Разбитый, но пропитанный надеждой

Распалившее за день улочки солнце не торопясь покидает своё излюбленное место, заставляя фонари зажигаться, а людей сновать и носиться по площади. Журчание, брызги и всплески фонтана на удивление кажутся необычайно однотонными и ни чем не отличающимися от предыдущих. Неторопливо и плавно преодолевая расстояние к заветной цели капитан кавалерии покидал свой пост. Со стороны он казался задумчивым, притихшим к концу рабочего дня, витающим в облаках и совершенно не таким каким он привык показываться людям: весёлым, чутким, сосредоточенным. В этот момент он был даже слегка загадочнее чем обычно. Кто-то пройдя мимо и обратив внимание сильно бы удивился, но в этот суетливый час никому нет дела до такого неприметного сейчас, ничем не выделяющегося и в душе одинокого человека с множеством страхов и переживаний. Близились выходные, каждый житель Мондштадта намеривался побыстрее сбежать с работы, освободиться от оков ответственности и провести каждую кропаль своего времени с близкими для себя людьми. Все они никогда не знают куда их занесет в эти выходные, пускают всё на самотёк и только лишь раслабляются. Но Кэйа другой. Вернувшись в свою давным-давно опустевшую, холодную и мрачную квартиру его никто не встретит с распростёртыми руками, никто не скажет ему что скучал и рад его видеть, никто не обсудит с ним прожитый день за чашкой чая и не кому будет подарить каждую секунду своего времени. Он редко бывает дома, редко ночует там и предпочитает слушать шелест листвы, тихий и почти бесшумный топот и раздающееся в далеке цоканье железа, тоскливо рассиживая на какой-нибудь лавочке на площади. Но он точно знает куда случайно, или нет, хоть раз забредет в эти выходные. Он бывает там не только эти и не только в выходные. Кто-то в шутку может сказать что он как будто бы ходит туда, как к себе домой, но никто и в жизни не подумает о том что эти слова будут равносильны правде. Если бы капитану задали вопрос о том что же такое дом, он бы без запинки ответил, так, будто бы рассуждал об этом всю жизнь и репетировал ответ каждый день перед зеркалом. Он бы сказал: —Дом это место в котором человек никогда в жизни не почувствует одиночества, лишь спокойствие и умиротворение, будет жаждать возвращаться туда как можно чаще и в которое в принципе будет смысл возвращаться. После конечно отшутится, сказав что запомнил это в какой-то книжке, услышал где-то, а сам об этом никогда и не думал. Альберих уж точно не захотел бы показаться человеком хотящим снова обрести свой дом. Такое бы не слабо пошатнуло его образ счастливого и жизнерадостного капитана кавалерии. Как выгнанная из дома собака, возвращающаяся обратно в надежде увидеть что всё это злая шутка, он каждый день заходит в таверну и ждёт его. И в этот раз привычно распахивая двери таверны, Кэйа проходит вглубь к заветному местечку у барной стойки, усаживаясь и удручённо укладывая на неё голову. Он до безумия сейчас мечтает наконец услышать отстранённый, холодный голос который как будто ножом расковыряет его сердце, голос ясно даст понять что ему не рады, но обладатель этого голоса так дорог, так привычен и так приятен что захочется простить эту жестокость, полностью закрыть на неё глаза и списать на трудный день или плохое настроение. Неожиданно над ухом проносится всего пара слов с уст владельца таверны. —Как обычно? "Да, Дилюк, всё как обычно" – думает парень поднимая голову и с надеждой, проступающим отчаянием впиваясь взглядом в алые глаза.