За забором

Брюс сидел в своём кабинете и просматривал график работы на следующую неделю. В первые за воскресенье у него нашлось несколько свободных часов, которые он мог уделить себе и работе, пока дети занимались своими делами. Дик ушёл в свою комнату, чтобы позвонить Уолли. Джейсон решил помочь Альфреду испечь к ужину шоколадный торт. А младшие Тим и Дамиан вышли на улицу, чтобы заняться постройкой домика на дереве. Поместье наконец-то погрузилось в тишину, позволяя ушам Брюса и Альфреда отдохнуть и подготовиться к ужину. Спустя два часа Джейсон ворвался в кабинет Брюса и позвал его на ужин. Брюс взъерошил кудрявые волосы сына и кивнул, закрывая ноутбук и складывая документы в шкаф. Он выглянул в окно, чтобы найти Тима и Дамиана и нахмурился, когда заметил, что уже давно идёт дождь. Толстые стёкла в кабинете Брюса почти не пропускали шум, поэтому он не обратил внимание на разбушевавшуюся непогоду. Но он предупредил своих младших детей о том, чтобы они вернулись домой, если погода начнёт портиться. Спустившись на кухню, Брюс вдохнул пряно-сладкий аромат и улыбнулся, увидев, как Джейсон накрывает на стол. Затем на кухню вбежал Дик, ярко улыбаясь и подпрыгивая от волнения. — Привет, пап, — чирикнул старший мальчик, пробираясь к столу и окуная палец в шоколадный крем. — Не порти вид, — огрызнулся Джейсон, шлёпая Дика по руке. — Ох, как грубо! — Дик отдёрнул руку и облизнул палец, притворно чавкая. Джейсон закатил глаза, беря в руки какое-то металлическое приспособление, чтобы поправить крем. Брюс покачал головой, оглядываясь по сторонам в поисках младших детей. — Где Тим и Дамиан? — спросил Брюс, надеясь, что мальчики уже вернулись домой и приняли душ. — Они строят этот странный дом из кривых веток, — ответил Джейсон, довольствуясь своей работой по исправлению торта. — Я сказал им зайти в поместье, когда начнётся дождь, — нахмурился папа, выглядывая в окно кухни. Мальчиков нигде не было видно. — Ну, очевидно, что они этого не сделали, потому что иначе Дамиан бы уже испачкал мою кровать своими грязными коленками, — задумчиво сказал Дик, поправляя пряди волос, упавшие на лоб. — Отлично, — проворчал Брюс, выходя из кухни. — Я позову их. Выйдя на задний двор, папа несколько раз выкрикнул имена своих детей и ещё больше нахмурился, когда не услышал ответ. Сердце мужчины сжалось от нарастающей паники и волнения. Он очень надеялся, что их не похитили. Несмотря на то, что и во дворе, и в поместье была установлена охранная система, кто-то мог взломать её с помощью профессиональных технологий. — Дамиан! Тим! — снова крикнул Брюс, заглядывая в беседку, а затем направляясь к дереву, на котором они строили дом. Вокруг дерева были разбросаны различные ветки, которые не подошли для строительства. Их домик находился невысоко над землёй, поэтому Брюс мог видеть недостроенную крышу и часть правой стены. Скорее всего, мальчики ушли в сторону леса, чтобы найти дополнительные материалы, желая побыстрее закончить строительство. Но это не отменяло того факта, что Брюс не разрешал маленьким мальчикам выходить за пределы поместья без сопровождения взрослых. С одной стороны их дома была пригородная трасса, а с другой — лес. Мальчикам было небезопасно блуждать в одиночестве в этих местах. И они это знали. На этот раз они даже не спросили разрешения и не предупредили никого из взрослых, что куда-то уходят. Брюс начал сильно беспокоиться за своих детей. В дождливую погоду можно было легко потеряться в лесу и получить травму, поскользнувшись на размякшей земле. Это было ужасно безответственно и глупо с их стороны. — Папа? — Дик подбежал к Брюсу, хлюпая резиновыми сапогами по