. Затем Ви взяла его руку, и потянула на себя, заставляя встать на ноги. Он не очень понял такие быстрые перемены, но решил подчиниться.
— Выглядишь убого. — она усмехнулась, смотря на его лицо, с потекшей тушью. Вообще для нее было удивительно, что он красился, но она решила смахнуть все на то, что он был неким недо-альбиносом, которому не нравилось смотреть на свои белые ресницы. Или так было легче скрыть все недуги.
— Спасибо. — Эн потёр запястьем лицо, будто это бы смогло убрать грязь. Но к сожалению это размазало ещё сильнее макияж по лицу, что заставило стоящую рядом рассмеяться, смотря на него. Тот смерил ее немного раздраженный взглядом, которые дарили друг другу друзья, и подошёл к раковине на кухне, включая кран. Под тихие смешки со стороны, он наконец смыл спустя продолжительное время, все то что было на его лице. Без всей той мазни на лице, оно выглядело таким бледным, что можно было подумать, что он мертвец. Однако отличало Эна от мертвеца то, что лицо его выглядело здоровым и чистым, без единого изъяна. Иногда казалось, что оно будто сошло с обложки. Но не суть.
— Я пойду приведу себя в порядок тоже. — девушка указала пальцем в сторону двери, и затем получив кивок, вышла из комнаты направляясь в ванную комнату. У нее тоже было лицо не в самом лучшем состоянии. Тоже может помада смазалась, может и тушь потекла. В любом случае, надо было собираться. Она знала, что они оба не хотели терять много времени. У обоих были свои дела, которые нужно было сделать. Однако в силу того, что между ними произошло более менее кривое воссоединение, то стоило бы его закончить полностью. По крайней мере пока один из них не умер. Хотя, это ещё как сказать.
Спасибо.
— Это не ответ, Син. Мне незачем твой труп. — она ответила серьезнее чем до этого, кажется немного злясь на такое беспечное отношение к жизни. Девочка лишь на это хихикнула, как всегда, вздыхая. Она подняла голову, не без усилий конечно, и устремила свой взгляд вверх. Взор остановился на лице, и будто анализируя его, и разглядывая разные его части. И он остановился на губах. Это привлекало ее.
— Прекрати пялиться. И оденься уже. — почувствовав взгляд явно не на том месте, девушка отстранилась от Син, которая кажется улыбнулась шире каким-то своим мыслям. Тесса встала, поднимая белую рубашку с пола, и кинула на голову девочки. Рубашка медленно опустилась на ее лицо, закрывая его. Ангел хихикнула, стягивая рубашку с головы, и прикрываясь своей же тканью. Хотя возможно она даже не старалась это сделать. Ведь Син кое-что поняла для себя. Поняла кое-что очень важное. Тесса и вправду была идеальным для нее человеком. А Син любит разрушать. И она разрушит.
Девочка медленно встала на ноги, прикрывая переднюю часть тела своей рубашкой, и совершенно не замечая спавший пиджак с плеч. Он упал на пол и был забыт как самой девочкой, так и Тессой. С тела Син все ещё капала вода, и одевать сейчас сухую одежду было не очень. И девочка явно специально медлила с переодеванием. Делала все слишком неспеша. Растягивала момент по каким-то собственным непонятным причинам. В один момент она чуть не убивает себя, а в другой уже действует так самоуверенно и на зло другим, что кажется это и вовсе два разных человека. И Тесса не понимала Син. Эта девочка странная. Она странная до невозможности. Непонятная, неординарная, с нотками не присущей обычным людям извращённости в своих действиях. Этот человек будто собирал в себе все отвратительные качества, чтобы потом показывать, чтобы потом быть примером всего дерьма, что делают или создают люди. Она — собирательный образ. И она своими действиями указывает и показывает, насколько же человек извращен по своей натуре, что видя такую картину, задумывается вовсе не о приличном. А явно о других обстоятельствах.
— Син, ты решила проблему с поездом? — она нарушила тишину, отводя взгляд от стоящего рядом тела, что беззаботно натягивало нижнее белье. Син не смущалась не на долю, представлялось и похуже картины видеть. Но все же девочка краснела из-за чего-то, а пальцы отчего-то вздрагивали.
— Это было проще пареной репы. Я даже не ожидала, что будет все так легло. — она хихикнула, кружась вокруг своей оси перед зеркалом. Мокрые волосы, прилипшие к телу, как будто желая что-то подчеркнуть, слишком уж выделяли изгибы тела. И это не ушло от ничьих глаз. Тесса же и не посмотрела в ее сторону, оставаясь рядом, но явно не желая приближаться. И возможно благодаря этому она заметила кое-что интересное, выпавшее из кармана лежащей на полу беленькой юбочки. Пачка сигарет ограниченного тиража. И эта пачка стоила достаточно большое количество денег, несмотря на то, что это были всего лишь сигареты. Ведь все же такие вещества тоже имеют своих ценителей, в частности вкуса и получения некого аффекта, после принятия.
— Что это делает у тебя? — она наклонилась и подняла пачку, и отмечая, что та была неполная. В пачке сталось лишь парочка сигарет. Ну что ж, не много, но и не скудно. Даже такую вещь можно продать по хорошей цене.
— Ай-яй-яй. Не пристало брать чужие вещи. — она хихикнула, поворачиваясь, — хотя, можешь забирать.
— И почему же? — девушка косо посмотрела на девочку, что облокотилась на раковину.
— Ну как же, глупышка. Завтра ведь Рождество! Как же мне не подарить тебе подарок! — она широко улыбнулась, что стало не по себе. А слово, которым она обозвала собеседницу прокручивалось в голове будто на повторе. Как она вообще смеет такие выражения говорить? И улыбается ещё, будто заигрывает.
— Не смей называть меня так. — девушка злостно прошипела, сведя брови к переносице. В ответ на это, Син лишь ухмыльнулась чему-то своему, и отвела взгляд, возвращаясь к зеркалу и раковине. Тессе осталось лишь смирится с обстоятельствами и положить в карман пачку сигарет, явно украденную у кого-то. Но у кого? Хоть и явно у человека с деньгами.
— Откуда у тебя они? Это ограниченный тираж. — девушка сложила руки крест накрест, продолжая прожигать собеседницу хмурым взглядом. Девочка ответила ей веселой, немного странной улыбкой.
— О? Это так важно? Разве тебе не все равно? — она лукавила, снова говорила так, будто для нее все это игра в кошки мышки. Снова щурила глаза, смотря по лисьи, будто выискивая и что-то скрывая. Это раздражало и выводило из себя. Если бы она не была ребенком, Тесса уверена, что точно бы дала пощечину ей.
— Не хочешь — не говори. Тебя никто не заставляет. — она отказывает ей, говорит, что и слова не хочет слышать о том, какими способами досталась ей эта коробка. Несомненно, Тессе интересно, но она не будет спрашивать. На зло Син, которой только бы повеселиться, понаблюдать за реакцией.
— Ты такая скучная… — протянула она, закрепляя бинт на одной руке. Затем она взяла ещё маток в руку, перевязывая теперь другую руку, хоть это было делать не очень удобно одной рукой. И обе это видели. Но Тесса добрая душа, она не может не помочь ей. Просто потому так надо. Просто потому что им ещё придется уживаться вместе, пока не настанет день, когда кто-то из них не умрет.
Тесса подходит к ней и забирает бинт из ее рук. И Син без проблем ей отдает. Девочка вытягивает руку, давая бинтовать ее. Она опирается сильнее спиной о раковину, наблюдая своими хитрыми глазами за каждым движением. За каждой мелочью. Как бинт аккуратно ложится на ее руку, как его также аккуратно перекручивают. Как ее пальцы аккуратно его закрепляют. С какой силой, сколько времени требуется. Она наблюдает за всем этим.
— Твои руки выглядят отвратительно. — она говорит правду. И Син вовсе не обижается, не язвит в ответ, так как знает, что это именно так. Девочка забирает бинты обратно, отстраняется от раковины, и раскручивает маток вновь. Оборачивает вокруг своей талии. Син ничего не говорит, давая наблюдать за своими корявыми действиями. За тем как она не очень аккуратно бинтует сама себя. Как ее пальцы неумело закрепляют ткань.
— Тесса, сходишь со мной завтра в церковь? — она поднимает на нее заинтересованный взгляд. Женщина не отвечает сразу, будто ища в нем подвох. Но разве у нее есть выбор? Она все ещё обязана следить за ней. И она не может оставить ее одну. И дрянная девчонка понимает это. Что даже не отвечая на вопрос, ответ будет положительным.
— Ты веришь в бога? — Тесса смотрит прямо ей в глаза, и возможно находит этот вопрос смешным. Син молится? Пытается искупить грехи? Бред. Она никогда не поверит в это. Никогда не поверит в искренность ее намерений.
— Конечно же! Как мне не верить? — девочка отдает бинты собеседнице, которая будто по рефлексу, присаживается на пол, помогая бинтовать одну из ее ног. В этот раз она вновь замечает странное поведение Син. Она казалась будто чем-то одержимым, но скрывала это. Как если бы, пыталась показаться не тем, кем является.
Тесса трогает внутреннюю часть ее бедра, и начинает перевязывать с этого места. Ткань ложится на ее ногу, перекручивается несколько раз, а пальцы сильнее давят на беленькую кожу, где она не повреждена, и лишь мельком дотрагиваются до плоти по неосторожности и необходимости. И Тесса мельком смотрит наверх, замечая что девочка откинула голову назад, да и в принципе выгнулась достаточно сильно в противоположную сторону. Ее руки, как и поясница опирались на раковину, не давая телу упасть. Тесса замечает ее не очень адекватное поведение уже неоднократно. И девушке явно хотелось спросить, все ли в порядке, однако она воздерживается, молча продолжая перекручивать ткань вокруг ноги. Что-то успело произойти за сегодня, что поспособствовало таким изменениям в сознании той? И если такое было, то что? Син конечно же уходила сегодня из дома, причем одна, и причем явно заранее с кем-то договорившись. Тесса знала об этом, ведь проследила за ее действиями. Но в ее планах главнее был результат, поэтому она не утруждала себя полной слежкой. Ее не интересовало к каким способам прибегает девчонка, чтобы решить проблему. Главное то, что она разобралась с этим. Но все же, Тесса сомневалась теперь в том, что Син может продолжать нормально бодрствовать. Что-то изменилось, поменялось в обычной девочке. И она не могла понять, что. Ее взгляд стал иным, ее движения стали другими.
Недавно Син сказала, что мозг — это последнее что парализуется. То есть, она не сойдёт с ума, чтобы ни произошло. Но проблема была в том, что это становилось ложью. Что первое, что произойдет будет именно схождение с ума. И Тесса этим обеспокоена. Что же творится в твоей голове, Син?
Руки перешли на вторую ногу, а положение тела девчонки оставалось тем же. Пальцы аккуратно закрепляют бинты, трогают ее внутреннюю сторону, осматривая, хорошо ли все держится. И Син наконец опускает взгляд вниз. Она продолжает улыбаться, а щеки выглядят розовее, чем раньше. Губа прокушена до крови. И Тесса видит это, но ничего не говорит. И прежде чем, девушка успевает встать с пола, Син начинает говорить.
— Я тут думала, не отметишь ли ты с нами рождество?
