Заблуждение

      Чимин медленно брёл вдоль реки, шурша песком с мелкими камушками под ногами, и обнимал себя за плечи, чтобы хоть как-то унять дрожь от холодного ветра во всём теле. Ему бы сейчас спать сладко и крепко, потому что истощенному нагрузками организму нужен отдых, да вот только беспокойные мысли в голове не давали покоя. Глаза предательски щипало, а с каждым шагом неприятный ком в горле сжимался всё сильнее, мешая дышать морозным воздухом, который был наполнен смесью из ароматов апельсина, табака и перца.       В груди поселилось странное чувство, которое накрывало всё сильнее и сильнее. Он так устал. И физически, и морально. И из-за этого так хотелось сдаться, но нельзя. Нельзя, потому что нужно быть сильным для своих любимых, ведь только этот юный мальчишка на протяжении многих лет дарил своей семье надежду на счастливый финал. Но именно сейчас, идя вдоль побережья и кутаясь от сильного ветра в свои же объятия, ему так хотелось хоть на пару минут почувствовать себя слабым, дать волю эмоциям, которые он всегда старался сдерживать и…       — Чимин, — послышался до боли знакомый голос. — Прошу тебя, не уходи. Давай поговорим.       И ему бы сорваться сейчас на бег, не давая возможности прокуренному голосу донестись до его ушей или просто спокойно пойти дальше, не подавая вида, что он его слышал, но его ноги будто приросли к песку, а сопротивляться сил не хватало.       — Чимин, — позади раздались шаги, а голос стал звучать ближе, — Посмотри на меня, пожалуйста.       Мальчишка медленно повернулся к Юнги, встречаясь взглядом с так полюбившимися глазами, а из его собственных начали течь обжигающие слёзы, поток которых он не мог остановить. У него правда нет сил ни обижаться, ни злиться, ни выяснять отношения с этим человеком. Ему просто хотелось, чтобы его поняли. Не пожалели, не решили за него проблемы, а просто осознали, что он не игрушечный робот, способный стерпеть всё, а маленький человек с кучей страхов и травм, который только делает вид, что он способен всё стерпеть, всегда выходя с высоко поднятой головой.       — Чимин-и, — шепотом произнес Мин, поднес руки к его лицу и замер, опасаясь прикоснуться.       Мальчишка только громко всхлипнул, прикрывая глаза, и тут же почувствовал холодные пальцы на своих щёках, которые стали вытирать соленые дорожки.       — Позволь всё исправить, — и снова по коже бегут мурашки, но уже не от холода, а от глубокого шёпота, произнесенного совсем рядом. Он не заметил, как расслабился от прикосновений и сам начал подаваться им навстречу, ластясь, словно котёнок. — Дай шанс исправить и помочь тебе.       — Помочь? — карамельные глаза распахнулись, смотря удивленно. Наваждение отпустило и он зло сверкнул глазами. — И как Вы себе это представляете? — жестким движением он скинул с себя чужие руки, отходя на пару шагов назад. — Вы сможете стереть из моей памяти всё то, что мне пришлось пережить? Или подарите мне уверенность в себе, чтобы я всякий раз не прислушивался к словам идиотов, считающих меня продажной тварью? Или может вылечите больное сердце моей мамы и поставите на ноги моего отца? Или научите мою сестренку спокойно спать, чтобы она не прислушивалась каждый раз к дыханию за стенкой? Или научите жить без страха потерять семью? Что из этого вы можете сделать, господин Мин? Вы не волшебник, не врач и не целитель. Так как Вы собираетесь мне помочь? Кто Вы вообще такой, чтобы кидать такие фразы?       — Просто человек, — тихо произнес мужчина, снова подходя ближе. — И иногда, чтобы помочь — нужно просто быть рядом, — Чимин только усмехнулся на эту фразу, а потом почувствовал как чужие руки сгребают его в охапку и крепко обнимают, прижимая к себе.       — Да что Вы себе позволяете? — крикнул он, пытаясь отпихнуть от себя брюнета, который держал крепко, не давая возможности вырваться. — Отпустите! Умоляю, отпустите меня, — молвил он, продолжая с силой хвататься за чужую толстовку и бить мужчину. — Я так устал… — вдруг прошептал он, переставая сопротивляться. — Я так чертовски устал, — Чимин разрыдался пуще прежнего, утыкаясь лицом в чужую крепкую грудь, зажав в маленьких кулачках черную ткань.       Юнги стоял молча, придерживая хрупкое тело мальчишки за талию, прижимая к себе. Он стал аккуратно раскачиваться, словно пытался убаюкать Чимина в своих объятиях, а потом и вовсе запустил длинные пальцы в пряди его шелковистых волос, прислушиваясь к чужому рваному дыханию и всхлипам. И время в этот момент перестало существовать, потому что Чимин наконец позволил себе стать слабым, чувствуя как крепко его держат, а Юнги наконец держал в своих руках того, кого хотелось с первой минуты встречи.       — Спасибо… — охрипшим после истерики голосом произнес Чимин, утыкаясь носиком во влажную кофту старшего. — Мне это действительно было нужно, — он в очередной раз всхлипнул, медленно отрываясь от Юнги, и отвел взгляд от пристальных карие глаз.       — Послушай, — Мин подцепил его подбородок, заставляя смотреть мальчишку в глаза. — Я не смогу стереть тебе память, да. Нет ни таблеток, ни процедур позволяющих забыть прошлое, но… — он бережно провел большим пальцем по ещё влажной от слёз щеке, — можно наполнить твою жизнь другими воспоминаниями, яркими и радостными, которые вытеснят кошмары на задний план. И я смогу это сделать, потому что всё то, что ты перечислил, я могу постараться исправить.       Чимин разомкнул пухлые губы, слизывая с них очередную слезинку, и молча изучал лицо напротив, метая взгляд то на красивые глаза, то на едва заметные морщинки, то на обветренные губы, отмечая факт того, что мужчина кажется ещё бледнее при свете луны и звёзд. Пак не до конца осознавал смысл сказанных старшим слов, но почему-то он так захотел поверить ему. Поверить в то, что Мин Юнги действительно способен исправить его жизнь, наполнив её чем-то прекрасным и чем-то, что будет способно залечить раны на его сердце.       — Позволишь? — тихо спросил брюнет, неотрывно смотревший на заплаканное и опухшее лицо, которое казалось ему ещё в тысячу раз прекрасней.       Чимин неуверенно кивнул, отводя взгляд, и сделал глубокий вдох, прикрывая глаза, которые жгло от количества пролитых слёз. Он не знал что именно позволяет этому мужчине, но когда его щеки коснулись ледяные пальцы, заставляя поднять голову, а его солёные губы накрыли чужие обветренные, осознание пришло моментально. Он позволяет этому мужчине всё, слепо веря в то, что он может сделать его жизнь лучше.       — Я всё исправлю. Просто верь мне, — прошептал Мин ему в губы, оставляя слабый нежный поцелуй на лбу, щеках, носике, а потом вновь на губах, проводя по ним языком и зарываясь пальцами в светлые волосы на затылке.

***

      Чимин резко дернулся и открыл глаза, встречаясь взглядом с очаровательной мордашкой Холли, которая лежала у него на груди и c удовольствием вылизывала его лицо, оставляя влажные поцелуи на щеках и губах, задорно виляя хвостиком и радуясь тому, что сосед наконец проснулся.       — И тебе доброе утро, малышка, — Пак потрепал собаку по голове и медленно поднялся, стараясь до конца разлепить глаза, которые опухли из-за непрошенных слёз, что вчера так невовремя застали его на пути к палатке. — Приснится же, — тяжело выдохнул он, стараясь отогнать образ брюнета, что осел в его сознании после беспокойной ночи.       Он запустил руку в гнездо на голове, образовавшееся во время сна, растрепав свою шевелюру ещё сильнее, и стал потягиваться, стараясь размять затекшие мышцы. Холли продолжала радостно крутиться рядом, пытаясь обратить на себя внимание, потому что хотела наконец выбраться из плена нейлона и полиэстера. Именно поэтому Чимин сразу же приоткрыл молнию, впуская в маленькое пространство яркий солнечный свет и позволяя рыжему чуду выйти на свободу, а сам медленно вылез следом, так и не обратив внимание на то, что бледно-розовый плед укрывал его всю ночь.       — Как спалось? — на горизонте появился Тэхён со своей фирменной квадратной улыбкой. — Гномы вели себя хорошо? — он закусил нижнюю губу, осматривая внешний вид друга. — Выглядишь помято.       — Чувствую себя также, — слабо улыбаясь, Чимин вытянулся в полный рост, вскинув руки вверх. — А сколько времени? И где все?       — Около девяти, наверное, — пожал Ким плечами, почесав макушку. — Братец вместе с Хосоком и твоим любимым руководителем ещё в пять утра отправились на рыбалку, а Намджун и Чонгук шляются где-то в лесу. Ради каких полезных ископаемых они туда поперлись я, естественно, не знаю, но их нет уже второй час. А я все это время ферму строил, — он покрутил в руках телефон, а потом взял Чимина за руку и потянул в сторону стола. — Пошли, помогу тебе умыться, а потом позавтракаем. Там Гук-и вкусные тосты сделал, но я посчитал, что есть их без тебя — преступление.       