лужам. — Ты нашёл малышей? — Нет, — Брюс ещё раз огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что эти проказники не прячутся за кустами. — Я полагаю, что они ушли в лес. Возвращайся внутрь, приятель. Я найду их. — Я могу помочь, — с волнением воскликнул Дик. — Пожалуйста. — Я не хочу, чтобы ты простудился, — строго сказал Брюс, потому что сейчас он не был в настроении спорить. — Всё будет в прядке. Иди домой. — Нет! — протестовал Дик. — А если с ними что-то случилось? Брюс запечатлел расстроенное и взволнованное лицо сына и сдался. В любом случае сейчас у него в приоритете были младшие мальчики, которые находились неизвестно где. — Хорошо, — согласился Брюс, полагая, что это ускорит процесс поиска. — Напиши Альфреду, чтобы он продолжал следить за двором на случай, если они вернутся с другой стороны. Дик кивнул, и Брюс быстрым шагом вышел за ворота, направляясь в лес. Он молился и надеялся, что с мальчиками ничего не случилось. Его сердце разбилось бы, если с его сыновьями произошло что-то ужасное. — Держись левее, — проинструктировал Брюс, указывая на тропинку. — В нескольких метрах отсюда река и мост. Встретимся там, если мальчики не попадутся нам по пути. — Понял, — крикнул Дик, почти бегом устремляясь в глубь леса. Дождь продолжал усиливаться, затрудняя видимость и передвижение. Возможные следы, оставленные мальчиками, уже смылись, поэтому папе пришлось идти по самому очевидному маршруту, который могли придумать дети. Он и Дик продолжали выкрикивать их имена, получая в ответ только шум дождя и шелест листьев от штормового ветра. Через пять минут поиска, Брюс наткнулся на цветной фантик от конфеты, которые всё время жуёт Тим. Это подарило ему новое дыхание и надежду на то, что младшие сыновья хотя бы не были похищены. За деревьями показался деревянный мост и небольшая река, тянущаяся через каменную насыпь. Брюс иногда приводил сюда мальчиков, чтобы погулять или покидать камушки в реку. И это было единственное место, где можно было бы найти мальчиков. Не передать словами, какое облегчение испытал папа, когда приблизился к мосту и увидел две знакомые макушки, торчащие из-под деревянных перил. Он хотел закричать или что-нибудь ударить, чтобы успокоить разбушевавшиеся эмоции. Папа едва не сошёл с ума от всех тех ужасных мыслей, что кружились в его голове. Но, что больше всего раздражало Брюса на данный момент, — это то, как вели себя его младшие дети. Они сидели на краю моста, цепляясь руками за нижнюю часть перил, и, смеясь, бросали ветки и камни в реку. Пока Брюс переживал свой самый страшный кризис, мальчики веселились и даже не знали, что четыре взрослых человека волнуются об их исчезновении. Брюс приближался к мосту и вытирал рукавом свитера воду с лица и волос. Он вымок насквозь, проведя на улице меньше десяти минут. А эти дети были здесь с самого начала непогоды. — О, наконец-то, — пробормотал за его спиной Дик, рвано дыша и тоже потирая мокрое лицо. — Не то слово, — прорычал Брюс, намереваясь прервать эту братскую идиллию. Дик и Брюс остановились за спинами детей, которые обсуждали то, какие камни лучше всего подходят для дальних бросков. Папа грубо прочистил горло, совсем не заботясь о том, как вздрогнули два маленьких тельца. — Папа?! — пискнул Тим, выбрасывая кучу камней в воду и потирая ладони, чтобы избавиться от налипшего мусора. — Дик? — одновременно с Тимом удивился Дамиан, вытирая капли дождя с подбородка. — Ага, — вздохнул старший мальчик, скрестив руки и нервно постучав ногой по мосту. — Вы, ребята, в своём уме? Я думал вы в большой беде… — Они ещё в какой беде, — отругал Брюс, протягивая руки, чтобы помочь мальчикам