Выпускной

Уже всё давно готово.

Я уже говорил, какая ты сучка?

***

Ди смотрел на своё отражение в зеркале, снова и снова прокручивая в голове планы на этот день, хотя больше всего хотелось всё отменить и остаться дома. Он всё ещё считал это плохой идеей. В этом не было никаких сомнений. Но, как говорится, уговор дороже денег, хотя Ди уже готов был заплатить немало, лишь бы этот уговор не пришлось исполнять. Пора бы уже перестать спорить с Лиф. Он ещё раз пробежался внимательным взглядом по своему отражению, убеждаясь в своей правоте, и, ещё раз проверив, всё ли необходимое у него в сумке, вышел из комнаты.

***

Ди уже в который раз проклинал долбанную школьную линейку, но, когда заметил в толпе Хэви с его сумкой в руках, проклятия посыпались уже в сторону младшего. То, что сумка у него, не трагично, но если он посмотрит, что внутри, Ди лично оторвёт ему руки и выколет глаза. Или просто похоронит заживо. Как и многие другие школьники, он смотрел не на четвероклассников, танцующих что-то дурное в центре этого сборища. Вместо этого его взгляд был прикован к брату, которого определённое действие несомненно приведёт к смерти. Одно простое движение руками. Один маленький взгляд.

***

— А я твою сумку взял, — будто ожидая похвалы и благодарности, сказал Хэви. — Ага, — ответив абсолютно безэмоционально, что наверняка было несколько невежливо, Ди забрал у него сумку, после чего, отвернувшись в сторону, наткнулся на несколько издевательский взгляд Лиф. — Хоть бы «спасибо» сказал, — младший перевёл взгляд куда-то вверх, почти что закатывая глаза. — Лучше бы перестал уже брать мои вещи, — Ди продолжал внимательно следить за подругой, теперь уже её мысленно проклиная, — Она же не на дороге валялась, а висела себе спокойно в гардеробе.