***
Хлопнула дверь машины. Оба человека вышли из нее, одна из которых решила оглянуться по сторонам. Ее жилой район, в котором она провела месяца четыре, после случая. Эн щёлкнул что-то на ключах, закрывая машину, которая издала характерный звук после блокировки дверей. Он положил в карман ключи, и тоже осмотрелся. Сестра его, не проявила интереса к поездке, говоря лишь, что у нее есть очень важные дела. И возможно она не обманывала, ведь все утро выглядела слишком задумчиво и пропускала все вопросы мимо ушей. И сколько бы их не было задано, она никак не могла ответить на большинство из них, мельком только подмечая последние слова и пытаясь абы как сформировать ответ, даже если зная, что ответ будет сто процентов неправильный. Ну или вовсе не подходил по смыслу ответу. В любом случае, двое решили ей не докучать, оставляя ту одну на некоторое время. Эн сказал, что с ней ничего не случится за небольшой промежуток, поэтому не стоит волноваться по этому поводу. Ви решила согласилась с ним. Не ее же сестра. Район он этот знал, но особо не проявлял интереса к посещению. Ехать до него долговато, но в целом не трудно. На машине конечно быстрее. — Я пойду сейчас к себе, и надену что-то нормальное, а ты иди за цветами. Там магазин есть недалеко. Шагай по прямой и сразу увидишь. — она ткнула пальцем в сторону, показывая путь. Эн посмотрел в том направлении, и хоть не видя там никакого магазина, все же кивнул в ответ. — А какие она любит? — собираясь уходить, на последок спросил он. Ви лишь усмехнулась такому, натягивая одолженное пальто на свои плечи сильнее. — Знаешь о всех все и вся, а про цветы нет? Как непредусмотрительно для тебя, Эн. — она ухмыльнулась ему, растягивая широкую улыбку на лице. Парень же вздохнул, но затем слабо улыбнулся, немного качая головой в стороны. — Да-да, и такое бывает. Так… Какие цветы? — спросил он, на что получил немного задумчивый взгляд вверх. Но ответ все равно не заставил себя ждать. — Вроде как розы. Цвет не принципиален. В зиму достать сложно такие, но думаю найдутся. Если не будет, купи на свой вкус что-нибудь. — она неопределенно махнула рукой, давая некое согласие на своевольство другу. Тот же потупил взгляд в землю, покрытую снегом, задаваясь вопросом насчёт вкуса. — Я посмотрю, что смогу сделать. — он развернулся идя в том направлении, в котором указала ему Ви. Шел не быстро и не медленно, все ещё прокручивая слова подруги в голове. Был ли у него вообще собственный вкус на что-либо? Да, ему и вправду много что нравилось. Из еды сладкое, из обычных цветов, возможно черный, и жёлтый. Из цветов, которые растения, нравились наверное лилии, означающие свободу. Но что насчёт других людей? Вряд ли он сможет правильно предположить, что кому нравится, даже если дружит достаточно большое количество времени. И не из того, что он не является достаточно умным для этого. А наверное из-за страха сделать ошибку. Он правда старается делать все так как нужно. Чтобы сохранять все в порядке. Чтобы каждый не задумывался о следующем дне. Все же такова его справедливость. Хотя может все было намного сложнее в этом плане. Может все, что он до этого говорил что любит, на самом деле совершенно не то, что ему нравится. Может это все слова сестры. Может этой ей нравятся эти вещи. Может это Эн только остаётся в непонимании обычных вещей? До магазина, который вряд ли чем-то отличался от старой развалины, не составило труда дойти. Он зашёл туда, отмечая как забавно брякнула подвеска на углу двери. В магазине интерьер был неплохой, несмотря на внешнюю сторону. К счастью, розы нашлись быстро, и к тому же только красные (какая же удача!), поэтому он достаточно быстро расплатился деньгами из своего бумажника, за пять роз. Конечно, принято четное количество дарить, но одну он оставит себе. Для другого дела. Дойдя вновь до своей машины, он вновь щёлкнул на ключах кнопку, и разблокировав двери, открыл одну из задних пассажирских мест. Он аккуратно положил туда, на задние сиденья, цветы и вновь хлопнул дверью, закрывая ее. Парень выпрямился, и осмотрелся по сторонам. Было тут тихо и спокойно. Здесь можно было бы жить, не будь тут так все плохо выглядеть. Обломанные стены, отклеившаяся краска, и какие-то пьяные люди частенько бродят тут. В общем, не самый благоприятный район для проживания. Но он понимал, что у Ви не было столько денег на снятие хорошего жилья. Он понимал, что ей приходилось здесь жить по обстоятельствам. Ну и по крайней мере, тут вряд ли кто ее найдет в случае опасности. Мало ли что в жизни случится. Не найдя чем себя занять, он достал сигареты, которые взял, только потому что Син сказала, что тому они сто процентов понадобятся. И ведь девочка оказалась права в этом. Эну и вправду не нашлось, что делать в данный момент, а сейчас хоть найдется. Говорят с сигаретами лучше думается, хоть и парень придерживался здорового образа жизни. Он, конечно, мог бы пойти поискать Ви и занять себя чем-нибудь ещё. Но парень знал, что лучше не искать ее, ведь Ви не хочет, чтобы он знал, где она живёт. Поэтому Эн и остался сидеть тут, а точнее стоять, выжидая ее. Долго ждать не пришлось к счастью, ведь на горизонте показался знакомый силуэт. Девушка сменила свою одежду на более уличную и более присущую ей. Все ещё мешковатые штаны и плотная простая куртка была на ней. Пальто же она несла в руках, вскоре уже и отдавая его обратно, в руки владельцу. Из примечательно осталось только одно. На лице вновь покоились старые знакомые круглые очки. Эн мысленно усмехнулся этому, ведь кажется, судя по всему, девушка решила поменять направление в своей жизни. И по своему выразить становление новым человеком, вновь принимая свою себя старую, но и укрепляя ее личностью другой Ви. — Теперь ты, новая Ви? — он улыбнулся ей, и она ответила ему той же улыбкой в купе с самоуверенной ухмылкой. Девушка показательно поправила свои очки, с вызовом смотря на парня. — Да. Иногда, знаешь, лучше начинать все с чистого листа. Как новую жизнь. — она продолжила ухмыляться и затем запрокинула голову назад, смотря вверх. Эн последовал ее примеру, вздыхая и понимая, что людям свойственно меняться, хоть может и не до конца, но все же. И сможет ли он сам так сделать? Переступить через себя? — Ну что, к Джей? — девушка открыла дверь машины, хоть даже и понятия не имея откуда у Эна взялся автомобиль, и уселась на пассажирское место рядом с водителем. Эн лишь ответил ей лёгким кивком, также открывая дверь и садясь за водительское место. Ключи он достал из кармана, и заведя машину, предварительно переключил скорости, затем уже нажимая на газ. Машина двинулась вперёд, но благо места была достаточно, чтобы развернуться, поэтому пары движений хватило, чтобы уже свободно ехать в обратном направлении. Ви наклонилась к окну, как-то беспристрастно смотря через него, и разглядывая мелькающие образы зданий, деревьев и всего прочего, что попадалось на глаз. Эн лишь концентрировал внимание на виде перед ним, кажется думая отстранено о чем-то своем, и не спеша делится мыслями с другими. Думаю, описывать вид за окном, было бы самым скучным занятием, ведь примечательного там не находилось взгляду. И девушка поняла это быстро, отводя от окна взгляд. Она перевела взор на зеркальце, расположившееся наверху, где-то по середине, которое открывало вид на задние пассажирские сиденья. Та мельком увидела небольшой перевязанный жёлтой лентой букет из пяти роз, который одиноко лежал сзади. И Ви задалась сразу вопросом, разве не нужно четное количество? — Эй, Эн. — та дождалась ответной реакции, хоть и в виде простого «м?», и затем продолжила, — надо же четное, нет? Никто не ложит нечётное количество цветов. — девушка нахмурилась, принимая это как ошибку парня. — Я знаю. Одну розу я купил для себя, ну а точнее для другого человека. — он неопределенно махнул рукой, так отвечая на последующие вопросы, типа: «Кому? И кто?», давая понять, что не хочет давать точный ответ. Ви лишь фыркунула на это, снова начиная рассматривать пейзажи. Конечно, она не могла не подумать, что мало ли за такой промежуток времени, Эн нашел себе партнёра. Только вот почему до сих пор не рассказал, она не знает. Хотя Ви и не спрашивала в принципе, да и он не так уж и обязан говорить. К тому же, девушка не собиралась лезть в его личную жизнь. Пусть встречается с кем хочет, ей то было до фиолетовой лампы. Минут двадцать они точно ехали, ведь это место находилось отчасти за центральным районом города, располагаясь на просторной местности. Пришлось проехать не по очень удобной дороге, останавливая на небольшой стоянке машину, и затем осторожно выходя из нее, стараясь не подскользнулся. Ведь тут явно дороги ото льда не потрудились избавить. Хоть бы песок насыпали, ей богу! Эн открыл заднюю дверь машины, доставая цветы, которые сразу же перехватила с его рук Ви, забирая их к себе, и не особо интересуясь отчего такая реакция, так же спокойно закрыл дверь автомобиля, затем уже и щёлкая кнопкой на ключах. Машина издала звук блокировки, и оба сразу двинулись к небольшим воротам, которые всегда были открыты. Почти всегда конечно. На ночь уж точно закрывались. — Сколько бы я тут не была, здесь ничего не меняется. Будто время застыло. — оба прошли через ворота, оглядываясь по сторонам. Девушка прижала цветы к себе ближе, осторожно их неся, и идя вперед. — Наверное, потому что здесь всегда все скудно выглядит. Серо и мрачно. — отмечая общую атмосферу в этой местности, ответил Эн. И Ви не могла с ним не согласиться, ведь тут и правда, даже в солнечные дни выглядело все сплошь наоборот. Будто это место создано для страданий. Хотя, наверное, так и было. Два взрослых прошли может половину пути, наконец добираясь до места назначения, и отмечая, что тут явно ленятся делать что-либо против льда и груды снега по бокам. Но кажется, обоих сейчас не волновало это. Волновало больше только то, что они пришли, и сейчас безмолвно смотрят на вперед, не силясь сказать и слова. Ви сглотнула, кажется хотя начать первая. — Ну вот и мы, Джей-Джей. Снова вместе, спустя месяца четыре. — девушка слабо улыбнулась, кажется как-то печально усмехаясь, и подошла ближе к каменной плитке, с высеченными иероглифами на ней. Перед тем, как Ви наклонилась, чтобы заложить цветы, Эн предварительно забрал одну розу из общего букета. — Удивительно наверное, что мы пришли вместе… — девушка хмыкнула, а затем продолжила, — Столько времени минуло. И даже не так много, но ты сама наверное видишь насколько хреново это все обернулось. Жаль, что тебя нет с нами. — она печально улыбнулась, и вновь выпрямилась, становясь прямо. Девушка грустно осмотрела каменное надгробие, будто там мог появиться какой-то знак, или случиться чудо, и затем отвернулась, смотря куда-то в сторону. Повисла тишина между ними. Но она не давила, а просто позволяла собраться с мыслями. — Эм, Эн. Могу я кое-что спросить? Насчёт случая. — она неуверенно добавила в конце. Эн посмотрел на нее, немного нахмурился и ответ взгляд. Затем его выражение лица снова смягчилось, кажется готовясь ответить. — Конечно Ви. — тем не менее, он более менее дружелюбно ответил, пряча некую нервность, которая отчасти выдавалась дрожащими пальцами партнёра. Она это заметила, но виду не подала, и затем немного откашлялась, чтобы продолжить говорить и также создать себе нужную паузу. Ведь нужно же было собрать мысли как-то в кучу. — Тогда, когда самолёт вышел из-под контроля… Ты знал, что так случиться? Предполагал? Когда вышел из-под контроля один из двигателей. — она глянула на него, в целом выражая неуверенность в своих словах по интонации. — Если честно, то нет. Я не получал информации, и не знал ничего о том, что могло случится. А если бы знал, я точно не подверг бы тебя и Джей опасности. — он сложил руки вместе, немного нервно теребя пальцами стебель розы. Кажется, ему было неприятно говорить на эту тему. — Хорошо, хорошо… — она сделала большую паузу, и затем тяжело вздохнула, — прости, что оклеветала. И сказала тогда, точнее обвинила тебя в смерти Джей. Это была не твоя вина. Кто-то посодействовал этому, уж точно. — Прости меня тоже. — он наконец поднял свой взгляд, и мельком глянул на Ви, выражая некое сожаление. И девушка это видела, но виду не подала. Она вздохнула, кажется не находясь что сказать дальше. — Знаешь, мы с тобой такие разные люди. Но схожесть наша в том, что мы делаем одну и ту же вещь. Мы бежим Эн, бежим от наших проблем. — она понурила голову, смотря вниз. На засыпанную снегом землю, на каменное надгробие. Эн сначала отвернулся, но затем иронично хихикнул. — Походу так оно и есть. — покачал головой, усмехаясь, — Но так больше нельзя. И тебе и мне. Поэтому, я предлагаю начать все с начала. — он улыбнулся, поворачиваясь к Ви, и протягивая ей руку. Она же в свою очередь, тихо посмеялась, поправила очки