встать на ноги. Дик невесело фыркнул на этот ответ. — Папа, не злись, — пробормотал Тим, осматривая свою мокрую одежду. — Мы задержались здесь совсем ненадолго. Мы уже собирались возвращаться. — Ты хоть представляешь, как мы испугались, когда не нашли вас во дворе? — спросил Брюс, удерживая Тима на месте, поместив большие ладони на его прохладные щёки. — Прости, — виновато ответил он. Брюс покачал головой, ожидая, пока Дамиан устроится в объятиях Дика, а затем крепко взял Тима за руку и повел детей обратно в поместье. — Начнём с того, что вы вообще не должны были сюда приходить, — отчитал папа, таща Тима за собой. — Но это недалеко от дома, — продолжал защищаться Тим, быстро передвигая ногами, чтобы не отставать от папы. Дамиан уютно положил голову Дику на плечо, позволяя старшему мальчику нести его. Дамиан всегда был слабым местом Дика. И он с радостью позволял ему манипулировать собой теми же щенячьими глазами, которые Дик использовал для Брюса. — Ты знаешь, что вам с Дамианом нельзя уходить за пределы поместья одним, Тим, — ответил Брюс, пробираясь по мокрой тропинке. — Вы ещё очень маленькие. И я ужасно разочарован тем фактом, что вы ослушались меня. Тим захныкал, вцепляясь в запястье Брюса обеими руками. Ему приходилось бежать, чтобы успевать за папой, но Брюс не хотел облегчать Тиму задачу. — Папа, прости, — заскулил мальчик. — Мне очень жаль. Я не хотел разочаровывать тебя. — Но вот мы здесь. Ты ожидал, что я похвалю тебя за это? — Нет, — Тим продолжал бежать и цепляться за папу. — Я не… Мы просто строили этот дом и… Я сожалею, папа. — Не сомневаюсь, — фыркнул Брюс, отрывая Тима от земли и усаживая к себе на бедро, когда мальчик в очередной раз споткнулся. Вернувшись в поместье, Брюс загнал детей в гостиную комнату и ушёл в свою спальню, чтобы переодеться в сухую одежду. Когда он спустился обратно, его сыновья уже были в пушистых тёплых халатах и вытирали волосы полотенцами, которые принёс Альфред. Брюс всё ещё чувствовал тревожность из-за мысли о потере своих детей. Но он собирался позаботиться о том, чтобы мальчики усвоили свои уроки и больше никогда не делали ничего подобного. Брюс сел на диван и закатал рукава своего джемпера. Мальчики рядом поёжились и смущённо отвернулись, делая вид, что происходящее их не касается. — Вы в порядке? — спросил папа, усаживаясь удобнее. — Кто-нибудь из вас ранен? Мальчики синхронно покачали головой. — Устные ответы, — потребовал Брюс. — Нет, папа, — прошептали мальчики. — Но у Дами есть царапина на коленке. Дамиан нахмурился и толкнул Тима плечом. — Это несерьёзно, — буркнул самый младший. — Дай мне посмотреть. Дамиан сопротивлялся несколько секунд, но потом приподнял край халата и показал Брюсу и Дику небольшую царапину. — Болит? — мягко спросил Дик. — Нет, — серьёзно ответил Дамиан, поправляя халат. — Она почти затянулась. Брюс принял этот ответ, потому что царапина действительно была маленькой и не кровоточила. Он позаботится о ней после наказания. — Иди сюда, Дамиан, — позвал папа, замечая, как Джейсон, который возился с Тимом, тихо вышел из гостиной. Дамиан покачал головой, прижимаясь к боку Дика. — Сейчас, Дамиан, — сурово повторил Брюс. — Я не хочу, — запротестовал ребёнок, хмуро глядя на папу. — Ты собираешь шлёпать нас. — Да, именно это я и собираюсь делать, — согласился Брюс. — Потому что то, что вы сделали, было очень непослушно. Дамиан посмотрел на Дика щенячьим взглядом, и старший мальчик заёрзал, глядя на отца. Дик знал, что ему запрещено вмешиваться в чужие наказания. И это разбивало ему сердце. — Пап, — мягко начал Дик, но Брюс перебил его родительским взглядом. — Дик, ты знаешь