***

Ди в последний раз внимательно осмотрел себя в зеркале, проверяя наличие каких-либо неточностей, и, убедившись в идеальности своего внешнего вида и забрав свою сумку, вышел из туалета в тёмный зал чего-то среднего между клубом и рестораном. Заведение, которое выбрали родители и учителя, было довольно неплохим само по себе, но многие всё ещё удивлялись, как эти люди додумались привести выпускников праздновать… Сюда. Всё-таки редко кто-то одобрял подобные места, да ещё и для подросткового праздника. Разумеется, они поставили строгие ограничения на время и запретили алкоголь, но это не помешало некоторым пронести свой втихаря от учителей. И всё равно тёмное помещение больше напоминало клуб, где пьяные подростки перетрахаются между собой. Определённые плюсы для ситуации Ди в этом, конечно, были. По крайней мере, он надеялся, что можно просто посидеть в каком-нибудь тёмном уголке, что он, собственно, и делал, и его никто не заметит. Это вполне неплохой план, но в нём была одна прореха: стоило кому-то оказаться достаточно близко, тот сразу его замечал и обращал определённое внимание, однако с этим Ди легко справлялся, используя всеми известный жест в качестве пожелания хорошей дороги далеко и надолго. Говорить что-то лишний раз не стоило. — А почему такая девушка сидит одна, а не танцует с каким-нибудь прекрасным принцем? — послышался смеющийся голос подруги, если её ещё можно считать таковой. — Иди нахуй! — злобно, но негромко откликнулся Ди. — Да ладно тебе! — Лиф присела рядом, всё ещё будучи безмерно довольной, — Веселись! У нас ведь такой праздник! Веселиться… Только не в таком виде! Несмотря на то, что он очень ценил свою подругу, эту выходку Ди не простит ей ещё очень долго. Они уже много раз на что-то спорили, на желание в том числе, и он уже неоднократно ей проигрывал, но ещё ни разу проигрыш не нёс в себе такие риски последствий. И ещё ни разу Ди не позволял себе зайти так далеко, снова повышая ставки желаний. Ни разу! И сейчас, сидя в, наверное, самой тёмной части зала в элегантном облегающем платье, в туфлях на каблуках, с распушенными волосами, он хотел только одного: чтобы его никто не узнал. Чтобы ни одна сволочь, решившая познакомиться с «милой девушкой», не поняла, кто именно здесь сидит. Чтобы его однозначный жест был виден лучше его лица. — Возможно ты не заметила, — сквозь сжатые зубы съязвил он, — мой внешний вид не особо располагает нахождению среди толпы знакомых мне людей. — Ну почему же? — Лиф явно веселилась, — Выглядишь… — она провела пальцами по волосам вдоль лица, — Очень даже ничего. — Действительно, — Ди мотнул головой, уворачиваясь от тонких пальцев и убирая передние пряди назад, — Но это не значит, что я пойду в эту сумасшедшую толпу пьяных подростков. — Ну… — Лиф повернула голову, глядя на разноцветное движущееся месиво в хорошо освещённой части зала, — Мне кажется, они ещё не слишком пьяны. — Ну да, — хмыкнул Ди, — Я помню тот звенящий рюкзак у какого-то идиота. Интересно, как скоро содержимое будет обнаружено учителями или родителями. — Мне кажется, алкоголь закончится раньше, — подруга поддержала веселое настроение, — Так что тебе нужно успеть ухватить хотя бы пару бокальчиков. — Мне это не нужно, — увидев, как кто-то подходит ближе, Ди снова показал средний палец, после чего к его счастью этот человек развернулся и ушёл, — И я туда не пойду. — Ну серьёзно! — Куда серьёзнее?! — Ты выглядишь как мокрая мечта любого парня! — К моему глубокому сожалению. — Тебя в таком виде всё равно никто не узнает! — Хрена с два! — он повернул голову, смотря на приближающуюся фигуру, — Вон ещё один идёт, — внутри резко всё сжалось, когда, после показанного привычного жеста, незнакомец продолжал подходить ближе. Ди, разумеется, и не рассчитывал, что абсолютно все будут достаточно адекватными, чтобы, увидев средний палец, тактично уйти, и, приблизительно зная выпускников как одиннадцатого, так и девятого класса, надеялся, что подойдут ближе только «в зюзю» пьяные, не узнавая его, будучи в таком состоянии. И вот этот «некто» подходил ближе. — Привет, Лиф. Хэви. Самое отвратительное, что вообще могло случиться за вечер, происходило именно сейчас. Именно Хэви, который также присутствовал на вечеринке, как выпускник девятого класса, безо всяких сомнений узнал бы Ди сразу, как только увидел, вне зависимости от