и протянула свою руку ему тоже. Походу, это воспринималось буквально. Но обоих вполне устроила такая возможность. — Ви Джунг. Приятно познакомиться. — она хихикнула, пожимая его руку. Он улыбнулся ей в ответ, зная, что это рукопожатие намного больше значит как для них, так и вообще. Это как клятва, что они оба будут придерживаться того, что только другу другу сказали. И начнут все с нуля, все свои отношения, разберут все свои проблемы. Всё. — Энгель. — фамилию отчего-то не сказал. Да и Ви кажется заинтересовалась больше именем друга. Что ж, она не подозревала, что у того будет немецкое имя. Но по крайней мере, звучит круто. Интересно конечно, и что она значит больше. — И что твоя фамилия значит? — она вызывающе улыбнулась ему, приподняв одну бровь. Тот ответил лёгкой ухмылкой, будто думая о чем-то весёлом. — Веришь или нет, она означает дословно «ангел», однако я не уверен в том, что оправдываю это имя. — он развел руки в стороны, пожав плечами. Она хихикнула же, понимая о чем он, и отмечая, то что сама не особо оправдывает свою. — Что ж, я тоже не уверена, что проявляю любовь под стать моей фамилии. — Ви хмыкнула, также разведя руками, и слегка покачала головой в стороны. Ну а что? Ведь это была чистейшая правда! — Ну, вероятно, фамилии имеют более глубокий смысл. Или это просто ярлыки, которым должны соответствовать люди. — он вновь пожал плечами, но в целом, не выглядел обеспокоенным значением букв в его фамилии и имени. Ви, в принципе, отреагировала также, не особо напрягаясь по этому поводу. Ярлыки так ярлыки. Все же, ты не обязан следовать тому, что значит твое ФИО. — Эн, я хочу задать вопрос. — после некоторой паузы, сказала Ви. Ее взгляд был устремлён вниз, и вновь смотрел куда-то на могилу, может уже в сотый раз перечитывая одни и те же иероглифы и цифры, набитые на нем. Эн в ответ слегка кивнул, и снова появилась прежняя серьезность. Что ж, Ви и вправду хотела задать немного личный вопрос. Потому что это было явно не ее дело. — Ты с Джей… Какие у вас были взаимоотношения? Я имею ввиду, что несмотря на то, что последний месяц учебы (как и почти весь семестр) я попросту пропустила, хоть и сдала все сессии, то это не значит, что до меня не добрались слухи. — она подняла выискивающий что-то взгляд на него, будто пытаясь найти ответ. Эн же, тяжело вздохнул, приложив руку ко лбу, и как если бы что-то вспомнив, раздраженно выдохнул, немного хмурясь. — Только не говори, что это те слухи… — тихо, но с нотками раздражения ответил он. Она лишь тихо посмеялась на такую реакцию. — Походу ты знаешь. Но правда, что это было? Вы будто и взаправду встречались на полных щах, судя по тому, что я слышала. — она вызывающе улыбнулась, вовсе не выглядя расстроенной. Ведь когда-то, все было по другому. Сейчас она точно не будет ревновать его, это уж то точно. Но в то время, эти предложения выводили ее из себя. Потому что, несмотря на выросшую в габаритных размерах ненависть почти ко всем людям и особенно противоположному полу, она продолжала ревновать и в неком смысле любить Эна. Точнее, любить неправильно. Она не давала ему шанс, когда он был, но и не хотела, чтобы он вступал с кем-то в отношения. В общем смысле, девушка хотела сделать его зависимым от нее. Овладеть им и не позволить быть счастливым. Но тогда это было лишь жалкое желание подчинить, глупое и безнадежное. И сейчас Ви смеётся над этим. — Джей и я никогда не встречались. Все так думали, потому мы заставили их так думать. И причина наших «отношений» невероятно проста. Это было отчаяние. Медленное схождение с ума. — он остановился, и прождав некоторое время, будто собираясь с мыслями и продолжил говорить, под внимательный взгляд со стороны. — и я, и Джей, искали выход. И выход нашли в взаимовыгодных отношениях. Мы давали друг другу то, что нам нужно было. И эти отношения были единственным выходом, ведь кроме меня у нее никого не было. Не было больше кому она может доверять больше, чем мне или тебе, Ви. — И что вы давали друг другу? — Ви любопытно посмотрела на него, выжидая ответа. Эн лишь отвёл взгляд в сторону. Он не выглядел смущенным и не пребывал в смятении. Значит, это не что-то личное? — Ну, сложный вопрос однако. Я не уверен, что имею право сказать. Я обещал не говорить об этом, даже тебе Ви. Я обещал это самой Джей. Но, что могу сказать, так это только то, что этот фальш помог. В конце концов, мир стал немного лучше, и даже казалось, что мы оба полностью смогли помочь друг другу. Стали счастливее, помогая и пытаясь вытянуть друг друга из болота. Мы даже «имели полное понятие друг о друге», как выразилась однажды Джей. Но затем произошло это, все вновь обрушилось. — он тяжело выдохнул, в то время как Ви закусила губу, как-то печально смотря вниз. — К сожалению, Джей умерла. И я не мог ничего сделать. — продолжил он, почти переходя на безэмоциональный тон. Ви на это промолчала, отводя взгляд в сторону. Несмотря на простоту сказанного, выдавить из себя их было невероятно сложно. Будто ком в горле застрял. Слышать тоже было неприятно. Понимая, что кто-то важный умер, и больше никогда не вернётся к жизни. Что вы больше не увидитесь. Это страшно. Смерть страшна своей неизбежностью. Своей неизвестностью. Джей не вернётся к жизни и не расскажет какого это быть мертвым. Никто не расскажет. — Это не твоя вина. Просто, заткнись уже. — она отвернулась, положила свою ладони на лицо, скрывая его. Плечи вздрогнули, еле слышный всхлип послышался. Эн подошёл к ней, несколько теряясь в принятии решения, но всё-таки приобнял за плечо рукой. Та не отстранилась, значит это хороший знак. — На самом деле, Джей знала все. Она знала обо всем происходящем. Просто молчала. И поэтому медленно теряла рассудок. — он продолжил говорить, хоть и каждое слово стало тяжёлым для него. Ви же подняла не понимающий и растерянный взгляд на него. По щеке скатилась слеза и немного тушь. — Что значит, теряла рассудок? И в смысле знала? — она отстранилась, вытирая внутренней стороной ладошки слезы со щек. Его взгляд принял некую строгость. Она жаждала узнать ответы, ведь Эн пообещал рассказать все. Ну или по крайней мере, что мог. — В смысле того, что однажды она чуть не разбила мне голову, замахиваясь стулом. — он улыбнулся, будто вспомнил что-то забавное и указал на лоб. Ви лишь не понимающе оглядела его, приподняв бровь. — Она страдала от избытка стресса на свою голову, и всплески эмоций становились все заметнее. И могло случиться так, что это и вовсе обречет ее на необдуманные поступки, что в принципе и случилось, но по крайней мере, она успела совладать с собой. — продолжил он объяснять. Ви лишь неопределенно промычала, как бы соглашаясь со сказанным. — Что ж, последний раз когда я ее видела, ещё в нормальном состоянии, она была какой-то не такой. Но что значит знала? Это связано с ее ухудшающимся состоянием? — она вопросительно посмотрела на него, ища ответ. Тот в свою очередь, кивнул. — Да. А знала она о том, что происходит в преступном мире. И обо мне она тоже отчасти знала. Конечно, не все, но сути это не меняет. Может ты не знала, но один из ее близких родственников работает на сомнительную организацию. И именно поэтому Джей знала обо всем происходящем. Может и не в деталях, но понятие имела, так как сама крала файлы с информацией и просматривала их, движимая страхом и любопытством. — ответил он, сложив руки вместе. Ви неопределенно кивнула, стараясь принять всю полученную информацию, как должную. — И ты сам потом ей рассказал о себе? А потом поняв, что вы оба больные идиоты, вы решили работать вместе? Тебе как и ей было выгодно работать вместе и делиться полученной информацией. Рассматривать разные ресурсы лучше, чем основываться только на одном, да? — она косо на него посмотрела, но все же натянула ухмылку на лицо, кажется догадываясь на чем именно строились эти «отношения». — Это и вправду было выгоднее. Но по большей части, мы решились на такое только ради психологической помощи. Когда ты, Ви, отстранилась от нас, Джей и я пытались тебе помочь. Не думай, что я виню тебя, но получая каждый раз отказ, угрозы и куча матов в сторону, Джей просто не могла не выплескивать свой гнев на окружающих. Под удар попал и я. Но она все равно пыталась оставаться хорошим другом. И замечая накопившийся стресс, мы решили иметь возможность без обсуждений за спиной вместе уходить и затем предлагать помощь друг другу. — он замолк, давая Ви время на размышления. — Извини. Походу я была той ещё занозой в заднице. — она хихикнула, и затем продолжила, — тебе с Джей наверное было сложно, да? — Ну, первое время да. Она оставила мне шрам один раз, но затем все сложилось в принципе хорошо. — он безразлично пожал плечами, выглядя вообще не смущенным этим фактом. Ви лишь открыла рот и затем закрыла, не найдя что даже и ответить. Как это вообще произошло? В каких обстоятельствах? Однако Эн кажется решил прервать тишину, не давая Ви задать эти вопросы. — И кстати, я хотел передать тебе кое-что. — он полез в куртку, доставая флешку и передавая в руки Ви, что уставилась на нее, не понимая зачем она. — Что это? — девушка покрутила в ее руках, осматривая. Обычная флешка, ничем не примечательная. — Песни, записанные Джей. Ты знала, что она часто подражала любимым рок группам? Там все копии. Послушай разок, оцени. В некоторых кстати, есть моя партия. — она улыбнулся, видя как лицо Ви чуть ли не слезиться, заливаясь слезами счастья, что у нее есть такой материал, что у нее есть воспоминания о ней, ее голос который она может слушать и не забывать никогда. Даже ещё не прослушанные песни уже стали для нее самой лучшей в мире музыкой. Девушка прижала флешку к свой груди и всхлипнула. Затем положила в карман, потирая глаза от вновь выступивших слезинок, и застегнула молнией карман, чтоб уж точно не потерять. Ведь если такое случится, она не простит себе никогда этого. — Спасибо. — она тихо поблагодарила его, выглядя счастливо сейчас и не замечая как широко улыбается. Эн кивнул ей, будто говоря «нет проблем». Затем они молчали некоторое время. Ви полностью убрала слезы со своего лица, заправила пряди за уши, отмечая что у нее отрасли волосы. Эн же смотрел куда-то в небо, думая о чем-то своем, но затем вновь опустил взгляд на девушку рядом. — Ви, могу ли я попросить тебя об услуге? — он спросил осторожно, но все ещё сохраняя уверенность в своих словах. Девушка косо посмотрела на него, кажется не очень заинтересованной в этом предложении. — Ну, смотря какую. К тому же, у меня ещё есть дела, так что говори побыстрее. — она скрестила руки на груди, выглядя отчасти недовольной, что возможно придется делать ещё что-то. Эн кивнул ей, как бы соглашаясь с данным высказыванием. — Тогда я расскажу сжато. Не волнуйся, это не заберёт много времени. Ведь мне тоже уже нужно уходить и решить ещё парочку проблем.***
Ходя по дому быстрым шагом, она уже не могла понять куда себя деть. Все мысли о нем. Только о Эне и ни о ком больше. А почему дома же? Что ж, она силой уговорила отца подписать какие-то бумажки, а-ля документы, чтобы не продолжать целыми днями лежать в больнице. Ей не требовался больше массовый надзор врачей над ней и она вполне могла передвигаться, уже даже и быстрым шагом без изрядно доставшего ее костыля. Конечно, восстановиться было сложновато после того как постоянно лежал на кровати, но кажется наматывая уже какой раз круг по всему дому, да и до этого обойдя чуть ли не все этажи в больнице из-за чувства стыда в перемешку с сильным беспокойством, она смогла вполне уже хорошо приспособиться к самостоятельной ходьбе. Хотя иногда все же ноги задевали друг друга случайно, и пришлось пытаться сохранить равновесие. Но суть не в этом. Она чувствовала, что сгорала со стыда из-за прошлой ситуации. Ещё одна причина, почему она так яро выступила за то, чтобы как можно быстрее свалить с больницы, путем отказа от дальнейшей медицинской помощи, было то, что она не могла больше там находиться. В четырех стенах палаты. Согласитесь, вы бы точно сошли с ума, когда вспоминая один и тот же постыдный для вас момент, произошедший буквально недавно, заставлял будто на стену лезть из-за этого. А если вы ещё и заперты в маленьком пространстве, где даже занять себя нечем, то это вообще пытка. И Узи это понимала. Поэтому сразу же попросилась отказать от дальнейших обследований, заверяя что и так все в порядке, да и по неким правилам, установленным в конституции, то человек мог отказаться от медицинской помощи. Так что проблем с ее скорой отправкой домой не составило проблем. И сейчас, она ходила кругами, пытаясь найти себе место в этом доме. Она уже просидела в своем ноутбуке, пытаясь отвлечься. Пересмотрела все последние новости, которые к сожалению, были также скучны как и всегда. Хотя наверное, даже лучше было так, ведь каких-нибудь громких вестей ей не