правила. Раздалось три синхронных, отчаянных вздоха, и Дамиан отлип от старшего брата, медленно волоча ноги к папе. Все мальчики знали, что сопротивление только усугубит их положение. — Это нелепо, — надулся младший мальчик. — Мы были совсем рядом. И ничего страшного не произошло. — Нет, не произошло, — кивнул Брюс. — Но могло. Вы могли серьёзно пораниться или упасть со скользкого моста. Вы могли заблудиться или наткнуться на незнакомых людей. И никто из нас не знал, где вы находитесь, чтобы быстро помочь. — Но… — Никаких но, Дамиан, — отругал Брюс, беря мальчика за руку, чтобы уложить на свои колени. — Вам нужно было вернуться домой, как только погода начала портиться. Но вы этого не сделали. Кроме того, вы без разрешение ушли из поместья, подвергая свою жизнь опасности. Я никогда не говорил, что такие поступки сойдут вам с рук. — Папа, пожалуйста, не злись, — заскулил Тим, как всегда больше всех чувствуя себя виноватым. — Твоя очередь придёт, Тим, — сказал Брюс, покрывая своё сердце ледяной корочкой и подворачивая халат Дамиана до поясницы. Мальчик выл и корчился, пытаясь слезть с папиных коленей, но Брюс слишком легко удержал Дамиана левой рукой. Мальчик был таким крошечным, что Брюс боялся причинить ему больше боли, чем тот сможет вынести. Но он должен был воспитать своих детей честными, ответственными и, самое главное, живыми мужчинами. Брюс без церемоний шлёпнул Дамиана по боксёрам и стиснул зубы, услышав болезненный вздох. Папа знал, что во время наказаний Дамиан был очень драматичным, но это не отменяло того, что он чувствовал себя очень плохо, заставляя его рыдать. — Папочка, мне жаль, — крикнул Дамиан. — Пожалуйста, не шлёпай меня. — О чём ты сожалеешь, сынок? — спросил Брюс, начиная ритмично наказывать крошечный и вертлявый зад. — Ой! Я… — Дамиан дрыгался и пинался, пытаясь уйти от суровой руки. — Мне жаль, что я нарушил правила и ушёл в лес. Брюс хмыкнул, считая в уме удары, чтобы не переусердствовать. Когда десятый шлепок приземлилась на центр напряжённых ягодиц, Дамиан вздрогнул и всхлипнул, продолжая яростно пинаться. — Ох! Ай, папа! Мне больно! — кричал Дамиан, раскачиваясь взад и вперёд. — Хватит! Я сожалею! — Ты сожалеешь только потому, что попался, — отчитал Брюс, немного усиливая шлепки по беспокойному заду. — Ты хоть представляешь, что я подумал, когда понял, что вас с Тимом нет рядом? — Но мы в порядке! — Дамиан плакал и пинался. — Прекрати ёрзать, Дамиан! — отчитал папа, шлёпнув сына по сидячим местам. — Иначе эти боксёры слетят. — Нет! — малыш начал плакать сильнее, всхлипывая и скуля. Брюс зажал ноги Дамиана между своих бёдер и ещё раз поправил халат. Иногда ему было сложно понять, нарочно ли Дамиан кричит и брыкается так сильно. Он использует совсем мало силы, когда наказывает младших сыновей, но Дамиан кричит так, будто Брюс лупит его толстым кожаным ремнём. — Я думал, что вас похитили, — вздохнул Брюс, ударяя Дамиана по попе пятнадцатым и шестнадцатым шлепком. — Пожалуйста, — рыдал мальчик, стуча кулаком по дивану. — Мне правда жаль. Я больше этого не сделаю. — Почему? — спросил Брюс. — Потому что… — мальчик задохнулся, сопя носом. — Потому что это опасно. И ты… ты волнуешься. — Вот именно, — согласился Брюс, поглаживая волосы Дамиана. — Мы все волнуемся о вас мальчики, потому что любим. Дамиан не ответил, продолжая плакать, и Брюс собирался закругляться. Семнадцатый и восемнадцатый шлепки попали по чувствительным сидячим местам, и малыш снова взвыл, брыкаясь с новой силой. — Дамиан, что я сказал на счёт ёрзания, — снова отругал папа. Он одним лёгким движением стянул серые боксёры ребёнка и стиснул челюсти, когда заметил