количества алкоголя внутри. Более того, вряд ли когда-нибудь забудет этот случай, до конца жизни будет об этом напоминать, а может даже кому-нибудь расскажет. Всех остальных присутствующих Ди вряд ли когда-нибудь ещё увидит, но родной брат… Который был уже ну очень близко. — А ты не видела… — Хэви остановился, и его лицо вытянулось в удивлении. Блятство. Хэви смотрел в голубые глаза, хотя Ди казалось, что младший рассматривал его всего целиком и полностью, и он был в какой-то мере прав. Такой внешний вид действительно не мог не привлечь внимание, но то, как Хэви его разглядывал, бесило неимоверно. Слишком пристально тот его изучал. — Привет, Ди… — очень медленно и всё так же удивлённо проговорил Хэви, — Ты… — он замолчал, подбирая слова. — Насмотрелся? — Ди выгнул бровь, — А теперь проваливай. — Фу, какой ты грубый, — усмехнулась Лиф, вставая и уходя в толпу. Хэви едва ли посмотрел на уходящую девушку, но вот от брата он не отводил взгляд. Ди казалось, что младший потерял остатки мозга, увидев его в таком виде. Когда Ди уже было хотел сам уйти отсюда и найти более подходящее место, Хэви двинулся вперёд и, оттащив стул Лиф от стены, сел на него напротив брата, не прекращая его тщательно рассматривать. — Мне вот очень интересно, как так получилось… — потянул он. — А догадаться не вариант? — Ди едва кинул взгляд вслед ушедшей подруге. — Я про то, что тебя действительно легко перепутать с девушкой… — И как я об этом не подумал? — он закатил глаза, борясь с желанием дать младшему по шее. — Да у тебя даже грудь есть! — глаза Хэви слишком прямо смотрели на фальшивый бюст, — И мне реально интересно, как ты всё это провернул. — Грудь сделать проще некуда. С бёдрами сложнее было. — И макияж какой-то… — Хэви на секунду задумался, — Не как обычно. — Почему же, интересно? — саркастично, с явным намёком на очевидное, произнёс Ди. — Ну Ди! — Хэви повысил голос, злобно смотря на старшего, — Я тут тобой восхищаюсь, а ты… — А я, — тот также говорил громче, явно злясь всё больше, — был бы рад, если бы ты свалил отсюда подальше и держал язык за зубами. — Если не прекратишь выёбываться, точно всем расскажу. Ди на это нечего было ответить. Младший действительно мог шантажировать его таковой информацией, а потому возникать лишний раз было рискованно, если нет желания услышать историю о себе в платье от кого-нибудь ещё, что было вполне реально. Ди подумал, что, даже если Хэви не будет рассказывать прям всем и каждому, то уж с родителями точно поделится такой находкой. Ситуация тупиковая. — Да ладно тебе, — вдруг очень мирно заговорил недошантажист, — Не скажу никому. — Вот уж спасибо, — буркнул в ответ Ди. — А тебе долго ещё сидеть в этом тёмном углу и прятаться? — Думаешь, я могу уйти? — он выгнул бровь, всем видом показывая, что ответ очевиден. — Ну ты же уже выполнил условие спора? — уточнил Хэви. — Зато теперь никуда отсюда дёрнуться не могу. Куда бы ни пошёл, везде эти люди ходят. Даже переодеться обратно не могу. — Может, я могу тебя как-то сопроводить? — он с надеждой заглянул брату в глаза, — И мы домой пойдём?.. Ди на минуту задумался, могло ли бы присутствие младшего как-то помочь. Этот тёмный угол — идеальное место, чтобы не привлекать к себе внимание и не попадаться на глаза знакомым людям, но, оказавшись в нём, Ди не имел возможности находиться где-то ещё. Даже долбанный мужской туалет, в котором он ранее переодевался, был забит блюющими подростками, а женский — трахающимися идиотами. А если он двинется к выходу, то любой ещё кое-как живой придурок обратит на него своё внимание. Хотя, возможно, Хэви мог бы это внимание пресечь на корню… — Было бы неплохо, — задумчиво потянул Ди, — Если придумаешь, как дойти до туалета, переодеться и остаться при этом незамеченным, буду премного тебе благодарен. — И-и-и? — Хэви широко улыбнулся, ожидая какого-то дополнения. — Ну и чего ты хочешь? — обречённо вздохнул Ди, заранее готовясь к чему-то «незабываемому», судя по ещё более широкой улыбке брата, не сулящей ничего хорошего. — Пока ничего, но я обязательно придумаю! Ди это не нравилось. Хэви, конечно, был тем ещё придурком, но на фантазию не жаловался, а потому «придумаю» звучало как смертный приговор. Но не то чтобы он мог сейчас сделать с этим что-то, поэтому оставалось только надеяться, что Хэви «придумает» что-то не слишком… Не слишком. — Ну веди.