хотелось. Мало ли кого ещё прирезали. Хотя, была одна весть. Какое-то здание было подорвано, но кажется не уточнено какое. Может кто-то скрыл эту информацию, и просто дал факт, что где-то там, в какое-то время, какое-то здание был подорвано, или просто взорвалось. Но в общем, это не придало огласки, так что и Узи особо не взволновало. Мало ли, газовая труба просто прорвалась, вот и утечка случилась. Ведь и такое могло быть. Что ещё она пыталась делать, так это вновь вернуться к забытым чертежам. Обложила себя бумагой, взяла чертёжные инструменты в руки, стала что-то пытаться отмерять, но… Ничего не вышло. Честно, она старалась. Но в голову так вообще от слова совсем ничего не лезло. Она отмерила деталь, и уже готова была нанести на чертеж, но сразу же забыла сколько сантиметров и миллиметров ей нужно было. В общем, все что она пыталась сделать, оказалось совершенно бесполезным. И девушка уже готова была буквально на стену лезть, пока во входную дверь не постучали. Конечно, это не мог быть ее отец, который куда-то загадочно ушел не сказав не слова. Хотя она, насколько могла помнить, предполагала, что сегодня у него смена на работе, поэтому он уж точно не явиться раньше чем поздно ночью. Поэтому с ним ответ отпал. Осталось… А что осталось? Да и ничего даже. Придется открывать дверь, чтобы узнать кто там. Она медленно подошла ко входной двери, все ещё не уверенная в том, кто же там. Отчего и почему она не догадалась посмотреть в глазок, сразу же берясь за замок и поворачивая его в сторону, чтобы открыть дверь, она не знала. Но затем, все же послышался характерный звук, и девушка уже медленно взялась за ручку, приоткрывая дверь. Узи выглянула наружу, встречаясь со знакомой улыбкой на лице, и затем, не успев и полностью разглядеть гостя, как и открыть дверь, сразу хлопает ею, закрывая обратно буквально перед его носом, а сама прислоняясь к этой же двери. Боже. Боже. Боже. Боже. Боже! Что он тут делает?! Как он узнал, что она отправилась домой?! Стоп! А ее адрес?! А нет, она сама когда ему о нем рассказала. Ладно. Тогда откуда он знает? Съездил в больницу, узнал и приехал к ней? Что ж, правдоподобно. Но это не меняет сути! Что он сейчас тут делает?! Погодите пожалуйста! Она не успевает сообразить! — Эм, Узи? Ты в порядке? — раздался приглушенный голос из-за двери. И девушка бы прокричала, что совершенно не в порядке, но еле себя сдержала, отдавая все силы на то, чтобы утихомирить свое сердцебиение, и небывалое волнение и дрожь в пальцах. Проблема была в том, что именно Узи кажется была морально не готова к скорому разговору. Ей требовалось ещё время, чтобы успокоиться, прийти в себя, придумать ответы на предполагаемые вопросы во время встречи. Да и просто прийти к кому-нибудь компромиссу, даже если пройдёт все не очень удачно. Но она не настроена говорить уж точно сейчас. Слишком страшно! И к тому же, она совершенно не готова! — Эн! Ха-ха! Извини, просто, эм, испугалась. Ха-ха… — самая идиотская ложь. Но все же она отлепила свою спину и руки, от двери и дрожащими деревянными пальцами вновь коснулась металлической ручки, открывая дверь. Показались знакомые белёсые волосы, а затем и все остальное. Обычная, не до конца застегнутая кожаная куртка, привычная улыбка на лице, с лёгким огоньком интереса в глазах. Она пропустила его внутрь, отходя назад и давая ему место пройти. И Эн прошел вперёд, по-прежнему чему-то улыбаясь и становясь на небольшой коврик, который бывает почти у всех в домах и квартирах. — Ах, да. — начал он, доставая из-за спины руку и протягивая розу в руки девушке, которая не знала куда себя деть, а особенно после этого, неловко принимая цветок в руки, и затем продолжил, — поздравляю с выздоровлением. — с прежней улыбкой на лице сказал он, заставляя ее немного смутиться. Узи переводила взгляд с него и на розу, стараясь не показать насколько же она на самом деле взволнована. Черт! Соберись! — С-спасибо. — еле выдавила из себя девушка, мысленно давая себе подзатыльник за запинку в слове. Эн кивнул ей, и получая небольшое приглашение на проход дальше, снял кроссовки, в которых часто ходил даже зимой, и прошел в дом глубже, следуя за девушкой, которая нерешительно шла в сторону кухни. Она располагалась буквально за углом. Так случилось, что после прохода, можно было пройти сразу на кухню, а затем уже в другие комнаты дома. — Я поставлю ее… Сюда. — она подошла к одиноко стоящей вазе на деревянном столе, и поставила туда розу, замечая, что вроде вода там есть. Свежая или нет, посмотрит потом, ведь Узи понимала, что кажется это не единственная цель визита недо-друга к ней. И эта цель ее очень сильна взволновала, и возможно заставляла испытывать неимоверный стыд за наплывшие воспоминания прошлых событий. Узи присела на один из стульев, и также наблюдая как делает тоже самое Эн, садясь где-то рядом. Девушка понимала, что ещё чуть чуть и у нее случится инфаркт или она просто не выдержит, всего того, что сейчас ощущает. Даже некий страх присутствовал перед дальнейшим разговором. И мозг Узи старался придумать сто и одну отговорку на все случаи развития беседы. Например: «Зачем ты меня поцеловала?» Ответ: «Ааа, прости я тупая!». Да что за идиотизм?! И прежде чем Эн успел открыть рот, девушка решила прервать его, вываливая все возможные оправдания. — Слушай, Эн. Прости, извини, и все в этом духе. Я понимаю, (конечно же понимаю!), что ты пришел чтобы поговорить о поцелуе, обо мне… Может ты считаешь меня безумной или типо того и возможно не захочешь иметь со мной дело, но… В общем извини! — она закрыла руками лицо не силясь больше что-то сказать. Хотелось исчезнуть куда-нибудь, там прийти в себя и вернуться обратно, ведь сознание кричало, что лучше бы она разбила голову прямо сейчас, а не мучилась от стыда. Девушка понимала ведь, насколько ее лицо сейчас было красным от этого чувства. Она просто физически не могла смотреть на него сейчас. Ей буквально овладел страх. — Оу, Узи. Брось, я вовсе не считаю тебя такой. Это мне нужно просить прощения. Ведь я буквально сбежал оттуда, ничего не объяснив. Поэтому извини меня. И, если хочешь, можешь ударить. — он наклонился к ней ближе, аккуратно убирая с ее раскрасневшегося лица руки, и разводя их в стороны. Она неуверенно перевела на него взгляд, и затем ухмыльнулась, вызывая тихий смешок у обоих. — Даже если бы хотела, так не сделаю. Но спасибо, что за безумную не принимаешь… — она вздохнула, затем немного иронично хихикнула, и после вновь отвела взгляд в сторону. Смешок получился каким-то более беспокойным. Затем она вновь подняла на него взгляд, желая что-то сказать. Ее губы немного дрогнули. А то, как она ссутулилась, говорило о неуютной атмосфере. — Эн, тогда ты и вправду сбежал… Но, если на это есть причина, я выслушаю. Ведь я хочу от тебя тоже честности. — она нерешительно продолжила говорить, потирая пальцы друг о друга. Ее взгляд метался по его лицу, стараясь уследить за мимикой и мыслями парня. — Причина в том, что я привык сбегать, Узи. Когда я осознавал, что к кому-то привязан, я отстранялся. И моя проблема в том, что я боюсь любить, и заходить дальше. Я держусь на расстоянии, потому что знаю, что если полюблю, все обернется хуже, чем могло быть. Будто проклятье… — он покачал головой, и свёл брови у переносицы. Будто испытывал раздражение или обиду. Может и злость вовсе из-за данного факта. Девушка взглянула на него, возможно немного сочувствуя, и пребывая в некой нерешительности. — Тогда, убежишь ли ты сейчас? — это был серьезный вопрос, и он знал, что к какому-то такому и приведет дальнейший разговор. Она смотрела прямо ему в глаза, и он смотрел тоже. Он не мог отвести взгляд, ведь это как сказать «да» и проявить неуверенность в своих словах. — А разве я могу? Я хочу быть честным с тобой в отношениях. Я хочу быть честным в своих чувствах. — он вздохнул, и затем продолжил, — Узи, я люблю тебя. Но моя любовь переплетается со страхом. Я бегу, потому что боюсь потерять. И я боюсь потерять тебя. — он продолжал смотреть вперёд не отводя взгляд и смотреть как меняются ее эмоции на лице. Ее рот немного приоткрылся, кажется говоря о том, что та хотела что-то сказать, но и слова не было вымолвено. Возможно, она не нашлась сразу, что ответить. Она опустила немного голову, глядя куда-то вниз. — Значит, не теряй меня. — она вновь подняла глаза, смотря на него с каким-то блеском в них, как если бы с надеждой. Эн же не знал, что ответить. И лишь приостановился на полуслове, не находя, что ответить. Девушка наклонилась вперёд, придвинула стул ближе, и взяв его руку в свою, приложила ее к своей груди, там где располагались сердце. Девушка также отметила, что на одной из рук были бинты. Он ранен? Но разве сейчас это важно? Поэтому, зарекаясь про себя, что обязательно спросит об этом, продолжила, также с долей строгости и надежды, глядя на него. — Знай, если ты и взаправду меня любишь, то я в любом случае буду с тобой. Всегда. — она улыбнулась ему, и затем он также добродушно и просто улыбнулся ей. Они оба хихикнули на это, но в целом были удовлетворены разговором. Узи отпустила его руку, которую тот сам затем убрал. Они оба смотрели друг другу в глаза, будто что-то было в этом гипнотизирующее. И оно точно было. Девушка придвинулась ближе, поддаваясь вперёд, и он сделал тоже самое. Губы накрыли чужие, создавая поцелуй. До чего нежный и любящий! Мягкость губ обоих, придавала ещё более приятных ощущений, а то как ладошки обоих легли на щеки, притягивая друг друга ещё ближе, сделало поцелуй ещё более желанным. Когда пришло время отстраняться, то промежуток составил только пару секунд, чтобы взять воздух, прежде чем, как вновь слиться в поцелуе. Узи приподнялась со своего стула, и поставила одно колено на чужой стул, сейчас находясь выше на голову партнёра. Ее руки огладили щеки парня, скользнув ниже, к шее и плечам. Прошли по ним, немного залезая под расстегнутую кожанку. Будто в мнимом жесте снять ее. И Эн ее понял, но не стремился предпринимать каких-либо действий. Он медленно отстранился, ложа свои руки ей на спину и талию. Она посмотрела на него, чувствуя как снова краснеет и отводит взгляд. Он тоже отводит, выглядя неуверенным, что сказать, и как быть вообще. С одной стороны, он не может позволить себе большего. С другой стороны, слова Ви отпечатались в его голове. — Ты уверена насчёт этого? — он нерешительно спросил, неловко поднимая взгляд на нее и все ещё держа близко к себе, за талию. Она неуверенно поглядела на него, но все же утвердительно кивнула на его вопрос. Так тому и быть. Он не может сопротивляться ее желаниям. Она медленно наклонилась к нему, уже не так страстно впиваясь в его губы, а более неловко целуя. Может это и вправду было не совсем правильно. Но есть ли разница, когда точно знаешь, что партнёр хороший? Может быть, а может быть это все ещё странно. Смотря у кого какая точка зрения. Смотря для кого, что хорошо а что плохо. Что правильно, а что неправильно. Она потянула его за руку, и в неком порыве эмоций, даже не было понятно, как оба так быстро добрались до ее комнаты. Уселись на ее кровати и ощущая некую неловкость, смотрели друг другу в глаза. Эн краем глаза подметил беспорядок в комнате, который вовсе его не волновал. Само помещение было в темных оттенках, под стать стилю Узи. Что ж, ему понравилось. Навевало чувство некого упокоения в этих темных тонах. Но все же мыслями он пребывать должен не там, а тут, в реальном мире. Ведь было ещё пока ничего не ясно. И сам Эн и вправду немного боялся. Ведь это значит переступить через себя, через свои устои. Может ли делать это? Может ли он вообще прикасаться к ней? Думать и любить ее? — Ты все ещё уверена в этом? — он тихо переспросил, может уже который раз, до сих пор сомневаясь в идее заняться этим неприемлемым. — Только не говори, что ты до сих сомневаешься… — девушка, сидящая перед ним, страдальчески простонала, чуть не закатывая глаза от небольшого раздражения. Ее руки расположились на его плечах, не сильно сжимая их. — Зи, правда. Ты можешь пострадать. Я не хочу причинить тебе боль. — он положил руку на ее щеку, нежно проводя по ней пальцами. Выражение лица у Узи немного смягчилось, но все равно оставалось серьезным в своих намерениях. Кажется данная фраза была намеком на шрам, где-то в районе живота. — Все в порядке, Эн. Если мне будет больно, я обязательно тебе скажу. А насчёт шрама не беспокойся, все уже зажило, да и шов сняли. Все, что я не могу ещё делать идеально, это ходить. — она мягко и обнадеживающе ему улыбнулась, давая понять, что ее рана где-то на животе, не причина для беспокойства. Что Эну не о чем беспокоиться. — Хорошо, хорошо… — он выдохнул, все ещё выглядя нервным. Его кончики пальцев были холодными, а ладони немного потными. Он явно волновался больше самой девушки, для которой это тоже