***

      После вкусного и сытного завтрака Чимин решил вновь прогуляться по окрестностям, чтобы немного перевести дух к приезду рыбаков. Он, как никто другой, наслышан про страсть самого старшего к ловле рыбы, потому что Тэ всегда очень красочно пересказывал каждую рыбалку, в которой ему удавалось поучаствовать. Поэтому, предвкушая громкие речи Сокджина о том, что он поймал очередную рыбу своей мечты, Пак решил побыть немного в тишине наедине с природой, которая дарила успокоение.       Мальчишка присел на огромный булыжник прямо у подножья реки и собрал горсть мелких камушков, поочередно кидая их в воду и наблюдая за тем как бесшумно они идут ко дну. И в этот момент Чимину казалось, что он точно также медленно, но уверенно движется на дно.       Ведь вопрос о том, что ему делать дальше, так и был открыт. Он остался без работы, которая приносила ему достойный доход, позволяющий поддерживать родителей и обеспечивать им комфортный уровень жизни, ежемесячно уделяя огромное внимание состоянию их здоровья. Но мыслей о том, чтобы вернуться обратно, он не допускал, потому что ему попросту было страшно, ведь однажды поблизости не окажется никого, кто бы смог защитить. Сколько бы Чимин не храбрился, утверждая, что сам способен со всем справиться и разобраться, мысли о том, что не будь в ту ночь Юнги рядом — случилось бы что-то очень плохое. И это приводило его в ужас. Всё-таки Пак действительно был благодарен архитектору за то, что он спас его из лап того сального мужчины.       Однако, и мечта о том, чтобы остаться работать на месте своей стажировки, разрушилась, словно карточный домик, ещё в тот момент, когда в просторном кабинете с панорамными окнами он встретился взглядом с глазами цвета любимой пряности. И как теперь поступать дальше он действительно не знал, потому что идеи в его голове закончились.       Будущее сейчас выглядело слишком неопределенным. Деньги, накопленные во время работы в сопровождении, медленно заканчивались и хоть сама практика и оплачивалась, Чимин даже не знал о какой сумме идёт речь, но прекрасно понимал, что студенту, который пришёл с целью набраться опыта, много не заплатят. А его матушке в следующем месяце нужно обязательно лечь на обследования, да и лекарства для поддержания стабильного состояния отца с каждой неделей повышались в цене. И всё ещё была малышка Суён, любившая рисовать и не закрывать фломастеры, растущая с каждым днём.       — О чём задумался? — Чонгук плюхнулся рядом, вытягивая ноги. — Уже минут пять тебя зову, а ты так и продолжаешь смотреть на реку.       — Прости, и правда задумался, — Чимин слабо улыбнулся, переведя взгляд на профиль друга. — Как прогулка в лес?       — Получилось сделать классные фото для проекта. В следующем семестре будет практическая работа, где мы должны вдохновиться природой. Хочу сделать чертеж чего-то супер современного, но вписывающегося в концепцию домика в лесу.       — Как в «Сумерках» у Калленов?       — Ну-у, что-то вроде того, но не так пафосно, — усмехнулся Чон, откидываясь на руки за спиной. — Так ты о чем задумался?       — Тебе не понравится, — Чимин вновь перевел взгляд на темную воду.       — Говоришь так, будто хотел утопиться в этой реке, — он на секунду замолчал, внимательно осматривая друга. — И выглядишь так, будто…       — Я не могу себе такое позволить, — парень повернулся к нему, растягивая губы в слабой улыбке. — Мне есть ради кого жить.       — Меня всё равно пугает твой взгляд, — Гук свел брови к переносице. — Чимин-и, ты же помнишь, что у тебя всегда есть Тэ и я? Мы всегда выслушаем тебя, поддержим и поможем. Но если тебя терзает что-то серьезное, может стоит поговорить с Джин-хёном о том, что тебя беспокоит? Ты в последнее время выглядишь очень загруженным…       — Гук-и, всё в порядке, — Чон только вопросительно вскинул бровь, потому что ему с трудом верилось в сказанное. — Честно, всё нормально. Просто в моей голове слишком много вопросов, связанных с будущим. И я пока не знаю как на них ответить.       — Это из-за денег? — аккуратно уточнил младший, дождавшись слабого кивка. — Но разве сейчас всё не складывается в лучшую сторону? Ты ведь можешь остаться у хёна в компании, если он даст тебе такую возможность и…       — Даже если он даст такую возможность, я буду вынужден отказаться.       — Серьезно? Почему? — Чонгук искренне удивился, округляя глаза. — Это же потрясающая возможность для тебя, да и зарплата в компании хорошая, хён всегда по достоинству оплачивает труд своих сотрудников. Тем более если ты хорошо ладишь с языками и можешь вывести компанию на новый международный уровень. Это же такие перспективы, — младший театрально развел руки в стороны, будто от этого действия перед ними должна была развернуться картина счастливого будущего, которое казалось таким недосягаемым для Чимина. — Контракты по всему миру, командировки, участие в тендерах европейских проектов… Я могу только мечтать о таких перспективах и надеяться на то, что мой труд и усердная учеба дадут свои плоды и однажды я окажусь в штате Юнги.       — Но… Разве он не может просто принять тебя к себе?       — Шутишь что ли? — усмехнулся Чонгук, потянувшись в карман за электронной сигаретой. — Для того, чтобы попасть к нему на работу нужно пройти жесточайший отбор. Юнги никогда не берёт к себе по знакомству или из-за хороших отношений, — младший затянулся, выпуская клубы дыма с запахом винограда. — Он устраивает конкурсы и из ста кандидатов отбирает всего одного человека, который станет частью команды. Именно поэтому он занимает лидирующую позицию уже много лет, а его проекты известны на всю страну. И этого он добился за очень короткий срок.       — А я думал это что-то вроде семейного бизнеса, переходящего по наследству, — выдал Чимин, пряча ладони в рукавах толстовки.       — Не-а, хён всё сам, — на лице Чона расплылась счастливая улыбка, говорящая о том, что он действительно гордится старшим. — А про семейный бизнес… Он наоборот конкурирует со своим отцом, потому что тот тоже имеет свое архитектурное бюро.       — Зачем? — удивился Пак, — Какой смысл соревноваться со своим папой? Это же глупо.       — Точно, ты же не знаешь, — Чонгук хлопнул себе ладонью по лбу. — Не знаю можно ли об этом говорить, но ты всё равно рано или поздно узнаешь. У них давний конфликт и очень непростые отношения, — младший снова затянулся, выдержав паузу. — Хён всегда горел желанием заниматься тем, чем занимается сейчас, пойдя по стопам отца, но в один момент выяснились не очень приятные подробности про деятельность в фирме и разразился скандал. И, если в кратце, Мин старший выставил Юнги из дома без средств к существованию и, соответственно, лишил возможности в дальнейшем развиваться в своей компании. Он вроде как даже обещал ему перекрыть кислород и с поступлением, потому что в тот период хён только закончил школу, но видимо для этого у него не хватило средств. Либо совесть появилась, — Чон почесал затылок, слабо улыбаясь. — Так что Юнги добился всего самостоятельно и без посторонней помощи.       — Поэтому ты его так уважаешь?       — Не только из-за этого, — младший снова улыбнулся, напоминая тем самым забавного кролика. — Юнги мне как Хосок, а может даже и ближе. У моего в голове всегда были одни танцы, да и подрабатывал он в студиях ещё с подросткового возраста, чтобы накопить на мечту, поэтому часто пропадал из поля моего зрения. А вот хён всегда был рядом. Учил на велике кататься, мяч в кольцо забивать, рисовать, обрабатывал мои ободранные коленки и водил в кино на премьеры мультиков, которые не любил. Забирал сначала из садика, потом из школы, а потом и из передряг с одноклассниками, и с первых тусовок, подолгу читая лекции о том, что такое «хорошо», а что такое «плохо». Я ему очень обязан, потому что по большей части это он меня воспитывал. И, кстати, — вновь сделав затяжку, продолжил Чонгук, — тот клуб, где ты работал… Это Юнги подарил его Хосоку, когда более менее встал на ноги. Точнее сначала он просто его спроектировал и убедил инвесторов вложить в него деньги, а потом выкупил и стал его совладельцем на пару с моим братцем.       — Ого, — только и смог выдавить Чимин, потому что Мин Юнги, о котором ему сейчас рассказывал младший, совсем не был похож на того человека, которого он знал. — Это очень…       — Чимин, — Чон не дал договорить, переведя на него взгляд и заглядывая в глаза. — Я не знаю, что у вас произошло с хёном, но он совсем не такой человек, каким кажется на первый взгляд.       — Это просто тебе повезло знать его таким, — Пак усмехнулся, зачесывая волосы назад.       — Все так говорят, но это не правда. Не будь он порядочным человеком, разве все остальные были бы рядом с ним на протяжении стольких лет? — Чимин как-то неуверенно помотал головой, а Чон растянул губы в улыбке. — Вот и я о том. Он хороший человек, просто… Просто иногда он бывает противной занозой в заднице, которую очень трудно оттуда достать, но и к этому можно привыкнуть. Мне вот всего полжизни на это понадобилось, так что…       Чимин звонко рассмеялся, прикрывая рот ладонью, а его смех подхватил Чон. Что ж, даже если Чонгук считает его таким, то что уж говорить о самом Паке. Мальчишке было так сложно представить в своей голове того самого Юнги, который сверкал злым взглядом в стенах клуба, в обстановке, когда он был вынужден бережно обрабатывать детские поцарапанные колени зелёнкой, аккуратно дуя на ранку, чтобы Гуки не щипало.       — Так что, Чим-и, — Чон закинул руку ему на плечо, — не делай поспешных выводов, а если хён предложит тебе остаться, то пообещай мне, что хотя бы подумаешь прежде чем отказать. Хорошо? — Чимин, не скрывая улыбки, кивнул. — Вот и отлично. А теперь пошли, а то там должны наши добытчики вернуться. Мне даже страшно представить в каком там состоянии Джин-хён, потому что Хосока жутко укачивает в лодке, а Юнги безумно злой, когда его будят в пять утра…