***

Заручившись согласием старшего, слишком уж счастливый Хэви начал срочно обдумывать план действий по спасению неприкосновенности задницы брата. Уж слишком того хотелось потрогать. А нечего было так красиво наряжаться. По условиям проигрыша, он должен был прийти на выпускной в обличие девушки и обязательно в платье, но Ди даже тут остался собой, предпочитая выглядеть действительно хорошо. А теперь ему оставалось только молиться, чтобы какой-то придурок не заметил его и не решил вдруг подкатить. А для гарантии его нужно было отсюда как можно быстрее увести. Ди не ошибся, говоря, что дёрнуться из тёмного уголка едва ли получится. Рассчитывать возможности и риски Хэви не хотел, поэтому решил сделать то, в чём был уверен. Понадеяться на удачу. Оглянувшись вокруг и заметив, что немалое количество выпускников уже разбрелось кто куда, он схватил сумку брата и, взяв того за запястье и бросив краткое «пошли», быстро двинулся к выходу. Ди не успел понять, что произошло, поэтому автоматически передвигал ноги, однако уже через несколько шагов осознал, что именно Хэви сделал, но теперь уже нельзя было сильно возражать, ведь тогда риск оказаться замеченным значительно повысился бы. Когда до выхода оставалось несколько метров, они перешли на бег, а потому, оказавшись наконец на улице, еле дышали, но даже тогда с лица Хэви не спала широкая довольная улыбка. Что только больше бесило Ди. — Ты… — он сделал ещё пару глубоких вдохов, — Что творишь?.. Придурок… — Заметь… — младший также тяжело дышал, — Очень помогло… — Хуёвый из тебя союзник. — Ой, да всё хорошо. — Нет, — отдышавшись, Ди выпрямился, — Я всё ещё в… Таком виде. А теперь переодеться нет шансов. — Тут до дома десять минут пешком, — возразил Хэви, — Там и переоденешься. Ди на это не ответил, лишь, поморщившись, убрал передние пряди за уши и с гордой прямой спиной направился в сторону дома, и Хэви ничего не оставалось, кроме как спокойно последовать за ним. Придя домой, они значительно быстрее обычного поднялись наверх, стараясь остаться незаметными для родителей, решивших не ходить на праздник подростков и дать детям развлечься самостоятельно. Оказавшись в своей комнате, Ди хотел было закрыть дверь за собой, но рука младшего его остановила, и тот спокойно вошёл, не обращая внимания на недовольство брата. Однако старший практически не обратил на это внимания, поскольку сейчас ему было куда важнее избавиться от столь постыдного неудобного наряда. Он присел на кровать, всё ещё держа ноги довольно близко, в связи с не очень свободным чёртовым платьем, и уже было начал его снимать, предвкушая отдых от ужасного наряда, но практически сразу почувствовал останавливающую чужую руку на своей. — Ты чего?.. — Ди повернул голову, уже собираясь разразиться гневной тирадой. — Ты уже забыл, что говорил на вечеринке? — перебил Хэви, нагло улыбаясь. — Я тебе ничего не обещал! — Ну тогда я могу… — Ничего ты, сука, не можешь! — Ди перебил младшего, резко встав с кровати, чуть не упав на каблуках, которые, чёрт бы их побрал, он ещё не мог снять, так как платье не давало нормально наклониться. — Так ли прям ничего? — Хэви положил левую руку на талию, по прежнему правой касаясь чужой, и притянул брата немного ближе, хотя казалось, что ближе уже некуда. Ди на это лишь устало выдохнул. Всё же у Хэви был хороший материал для шантажа, и они оба это прекрасно понимали. Даже при условии, что с ним можно было бы договориться, чтобы он не болтал направо и налево, простого рассказа родителям будет достаточно для пожизненного чувства стыда. Ди сделал глубокий вдох. — Ну и чего ты хочешь? — недовольно и устало посмотрел он на брата. — Потрогать, — Хэви просиял на глазах, — Просто расслабься, — он сказал это таким невинным голосом, отчего можно было на секунду подумать, что у него самые чистые намерения. Ди ещё раз глубоко вдохнул и выдохнул, после чего наконец сдался. — Ладно. Он действительно постарался полностью расслабиться, что уже было задачей не из простых, учитывая, что Хэви теперь ещё более пристально осматривал его с головы до ног. Первое же прикосновение Ди почувствовал у себя на плече, когда младший немного оттянул лямку платья, ощупывая пальцами материал. Он не «лапал», а именно трогал, будто хотел лучше понять, как ощущается это платье на теле, как сидит… Он касался, щупал, будто проверяя невесть что, перебирал распущенные волосы, и от всего этого создавалось ощущение, что Хэви действительно просто интересно что-то новое и необычное в виде брата в очень интересном наряде. В какой-то момент Хэви оказался за спиной, теперь ощупывая то огромное количество имитирующей женскую грудь ткани. — Ну и как трогается? — хмыкнул Ди. — Как-то не очень… — задумчиво, а оттого и невнятно проговорил Хэви. — Логично, это же не настоящая грудь. Как и бёдра. Теперь уже Хэви хмыкнул, после чего нагло потянулся руками под платье и быстрее, чем Ди успел понять, что смысл движений младшего изменился, достал оттуда лифчик, наверняка одолженный у Лиф, вместе с какой-то тканью, возможно, это была футболка, и кинул всё это куда-то в сторону кровати, не заботясь