покрасневшую кожу. Брюс старался быть мягче, но его рука всё ещё была большой и колючей на чувствительных детских задницах. — Папочка, больше не надо! — плакал мальчик, отчаянно умоляя и всхлипывая. Брюс собрался с силами и завершил наказание Дамиана последними двумя шлепками по голой попе. — А-ай! Мм-фф… — Дамиан зарыдал от души, обмякая всем телом на папином колене. — Тише, малыш, мы закончили, — мягче сказал Брюс, подтягивая боксёры на место. Дамиан не обращал внимания на слова папы, плача и потирая глаза мягким рукавом халата. Брюс быстро подхватил его за подмышки и поставил на ноги, помогая вытереть непрекращающиеся слёзы. — Иди к Дику, пока я говорю с твоим братом, — направил папа, поглаживая Дами по волосам и крепко целуя в лоб. Дамиан выл, пока шёл к огорчённому старшему брату и запрыгивал на его колени. Дик позволил Дамиану обвиться вокруг своего тела и начал качать его, что-то тихо напевая. Брюс тем временем поманил к себе Тима, чтобы напомнить десятилетнему ребёнку о последствиях неправильного выбора. Тим был более восприимчив к принятию наказаний, поскольку хотел забыть о плохом и двигаться дальше. Брюс ценил это. — Тебе есть что добавить? — спросил папа, глядя в раскаявшиеся голубые глаза, которые уже начали слезиться. — Мне жаль, — снова сказал Тим, переступая с ноги на ногу. — Это моя вина. Я решил пойти в лес за ветками и не хотел оставлять Дамиана одного. — Спасибо за честность, Тим, — похвалил Брюс, помогая Тиму лечь на свои колени. Он также подвернул его халат и один раз шлёпнул по мягким ягодицам. Тим зашипел и напрягся, хватая папу за ногу. — Я думал, что могу доверять тебе быть ответственным старшим братом, — отчитал Брюс, шлёпая сына по вздёрнутому заду. — Ты можешь, папа, — пискнул Тим, сжимаясь и учащённо дыша от быстро падающих острых шлепков. — Больше никогда так не делай, Тим, — продолжил ругать Брюс, сохраняя карающий темп ударов по теплеющему заду сына. — Я действительно очень волновался. Дик, Джейсон и Альфред тоже. И это будет большая удача, если вам двоим удастся не заболеть после этой выходки. Тим быстро кивнул, и Брюс сосредоточил новый шквал шлепков на его сидячих местах. — Ой! Больно, папа! — заскулил Тим, слегка подпрыгивая после каждого удара. — Я знаю, милый, — вздохнул Брюс. — У тебя есть ещё несколько минут подумать о том, что ты сделал не так и как ты собираешься это исправить. — А-ах! — Тим взвизгнул и захныкал, когда Брюс снова шлёпнул его по ягодицам. Маленький зад начал ёрзать, когда кожа под ладонью папы нагрелась достаточно, чтобы сформировать жжение. К двадцатому шлепку Тим уже начал плакать и всхлипывать, издавая хлюпающие звуки носом. — Мне очень жаль, папа, — завизжал Тим, продолжая вздрагивать и пинаться. — Пожалуйста, остановись. Брюс решил, что тридцати шлепков будет достаточно. Чуть больше, чем у Дамиана, но также эффективно. — Ещё десять, — проинструктировал Брюс, крепче сжимая Тима. — И перестань извиваться, иначе твои боксёры тоже окажутся внизу. — Я постараюсь, — Тим плакал, напрягая ягодицы и цепляясь за папины штаны. — Молодец, — Брюс кивнул и продолжил наносить суровые шлепки, распределяя их по ягодицам и нежным сидячим местам. Тим выдержал свою порку без дикого ёрзанья, но к тридцатому шлепку он был в беспорядке. Его плач всегда быстро переходил в икоту, поэтому мальчик продолжал рыдать, прерываясь на то, чтобы икнуть и закашляться. — Ну всё, Тимми, — проворковал Брюс, помогая мальчику принять сидячее положение. — Всё позади. Папа рядом. Тим задохнулся собственным всхлипом и прижался лицом к папиной шее. Брюс встал на ноги и поудобнее перехватил сына, прижимая ближе к груди. Дамиан всё