все в новинку. Он боялся сделать что-то не так, но Узи убедила его. Ему нужно принимать самим решения, отвечать за свои действия, и главное не бояться. Возможно, этот секс будет скорее переломным моментом в жизни как для Эна, так и для Узи. Ведь оба переступят через свои страхи, и через себя тоже. Примут решение забыть и начать новую жизнь. Жизнь, где они счастливы. Эн медленно наклонился к ней, все ещё держа руку на ее щеке, и нежно, как-то волнительно поцеловал. Их губы коснулись в маленьком, робком поцелуе, который не продлился долго. Но и на этом все не закончилось. За ним последовали и другие, такие же поцелуи, уже немного смелые, но все ещё передающие некое волнение обоих. Он поцеловал ее уголок губ, вызывая смешок, а она в щеку, придавая тому уверенности. Руки парня скользнули к ее талии, немного приподнимая края ее майки. Она немного вздрогнула, ощущая холодные прикосновения на боках, немного спине и даже животе. Но не отпрянула, а даже придвинулась ближе, буквально говоря продолжать, и желая большего. — Могу ли я…? — робко спросил Эн, немного выше приподнимая края майки. Узи кивнула, попутно немного краснея, и отдавая некой дрожью в пальцах, от волнения, подняла руки вверх, помогая быстрее снять верхнюю одежду с ее тела. Майка была откинута в сторону, оголяя верхнюю часть тела девушки, которая смутившись, отвела взгляд в сторону. Она осталась в одном черном бюстгальтере и не таких уж и длинных шортах, которые не могли прикрывать полностью ее ляжки. Девушка мельком взглянула на Эна, который также сильно покраснел, почти теряясь в том, что нужно делать дальше. Узи немного хихикнула, понимая, насколько сложно для него давались такие действия. В каком-то смысле ей было даже забавно наблюдать за таким Эном. За таким вроде бы серьезным на самом деле, но таким неуверенным и нервным человеком. — Позволь мне тоже, тогда. — она стянула с его тела сначала кожанку, а потом и кофту, оголяя торс. Ее взгляд медленно прошёлся по изгибам его тела, отмечая что тот был хорошо сложен физически. Что у него были мускулы, что он был в меру накачан. Взгляд также прошёлся по видным шрамам на его плечах, по одинокому на груди, и на боку. Ее руки будто сами поднялись, решаясь невесомо прикоснуться к ним, и вызывая небольшую дрожь по телу партнёра, немного смущая его. Узи прильнула ближе, уже водя круговыми движениями по ним, будто прощупывая, будто пытаясь понять насколько было больно их получать, стараясь прочувствовать их полностью. Иными словами, перенять ту же боль, что и он когда-то чувствовал. Она положила свои руки ему на плечи, легко целуя шрамы на них, как если бы пытаясь убрать уже несуществующую боль с них. Эн чувствовал как она отдает себя этому, как она сочувствует и как бы пытается разделить боль и понять его. Как хочет, чтобы он тоже был с ней также открыт как она сейчас. Тоже поцеловал, тоже бы обнял, отдался ей полностью. Позволил чувствам взять вверх над ним. Эн положил свои руки ей на спину, притягивая ближе, обнимая. Он огладил ее спину, провел по ее изгибам пальцами, стараясь не давить, а сделать настолько невесомо и приятно, насколько это было возможно. Чтобы вызвать эту приятную дрожь, чтобы понять, что девушка чувствует лишь положительные эмоции и разрешает продолжать двигать руки ниже. Узи тем временем не спешила, кажется пребывая в более спокойном состоянии. Она медленно перешла ключице, поцеловав там пару раз, провела пальцами по изгибам его груди, по бокам. Она чувствовала его возбуждение, чувствовала что ему хотелось бы побыстрее перейти к большому, чем просто растягивать эту прелюдию из прикосновений. Но Узи также отмечала, насколько он был стойким в своих действиях. Он не предпринимал ничего, пока Узи сама не намекала ему об этом. Насколько он до сих пор придерживается своих правил. И насколько он хороший и надёжный партнёр. Узи выпрямилась, вновь располагая свое лицо на его уровне, уже явно не робко целуя в губы, и растягивая момент на длительное время. Углубляя его, заставляя проникнуть языком внутрь, вызывая ещё больше тех волнующих ощущений внизу. Ее руки обвили его шею, саму спину девушка выгнула. Он ответил на поцелуй, будто принимая немое разрешение на дальнейшие действиями. Руки медленно опустились на застёжку бюстгальтера. Пальцы все ещё немного дрожали, от волнения и возбуждения, но все же без труда расстегнули черный лифчик, бретельки которого сползли вниз, оставаясь на предплечьях. Но девушка, решила полностью избавиться от вещи, заставляя ту своевольно скатится по рукам вниз и упасть вниз, полностью оголяя небольшую грудь. Он заметил как она непроизвольно немного прикрылась, увидел как она покраснела в смущении. Как почувствовала как нагревается ее тело. Как ее действия стали более жаждущими. Как она была в нетерпении. Он медленно отпрянул от ее губ, оставляя немного слюны меж ними, а затем вновь целуя, держа ее за плечи. Он позволил себе немного больше, чем раньше. Позволил себе применить немного больше силы, немного больше давления на нее. И он обязательно извинится перед ней за это, но не сейчас, не в этот момент. Она жадно прильнула к нему, уже вся раскрасневшаяся и горячая. Простонала ему в губы, уже забывая обо всем на свете и хватаясь за его спину, как за опору, немного царапая. Он почувствовал ее жар, понял ее и так известные намерения. Отстранился, целуя ее в щеки и уголки губ, медленно переходя вниз, на шею. Целовал легко, но так хорошо для нее, что после каждого поцелуя, ей оставалось лишь с наслаждением вздыхать, выгибаясь в спине. Дрожь пробежала по ее телу, как он только немного прикусил ее кожу на шее. След не останется, ведь никто из них не хочет, чтобы кто-то понял, чем неприемлемым тут оба занимались. Но зато ощущения останутся. Он прикусил ее шею сбоку, почти у основания, видя как та блаженно вздохнула. Как также вздрогнула, как только он прикоснулся к ее талии, провел рукой вверх, касаясь ее груди. Он провел по ней пальцами, легко, не сжимая в руках, боясь сделать больно. Поцеловал ее ключицы, немного ойкнул, от того, что на этот раз, ногти впились в его спину сильнее чем до этого. Но не отстранился, а будто даже стараясь прижаться к ее телу ещё ближе. — Узи… Можешь, пожалуйста, лечь? — он спросил на выдохе и поднял на нее свой взгляд. Его лицо, несмотря на присущую ему бледность, было розоватое. Девушка же, слегка чувствуя некое головокружение, слабо кивнула и упала на подушки сзади нее, расположив свои руки по бокам, давая полный обзор на ее верхнюю часть тела. Она слабо улыбнулась ему, когда тем временем парень, вскоре перебрался ближе и навис над ней. Эн нагнулся целуя ее губы, и затем уже опускаясь вновь вниз. Его руки скользнули по ее талии и животу. Он заметил как она вздрогнула, прикусила губу, чтобы не выдать больше звуков. Как пыталась держаться, хотя сама уже пребывала в этом неком экстазе от таких действий. Эн поцеловал ее в грудь, осторожно поглаживая руками ее бока, и спуская руки ниже, задевая резинку шорт. Он медленно приспустил их, а затем и полностью стянул где-то до колен. Девушка на это тихо охнула, хотя она сама этому поддалась, затем уже и помогая их полностью снять и убрать куда в сторону, чтобы они не мешались. Узи прикрыла рот, стараясь сдерживать себя, но не могла не простонать когда, губы партнёра коснулись внутренней части ее бедра. Он оставил там несколько легких, а для нее будто дразнящих поцелуев, что вызвали небывалое возбуждение, заставляя ее выгнуться в спине, немного вздрогнуть, напрячься. Она сама то, незаметно для себя начала сжимать свою собственную грудь, не зная уже за что ухватится. К счастью или к сожалению, она была легко возбудима, хоть и держаться молодцом она пыталась. Его пальцы провели по оставленному шраму на животе девушки, заставляя ту очередной тихонько простонать, зная, что это место для нее также чувственно. Он поцеловал ее и туда, замечая, что она может быть на пределе, даже не дойдя до самого главного этим вечером. Но это не волновало его, ему хотелось бы доставить ей удовольствие настолько, насколько это могло бы быть возможным. Потому что назад пути нет. И как бы он не придерживался своих принципов, он не мог сбежать, да и в принципе больше не хотел. Возможно, он смог понять, что значит быть и хотеть стать просто человеком, который тоже имеет право на счастье. — Узи, ты точно уверена…? — он приподнялся, вновь нависая над ней. Парень чувствовал небывалый жар, исходящий так от его самого, так и от нее. Эн не был уверен, что даже мыслить может сейчас внятно. Как будто, если бы он пребывал в опьяняющем состоянии. Девушка же, разлепила глаза, которые держала до этого зажмуренными, и мягко кивнула, давай согласие. Она медленно подняла свою руку, коснулась его щеки, притягивая к себе. Они вновь поцеловались, но так любяще и желанно, что даже отстраняться не хотелось. — Дерзай, Эн. — девушка улыбнулась ему, всячески стараясь придать партнеру уверенность в себе, подначивая на дальнейшие действия. Ее руки легли ему на торс, медленно опускаясь вниз, и достигая штанов. Пальцы девушки быстро расстегнули пуговицу, и затем молнию на его штанах, приспуская их вниз. Он же, стараясь как можно быстрее для удобства партнёрши, снял их, откидывая куда-то в сторону и затем уже располагаясь рядом с ногами девушки. Его руки медленно расположились на ее бедрах, стягивая черные трусы вниз. Ее ноги сжались вместе, когда ткань покинула ее тело, полностью открывая вид на стройное тело. Она была смущена не меньше чем сам Эн, который чувствовал что мог просто взорваться от всего происходящего. В голове резко стало слишком много мыслей, а внизу тянуло, и тянуло сильно, ведь это были уже забытые чувства, которые вновь проявились. Парень медленно стянул и с себя боксеры, понимая, что с каждым движением, хочет провалиться под землю сильнее, чем когда-либо. Как сию же минуту желает просто пропасть от нарастающего стыда и смущения куда-то, где никто его не найдет. Но он понимает, что Узи его ждёт, и что это было также его выбором согласится на это. Девушка, провела взглядом по нему, также покрываясь краской. Набравшись уверенностью, она привстала на локтях, ощущая как волнение нарастает с каждой секундой, и присела, придвинувшись к нему ближе. Парень не ожидал действий со стороны, кажется приходя в ещё более нервное состояние. Однако девушка не сконцентрировала свое внимание на нижней половине тела партнёра, смотря ему в глаза. — Ты дрожишь… — она хихикнула, взяв его за руки, и ощущая дрожь в пальцах его рук. Он немного поколебался, никак не находя в себе силы посмотреть на нее, но вскоре украдкой взглянул на нее, ощущая как чувство стыда вырастает в габаритном размере. — Не волнуйся. Все же в порядке. Просто делай все, как делал до этого. Я скажу, если будет больно. — она потянула его на себя, вновь плюхаясь на спину, а его, заставляя нависнуть над ней. Тот нервно вздохнул, и опустил взгляд вниз. — Хорошо. — он выдохнул, проводя по ее телу рукой, и доходя до бедер, мельком огладил часть ее живота, и направил свою руку ниже, немного раздвигая ноги девушки. Узи смутилась, но виду не подала, сама помогая ему. Эн уселся меж ее ног, хоть все ещё выглядя неуверенным в последующих действиях, но как медик, он был уверен, как сделать все правильно. Он медленно провел пальцами по ее уже влажным половых губам. Было понятно, что Узи была уже давно достаточно возбуждена, для того, чтобы хотя бы раз кончить, что та в принципе из-за эмоций и сделала хоть и старалась сдержаться. Однако все же она простонала от чужих прикосновений, обвивая свои ноги вокруг торса парня. Узи знала, что он не причинит ей боли, она знала, что может полностью ему довериться. Парень медленно провел вверх и вниз по ее влагалищу, немного давя на клитор, ведь зная, что это одно из самых чувствительных мест у женщин. И он получил ответную реакцию на это. Узи осталось лишь сдавленно прохныкать, кажется пытаясь подавить в себе желание просто прокричать о том, что ей не хватает этого. Она ухватилась за его спину руками, также и приближая его ближе к себе. Эн повиновался, находясь теперь в нескольких сантиметрах от ее лица. Он сам уже был немного потный и красный от хоть и не таких больших действий, но такого большого возбуждения и интенсивности действий. Он знал, что уже давно перешагнул ту черту, которую нельзя было пересекать, но остановится он просто не мог, не имел права. Будет ли он сожалеть, или же нет, зависит только от самой Узи. — И-ик! — девушка пискнула, когда в нее неожиданно проник один палец, немного растягивая ее. Она сжала свои ноги вокруг него сильнее, чувствуя новая волна возбуждения прошлась по ее телу. Ее пальцы сильнее впились в его спину, оставляя видные царапины. Девушка знала, что по сравнению с тем, что должно произойти это совсем ничего, но ее так возбуждали и приводили