***

      — Тэхё-ё-ён, — стало первым звуком, привлекающим внимание двух друзей, что медленно приближались к палаточному лагерю. — Тэхё-ё-ён, — вновь послышался протяжный крик Юнги, который искал взглядом младшего, сидевшего по правую руку от него.       Перед Чимином и Чонгуком, наконец достигнувшим свою цель, открылась следующая картина: Юнги сидел в забавном розовом пальто, явно ему не принадлежавшем, и оранжевой шапке Хосока, поглаживая шерстку Холли, что мило крутилась рядом; Джин плашмя лежал на земле, не оставляя попыток подняться с поверхности и при каждой неудачно попытке тяжело вздыхал, бормоча проклятия себе под нос; Хосок же смотрел непроницаемым взглядом прямо перед собой, а его лицо источало то ли отвращение ко всему происходящему, то ли вселенскую печаль.       — Я вообще-то тут сижу, бестолочь, — Тэ нахмурился, а потом треснул своего хёна по голове, раскатисто засмеявшись и повалившись на него. — О-о-о, — протянул он, поднимая голову, — мой Кук-и идёт, — он лучезарно улыбнулся и стал забавно махать рукой, придавив Юнги, который стал что-то бурчать. — Хён, молчи, ты мешаешь мне быть соблазнительным, — насупился младший, тыча Мина локтем в бок. — А ну цыц, гном.       — Никакого уважения к старшим, — промычал брюнет, оставив попытки скинуть с себя худощавое тело Кима.       — А что здесь происходит? — все-таки решил поинтересоваться Чонгук, остановившись в паре метров от компании и почесав бровь. — У вас всё нормально?       — Все ужасно, — отозвался Хосок, переведя стеклянный взгляд на младшего брата. — Всё настолько плохо, что я…       — В очередной раз решил закрыть свои клубы? — уточнил Гук и, получив в ответ утвердительный кивок, только усмехнулся, анализируя в своей голове масштаб трагедии, а точнее количество выпитого, поскольку Чон старший частенько при наличии алкоголя в крови хотел закрыть своё обожаемое дело и уехать куда-нибудь в глушь страны, чтобы выращивать зелень и помидорки.       — А что это с ним? — тихонечко уточнил Чимин, стоявший немного позади Чонгука, словно пытался спрятаться от окружающих.       — Это его типичное состояние, когда он перепьет, — пояснил Гук, складывая руки на груди и осматривая компанию. — Мы называем его «Мин Юнги обыкновенный».       — Тэхё-ё-ён, — снова послышался протяжный голос брюнета, всё ещё находившегося под тушкой Тэ. — Пирожочек, слезь с меня, дяде сложно дышать, — пыхтел он, стараясь спихнуть с себя Кима. — Тэ, ну пожа-а-алуйста, пожалей любимого хёна.       — С чего это ты вдруг решил, что ты мой любимый хён? — удивился младший, вскинув брови.       — Ты сам полчаса назад сказал, что уважаешь и любишь его больше всего, — прокряхтел Джин, приподнимая голову и щурясь, стараясь сфокусировать свой взгляд на парнях, но попытка не увенчалась успехом и, с громким стоном, он откинулся обратно.       — Это было ошибкой, хён. Наверное, я хотел сказать, что ты мой любимый гном. Как там звали того, кто был вечно всем недоволен и рожу кривил? — Тэ на секунду задумался, почесав подбородок, продолжая придавливать Юнги к земле. — Точно, Ворчун!       — А ты прям Белоснежка? — хмыкнул Мин, всё же скинув с себя чужое тело.       — А разве нет? Мне кажется, что я идеально подхожу на роль диснеевской принцессы. У меня роскошные волосы, — Тэ принялся загибать пальцы, поправив копну светлых волос, — я неплохо пою, люблю животных, — парень потрепал рыжую шерстку Холли. — Да и вообще я очень дружелюбный и открытый.       — Тэ, искать приключения на свою задницу и быть открытым для нового — это разные вещи, — усмехнулся Юнги, взъерошив волосы младшего. — Да и на принцессу ты не смахиваешь. Только если на того кретина, которого в ламу превратили.       — Эй, Кузко, между прочим, был императором. Да и вообще это мой любимый персонаж. Хён, просто признай, что чувствуешь мою мощь и хочешь преклониться предо мной.       — Чувствую только твою глупость и огромное эго, — Мин растянул губы в улыбке. — Ты прямо-таки копия своего любимого персонажа.       — Ах ты сволочь бледнолицая! — Ким повалил Юнги обратно на песок. — Я сейчас тебе твою кривую ухмылку на задницу натяну, гном недоделанный!       — А с этим что? — всё также аккуратно уточнил Чимин, наблюдая за тем, как господин Мин ловко уворачивается от ударов его лучшего друга по своей пятой точке, продолжая раскатисто смеяться.       — Дело в том, малыш Чим, — начал Намджун, подходя к компании с несколькими бутылками минералки. — Что когда эти закадычные друзья напиваются, — он указал на Хосока и Юнги, — они меняются местами и Чон превращается в депрессивного и ворчащего старикана, а Юнги в жизнерадостного чудика, из которого энергия бьет ключом.       — А я, между прочим, поймал рыбу своей мечты, — подал голос самый старший, приподнимая корпус с земли и моментально опуская его обратно. — Как же всё кружится, — простонал он.       — Они такие с рыбалки приехали, — пояснил Джун, отдавая по бутылке младшим, и подошёл к супругу, присаживаясь на корточки. — Хосок пил, чтобы его не укачивало, Джин, чтобы рыба ловилась лучше, а этот, видимо, за компанию, — он кивнул в сторону Юнги, который теперь просто лежал на песке, вскинув взгляд к небу и улыбаясь, в то время как Тэ вновь улегся на него и переключил внимание на Чонгука.       — А Тэхён почему такой? — спросил Чон, не сводя взгляда со своего парня, который принялся подмигивал ему, нелепо закусывая губы.       — Надышался, — пожал плечами Намджун. — Ладно, хватит стоять. Я тащу этих двоих в палатку, — он кинвул на тяжело вздыхающего Сокджина, лежащего скрестив руки на груди, и Хосока, продолжающего сверлить взглядом одну и ту же точку. — А вы, детки, берите своих соседей и укладывайте спать. К вечеру они нужны нам свеженькими и бодренькими. Потому что я рыбу разделывать не собираюсь, — Джун прикрыл рот ладонью, говоря последнюю фразу так, чтобы его услышали только младшие.       — К такому меня жизнь не готовила, — хмыкнул Чимин, кидая взгляд на перепачканную в песке одежду Юнги и Тэхёна.       — Зато будет потом чем шантажировать своего руководителя, — подмигнул Намджун, аккуратно помогая Джину встать с земли. — Ну что, сокровище моё, идём? Сначала доставлю твою драгоценную задницу до наших шикарных апартаментов, а потом вернусь за Хосоком, хорошо?       — Угу, — простонал Ким, стараясь удержаться на ногах.       — Я и сам дойду, — буркнул Чон и резко поднялся, чуть не потеряв равновесие, что привлекло к нему много внимания. — Дойду сам, а вот одеялком укройте, — добавил он и медленно побрел к пристанищу.       — Отлично, — Намджун улыбнулся и обхватил узкую талию мужа. — И мы пошли. А вы тут долго не торчите. Чем быстрее они придут в себя — тем лучше для вас, — аккуратно придерживая старшего, он поцеловал его в скулу и потянул в сторону палатки.       — Ну что, на счёт три? — Чонгук толкнул Чимина в плечо, подталкивая к парочке на земле.       — Можно я с Тэхёном, а ты…       — Не-не, — Гук в одно движение оказался рядом с Тэ, рывком поднимая это надышавшееся недоразумение с песка. — Пьяный Юнги не по моей части, — младший усмехнулся, закидывая себе на плечо довольного Кима и, отсалютовав, поплелся со своей ношей к палатке, пожелав удачи на прощание.       — А может Вы тут полежите? — начал было Чимин, нервно оглядываясь по сторонам. — Погода, в целом, позволяет… — он запнулся, поднимая глаза к небу и осознавая, что всё затянуло облаками, которые явно намериваются разразиться обильным дождём.       — Можешь просто помочь подняться? Я сам до машины дойду, но вот с принятием вертикального положения у меня явно будут проблемы, потому что всё плывет, — Юнги расслабленно улыбнулся, обращая взгляд на Чимина.       — Ложитесь в палатке, а я пойду погуляю где-нибудь.       — Под дождем? — Мин вопросительно посмотрел на младшего и криво усмехнулся, когда увидел как Пак сжимается от его взгляда, но уверенно кивает на заданный вопрос. — Смею предположить, что эта прогулка может стоить тебе здоровья. А тебе нельзя болеть, потому что иначе ты пропустишь практику, на которой ты очень нужен в связи с последними событиями. Поэтому ты в палатку, а я в машину.       — Но…       — Чимин, просто помоги уже встать.       — Ладно, — недовольно буркнул Пак, подойдя ближе, и протянул раскрытую ладонь архитектору, который моментально обхватил своими холодными пальцами маленькую ручку Чимина, пуская электрический разряд по юному телу.