ещё сидел на коленях у Дика и что-то причитал, показывая своё недовольство. Но Брюс не мог больше злиться на своих детей. Он был счастлив, что они живы и здоровы. И он надеялся, что этот урок запомнится им надолго. — Как насчёт того, чтобы принять тёплую ванну, а потом поужинать? — спросил Брюс, больше для того, чтобы заглушить душераздирающие всхлипы детей. — Звучит хорошо, — икнул Тим, крепко обнимая папу. — Ладно, — Брюс поцеловал мальчика в солёную щёку и направился в ванную комнату. Тим позволил папе поставить себя на пушистый ковёр, чтобы мужчина мог настроить поток тёплой воды. Затем Брюс добавил немного клубничной пены и помог Тиму снять одежду. — Ты больше не злишься на нас? — смущённо спросил Тим, почёсывая красный нос. — Нет, — честно ответил Брюс, усаживая Тима в ванну. — Я счастлив, что вы оба в порядке. Тим кивнул, немного извиваясь, когда его отшлёпанный зад коснулся тёплой воды. — Я позову Дика, чтобы он посидел с тобой, хорошо? — сказал Брюс, протягивая Тиму несколько резиновых уточек в стиле супергероев. — Ага, — кивнул Тим, делая вид, что резиновые штуковины его мало интересуют. Брюс усмехнулся, зная, что мальчик всё ещё наслаждался своими игрушками, и взъерошил его волосы. Вернувшись в гостиную комнату, Брюс сел рядом с Диком и протянул руки к Дамиану. — Иди ко мне, детка, — нежно позвал Брюс, но Дамиан удивил его, крепко вцепившись в Дика и спрятавшись под его подбородком. — Нет! Я больше не хочу! — крикнул мальчик, и Дик в шоке погладил его по спине. — Что ты имеешь в виду, Дами? — спросил Дик, пожимая плечами. — Больше не надо, — заскулил Дамиан, раздавливая шею Дика своими крошечными руками. — Никаких шлепков! — Ох, — Брюс напряжённо выдохнул, сожалея, что так напугал самого маленького мальчика. — Больше никаких шлепков, малыш. Обещаю. Дамиан всхлипнул, вытирая сопливый нос о плечо Дика. Он медленно повернулся к папе и сморщил своё лицо в милую гримасу. — Ты простил нас? — Кончено простил, сынок, — заверил Брюс, ободряюще улыбаясь. Папа снова протянул руки и на этот раз Дамиан охотно нырнул в тёплые объятия. Его дыхание всё ещё было судорожным и хриплым, но бесконечный поток слёз остановился. — Прости, что мне пришлось отшлёпать тебя, Дамиан, но ты знал, что так будет, когда убегал с Тимом в лес. Дамиан неуверенно кивнул, вздрагивая, когда рука Брюса случайно задела его ягодицы. — Можно мне сегодня лечь спать с тобой? — спросил малыш, играя с воротником от папиного джемпера. — Не понимаю, почему бы и нет, — улыбнулся папа, целуя горячий лоб сына. — Дику тоже, — добавил мальчик, втянув сопли. Дик фыркнул, взъерошивая мокрые волосы брата и посылая Брюсу задорный взгляд. — Хорошо, мы можем просто устроить ночёвку в кино-комнате и посмотреть что-нибудь из новинок, — предложил Брюс, зная, что Джейсон потянется за Диком, а Тим - за Джейсоном. — Круто, — вздохнул Дамиан, зубасто ухмыляясь Дику. — Дик, помоги Тиму в ванной, — попросил Брюс, идя в сторону спален с ребёнком на руках. — А мы пока позаботимся об этой царапине и смоем оставшуюся грязь с Дамиана. — Конечно, — Дик кивнул и взбежал по лестнице в комнату к Тиму. После того, как дети были искупаны, вся семья устроилась в кинозале на большом диване с подушками и одеялами. И спустя несколько часов у Брюса было четыре уставших мальчика, которые перепачкались шоколадным тортом и уснули под конец второго эпизода Звёздных Войн. Папе пришлось как можно дольше сохранять бодрость, чтобы насладиться этим счастливым моментом, когда вся семья была рядом. И несмотря на все сложности, которые преподносило родительство, Брюс бы ни за что не отказался от роли отца этих чудесных мальчишек.