в волнение и экстаз его прикосновения, что она вряд ли могла долго сдерживаться и на этот раз. Она чувствовала стыд, но и в то же время желала буквально наброситься на него, чтобы наконец перейти к самому главному. Но и она, и он, понимают, что лучше так не делать, ведь для обоих это первый секс, и лучше сделать все медленно, растягивая момент, и обеспечивая партнеру надёжность и уверенность. Эн немного отстранился, находя в ответной реакции, то, что девушке возможно больно. Но сама Узи покачала головой и сжала его тело руками и ногами сильнее, давая понять, что лучше продолжать, и ей вовсе не больно. Парень принял это, двигая палец глубже, вызывая неоднозначную дрожь и тихие стоны у лежащей. Она тяжело вздыхала с каждым разом, будто пытаясь прочувствовать все больше и больше того, что получала с каждым разом. Она хваталась за него, стараясь быть как можно ближе к нему, стараясь чувствовать в полной мере и его эмоции тоже. Старалась быть ближе, и немного сама двигала бедрами ему навстречу, не терпя такой медлительности. Одна из ее ног и вовсе потерлась о бедро партнёра, подначивая на дальнейшие действия. Тот понимал явные намеки, но и ускориться он тоже не мог. Даже если это и кажется легким, то это вовсе не так. Эн не хочет доставить ей боли, и тем более навредить ей быстрыми действиями. И не смотря на жажду Узи к спешке, он хочет настоять на своем, хочет завершить начатое сам. Он аккуратно ввел второй палец во влагалище, стараясь сделать это действие как можно более мягким, не предоставляя ей боли. Она громко простонала, также что-то нечленораздельно промычав, и закрывая снова рот рукой. Девушка зажмурилась, выгнулась в спине и откинула голову немного назад. Эн заметил как она вздрогнула, как ее дыхание ускорилось, будто та боролась с каким-то чувствами внутри нее. — Эн, прошу...! — она протяжно простонала, прикусывая свою губу, и сильнее сжимая ноги вокруг его торса. Девушка чувствовала небывалую жажду, ей хотелось больше. Больше ласки и любви, больше всего. Эн напряжно выдохнул, заставляя ту почувствовать его горячее дыхание на ее шее, и затем протолкнул пальцы глубже, сильнее растягивая ее лоно. Она вновь страдальчески простонала, возможно немного от боли, возможно от нарастающего с каждым разом возбуждения. Девушка сама уже не понимала от чего, ведь все начало быть слишком красочным в глазах, а ощущения становились сильнее с каждым разом. Эн хорошо растягивал ее и что же время приносил ей слишком много удовольствия, которое она не могла осилить. Она что-то промычала, продолжая чувствовать как приятно и горячо отдают ощущения внутри нее. Парень продолжил вводить в нее пальцы, и выводить обратно, но не до конца, отмечая где-то в своем подсознании, где наиболее чувствительные точки внутри нее. Парень понимал, что ещё бы чуть чуть, и возможно она кончит, но ему бы не хотелось заканчивать все так рано. Ему бы хотелось, чтобы они оба сделали это одновременно. И возможно, хотелось бы подразнить ее тоже. Он аккуратно вынул мокрые пальцы из ее влагалища, и под разочарованный и не понимающий взгляд убрал руку. Но на этом все не закончилось, ведь теперь можно сказать, все дошло и до самого желанного. Узи глянула вниз, отмечая габариты, и предвкушении простонала, сглатывая скопившуюся слюну. Она немного приподнялась, ложась поудобнее, и наконец отпуская спину Эна, своевольно раздвинула ноги шире, будто приглашая и морально готовясь. Девушка нервно облизала свои губы, немного прикусывая их в нетерпении. Эн немного поколебался, но все же придвинул свои бедра ближе к ее, и располагая свои руки на ее ляжках. Головка члена была приставлена к входу в ее влагалище. Она охнула, когда почувствовала его так близко. Это было не сравнимо по ощущениям с пальцами. Это было гораздо сильнее и лучше. Девушка сильнее прикусила губу, и сжала его плечи в своих руках, будто готовясь к этому. Она ещё раз сглотнула, и робко кивнула, понимая насколько волнующим был данный момент. Ее может и терзали сомнения, не будет ли слишком больно? Не будет ли так, что это наоборот принесет ей боль? Но Узи смело откидывала эти мысли, ведь знала, что хоть это и первый раз у обоих, Эн точно знал, как доставить минимум травм. — Я буду медленно, хорошо? — он посмотрел на нее, все ещё сжимая ее бедра и оставаясь в таком же положении. Парень понимал, что возможно, будет больней, чем могло было быть, из-за отсутствия смазки, но слюна, в перемешку с жидкостями, выделяемыми половыми органами, думаю вполне хватит. К тому же, он постарается обеспечить ей тоже желанное удовольствие и приятные ощущения. — Да, хорошо… Давай. — она быстро кивнула, немного прищуриваясь, будто боясь новых ощущений, и пытаясь хотя бы не смотреть вниз и не чувствовать некого стыда и страха. Эн успокаивающе огладил ее ноги, и затем взял ее под бедра, немного приподнимая ее тело, для удобства. Девушка прошептала что-то, стараясь успокоить себя от нарастающей нервозности. Эн медленно вошёл в нее, чувствуя как плоть вокруг, хоть и с небольшим трудом, но растягивается и дает зайти глубже. Но парень останавливается, когда слышит, как громко стонет девушка под ним, как она неровно дышит, сбивается в дыхании. И он пугается, что доставил ей случайно боль, и собирается даже выйти из нее вновь, хоть и та часть, которая находилась внутри нее, лишь небольшая доля от всего размера. Однако Эн понимал, что даже если и так, безопасность партнёра превыше всего. Но Узи его останавливает, сжимая одной рукой его плечо, а другой держа его за предплечье. Она смотрит на него смущенным взглядом, немного размытым, из-за выделившихся слезинок на уголках глаз. — Все в порядке. Прошу, продолжай… — она запнулась пару раз, и было видно, что ей явно сложновато говорить в данный момент, но та продолжила противиться ощущениям, заставляя партнёра идти ей на уступки, двигаясь немного вперёд. Эн кивнул ей, но продолжил входить в нее с предельной осторожностью, чувствуя как на самом деле узко было, и как его член стягивает плоть вокруг него. Это приносило и удовольствие и небольшое раздражение. Все же надо было воспользоваться даже хоть каким-то мылом, но в целом проходило хорошо. По крайней мере, и растяжка также помогла, уменьшая боль внутри. Конечно, девушку полностью не избавило от боли, но по крайней мере, это ослабило ее, заставляя ее непроизвольно насаживаться на член. — Мм! Эн! — она протянула, царапая его спину. Было ли ей больно, или это из-за удовольствия, парень не очень понимал, но в любом случае, напрягался когда та могла громко простонать, или прохныкать что-то нечленораздельное. Он останавливался, давая ей привыкнуть, и оставался в той позе, пока девушка слегка не кивала, давая согласие на то чтобы продолжить. И он продолжал входить в нее, чувствуя как стенки ее вагины медленно раздвигаются, под напором. Он сам тихо стонал, потому что не мог сдерживать свой голос больше. Хоть и понимал, насколько для него самого это жалко выглядит. К счастью, кажется, это лишь только возбуждало девушку больше, ведь она видела, что партнёр не безразличен, и то, что он тоже желает и хочет большего. Когда он вошёл в нее в полную длину, ей не осталось ничего, кроме как сжаться и кусая до крови губы, громко промычать, стараясь удержаться, чтобы сдавленно не вскрикнуть в голос. Эн остановился на этом, параллельно оглаживая ее тело руками, придавая чувства комфорта и отвлекая ту от боли внизу. Он понимал, что она не даст ему выйти, буквально вцепившись мертвой хваткой в него, и вновь прижимая ноги к его бёдрам, но и двигаться не разрешит пока не привыкнет. Хотя он и не собирался это делать, время от времени поглаживая ее живот, который вздрагивал при каждом прикосновении, немного грудь, а иногда целуя в плечи и ключицы, и замечая как она томно вздыхает с каждым разом. Когда она дала понять, что можно начинать двигаться, то Эн немного поколебался, вновь перемещая вниз свои руки, и аккуратно удерживая ее за небольшие бедра. Он сделал маленький толчок, медленный, вызывая у той мурашки, и очередной тихий стон. Ей все ещё было в нову такие ощущения, она никак не могла привыкнуть к полноте внутри. И ещё к тому, что на самом деле занимается сексом сейчас, а это все, не просто ее фантазия. Она постаралась больше не царапать его спину, просто начиная обнимать его за шею, и аккуратно проводя пальцами по спине, как если бы пыталась убрать все до этого сделанные красные полосы и царапины. Эну лишь было это в радость, ведь значит, что девушка уже вполне привыкла, и больше не нуждалась в терпении. И на этот раз Узи первая поддалась бёдрами вперёд, начиная немного двигаться, и украдкой поглядывая своим мокрым от слезинок глаз, на парня, что старательно пытался уменьшить боль, также аккуратно проталкиваясь вперёд, и вновь назад. После нескольких таких движений, жар начал распаляться по телу кажется в двойной силе, заставляя возбуждение расти в геометрической прогрессии. Эн, как и Узи, понимали, что скоро достигнут своего предела, из-за чего движения становились для них более хаотичными, более резкими и сильными. Все это не могло уже контролироваться разумом, ведь он был поглощен только эмоциями, и скорой неизбежной эрекцией. Эн вдыхал и выдыхал тяжело, находя свои движения более резкими, чем нужно было, и свою хватку на ее ногах, только сильнее, что возможно останутся небольшие покраснения. Он старался удержаться, замедлиться, но Узи, расположившаяся под ним, только будто на зло двигала бедрами в такт с ним, насаживаясь сильнее, и пребывая в каком-то экстазе. Она не останавливалась, как и он, продолжая буквально вжиматься друг в друга, и понимания насколько оба близко находятся к кульминации сего спектакля. Оба дышали неровно, опаляя своим горячим дыханием, плечи, грудь, шею, друг друга. С каждым движением, хотелось кричать, и кричать «пожалуйста!». Насколько это было слишком для них. — Черт… Узи, я сейчас… — он не успел договорить, как встретился с ее взглядом прищуренные глаз, и мягкой улыбкой на лице. Она медленно подняла свою немного дрожащую руку, трогая его за щеку и приближая его лицо ближе к себе, затем уже томно целуя, но все ещё с присущей ей нежностью. Узи также сдавленно простонала ему что-то в губы, ощущая как внизу становится все горячее. Как все пылает, и как становится невыносимо жарко. Все прикосновения будто отдавали огнем, а ладошки становились потными, как и остальные части тела, как грудь или ключицы. — Я знаю… Только не в меня, хорошо? — она тяжело вздохнула, вновь сдавленно хныкнув из-за наполнявших ее чувств, и продолжила, двигать бедрами на встречу ему, помогая завершить начатое. Она не боялась, что сперма нечаянно попадет в нее, ведь оба могут позаботиться о таблетках с противозачаточными, но все же рисковать никто из них не хочет. Эну лишь пришлось немного хуже, ведь пришлось собрать силы, и сконцентрироваться, чтобы успеть выйти, и тем самым не навредив ей. Он правда беспокоился насчет этого момента, но как-то начал только в конце думать об этом, когда стало понятно, что эрекция долго ждать его не будет. Эн успел сделать лишь несколько толчков вперёд, перед тем как немного резко выйти из нее, изливаясь на ее живот. Тем временем, Узи также громко всхлипнула, мешая это с нечленораздельным шепотом, и кончила, оставляя небольшое пятнышко на кровати. Она громко и тяжело дышала, наконец полностью упав на сзади лежащие подушки. Ее грудь вздымалась вверх и вниз, показывая насколько интенсивным для нее это было. Такая же участь постигла и парня, который согнулся над ней, приводя свое дыхание после массы движений, и хорошего оргазма. Минуты через две, дыхание успокаивается, а здравый смысл начинает возвращаться, и начинает давить на него, вызывая небывалый стыд. Эн привстал, понимая, что нужно срочно достать салфетку хоть откуда нибудь. И он ее находит, лежащую в пачке, где-то рядом на тумбочке. Его не особо волновало, что она там делала, для чего и почему, все то, что он сделал, это судорожно вырвал ее оттуда, и наклоняясь над девушкой, которая приводила свое дыхание в порядок и вовсе не обращала никакого внимания на окружение, аккуратно провел по ее животу ее, вытирая остатки спермы. Он чувствовал стыд за свои действия, и желал быстрее все убрать, чтобы чувствовать меньше вины и волнения от дальнейших разговоров. Девушка лишь хихикнула, наблюдая как тот аккуратно все вытер и затем выкинул салфетку в мусорницу, под рядом стоящим столом, который был завален всякими бумагами. — Это было чудесно. Правда. — она привстала на локтях, понимая насколько это выбило ее из сил, и ее тело буквально обмякло. Но Эн помог ей аккуратно присесть, чтобы та не почувствовала дискомфорта, поддерживая за спину. — Прости, если доставил тебе боль где-то. И за последнее, прости. — он отвернулся в смущении, глядя куда-то в сторону, и явно чувствуя вину