***

      Чимин уложил голову на колени, внимательно следя за движением длинных тонких пальцев, что ласково перебирали рыжую шерстку Холли, и вслушивался в шум дождя, который хлестко бил по плотной ткани палатки. Его совершенно не удивил факт того, что ливень начался ровно в тот момент, когда архитектор поднялся на ноги, потому что прекрасно понимал, что у его судьбы появилась новая вредная привычка под названием «Мин Юнги и всё, что с ним связано».       Лишенный возможности провести ближайшие пару часов наедине с собой, мальчишка тяжело вздохнул и кинул робкий взгляд на умиротворенного брюнета, что лежал на боку, прикрыв глаза. И Чимину казалось таким неправильным рассматривать эти черты лица, но когда ещё ему выпадет возможность полюбоваться профилем, который не искажала ни одна эмоция? Медленно изучая аккуратный нос, плавную линию челюсти и густые брови, что в кой-то веки не были сведены к переносице, Пак даже не понял как завис на чужих обветренных губах. Осознание пришло только в тот момент, когда в памяти всплыли обрывки недавнего сна, где эти самые губы оставляли влажные поцелуи на заплаканном лице, даря незнакомое чувство спокойствия и призрачную веру в лучшее.       — Глупость какая-то, — прошептал он, стараясь отогнать наваждение, а потом и вовсе отвернулся от Юнги, до боли закусывая щёку, чтобы окончательно прийти в себя.       — И всё же могу я попросить прощения? — спустя пару минут раздался хрипловатый голос, заставивший Чимина вздрогнуть от неожиданности и повернуться к источнику звука. — Кажется, вчера ты лишил меня возможности это сделать, так что…       — Господин Мин, я же говорил Вам, что это ни к чему.       — А я, кажется, говорил, чтобы ты называл меня по имени, — на губах Юнги появилась тень грустной улыбки. — Можешь посчитать меня эгоистом, который всего лишь пытается успокоить остатки своей совести, да и мои слова вряд ли уже что-то изменят, но всё же… — он тяжело вздохнул, словно впервые просил у кого-то прощения и пытался собраться с мыслями, чтобы всё-таки выдавить из себя эти никому ненужные извинения. — Мне правда искренне жаль, Чимин. Я привык не задумываться над тем, что произнесенные мной фразы могут ранить кого-то или причинить вред. И, вообще-то, всегда считал это своим достоинством, но, по видимому, пришло время признавать свои ошибки и… — мужчина сжл губы в тонкую линию и тихо выругался. — Черт, я даже прощения просить не умею. Извини.       — Я думал, что будет хуже, — мальчишка слабо усмехнулся, запуская пальчики в светлые волосы на затылке. — Но Вам и правда есть над чем работать.       — Позволишь спросить? — Юнги несколько минут не сводил глаз с Чимина и, когда тот неуверенно кивнул, наконец озвучил вслух вопрос, который волновал его больше всего. — Почему ты никогда не пытался?..       — Переубедить Вас и вёл себя так, словно действительно торгую телом? — Пак даже не смотрел в сторону брюнета, потому что прекрасно знал, что это именно то, что он хотел узнать. — Вы были так одержимы мыслью о том, что я шлюха, — после нескольких минут молчания начал он, — что мне казалось бессмысленным пытаться доказать Вам обратное. Изначально, конечно, я растерялся, потому что даже не задумывался о том, как выгляжу со стороны, а потом… Да и имеет ли это значение? Вы смотрели на меня с отвращением, кидали эти мерзкие фразы в мой адрес, задевали при каждой встрече. Смог бы я избежать этого, сказав, что Вы не за того меня приняли? Я сомневаюсь, так что… — Чимин нехотя посмотрел на Юнги, встречаясь с глазами цвета любимой пряности, где не было ничего, кроме сожаления. — Разве я не прав?       — Прав, — Мин только поджал губы и отвернулся, не выдержав усталого взгляда мальчишки. — Мне жаль, что я не могу забрать свои слова и сделать так, чтобы ты их никогда не слышал.       — Вы говорите это только из-за того, что пьяны.       — Разве пьяные люди не самые искренние?       — Сложно сказать, — он на секунду задумался, а потом слабо улыбнулся. — Хотя Тэхён действительно выглядит искренним, когда стягивает с себя футболку, устраивая Чонгуку стриптиз, — с губ сорвался приглушенный смех, когда он увидел скривившееся лицо старшего.       — Умоляю, не рассказывай мне подробности личной жизни этих двоих.       — Да ладно Вам. Тэхён, кстати, неплохо двигается, — Чимин рассмеялся ещё звонче, когда Юнги театрально закрыл уши руками, словно он маленький ребенок. — Холли, почему твой хозяин такой дурачок? — шёпотом спросил он, обращаясь к рыжему чуду, мирно посапывающему у него в ногах. — А Вы оказывается умеете быть забавным.       — Это всё алкоголь, — буркнул Мин, не желая признаваться в том, что сделал это специально в надежде услышать мелодичный смех.       — Могу я задать встречный вопрос? — дождавшись кивка, мальчишка дал себе пару секунду, чтобы решиться спросить. — Почему Вы были так уверены в том, что?..       — Твой профиль был на одном из сайтов с различными… пикантными услугами, — Юнги не хотел, чтобы Чимин спрашивал его о том, что он делал на этих сайтах, потому что он с уверенность мог сказать, что не знает как ответить на этот вопрос так, чтобы не упасть лицом в ещё большую грязь. И тем более он не хотел признаваться в том, что намеренно искал именно его, допуская в своей голове мысль о том, что чужое стройное тело под ним могло подарить ему секундное удовлетворение и перечеркнуть интерес к этому мальчишке с нежным румянцем на пухлых щеках. Но больше всего он не хотел, чтобы с желанных губ слетало названием профессии, которую Юнги ненавидел, кажется, так же сильно, как и самого себя.       — А-а-а… — только и смог протянуть Пак, натягивая рукава кофты на ладони. — Вот как получилось, — он грустно усмехнулся, вспоминая неудачную шутку Вонги из параллельной группы, которая, как ему казалось, не имела никаких последствий.       Палатка погрузилась в тишину, которую нарушали только шум дождя и мирное сопение Холли, которая забавно подергивала лапками во сне, словно бежала за кем-то. Чимин же сидел, молча глядя перед собой, и размышлял о том, как глупо всё получилось. Вряд ли бы история имела другой ход событий, но всё же, если бы отвергнутый им студент с факультета программирования не выложил бы его фото на тот злополучный сайт, то архитектор был бы не так жесток по отношению к мальчишке. И хоть рассуждать об этом было бессмысленно, Пак всё-таки понимал Юнги. Он бы тоже вряд ли поверил в непорочность создания, чье фото сопровождалось услугами интимного характера и визитами в клуб, где он всегда появлялся с новым спутником.       — Я, кстати, так и не поблагодарил Вас за тот случай, — вдруг сказал он, замечая боковым зрением, как мужчина достает из кармана какой-то флакон.       — Я не заслуживаю твоей благодарности, — тихо отозвался Юнги, доставая из пузырька таблетку, которую собирался закинуть в рот.       — Что Вы делаете? — Чимин в одну секунду преодолел расстояние между ними, выхватывая из холодных рук лекарство. — Вы ведь пили, нельзя же… — его глаза мельком пробежались по этикетке и, заметив знакомое название, широко распахнулись. — С ума сошли? Отдайте сюда, — он забрал у ничего не понимающего архитектора маленькую таблетку в виде сердца, кидая её обратно во флакон. — Бета-блокаторы ни в коем случае нельзя употреблять с алкоголем. Неужели Вы не знаете об этом?       — Я догадывался, — Мин едва заметно улыбнулся, с наслаждением рассматривая взволнованное лицо, что было всего в нескольких сантиметрах от него.       — Вам их врач выписал? Это очень серьезное лекарство, если перепутать дозировку оно будет иметь обратный эффект, а со спиртным вообще может привести к летальному исходу. Нельзя же так беспечно относится к своему здоровью… — он замолчал, чувствуя на себе заинтересованный взгляд и вздрогнул, когда понял, что находится слишком близко к Юнги, буквально нависая над ним. — Извините, — прошептал Чимин, отодвигаясь. — Но это я Вам не отдам, — мальчишка потряс в руке флакон и убрал в карман своих штанов.       — Откуда такие познания?       — Моя мама принимает такие же таблетки, — Пак сам не знал, зачем признался в этом, потому что в его планы не входило посвящать Мина в подробности своей жизни. — Вы хоть знаете, что они выписываются пожизненно? И, если у вас больное сердце, Вам следует пересмотреть образ своей жизни, начать проводить больше времени на свежем воздухе и отказаться от алкоголя, — Чимин стал быстро тараторить, стараясь отвлечь внимание от состояния здоровья своей матери. — А ещё от сигарет.       — Я бросил, — Юнги словно стало дискомфортно от собственных слов и он поморщился, натягивая на себя плед.       — Но Вы ведь только вчера…       — Вчера и бросил, — хмыкнул он, отворачиваясь. — Я спать.       Чимин несколько раз растерянно моргнул, смотря на широкую спину мужчины, потому что отчетливо помнил, что при каждом взгляде, обращенном к Юнги, он видел его с зажатой между тонких губ сигаретой. Удивленный странной реакцией, мальчишка только почесал затылок и решил всё-таки не забивать свою голову размышлениями на этот счёт, списав всё на количество алкоголя в организме старшего. Но, несмотря на сложившуюся ситуацию, в глубине души Пак был даже рад тому, что им удалось нормально поговорить. Хотя «нормальным» этот диалог вряд ли бы кто-то решился назвать, но он хотя бы был… обычным?       Тяжело вздохнув, Чимин откинулся на спину, вслушиваясь в убаюкивающий шум дождя. Он старался ни о чём не думать, но это, в прочем как и всегда, получалось у него плохо, поэтому он повернулся на бок, вновь посмотрев на Юнги, позволяя себе пару минут помечтать о том, как сложились бы его отношения с этим мужчиной, если бы не все эти нелепые обстоятельства, заложниками которых они оказались. И у мальчишки было так много этих «если бы»… Начиная с ужасной аварии, чуть было не забравшей жизни его родителей, и заканчивая нелепой встречей в туалете клуба, где он впервые почувствовал на себе уничтожающий взгляд красивых глаз, которые завораживали его и лишали дара речи.       — Могло ли быть иначе? — глупый вопрос. — И откуда здесь взялся этот плед? — прошептал Чимин, наконец замечая бледно-розовое одеяло, но через несколько секунд это его уже не волновало, потому что под тяжестью век мальчишка наконец закрыл глаза и провалился в сладкую дрёму, позволяя себе оказаться в мире, где всё было иначе.       Засыпая, он даже не догадывался, что Юнги всё это время вслушивался в его приглушенный голос и размеренное дыхания, борясь с адским желанием повернуться в его сторону. К слову, Мин проиграл очень быстро и, кажется, впервые был этому рад. И своё поражение мужчина не мог списать на количество алкоголя, ведь он выпил всего две бутылки соджу, которые совершенно не подействовали на его организм, закаленный бесконечными дегустациями коктейлей. Притворяться пьяным оказалось для Юнги утомительным занятием, но чутье подсказывало, что это было не зря. Особенно сейчас, когда его взгляд скользил по Чимину. Он уже видел его спящим прошлой ночью, однако лица рассмотреть не смог из-за кромешной тьмы, поглотившей всё вокруг. И в эту минуту брюнет наслаждался, улыбаясь лишь уголком губ, наблюдая за безмятежным мальчишкой из-за которого стало болеть его каменное сердце.       