о его дальнейшей судьбе. — Вот теперь настоящая, — он вернул руки на грудь Ди, одну из них перемещая на талию. — Руки убрал, — сквозь зубы прошипел тот. — Я ещё не натрогался, — притворно недовольным голосом сказал Хэви, хотя улыбку можно было чувствовать затылком. — А нахуй ты пойти не хочешь? — Ди слегка повернул голову, хоть и не смог толком посмотреть на брата. — А ты? С этими словами Хэви сделал лёгкое движение бёдрами, утыкаясь через все ткани одежды в чужие ягодицы уже наполовину вставшим членом. — А ты не ахуел?! — Ди всем телом дёрнулся, пытаясь вырваться из крепкой хватки. Хотя вырываться не хотелось. — Да ладно, — Хэви покрепче его обнял, — Или ты забыл, как мы раньше… Баловались? Не забыл. Он прекрасно помнил их первый поцелуй «на пробу», приход Хэви с его первой эрекцией… Всё. Он прекрасно помнил, как они когда-то только пытались получить удовольствие, изучая себя и друг друга. Помнил ту неловкость, что не уменьшалась ни на грамм с каждым новым разом. Помнил их неуверенные попытки доставить брату удовольствие. Помнил тот единственный раз, когда он действительно постарался и сделал какой-никакой минет младшему, что, после, зарёкся повторять. Он помнил и другое. Как они стыдились лишний раз посмотреть друг другу в глаза за завтраком, ведь каждый раз вспоминали прошедший вечер. Как никогда не могли расслабиться, боясь, что вот-вот зайдут родители. Как прекращали при них общаться, чтобы не дай Боже не ляпнуть чего-нибудь лишнего. Как Хэви просто внезапно начал встречаться с какой-то девушкой, продолжая вечерами дрочить брату, что чувствовал себя какой-то постыдной тайной, которую надо прятать и… …Которой он и был. — Это было давно, — жёстко произнёс Ди, — И вообще, мы это прекратили. — Но ведь нам обоим это так нравилось, — не унимался Хэви, совершенно не чувствуя настроя брата, — Почему ты сейчас отказываешься от совместного удовольствия? — Не думаешь, что на это есть причины? — тот смог не допустить дрожи в голосе, хоть это и было довольно тяжело, учитывая обстоятельства. — А раньше их почему-то не было. — Девушки у тебя раньше тоже не было. С этими словами Ди сделал ещё одну попытку вырваться, но хватка младшего была сильнее и усилилась ещё, будто отвечая на довольно жалкие потуги старшего освободиться. — И это вся проблема? — Ди не очень понял, с какой интонацией Хэви сказал это, но так или иначе это звучало пренебрежительно. — А для тебя это хуйня собачья?! — Успокойся, наконец, — Хэви резко вывернулся, оказываясь к брату лицом, и повалил его на кровать, нависая сверху и удерживая руки. В тот момент, когда младший оказался настолько близко и отрезал любые пути к отступлению, Ди потерял остатки терпения и, оторвав голову от кровати, соединил их губы. Он знал, что должен прекратить, что совершает большую ошибку, что потом сам же возненавидит себя, но чувствовал, что просто не сможет заставить себя оторваться от столь желанных губ и не менее желанного брата. Он хотел целовать его, хотел касаться, хотел быть ближе и чувствовал, как стремительно твердеет его член, отчего в паху становилось некомфортно, ведь та куча намотанной ткани, имитирующая бёдра, и довольно узкое платье всё ещё оставались на нём. Он хотел снять с брата эту грёбаную футболку и наконец коснуться его, но не смог пошевелить руками, которые Хэви всё ещё удерживал, а потому просто продолжал целовать, поскольку это было единственным, что было доступно. Он осознал, что одна его рука стала свободной, когда почувствовал чужие пальцы в своих волосах, слегка оглаживающие затылок. Освободившуюся руку он положил Хэви на затылок, не давая увеличить расстояние ни на сантиметр. Он целовал брата, не в силах отстраниться даже ради одного вдоха, потому с трудом дышал через нос, чувствуя, как лёгким не хватает кислорода. Он почувствовал, хоть и не сразу осознал, как из его волос исчезли чужие пальцы, а удерживаемая рука также освободилась, и теперь Ди ими обеими вцепился в немытые рыжие волосы, всё ещё не давая отстраниться. На секунду это всё же пришлось сделать, чтобы Хэви спокойно избавился от футболки, которая сразу полетела куда-то в неизвестном направлении, и теперь старший уже касался голой кожи. Хэви всё равно в какой-то момент оторвался от губ старшего, чтобы хоть немного отдышаться, а тот уже не мог противиться этому, сам лишь сделал очень глубокий вдох, ощущая, как немного покалывает на кончиках пальцев. Пока он пытался восстановить дыхание, младший уже избавился от штанов вместе с нижним бельём и теперь, подняв юбку платья пытался убрать то немалое количество ткани и скотча, имитирующее бёдра. — Чёрт… — выругался он, зубами разрывая скотч, — И нахер тебе это сдалось?.. Поняв, что этого мешающего барахла на нём больше нет, Ди чуть ли не за волосы притянул брата обратно к себе, снова соединяя их губы. Он не хотел даже начинать говорить о чём-либо, ведь тогда весьма вероятно может всплыть неприятная для одного из них или обоих, и в итоге они лишь поссорятся, так и не получив того, чего оба на данный момент желали больше всего. Ди не мог успокоить свои руки, и те постоянно перемещались