за содеянное. В ответ раздался лишь тихий смешок. — Все в порядке. Не думай об этом. — она приблизилась к нему, слегка целуя в щеку. Он вновь повернулся к ней тоже, слегка улыбаясь, и отвечая таким же поцелуем, только в лобик. Девушка хихикнула на это и славно улыбнулась. Тепло вновь растеклось по телу, только не от возбуждения или чего-то подобного, а от простой улыбки. Ведь на удивление, все шло хорошо. Слишком хорошо. — Может, эм, сходим в душ? Вместе…? — немного погодя, вновь спросила девушка. Последнее она сказала не очень уверенно, но наверное, как посчитал Эн, с явным намеком, что нужно именно так и делать. — Как пожелаешь. — он встал, подавая ей руку. Она аккуратно встала, опираясь на Эна, и оба вместе вышли из комнаты. Узи быстро прошла внутрь ванной комнаты, включая там свет и показывая вполне обычное помещение с присущими ванной вещами. Обычная ванна, умывальник, есть тумбочка и всякие вещи. Плитки отдавали золотом, ведь именно такой цвет был им присущ. Немного даже сверкал от света лампочек. И Эн не без интереса рассматривал комнату. Он проследовал за девушкой глубже в помещение, останавливаясь около зеркала и смотря на свое отражение. Макияж смоется и раскроет то, что парень пребывает в не очень хорошем состоянии. Но должно ли его это волновать сейчас? Наверное нет. Узи должна видеть. И знать о том, кто и что он представляет из себя. Ведь если такого не произойдет, все что было будет сплошным обманом. Как для него, так и для нее. — Ну, идёшь? — она заметила его запинку у зеркала, и подошла к нему, обвивая его руку своими. Прислонила голову к его плечу, и следуя за взглядом парня, тоже посмотрела на свое отражение, находя забавным свои растрёпанные волосы. Хотя и Эн немного отличился, ведь волнистые волосы забавно переплетались, создавая беспорядок на голове. А все ещё розоватое лицо выглядело и мило, и смешно. Однако по взгляду он все ещё оставался все же немного задумчивым. — Да, иду. — он улыбнулся ей привычной улыбкой, отворачиваясь от зеркала. Эн отметил, что так обычно руку его обвивала сестра, о которой он успешно успел забыть, после всех разговоров и произошедшего за сегодня. Следовало бы побеспокоиться об этом. Ведь сестру лучше не оставлять одной. И сестра ненавидит, когда Эн опаздывает. Однако на пол пути, теперь Узи остановилась, кажется вспомнив про что-то. — А, точно. Эн, что произошло с твоей рукой? — она отпустила его, теперь полностью переключая все внимание на его забинтованную ладонь. Он также поглядел на нее, сгибая руку в локте. — Ничего серьезно, Узи. Просто порезался. — он снял бинты с ее мнимого разрешения, показывая небольшой уж и порез меж пальцами. Она сострадательно посмотрела на рану и взяла его ладонь в свою. Наклонилась и легко поцеловала туда, украдкой посмотрев на Эна. Тот отвёл взгляд в смущение, неком стыде. Ее доброта к нему, просто убивала. Кажется, он просто не мог ее осилить. И отчего-то он чувствовал небывалую вину перед ней. После, девушка опустила его руку, тепло улыбаясь ему, и затем вновь потянула в ванную. Парень последовал за ней, ступая туда. Узи включила кран, и из душа полилась вода. Сначала случайно холодная, но вскоре стала теплой и более горячей. Но к сожалению, это вовсе не привлекло внимания парня. Ему думалось, что скорее всего он и правда эгоист. И что не следовало пытаться сидеть на двух стульях.***
Стоя перед зеркалом, она продолжала улыбаться самой себе, будто находя забавным свое пугающее отражение. Девочка стояла лишь одной рубашке, которую не удосужилась, да и вовсе не собиралась даже застегнуть, оставляя грудь и живот открытым. На ней не было нижнего белья, и ее вовсе не интересовало его отсутствие. К тому же, она тут одна. Почти одна. Но в любом случае ее не побеспокоят сейчас. Она высунула язык, показывая своему отражению его. Для чего это было она не знала, ведь ее образ в зеркале не скажет ей, не прокричит ей и не разозлится на нее. А жаль, она бы с радостью посмотрела, как отражение искривляется в гримасе отвращение к настоящему облику. Она покривлялась перед зеркалом ещё некоторое время, пока ей самой не наскучило смотреть на себя. Покрутилась пару раз перед зеркалом, отмечая, что придется в очередной раз менять бинты, скрывающие большие ожоги на ее теле. Конечно, это бы все равно случилось, но не так же рано! Девочка медленно стянула с себя белую, немного помятую рубашку, и лёгким движением руки, откинула ту в сторону, где покоились остальные вещи. Она осмотрела себя вновь, не особо находя каких-либо изменений в теле. Отчего-то она почувствовала себя подавлено, будто кто-то что-то отобрал, лишил ее чего-то. Но Син была уверена, что она ничего не теряла. Может быть, только чувствовала себя иначе, понимания, что братец, пообещавший явиться во столько-то времени, так и не явился. Забыл про нее? Точно нет. Но почему не вернулся ко времени? Появилось что-то важнее ее? Кто-то важнее ее? Это правда раздражало, если так таково и было. Она включила холодную воду, и наклонилась, смывая макияж с лица, и используя также обычное жидкое мыло, для ускорения процесса. Когда дело было завершено, спустя минуты две, она вновь подняла на себя взгляд. В этот раз отражение выглядело больше умирающим, чем пугающим. Этот бледный цвет, и усталый, но больше мертвый отблеск в глазах, даже настоящую немного напугал. Ведь насколько бы она ни хотела умереть, девочка просто не могла не бояться смерти. Эта неизвестность, которую она никогда не разгадает, пугала ее. Ей было страшно умирать. А в особенности оставаться в этом мнимом одиночестве. Син чувствовала, как медленно сходила с ума, оставаясь наедине с собой. Одиночестве ее душило. Она его ненавидела. Будто если бы она осталась одна в квартире, то в миг, из-за ее плохого психического состояния, начали б преследовать странные мысли, отчего она сама-то и не заметит, как чуть не убьет себя. Девочка перекрыла кран, и в последний раз осмотрев себя, начала снимать бинты, которые вскоре плавно падали у ее ног. Перепачканные кровью, уже требующие замены и источающие не такой уж приятный запах металла, да и в целом как обычно пахнет запекшаяся кровь. Ноги, руки, поясница. Все бинты сняты. А плоть продолжает разлагаться и болеть. Но ей все равно. Син отошла в сторону, больше не улыбаясь самой себе, и залезла одной ногой в ванную, которая была наполнена если не ледяной, то холодной водой. Озноб прошёлся по ее телу, и она вздрогнула, когда в очередной раз коснулась воды. По крайней мере, такая температура ее не ранила. Сосуды сужались, перекрывая кровотечение, да и ощущение боли снижалось. Поэтому единственный минус, это только заболеть после такой ванной. Затем последовала ещё одна нога, и она медленно осела вниз, чувствуя, как холодная вода медленно окутывает ее тело. Син дрожала, но в то же время, чувствовала себя прекрасно, избавившись на время от жуткой боли. И она бы просидела там долго, если бы темные углы комнаты не начинали искажаться под богатым воображением. И уж точно, пока ей снова в мозг не начинали приходить странные идеи. Она правда боялась того, что предлагали ей мысли. «Эй, не хочешь утопиться, например? Все равно тебе не зачем жить.» «Как насчёт убить себя щеткой?» — Глупости какие! — воскликнула она сама себе. Кто вообще убивать щеткой себя будет? И как это возможно? Проткнуть глотку? Или выколоть глаз кончиком? Девочка подогнула к себе колени, ложа на них голову, и закрыла глаза, стараясь не прислушиваться к навязчивым мыслям. Не сейчас. Не в этот промежуток времени. У нее ещё есть о чем позаботься. «Син, Син, Син… Как думаешь, если ты убьешь себя, то получишь желанную любовь?» — Какую ещё к черту любовь? — она прошипела, в ответ на свои мысли. Ее это раздражало. Хотелось заглушить этот бесполезный голос, взявшийся из ниоткуда. «Разве ты не помнишь? Ты лелеяла об этом. Вчера, сегодня, с самого детства.» Навязчивые мысли проигнорировали, ничего не отвечая. Син кажется осела в воду ещё сильнее, теперь сидя по самую бороду в ней, и стараясь путем холода избавиться от всего в голове. Однако походу, это не помогло. «Хочешь покажу?» — Нет. — ответила она, смотря в никуда. Ее пустой взгляд, будто стал ещё отрешеннее. Точно труп, подумали бы люди. Но вдруг в голове пропали все мысли. Будто по щелчку пальцев, и стало было так хорошо и свободно, что хотелось научиться летать. Но осознание того, что девочка задыхается не сразу пришло. Взгляд стал непонятно размытым. И что-то мешало ей вздохнуть полной грудью. Она также обнаружила, что не могла говорить. Только какое-то неразборчивое мычание. Перед глазами же, промелькнули пара пузырьков. Стоп. Какие ещё пузырьки? Крепкой хваткой на предплечьях, ее силой вытащили из-под воды. Син сразу же вцепилась в руки, выплевывая на пол воду, которая заполнила ее рот, немного лёгкие и ноздри, в предыдущих попытках начать вновь нормально дышать. Она кашляла, и думала, что повторно задохнется от силы того, что кашель усиливался, не давая никак взять воздуха в рот, а губы и руки дрожали настолько, будто та морозилась на холоде минут тридцать без одежды. Но вопрос только один ее мучил. Что черт возьми произошло? — Какого черта ты тут вытворяешь?! — знакомый женский голос. Она медленно перевела взгляд, поднимая голову вверх и направляя свой затуманенный взор на нее. Син никак не могла сфокусировать зрение на лице спереди, продолжая тяжело вдыхать грудью, и стараясь восполнить утерянный кислород. Слова однако, она проигнорировала, ощущая как руки обвиваются вокруг ее спины, намокают, находясь в перчатках, и поднимая ее разваливающееся тело. А она не может и слова вымолвить. Девочка ощущает как начинает дрожать сильнее, а тепло рук чувствуется на теле сильнее, чем обычно. Ее рот продолжает выделять слюну, будто та была в каком-то припадке, вместе с водой, капающей по ее подбородку, и падать на пол, на ее грудь. Волосы прилипали к лицу, путаясь и попадая в глаза, заставляя ту неприятно щуриться от их ощущения. Ее вытянули из холодной воды, и чем-то накрыли. Син не обратила никакого внимания на это, склоняясь над кафельным полом ещё сильнее, будто бы ощущала невыносимую боль в районе живота. В голове раздавался шум, настолько сильный, что даже если она будет кричать, то вряд ли перекричит какофонию из звуков в голове. Это было невыносимо! Лицо девочки насильно повернули к себе, заставляя ту приподняться и повернуться к человеку. И та женщина кажется не побрезговала дотронуться до лица, в частности района рта, вытирая его каким-то платком, или полотенцем, или тряпкой, или чем-то ещё. А после того как насильно вытерли, прижали к себе. Обняли крепко, слишком крепко. Син упёрлась лбом куда-то в живот сидящей рядом, а тело просто последовало за головой, и распласталось по полу, немного на коленях сидящей рядом, да и целом в принципе. Обнимать не переставали, даже когда Син перестала жадно вдыхать воздух и дрожать. И из-за этого, она почувствовала себя странно. Очень странно. Очень. Очень. Очень. Очень. Очень. Очень. Очень. Очень. Странно. Невероятно тепло, невероятно комфортно, несмотря на не очень удобное положение тела, невероятно стало быть сложилась ситуация. А лицо покраснело. Где-то появилось ощущение волнения, пронизывающее все тело. Ее ручки поднялись, обхватывая за бока сидящую перед ней, и используя ее как опору, подтянули тело вверх. Так, чтобы Син смогла сидеть на коленях, и смотреть прямо на нее своими стеклянными глазами. — Со мной что-то не так… — девочка протянула, хотя голос отдавал хрипотой. Взор впереди сидящей устремился к ее опустошенному лицу, немного щуря глаза, но не оказывая никаких действий. Тесса кажется прислонила тельце ещё ближе к себе, делая для Син ещё более неудобную ситуацию. Жар продолжал растекаться по телу девочки. Ей было дотошно это ощущение. — Зачем ты это сделала? — тихо проговорили. Син опустила взгляд, не совсем понимая вопроса. Она продолжала тяжело дышать, но теперь не из-за нехватки воздуха, а из-за чего-то другого. В голове, однако, раздался смех. — Сделала что? — последовала ответная реплика. Снова ничего не выражающий взгляд метнулся к лицу женщины, будто пронизывая ту насквозь. Син не особо понимала вопроса. Ведь она ничего не сделала. Ведь она была хорошей девочкой. — Ты пыталась убить себя. Только что. — очевидно. Она и вправду только что пыталась совершить самоубийство. Только кажется Син сама не поняла этого. Не поняла, как вообще оказалась под водой. Девочка не думала об этом, и не предполагала, что такое могло случиться. — Вот оно как. — скудный ответ. Совсем не заинтересованный. Син резко стало все равно, пыталась она взаправду задохнуться или нет. Все равно. Главное она живёт сейчас, а что потом, то потом. И наверное, все-таки, судьба держит свое слово. Сохраняет ее никчемную жизнь.***