***

      — Чимин-и, просыпайся, — мелодичный голос Джина заставил мальчишку разлепить глаза и тут же зажмуриться из-за поступающего в палатку яркого солнечного света. — Ну же, вставай. Ты сейчас лишаешь себя возможности получить дозу витамина Д.       — Сколько я спал? — запуская руку с путанные волосы, Пак медленно поднялся, растерянно смотря по сторонам.       — Ну-у, — Ким мельком глянул на наручные часы, — сейчас половина пятого.       — Утра?!       — Да нет, глупыш, вечера, — присаживаясь рядом, он протянул ему бутылку воды.       — Спасибо, — Чимин слабо улыбнулся, открыл бутылку и с жадностью припал губами к горлышку. — Я даже не понял как провалился в сон.       — Не удивительно. Свежий воздух всегда так действует, — Джин поправил несколько прядей на голове младшего, что забавно торчали на макушке. — Как твои дела, милый? Тэхён сказал мне, что в последнее время он часто видит тебя подавленным и он беспокоится. И я теперь тоже.       — Не стоит. У меня всё в порядке.       — Уверен, что моя помощь не нужна?       — Хён, я… Спасибо тебе большое, но у меня правда всё хорошо. Не идеально, конечно, но жить можно.       — Я просто хочу тебе напомнить, что мы всегда рядом. И если вдруг я буду нужен — ты всегда знаешь где меня найти. Да и к тому же двери моего дома всегда открыты для тебя, так что не забывай о своём непоседливом хёне и хоть изредка приходи в гости. Я даже испеку твои любимые печеньки, — последнюю фразу Джин сказал почти шепотом, что вызвало улыбку на лице младшего.       — Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался Чимин, замечая как старший морщится от резкого поворота головы.       — Ох, лучше не спрашивай. Каждый раз зарекаюсь, что с этими двумя пить не буду, но что-то всегда идёт не по плану, — усмехнулся он. — Пойдём? Там наконец солнышко появилось, да и ветер утих. И ещё у меня к тебе просьба… — Джин скорчил жалостливую мордочку, складывая ладони в умоляющем жесте. — Ты же поможешь мне с рыбой? Эти засранцы наотрез отказываются чистить и разделывать её, хотя потом их за уши будет не оттащить от её поедания. Вся надежда на тебя, мой маленький птенчик.       — Конечно я помогу, хён, — Чимин весело усмехнулся, а старший облегченно выдохнул. — Только… можно мне пару минут?       — Я вовсе не тороплю, — Ким растянул губы в улыбке и поднялся. — Приходи в себя и выползай, — он подмигнул и вышел из палатки, оставляя младшего одного.       Чимин лениво потянулся и достал из рюкзака свой телефон, быстро разблокировав экран он пробежался взглядом по входящим сообщениям и набрал номер мамы.       — Да, дорогой, — послышался родной голос из динамика после пары гудков. — Неужели ты даже на отдыхе думаешь о своих стариках?       — Мам, ну что ты такое говоришь? Какие ещё старики, если у вас вся жизнь впереди? И, где бы я не находился, я всегда думаю о вас.       — Ох, сыночек, — женщина явно сидела за швейной машинкой, потому Чимин отчетливо слышал её характерный звук на фоне. — Как тебе там отдыхается, милый? Погода не сильно испортила ваши планы? Я уже и не припомню, когда в мае было столько дождей.       — Всё хорошо, не волнуйся. Лучше скажи как вы там? Как ты себя чувствуешь? Лекарства ещё есть?       — Мой маленький заботливый мальчик, — Пак не мог видеть, но точно знал, что сейчас на лице матери самая нежная улыбка. — Не беспокойся, у нас всё есть. А дела… Папа целый день сидит в своем кабинете, ему наш новый сосед принёс старенький комод, который он нашел на чердаке, и тот теперь трудится, реставрируя его. Суён уже пару часов гуляет с подружками пока там солнышко, а у меня новый заказ на шторы, поэтому я сижу за своим любимым занятием. Так что ты можешь спокойно отдыхать и не беспокоиться. Ты и так из-за нас света белого не видишь, работаешь каждый день, как пчёлка, да и в выходные такой долгий путь проделываешь, а мы тебе и тут покоя не даём. Я рада, что ты можешь хоть немного перевести дух и отдохнуть от нас.       — Мам, ну хватит говорить такое, с чего ты вообще взяла, что я?..       — Чимин-и, — она тихо рассмеялась, перебивая его. — Солнышко моё, беги к своим друзьям и наслаждайся природой. Не забивай свою светлую голову дурными мыслями, ладно? И за нас будь спокоен. У нас всё есть, а если что — я в город съезжу и докуплю. Обещаю тяжести не таскать.       — Мамочка, смотри что я принесла, — послышался звонкий голосок сестры на фоне.       — Так, Чимин, я побежала. Кажется, твоя сестрёнка принесла домой… Суён, что это? О боже, лягушка! Милая, где же ты её нашла? — Чимин только рассмеялся, представляя эту картину. — А тебе смешно там, да? Всё, отключайся. Я люблю тебя. Нет, не смей её отпускать! — и Пак бы с удовольствием и дальше вслушивался в разборки родных, но Хёрин всё-таки сама сбросила вызов.       Услышав короткие гудки, он нехотя убрал телефон обратно, ещё раз потянулся, стараясь размять затекшие мышцы, и наконец вышел на залитую солнечным светом улицу.       — Хён, — Чимин радостно улыбнулся, видя сидящего за столом Намджуна. — Ты всё-таки решил принять свою участь и помочь с уловом?       — О-о-о, нет-нет. Разве ты не слышал, что нож в моих руках может стать орудием пыток? — он невесело усмехнулся, откидываясь на спинку стула. — Я просто посижу рядом.       — А что с настроением? — Пак плюхнулся на соседний стул и стал внимательно изучать лицо мужчины, отмечая для себя факт того, что тот определенно был чем-то расстроен.       — Не бери в голову, — отмахнулся Джун, натягивая фальшивую улыбку.       — Не умеешь ты врать, милый, — Джин появился с корзиной, под завязку наполненной рыбой. — И я смею предположить, что маленькая бестия, которая совершенно не умеет контролировать свой язык, опять сказала тебе что-то.       — Скорее эта бестия дала почву для размышлений, — хмыкнув, мужчина сложил руки на груди и откинул голову. — Я всё ещё не могу понять: он дурачок или гений?       — Думаю, что он гений, прикидывающийся дурачком, — усмехнулся Чимин. — Не расскажешь?       — Да тут и рассказывать нечего. Просто Тэ прав и это сильно пошатнуло моё эго.       — Джун-и, милый. Всё что говорит мой братец нужно делить на десять. Ты просто в последнее время всё воспринимаешь близко к сердцу и, повторюсь, это нормально.       — Это из-за малышки? — аккуратно уточнил Чимин, переводя взгляд то на Джина, то на Намджуна.       — Угу, — нехотя выдавил блондин, поджимая губы. — Я о себе то позаботиться не всегда могу, а тут маленький человечек. Вдруг из-за моей неуклюжести она пострадает или?.. — он замолк, запуская длинные пальцы в волосы. — Мне кажется я совершенно не гожусь на роль отца.       — Джун-и, ну что ты такое говоришь? — Джин, оставив несчастную рыбу, подошёл к супругу и обнял его за плечи, укладывая голову тому на макушку. — Откуда у тебя такие мысли, милый? И почему ты мне не рассказываешь о своих переживаниях?       — Да я и не переживал особо, но сейчас, когда мы её вот-вот заберем, мне до чертиков страшно, потому что уверен в том, что не справлюсь.       — Хён, — Пак аккуратно положил руку старшему на колено, легонько сжимая. — Мне знакомо это чувство. И я знаю этот страх, потому что… — Чимин на секунду зажмурился, стараясь отогнать от себя воспоминания самых тягостных дней в его жизни. — Когда-то я держал в своих неокрепших руках столь же хрупкую Суён. Я сам был неуклюжим ребёнком, но обстоятельства сложились так, что тогда мы остались с ней один на один. И я совершенно не знал что мне делать. Я не умел менять памперсы, не знал как укладывать её спать, не понимал сколько смеси ей стоит давать перед сном и даже не догадывался о причинах горьких слёз. Поэтому частенько плакал по ночам вместе с ней, надеясь на то, что я всё-таки справлюсь, — мальчишка слабо улыбнулся, видя в глазах напротив грусть. — Помню, что когда мама немного пришла в себя после случившегося, я почти сошёл с ума, потому что был уверен в том, что не гожусь ни в сыновья, ни в братья и уж тем более не подхожу на роль родителя, которым мне пришлось стать. Я пришёл к ней просить совет, а в итоге оказался на грани нервного срыва, потому что этот страх преследовал меня по пятам, а бессонные ночи и переживания забирали все силы. А мама лишь сказала тогда, что понимает меня, потому что она тоже ничего не умела, когда я родился. Потому что родитель — это тот человек, который учится им быть на протяжении всей жизни своего ребёнка. Зачастую путём проб и ошибок, ведь без них никуда, но, Намджун-хён, ты станешь для своего ребёнка самым важным и нужным человеком в его жизни, поскольку твоя улыбка будет для него тем самым маяком, освещающим жизнь; твои объятия — самым лучшим местом на земле, дарящим успокоение. И тебе всегда будет страшно, потому что малышка будет плакать ночами из-за режущихся зубов; она будет падать и разбивать коленки в кровь; она будет болеть и лежать с температурой. И твоей вины в этом не будет, потому что она будет всего лишь ребёнком, изучающим этот мир и приобретающим иммунитет. И поэтому, — Чимин вновь растянул губы в улыбке и несколько раз хлопнул старшего по коленке, — не бойся, потому что тебе не нужно будет быть идеальным отцом. Тебе всего лишь нужно стать лучшим другом для своей дочери и я уверен, что ты с этим справишься.       Намджун, заключенный в кольцо рук супруга, всё это время внимательно слушал, удивляясь каждому слову, произнесенному из уст Чимина. Он был уверен, что никто его понять не сможет, ведь это неприятное чувство давило на него на протяжении последних недель и заставляло сомневаться в правильности принятого решения. И дело было не в том, что Ким не хотел ребёнка. Он всегда этого страстно желал, кажется, с самого первого дня, когда увидел Джина и осознал, что хочет связать с ним свою жизнь, которая обязательно должна была рано или поздно наполнится звонким детским смехом. Но страх коварная вещь, лишающая рассудка.       И вот сейчас перед ним Чимин. Чутко чувствующий и понимающий, потому что сам прошёл через это. Намджун прекрасно помнил, что мальчишке было всего четырнадцать лет, когда его жизнь разделилась на «до» и «после», а на его хрупкие плечи обрушились тяготы, с которыми не смог бы справиться даже взрослый человек, уверенно стоящий на ногах. Пак Чимин всегда оставался для старшего маленьким мальчиком с самыми грустным взглядом, но сейчас мужчина видел перед собой очень мудрого парня с копной светлых волос и ободряющей улыбкой на пухлых губах.       — Чёрт, Чимин, — Намджун перехватил его руку, крепко сжимая. — Спасибо. И прости за то, что тебе пришлось вспоминать те дни. Ты прекрасно справился, малыш Чим.       — И ты тоже справишься, — младший улыбнулся ещё шире. — А прощение просить не за что. Это часть моей истории.       — Мои проблемы кажутся такими надуманными… Ужас.       — Не обесценивай свои переживания, — в один голос произнесли Чимин и Джин, засмеявшись.       — Ты всё-таки читал мои книги, — продолжая смеяться, Сокджин подмигнул Паку и, оставив нежный поцелуй на макушке супруга, присел на соседний стул. — Твоя мама очень мудрая женщина, Чимин-и, а ты прекрасный сын, брат и друг.       — Спасибо, — мальчишка спрятал улыбку в воротник толстовки. — Ну что, теперь за рыбу?       — Да, пора бы уже превратить её в суп и стейки.       — А где, кстати, остальные? — поинтересовался Джун, оглядываясь по сторонам.       — Чонгук и Хосок поехали в город за розжигом и углями, потому что некоторые забыли убрать их под навес перед дождем. А Тэхён… Я его давно не видел, как и Юнги. Возможно они уже утопили друг друга в реке, — Джин пожал плечами, подхватывая в руки огромную рыбину, вид которой вызвал у него улыбку. — Я чищу и разделываю, а ты режешь на стейки и в суп. Договорились?       — Как скажешь, хён, — Чимин подтянул к себе доску и большой нож, наблюдая за тем, как старший аккуратно вспарывает толстое брюшко.       — Как тебе у нас в компании? Ещё не появилось желание остаться в штате? — Намджун склонил голову в бок, замечая как мальчишка натянуто улыбается.       — Не думаю, что это возможно.       — Нам нужны переводчики. Ты у нас всего ничего, а мы уже почти подписали договор с французской компанией. А это, знаешь ли, огромный шаг в развитии человечества, поскольку мы почти никогда не работали с Европой. И, смею предположить, что ты нам ещё работы подкинешь, пока будешь у нас практиковаться.       — Джун-и, тебе не кажется, что обсуждать рабочие вопросы следует на работе, а не на отдыхе? — укоризненно посмотрев на супруга, Джин вдруг замер, прислушиваясь. — Я один это слышу?       Откуда-то со стороны реки стал доноситься неразборчивый крик, а Чимин принялся осматриваться по сторонам, стараясь найти источник звука. Вот только его взгляд засёк только медленно идущего в их сторону Юнги, который спрятал руки в карманы спортивных штанов, а на его губах можно было заметить довольную ухмылку. Рядом с ним радостно бежала Холли, активно виляя хвостиком.       — Намджуни-хён! — все трое одновременно увидели едва заметный силуэт Тэхёна, плывущего на надувной лодке по реке в нелепом спасательном жилете ярко-оранжевого цвета. — Намджун-хён! — Тэ попытался встать, но моментально опустился обратно на пятую точку, потеряв равновесие из-за вёсел, которые он крепко держал. — Хё-ё-ён, ты будешь лучшим папой на свете! Ки-и-им Намджу-у-ун, твой ребёнок будет са-а-амым счастливым!       Джун только закатил глаза и спрятал лицо за широкой ладонью, делая вид, что его стыдит поступок младшего, но яркая улыбка с очаровательными ямочками на щеках выдала его настоящее отношение к происходящему. Джин же звонко рассмеялся, наблюдая за приближающимся к берегу Тэ, который продолжал нараспев кричать глупости, стараясь подбодрить Намджуна, которому, с его слов, отлично подходила роль папочки, не забыв добавить и пару реплик о том, что старший всегда может попросить у него помощь, ведь Тэ точно не откажет, хоть и помощник из него так себе.       Чимин ярко улыбался, рассматривая лучшего друга, который пыхтел и активно работал вёслами. Он всё ещё не оставлял попыток подняться, но каждый раз это действие заканчивалось одинаково и Тэхён только размахивал руками, стараясь не упасть в холодную воду. На его лице красовалась фирменная квадратная улыбка, греющая душу, и Пак в очередной раз задумался над тем, что встреча с Тэ — это лучшее, что могло с ним произойти. Ведь весь Ким Тэхён заключался именно в этом — он никогда не задумывался о последствиях, но всегда думал о своих родных и близких, потому что был готов ради них на всё.       — Где ты отрыл эти вёсла? — Намджун, продолжая смеяться, обратился к подошедшему Юнги.             — Секрет, — Мин только пожал плечами, стараясь сдержать улыбку, и плюхнулся на стул напротив Чимина. — Главное, чтобы он не узнал о том, что лодка моторная.