вдоль чужого тела, ощупывая только начинающие крепнуть мышцы. Хэви наконец спокойно поднял юбку, и теперь и он мог коснуться брата, что не переставал делать. Он оглаживал уже настоящие бёдра и ягодицы, периодически переходя выше, но не касаясь чужого члена, будто эта часть была наименее интересной. На самом деле наиболее интересной частью действительно был не член. Ди немного шире раздвинул ноги, раз уж юбка больше не мешала, но младший всё равно взял всё в свои руки, которыми буквально поднял таз брата, подложив подушку, теперь имея доступ к самому важному. Он ещё раз, наклонившись, поцеловал брата, довольно скоро разрывая поцелуй. — Смазка есть? Ди не хотел произносить ни слова, поэтому просто махнул рукой в сторону стола, где, вроде как, ещё оставался тюбик. Он не был доволен, что Хэви отстранился и отошёл, ведь так мысли пытаются разложиться по полочкам и перестают впутываться в кашу, а ему сейчас именно каша была нужна. Если он начёт думать, то практически сразу захочет всё прекратить, а это ему сейчас было не нужно. Он уже совсем немного хотел остановить брата. Чтобы хоть чем-то себя занять, пока младший копался у него в столе, он потянулся к своим туфлям, разбираясь с той кучей шнурочков и застёжек, наконец избавляясь от ненавистных каблуков, что принесло только облегчение. Стоило Хэви найти заветный тюбик и вернуться к кровати, Ди вцепился обеими руками в его затылок, притягивая к себе, и снова поцеловал того, боясь случайно передумать. — Сильно же ты соскучился, — во время очередного глубокого вдоха прокомментировал Хэви, — Прям ни на секунду отстраняться не хочешь… — Ты заткнуться можешь? — сквозь зубы прошипел Ди, возвращая чужие губы на свои. Хэви снова навис над братом и поднял юбку, после чего, смазав пальцы, огладил сжатое кольцо мышц. Ди, почувствовав нечто холодное у своего входа, лишь немного дёрнулся, но сразу же расслабился, разводя ноги шире. — Тебе так не терпится? — усмехнулся младший. Ди лишь сильнее надавил на затылок, возвращая поцелуй в который уже раз, и Хэви, не среагировав на это, вставил первый палец, начиная осторожно растягивать брата. Второй палец прошёл немного тяжелее, заставив старшего болезненно выдохнуть, но тот всё равно не сказал ни слова. Хэви не очень нравилось, что брат слишком уж молчалив. Тот никогда не был болтливым, но сейчас он сам не произнёс ни слова, кроме требования заткнуться, да и до этого он прерывал любые комментарии младшего, будто не хотел слышать ни единого слова. Он как-то слишком рвался поскорее переспать, будто, если помедлить, Хэви куда-то уйдёт или передумает… Или Ди сам передумает. — Ты сегодня какой-то странный… — потянул младший, чуть ли не с силой оторвав от тебя брата, — Ты точно хочешь?.. — Да заткнись же ты уже! — Ди совсем немного повысил голос, но они всё равно замерли, прислушиваясь, ведь родители всё ещё были дома. Ди был на грани того, чтобы действительно передумать и остановиться, тем более, что на это были причины, но для него был ценен этот вечер, как и возможность ещё раз быть настолько близко к брату. Он шлёпнул младшего по плечу и, когда тот, подумав, что Ди всё-таки передумал, немного приподнялся, собираясь было встать и одеться, перевернул их обоих, теперь сидя на бёдрах Хэви. Он был готов в любой момент просто прикрыть рукой рот брата, прерывая какие-либо слова. Это не понадобилось. Хэви, будто наконец понял, что слова явно лишние, замолчал и даже значительно расслабился, позволяя старшему творить всё, что ему вздумается. Тот, найдя в смятом покрывале тюбик, смазал вход, после чего приставил к нему головку чужого члена, совсем слегка опустившись на него, резко вдохнув сквозь зубы. Он знал, что пара пальцев — не очень хорошая растяжка, но продолжать подготовку было бы слишком долго, а потому он решил, что сможет немного потерпеть. Медленно, слишком медленно опустившись до конца, Ди всё же дал себе минуту передышки, чтобы хоть немного привыкнуть, тем более, что член у младшего не из маленьких, и к такому действительно нужно привыкать. Он рискнул посмотреть брату в лицо, отмечая, что тот сдерживает себя, так как желание уже давно превысило все рамки возможного. Собственно, как и у Ди. Выждав эту годовалую по ощущениям минуту, он немного двинулся, приспосабливаясь и стараясь понять, как будет лучше и приятнее. Всего пару движений тазом, но этого оказалось достаточно, чтобы Хэви, ранее прикусывающий свою же руку в попытке сдержаться, дёрнулся и поднялся, теперь сидя на кровати, упираясь одной рукой позади себя и смотря в лицо брату, будучи к нему чрезмерно близко. Свободную руку он положил старшему на спину, а тот, опомнившись, притянул лицо младшего к своему. Теперь ему не хотелось торопиться. Они ни на что не отвлекались, кроме глотков воздуха, практически не отрываясь друг от друга, совсем не быстро и без какого-либо ритма двигаясь. Старшему даже не было важно, что заветная простата так и не была найдена, и что член оставался нетронутым, хоть это и приносило некий дискомфорт. Теперь, когда передумывать было некуда, Ди хотел растянуть удовольствие как можно дольше.