Блондинка стояла у зеркала в прихожей и подкрашивала губы розовой помадой. Фиолетового цвета шарфик спадал с плеч, а небольшой беретик немного склонился в сторону, но придавал забавный и милый вид. Она покрутилась у зеркала ещё какое-то время, заканчивая с макияжем, и затем поправляя спавшие элементы одежды. Также наклонилась, чтобы одеть сапожки на каблуках. Не таких уж и высоких, чтобы не утруждать ноги. И несмотря на не очень веселую атмосферу в ее собственной квартире, она кажется старалась пребывать в хорошем расположении духа. Как бы сохранять оптимистичность. Однако услышав шаги сзади, ее настроение как по щелчку пальцев будто бы сразу ухудшилось, заставляя нахмуриться. — Куда ты идёшь? — немного строговатый голос послышался из-за спины. Однако блондинку он ничуть не смутил, и та вовсе не повернулась к ней лицом, продолжая аккуратно одевать сапожки и застёгивать молнию. Хотя возможно, девушка и вовсе проигнорировала вопрос, совершенно не собираясь на него отвечать. — Лиззи, куда ты идёшь? — вопрос повторился, только уже с ее именем. Ха! Пытаешься что-ли надавить на нее этим? Не получится! Блондинка снова проигнорировала существование потенциальной собеседницы и наконец выпрямилась, закончив с обувью. Она также безразлично накинула лямку сумки через плечо и сняла ключи с ключницы, ложа в карман. — Лиззи…- — она не успела договорить, как девушка развернулась к ней лицом, смотря прямо в глаза собеседнице. Взгляд был таким холодным, высокомерным и отчужденным, что показалось, что Долл вновь вернулась в среднюю школу, где получала подобную реакцию, и всего лишь из-за ее акцента! Это ее бесило и выводило из себя. Но в случае Лиззи, просто пугало. Ведь она же не ненавидит ее, правда? — Долл, я устала. Я устала играть в твои игры. — она вздохнула, переводя совсем не доброжелательный взгляд на темноволосую, — Если тебе прекрасно там, то пожалуйста, убирайся. И не заставляй меня чувствовать себя плохо. — О чем ты говоришь? — темноволосая подошла ближе, собираясь коснуться плеча партнёрши, но получила лишь слабый шлепок по руке в ответ. Долл отступила назад, недовольно смотря на блондинку, что продолжала прожигать ее тем же взглядом, который стал кажется ещё агрессивнее в ее сторону. — Ты знаешь, о чем я говорю. И не трогай меня. — она собиралась развернуться, но была схвачена за плечи и насильно повернута лицом к собеседнице. — Я сказала, не смей меня трогать! — она подняла руку, ударяя по щеке и оставляя красный след на лице Долл. Пощёчина. И она заставила оступиться темноволосую, хватаясь за щеку немного дрожащими руками. Это было больно. Очень больно. — Вали нахер, если я тебя не устраиваю! Если тебе нравится, быть не тут, со мной! А где-то в совершенно другом месте! Ведь я не собираюсь больше терпеть твоего игнорирования, твоего контроля! — и прежде чем, что-либо было сказано, хлопнула входная дверь. И причем с такой силой, что рядом стоящая вешалка свалилась, с грохотом падая на пол. «…» Каблуки отстукивали, когда блондинка почти бежала по лестнице вниз. Возможно она и вправду накричала слишком сильно, но разве девушка сказала неправду? Когда Долл вернулась поздно ночью, потрепанной и явно не выглядевшей в хорошем состоянии, то как прекрасная девушка, Лиззи сразу же пыталась узнать, что произошло и помочь. Но получила в ответ лишь неопределенный ответ и некую холодность в ее сторону. Ну конечно! Как без этого?! Она никогда не признается, что именно в тот момент, ей захотелось ударить ее. Как делала в старшей школе со всеми кто ей не нравится. Проявляла эту свою ужасную черту личности, которую пыталась подавлять уже после окончания школы. Она правда старалась держать всю агрессию в себе, быть оптимистичной, быть той дурочкой с фильмов. Но это слишком сложно. Это слишком сильно ее губит. Но отчего всем нравится? Отчего всем нравится ее глупость? Ей правда хочется избить кого-нибудь очень часто. Сказать не те вещи, которые обычно приятно слышать. Унизить, обозвать. Потому что Лиззи замечает, как из-за притворной глупости, люди пытаются использовать ее. Как насмехаются над этим. Это правда выводит ее из себя, но уж лучше так, чем ее будут заваливать нежелательной работой. Ведь Лиззи глупышка, она не справиться сама. Ей срочно нужен кто-то в помощники! Но Долл. Она то знает, что Лиззи врёт поголовно всем. Тогда почему ведёт себя так, будто блондинка ребенок? Будто она совсем не личность, а какой-то сложенный образ, которого ничего не волнует. «Долл почему ты уходишь так часто? Скажи мне, и мы решим все проблемы вместе.» «…» Она ударила в стену кулаком, замечая как потрескавшаяся, засохшая краска спала после удара. Этому подъезду явно нужен ремонт! И так. Вздох и выдох. Спокойно. У нее другая цель, а не избиение стен подъезда от злости. Но, что правда раздражало, так это то, что Долл несмотря на свои постоянные уходы, пыталась контролировать блондинку. И отчего-то Лиззи должна была ей отвечать. Она не обязана, если и ей не будут отвечать! Железная дверь открылась, и морозный воздух обдал лицо. Девушка заправила прядь волос за ухо, выходя на улицу. Ну, по крайней мере тут было спокойно. И эта атмосфера расслабляла. Иногда появилось желание научиться летать, и парить среди облаков, наблюдая за таким спокойствием где-то сверху. Не беспокоится ни о чем. Ощущать как воздух обволакивает твое тело, а разум заблуждается и придается наслаждению. Это было бы хорошее чувство. Нужное чувство. Блондинка начала идти в сторону небольшой стоянки, замечая, что дорогу немного подморозило. Как бы не поскользнуться! И к счастью такого не произошло, поэтому девушка удачно добралась до стоянки, подходя к мотоциклу. Да, она умела ездить на нем. Сдавала на права, когда-то там. Она уже и не вспомнит. Но водила она как раз хорошо, плавно, но из-за того, что правила вождения, всякие знаки и прочий бред, который нужно было учить, не очень хорошо лез ей в голову, ей не удалось избежать пересдачи. Однако сейчас она имела полное право водить мотоцикл, который сначала брала в кредит, а затем уже выплатив за него, где-то пару месяцев назад, могла уже со свободной душой кататься. Что в принципе она и делала. Ей нравилось ездить на нем, особенно по вечерам. Наблюдать за неоновой подсветкой зданий, ощущать приятный ветер. Все это так завораживало, что она согласилась бы кататься всю жизнь так. Лишь бы оставаться в этой беззаботности. Лишь бы не ощущать этот груз взрослой жизни. Она аккуратно села на него, провернула ключами, чтобы завести, одела шлем. Нога убрала подножку на которой он держался, и немного оттолкнувшись, дала газу, аккуратно выезжая из парковки. Глаза сразу же зацепились за вырастающие небоскребы перед глазами. Некоторые из них уже были освещены подсветкой, что приятно переливалась на общем фоне. В такие моменты хотелось бы оказаться в боевике или фантастике, в которых она без проблем смогла бы сделать много крутых трюков со своим байком, и почувствовать себя настолько живой и настоящей, насколько это вообще представлялось возможным! Эти чувства завораживали и вызывали волнение. Заставляли сердце трепетать, учащенно стучать в грудной клетке. Девушка дышала полной грудью, когда быстрым ходом проезжала по широким дорогам центральных улиц. Люди, здания, подсветки кафе, закат, блестящий снег перед глазами. Все это было слишком красиво, слишком привлекательно. Она остановилась на светофоре, ставя ногу на асфальт и используя как опору. Цвета медленно менялись на нем, а люди тянулись слишком медленно, переходя дорогу. И Лиззи бы несомненно пожаловалась на этом, но понимала, что это совершенно ничего по сравнению с нынешними проблемами. Все же, ей придется разобраться ещё с некоторыми долгами на днях. Но по крайней мере не сейчас и не сегодня. Она вновь начала ехать, как только не осталось людей на пешеходном переходе, а лампочка светофора не сменила цвет на зелёный. Она собиралась сделать кое-что очень странное для себя. Вспомнить прошлое, навестить друга. Ну или почти друга. Все же, меж ними не было очень хороших отношений. Остановившись у центральной больницы, она сразу же зашла туда через парадный вход. Девушка огляделась по сторонам, находя регистратуру и прошла туда, замечая уставшую женщину, сидящую за столом. И как бы сильно она не хотела мешать ей, все же она не могла не побеспокоить ее и не спросить. — Здравствуйте. Могу ли я навестить одного человека? — блондинка доброжелательно улыбнулась женщине, которая кажется не оценила такой оптимистичный настрой, но все же отреагировала, поднимая глаза на стоящую впереди блондинку. — К кому, и кем приходитесь? — она задала весьма логичный вопрос. В голосе проскакивали нотки усталости и привычной раздражимости. — Узи Дорман, пожалуйста. Я приходилась ей одноклассницей раньше. Вот доказательства. — блондинка достала из кармана пальто старую фотографию, кажется с выпускного, и показала ее женщине. Та не особо заинтересованно оглядела ее, и затем уткнулась в какие бумаги. — Она сегодня досрочно выписалась. Ее нет. — безразлично ответили. Лиззи же в свою очередь и вправду расстроилась. Она снова теперь не знает, где искать бывшую одноклассницу. Ведь все же, блондинке стоило извиниться. Может даже и слишком поздно, но все же лучше чем никогда. Девушка чувствовала вину за свои действия в школе, за то как измывалась. И Узи была одной из главных, перед кем она должна была извиниться. — Вот оно как. Жаль. Тогда… Я пойду. Удачного вам дня. — она махнула на прощание той женщине, которая даже не отреагировала на это, и вышла из больницы. Прошла некоторое расстояние, и облокотилась о стену госпиталя, посмотрела вверх. Ещё было не настолько поздно, чтобы наблюдать ночное небо. Но оттенки уже начинали меняться, придавая всему другой цвет. Девушка прикрыла глаза, вздыхая. Ну и черт с ним. Может когда-нибудь случайно встретит ее, или узнает где она учится, может тогда и извинится. Что мешало ей сделать это раньше? Ну, после окончания школы, она зарылась в себе, впала в продолжительную депрессию, и страх будущего ее сильно сковал. Школа это школа. Университет это другое место. Там ты уже не сможешь играть в ребенка. А если попытаешься вытворять что-то подобное как и в школе, то скорее всего станешь лишь козлом отпущения. В университете ты уже должен быть взрослым. К сожалению. И она правда пыталась. Пошла на философский, ведь посчитала что это легче, чем остальное. Ведь предметы, где нужна логика ей не особо давались. А вот с гуманитарными что-то да и выходило. И с трудом поступив, она все же не продержалась в университете слишком долго. И не даже потому что ей предложили петь на сцене, а потому что она больше разочаровалась. Возможно в университете, возможно предмете, возможно и в самой себе. Поняла, что не способна вытягивать и учебу, и общественную жизнь вместе. И ушла, потому что больше не хотела учиться там. Потому что знала, что не нужна ей и вовсе эта философия. Кем она вообще с ней станет? А после становления певицей, появилось очень много как бумажной работы, так и просто. Концерты, песни, постоянная нагрузка. Ещё за собой следи. Не ешь, не пей много, тренируйся и делай все, чтобы оставаться звездой. И несмотря на все, что у нее сейчас есть, она вовсе не выглядела счастливой. То ли это счастье, которое она хотела? Может ей чего-то не достает? Девушка наконец оторвалась от стены и открыла снова глаза, последний раз смотря на небо. Ну, ей все равно нечего тут делать. Хотя, стоп. Может она адрес узнать сможет? А там уже и в более приватной обстановке обе поговорят, и разрешат свои проблемы. Ну, в принципе, как вариант. Девушка собиралась вновь развернуться, чтобы пройти к дверям больницы, как кто-то остановил ее, хватая за плечо. Блондинка остановилась, разворачиваясь лицом к нарушителям ее спокойствия. И это оказываются… Два полицейских? Что ж, это было удивительно для нее. Может она поставила мотоцикл не туда? Или пока ехала, нарушила какое-то правило? Отчего-то стало беспокойно, ведь девушка была уверена, что не нарушала никаких правил. — Лиззи Аллен, верно? — задал вопрос один из них. Блондинка неуверенно кивнула, оглядываясь по сторонам, будто ища там ответ в том, в чем провинилась. Однако ответ последовал от самих полицейских, которые походу и сами не особо верили тому, что говорили. — Вы арестованы за финансирование организации, признанной экстремистской властями Южной Кореи. Пройдёмте в отделение, за дальнейшим продолжением разбирательства. — сказали серьезно, но все ещё не настолько уверенно. Они точно из полиции, но насколько же неуверенно все это звучало! Блондинка сначала хотела рассмеяться, но все же воздержалась, ведь заявление было серьезным. — Простите меня, что, ещё раз?
Примечания:
Уфф.... Разбейте мне ебало. Глава получилась сжатой и немного странноватой в последовательности. Ну я надеюсь вышло более менее читабельно. Так надо😔