***

      Уже смеркалось и все собрались за столом в ожидании долгожданного ужина. К удивлению Чимина, он почти не принимал участие в приготовление еды, поскольку Юнги вызвался помочь Джину с приготовлением супа, аромат которого сейчас распространялся на всю окрестность, заставляя желудок жалобно стонать и сжиматься в предвкушении еды. А вот приготовление стейков Ким оставил себе, ссылаясь на то, что только он умеет делать настолько вкусную рыбу. В прочем, возражений не последовало, поэтому Чимин, чтобы не чувствовать себя бесполезным, принялся накрывать на стол, расставляя закуски, тарелки и стаканы.       — Чёрт, ты снова сделал это, — до Чимина донесся приглушенный голос Сокджина, который сидел на корточках, пробуя на вкус почти готовый бульон. — Каждый раз удивляюсь тому, что ты умеешь так готовить. Может пора задуматься о ресторанном бизнесе, а?       — Не глупи, — усмехаясь, Юнги сделал глоток газировки. — Ты действительно думаешь, что я смогу помочь, хён?       — Это же ты, Юнги, — Ким поднялся, подхватывая с маленького столика несколько тарелок, чтобы наполнить их супом. — И ты всегда находишь для него правильные слова.       — Я просто умею угрожать. Открою тебе страшную тайну, но твоему супругу безумно не нравится, когда я обещаю лишить его отпуска или вообще уволить.       — Не вешай мне лапшу на уши, дорогой. Мы оба знаем, что причина в том, что ты его лучший друг. Он всегда прислушивается к твоему мнению, ценит твои советы и готов следовать за твоими идеями. Поэтому поговори с ним, ладно? — Джин кинул грустный взгляд на Намджуна, сидящего в компании Хосока, и слабо улыбнулся. — По глазам вижу, что внутри него всё ещё идёт борьба с самим собой. — Юнги только кивнул, проследив за взглядом старшего. Намджун действительно выглядел слишком уставшим, а его фальшивую улыбку было видно издалека. — О, Чимин-а, — Ким подозвал к себе мальчишку, увидев его поблизости, — можешь отнести Чонгуку? — он аккуратно передал в его руки наполненную до краев пиалу. — Только осторожно.       — Постараюсь, — Чимин поджал губы, внимательно изучив содержимое глубокой тарелки, которое могло пролиться из-за любого неосторожного движения. Сконцентрировавшись на ароматном супе, Чимин сделал пару мелких шажков, даже не обратив внимание на то, что высунул кончик языка. Он не прошел даже половины пути и споткнулся о маленький камушек. — Ой, — сорвалось с его губ, когда немного бульона всё же пролилось на землю.       — Не обжегся? — Мин быстро поднялся, перехватывая из теплых рук мальчишки суп. Пак отрицательно покачал головой, поджимая губы. — Помоги здесь хёну, а я сделаю остальное, — не дождавшись ответа, Юнги пошёл в сторону остальной компании, не забыв при этом отвесить подзатыльник Намджуну, который пытался просверлить дырку в ботинках, витая где-то в своих мыслях.       — Всё в порядке? — поинтересовался Джин, поднимаясь с корточек.       — Да, я просто споткнулся, — Чимин натянуто улыбнулся, отводя взгляд от архитектора, который ласково улыбнулся Чонгуку, растрепав его темные волосы. — С чем помочь?       — В принципе всё готово, так что можем идти. Боже, я такой голодный. Умираю как хочу суп, — залепетал старший, подхватывая сразу несколько тарелок. — Это единственное блюдо, в котором Юнги смог меня переплюнуть. Маленький засранец, — последнюю фразу он произнес почти шёпотом и подмигнул мальчишке, когда Мин вновь вернулся к ним, чтобы помочь отнести оставшиеся блюда на стол.       Ужин, как и любой другой прием пищи, проходил слишком шумно. Во-первых, из-за Тэхёна, который вновь пытался доказать окружающим, что из него выйдет гениальный журналист, прося старших накидать ему неинтересных новостей из которых он смог бы сделать скандальные заголовки. К слову, получалось у него не очень, однако это вовсе не смущало Тэ, поскольку его целью явно было не блеснуть умом, а просто повеселить окружающих. Во-вторых, из-за Хосока, орущего всякий раз, когда мимо него пролетал какой-нибудь жучок или безобидная мошка. Мужчина даже натянул на себя свою чудаковатую шапку с москитной сеткой, но быстро отказался от этой затеи, поскольку есть в таком головном уборе было невозможно.       Когда с трапезой было покончено, Тэхён забрался на колени к Чонгуку и принялся шептать ему что-то неразборчивое, хихикая и утыкаясь тому в шею, совершенно не обращая внимания на присутствующих. Хосок остался сидеть с Юнги, попивая виски, и внимательно слушал его речь, обращенную к Намджуну, изредко кивая в знак согласия и ободряюще улыбаясь каждый раз, когда Джун переводил на него свой взгляд.       — … поэтому прекращай сомневаться в себе, дружище, — до Чимина периодически доносились обрывки их диалога, пока он, помогая старшему, собирая оставшийся мусор и тарелки. — Я вообще не понимаю откуда в твоей голове взялись эти бредовые мысли. Сколько тебя помню — ты всегда прекрасно ладил с детьми, потому что они в тебе души не чают. Никогда не забуду как они облепили тебя на открытии нового корпуса для детского дома. Намджун, ты тогда к каждому ребенку подход нашёл, словно на интуитивном уровне знал, что стоит сделать и сказать, чтобы утешить или развеселить их. Там все поголовно были влюблены в тебя.       — Это да, но… — хотел было возразить Ким, но Мин кинул на друга недовольный взгляд.       — Нет никаких «но», Джун. Ты, блять, будешь отличным отцом. В конце концов, ты даже к этому подход смог найти, — Юнги кивнул в сторону ничего не подозревающего Тэхёна. — Это сейчас его ещё хоть как-то стерпеть можно, но подростком он был просто невыносим.       — Это точно, — усмехнулся Хосок. — Его выходки можно было заносить в Книгу рекордов Гиннесса.       — Вот именно. И вообще как ты можешь о чём-то беспокоиться, если рядом с тобой Сокджин?       — Да уж, это хён должен переживать, потому что на нём теперь ответственность не только за тебя и Тэ, но ещё и за малышку, — Хосок вновь усмехнулся, подхватывая палочками остатки кимчи. — Мы, кстати, тоже всегда готовы помочь. Если ты вдруг забыл, то напоминаю, что у нас с Юнги есть опыт. Глянь на Чонгука, — мужчина посмотрел на младшего брата с нескрываемым чувством обожания, — неплохой парень вроде вырос.       — Ага, гадость только какая-то прилипла к нему, — Мин произнес фразу совсем тихо, кидая взгляд на Тэхёна, который вопросительно уставился на него, когда рядом послышались смешки. Но брюнет только подмигнул младшему и скривил губы в улыбке. — Так что прекращай накручивать себя, дружище, — он вновь посмотрел на Намджуна и положил руку ему на плечо. — Всё будет отлично.       — Спасибо, — Ким улыбнулся, подхватывая со стола стакан. — Всё-таки мне повезло с друзьями.       — А ты в нас сомневался что ли? — усмехнувшись, брюнет припал губами к стеклянному горлышку, чтобы сделать пару глотков пива, но резко отстранился от бутылки, замечая неподалеку Чимина.       — Безалкогольное что ли? — поинтересовался Хосок, наблюдая за тем, как Юнги недовольно морщится, оставляя от себя выпивку.       — Передумал, — хмыкнул тот. — Намджун, ты ведь выкинешь из головы этот бред, да?       — Как скажете, господин Мин, — он закатил глаза, отпивая свой напиток.       — Не называй меня так, умоляю, — он скривился, слыша привычное обращение, которое уже стояло у него поперек горла. — Пойду кофе сделаю пока костёр ещё не погас. Вы будете?