***

— Мне всё ещё кажется, что ты сегодня какой-то странный, — тихо проговорил Хэви, когда они уже спокойно лежали, стараясь отдышаться и прийти в себя, после далеко не короткого процесса. Ди сел на кровати, отмечая, что чёртово платье всё ещё на нем, а потому наконец потянул лямки, выпутываясь из него. В чём мать родила он подошёл к комоду и, достав из него и надев нижнее бельё, встал посреди комнаты, недовольно смотря на всё ещё лежащего в кровати Хэви и вытянув руку в сторону двери, без слов говоря брату выметаться вон из комнаты. — А теперь прогоняешь… — будто с сомнениями, потянул тот, — А раньше ты меня редко прогонял. — Ключевое слово — «раньше». — Да что не так? — Хэви сел на кровати, с возмущением смотря на старшего, — Что такого случилось за несколько месяцев, что тебе теперь всё не нравится? — Я уверен, ты сам прекрасно всё знаешь, — Ди говорил так твёрдо, что, казалось, эмоции в нём вообще отсутствуют. — Из-за девушки? Серьёзно? — Хэви поднялся, теперь находясь очень близко к брату, — Мне с тобой в открытую встречаться? — Да тебе вообще можно со мной не быть, — Ди совсем немного начал повышать голос, — Только мозг мне при этом не еби. — И тебя не ебать? Что-то ты не останавливал меня буквально полчаса назад, — заметив, что старший уже открыл было рот, чтобы возразить, Хэви прервал его, — Я сейчас с тобой спорить не буду. Поговорим, когда немного угомонишься, — после чего просто вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Ди упал на кровать, прекрасно понимая, что они не поговорят, более того, что он сам подобного разговора не допустит. Для него не было смысла всё это обсуждать, ведь фактов это не изменит: Хэви продолжит встречаться со своей девушкой, ведь даже если это не какая-нибудь великая любовь, то часть социума, а Ди так и останется для него всего лишь постыдной и неприемлемой тайной, которую нужно прятать, а лучше и не иметь вовсе. К счастью, так думал только он.