***

      Очередной день медленно подходил к концу. Чимин вновь сидел на поваленном дереве, наслаждаясь свежим воздухом, который смог немного прогреться за день, наконец напоминая о том, что начался последний месяц весны. Кутаясь в бледно-розовый плед, он снова и снова возвращался мыслями к Юнги и, кажется, совершенно перестал сопротивляться этому, ведь этот мужчина не переставал удивлять его. Буквально с каждой минутой этого отдыха Мин Юнги раскрывался для него с новой, ещё неизведанной стороны, которая начинала нравится мальчишке. Это определенно его радовало, но и пугало ни чуть не меньше, поскольку из памяти словно стал стираться образ того жестокого и холодного человека, чьё хмурое лицо преследовало Чимина на каждом шагу.       Возможно, всё дело было в том, что Пак стал понимать причину такого агрессивного поведения, хотя для него до сих пор оставалось загадкой почему именно господин Мин так сильно ненавидел людей, занимающихся проституцией. Сам Чимин никогда не осуждал тех, кто торгует своим телом, просто потому что знал, что в жизни случаются такие обстоятельства, когда у тебя просто не остается выбора и ты видишь спасение там, где многие видят путь в никуда…       Мальчишка повернулся в сторону натянутого тента, тряхнув головой, чтобы отогнать идиотские мысли, замечая супругов Ким, которые сидели в обнимку и ласково улыбались друг другу, попивая кофе, пока Хосок одной рукой поглаживал довольную Холли, но делал это скорее всего на автомате, поскольку сам был полностью увлечен перепиской с кем-то, кто вызывал застенчивую улыбку и легкий румянец на его щеках. Он с облегчением выдохнул, видя что и на лице Намджуна уже нет былого напряжения и он с энтузиазмом рассказывает что-то мужу.       Чимин прикрыл глаза, посильнее закутавшись в плед, и поймал себя на мысли, что он безумно благодарен братьям Ким, которые вытащили его из суеты бесконечно сменяющих друг друга дней, потому что он был рад оказаться в окружении этих людей и сейчас наслаждался моментом. И пусть на первый взгляд эту поездку сложно было назвать идеальной, она казалась чем-то необходимым, хотя бы потому что у мальчишки стало немного спокойней на душе.       — Тэхён сказал, что ты любишь, — Чимин распахнул глаза и поднял голову, встречаясь взглядом с Юнги, который протягивал ему стаканчик с ароматным какао.       — Ой, — слетело с его губ и он забрал напиток из холодных рук. — Ещё горячий, — мальчишка слабо улыбнулся, втягивая сладковатый запах носиком. — Спасибо.       Мин осторожно присел рядом, улыбаясь уголком губ, когда боковым зрением заметил с каким удовольствием младший делает первый глоток, и сделал для себя пометку, что стоит отблагодарить Тэхёна за эту подсказку. Несколько минут они сидели в тишине, пока мужчина не проследил за взглядом Чимина, который был направлен на дурачащихся Чонгука и Тэхёна, которые танцевали никому неизвестный танец, то и дело наступая друг другу на ноги, что вызывало у них приступ неконтролируемого смеха, заканчивающийся нежными поцелуями.       — Они красивая пара. Хотя я до сих пор не понимаю как они уживаются друг с другом.       — Я тоже иногда задаюсь этим вопросом. Тэхён порой такой взбалмошный, а Гук-и наоборот очень спокойный. Но, как говорит Тэ, противоположности притягиваются. Возможно, так оно и есть.       — Чонгук на самом деле такой же, просто редко показывает. Он предпочитает накапливать энергию, а потом в один момент выплескивает всё и сразу, шокируя окружающих.       — Он сказал, что Вы его многому научили, — мальчишка сделал глоток любимого напитка и облизал губы, ощущая на кончике языка слабый привкус корицы.       — Не сказал бы, что многому. Но и не смею отрицать, что чему-то он научился у меня, — Юнги усмехнулся, запуская руку в темные волосы. — Однако, теперь и мне есть чему у него поучится.       — Например? — Чимин перевел удивленный взгляд на профиль старшего, который продолжал смотреть на счастливую парочку.       — Например, быть более открытым этому миру? — прозвучало скорее как вопрос. — В нём столько жажды жизни, а я растерял это ощущение много лет назад.       — Почему? — Пак не сводил взгляда с бледного лица, стараясь уловить эмоции старшего. — Можете не говорить, если не хотите, — после долгой паузы выдал он, отворачиваясь и делая ещё один глоток сладкого напитка.       — Это слишком глупо, чтобы говорить об этом вслух. Причины были, но даже их наличие не оправдывает мои поступки.       — Сейчас бы хён стукнул Вас по голове, — усмехаясь, Чимин вновь посмотрел на Джина, воспоминания о котором всегда согревали его душу. — И сказал бы, что мы не вправе винить себя в том, что даже незначительные неприятности смогли выбить почву из-под ног или заставили спрятаться от внешнего мира.       — Ты читал его книги?       — Ага, — он пожал плечами, чувствуя на себе вопросительный взгляд старшего. — Мне всегда казалось это увлекательным и интересным. Я даже хотел поступать на факультет психологии.       — Почему передумал?       — Сложно сказать, — Чимин задумался на пару секунд. — Наверное, потому что посчитал, что человек, который не может применить знания для помощи самому себе, вряд ли сможет помочь другим.       — Но разве человек, переживший что-то трагичное, не лучше всех понимает тех, кто тоже с столкнулся с этим?       — Возможно… Но ведь одного понимания недостаточно, чтобы помочь. Например, мы с вами. В жизни каждого из нас произошли те или иные события, сделавшие нас теми, кем мы являемся, сформировав модель поведения, которой мы придерживаемся. Поэтому найти причину, ставшую поводом для похода к психологу, не так сложно. Мы все догадываемся, что именно сломало нас, разделив жизнь на банальное «до» и «после». Вопрос лишь в том как всё исправить. Поэтому понимания недостаточно, господин Мин.       — Напомни, пожалуйста, сколько тебе лет?       — Тоже скажете, что размышляю я так, словно пожил долгую жизнь? — Чимин усмехнулся, когда брюнет несколько раз утвердительно кивнул. — Что ж, иногда я и в правду ощущаю себя на все пятьдесят.       — Не самый худший вариант, — Юнги слабо улыбнулся, замечая удивленный взгляд мальчишки. — Просто я себя ощущая на все восемьдесят пять.       — Всё настолько плохо?       — Да нет, но когда под ногами путаются эти двое, — он указал на целующуюся парочку, — я и вправду чувствую себя так, словно на днях отойду в мир иной. И, скорее всего, не по своей воле, — он кивнул на Тэ, а Чимин звонко засмеялся, откидывая голову, что вызвало на лице Юнги мягкую улыбку. — Тебе смешно, а я серьезно. Боюсь представить, что сделает Тэхён, когда узнает что вёсла были не нужны.       — Зачем вы ему их дали? — спросил мальчишка, продолжая смеяться, ведь его воображение уже вовсю рисовало сцену, где разъяренный Тэхён носится за Юнги. — И почему помогли ему?       — Он слишком очаровательный, когда выпрашивает что-то, поэтому отказать почти невозможно, — Мин натянуто улыбнулся, но Чимин успел заметить, как на секунду тот скривился.       — А может он просто знает Ваши слабые места и угрожал?       — Не без этого, — хмыкнул старший, усмехнувшись.       — Значит, вы мстили?       — Вообще-то я их дал ему на всякий случай, если вдруг с мотором что-то случится, потому что мы дважды глохли утром, но…       — Но вы не сказали ему об этом, да? — поправив одеяло на плечах, Чимин посмотрел на Тэ, которому только предстояло узнать о том, что днём его обвели вокруг пальца.       — Мне просто было интересно додумается он сам или нет. Но всё же в его голове тараканов больше, чем мозгов, — усмехаясь, Мин посмотрел на улыбающегося Чимина, встречаясь с ним взглядом. — Замёрз?       — Нет, — мальчишка поджал губы, стараясь скрыть улыбку, и отвернулся, избегая карих глаз, где стала плескаться забота и нежность. — Спасибо, что вернули плед. И за какао, — он потряс опустевшим стаканчиком и поднялся с дерева. — Я, наверное, пойду. Спокойной ночи, господин Мин, — Чимин едва заметно поклонился и пошёл в сторону палатки, стараясь успокоить слишком быстро бьющееся сердце.       — Спокойной ночи, Чимин-и… — почти шёпотом произнес Юнги, провожая взглядом хрупкую фигуру слишком сильного мальчишки.       

***

      — Ах ты мерзкий гном! — было первым, что Чимин услышал, когда проснулся. Мальчишка высунул голову из палатки, сразу замечая Тэхёна. Тот носился за Юнги, угрожая ему несчастным веслом, которое рисковало стать орудием убийства. — А ты чего его защищаешь, мелочь? — он резко остановился, чуть не наступив на лающую Холли, пытающуюся отстоять своего хозяина. — Мин Юнги, ты даже не представляешь куда отправиться это весло, когда я тебя поймаю! — младший тяжело дышал, но продолжил погоню, сверкнув злым взглядом в спину отдаляющегося брюнета.       — Ты для начала поймай, — крикнул Мин, оборачиваясь, чтобы показать язык.       К слову, кроме рыжего очарования, никто из присутствующих не решился встревать между этими двумя. Хосок, будто специально, подливал масло в огонь, поддерживая нелепыми речевками Юнги, который только закатывал глаза всякий раз, когда очередная глупость слетала с губ друга. Джин и Намджун тихо посмеивались во время приготовления завтрака, изредка кидая взгляды на происходящее. А вот Чонгук, как и Чимин, тоже высунул голову из палатки, стараясь понять причину такого громкого «будильника».       — Гук-и, — Юнги, в очередной раз перепрыгивая через большой камень, привлек внимание младшего. — Угомони свою бестию, — он на секунду остановился, упираясь руками в колени, чтобы отдышаться. — У него слишком длинные ноги. Я близок к поражению, — буркнул он, рвано хватая воздух.       — И тебе будет не отмыться от этого позора, — Тэ, нацелив весло на пятую точку архитектора, стал разгоняться, чтобы наконец достигнуть свою цель.       — Медвежонок, ты чего тут устроил? — потирая глаза, Чон выбрался из палатки и ленивов потянулся, проследив взглядом за пробегающими мимо Юнги. — Хён не лучший компаньон для утренних пробежек, — усмехаясь, он ловко поймал Тэ за руку, притягивая к себе. — И зачем тебе весло? — парень нежно провел по щеке возлюбленного, утирая каплю пота, и заглянул тому в глаза.       — Да ты не понимаешь! Он, — Тэ зло сверкнул глазами в сторону брюнета. — Он вчера мне эту херню подсунул и я пол речки проплыл, как гребаный участник сборной по гребле. А там, блять, был мотор! Мотор был, понимаешь?       — Это полезно! — крикнул Юнги, облегченно выдохнув, когда понял, что погоня за ним прекращена. — Ты же сам жаловался, что у тебя руки слабые. Вот тебе и тренировка. Можешь не благодарить, — он плюхнулся на землю, вытягивая ноги и поднимая голову к небу.       — Предпочитаю другие тренировки, придурок, — буркнул Тэхён, откидывая от себя весло.       — И ты из-за этого устроил забег в семь утра?       — Я надеялся, что с утра он бегает хуже, — Ким пнул камень в сторону архитектора. — Но этот пенсионер слишком шустрый даже с такими крошечными ножками. Мне нужен новый план мести.       — Пиздец… — прошептал Юнги, зарываясь пальцами во влажные волосы. — Может договоримся, а?       — Нет уж, хён. В этот раз тебе не удастся меня подкупить.       — Уверен? Согласен удвоить ставку.       Чимин за это время успел незаметно проскочить к старшим и сесть рядом с ними, продолжая переводить заинтересованный взгляд то на Тэ, то на Юнги.       — А что происходит? — уточнил он, кивая в сторону перепалки.       — Сейчас твой руководитель буквально подписывает себе смертный приговор, — усмехнулся Джин, очищая вареное яйцо. — Тэ с него не слезет пока не получит своё.       — В смысле?       — Утроить! Ты меня ещё и перед лучшим другом опозорил, мерзавец, — Тэхён бросил взгляд на ничего не понимающего Чимина и подмигнул.       — Хорошо. Три любых желания, Тэхён.       — И на спине покатаешь?       — Ну уж нет. Не наглей, малой.       — Рискуешь обнаружить это весло у себя в заднице, Мин Юнги, — Ким вновь поднял орудие пыток, перекинув его из одной руки в другую.       — Ладно, — отмахнулся Мин, поднимаясь на ноги. — Дай отдышаться только…       Тэхён победно хлопнул в ладоши и широко улыбнулся. Оставив смазанный поцелуй на щеке Чонгука, он радостно побежал в сторону кухни, не забыв похлопать брюнета по плечу и показать язык Хосоку.       — Завтрак готов? Я жуть как проголодался, пока бегал за этим гномом, — Тэ обнял Чимина за плечи, утыкаясь подбородком в его светлые волосы на макушке. — Предлагаю сегодня сыграть в волейбол. Не зря же мы с Гук-и везли мяч, правда?       — А что сейчас произошло? — всё ещё ничего не понимая, Пак посмотрел на довольного друга.       — Самая страшная месть, — Ким хитренько улыбнулся, поиграв бровями. — Потому что в этот момент хён торчит мне три желания, которые я вправе потребовать в любой момент.       — Не бери в голову, Чимин, — подал голос Джин. — У них это постоянно происходит. Юнги каждый раз пытается вывести его из себя и у него это хорошо получается.       — А у меня хорошо получается добиваться того, чего я хочу. В прошлый раз хён любезно оплатил мне уикенд в Париже.       — Это когда ты потерял кошелек и ночевал на улице? — усмехнулся Намджун.       — Ой, да какая разница. Я так то спал с видом на Эйфелеву башню.

***

      — Ты какой-то слишком пассивный для актива, хён, — подметил Тэ, когда Мин не отбил очередной мяч, надеясь на то, что тот вылетит в аут.       — А ты как хотел? Сам из меня с утра все соки выжил, — Юнги перекинул мяч Намджуну и лениво потянулся. — Какой там счет?       — Двадцать три в вашу пользу, — Джин лишь на секунду повернулся в их сторону, стараясь не отвлекаться от приготовления рамена.       — А ты хоть следишь? — Тэхён, уперев руки в боки, недовольно глянул на брата. — Тут, вообщё-то, битва титанов.       — Не-а, — усмехнулся старший. — Я сбился после того, как Хосок упал на задницу, извините.       — До сих пор болит так то, — Чон потер ушибленное место, слыша смешки.       — Давайте ещё пару партий, — начал канючить Чонгук, прыгая на одном месте. — Я вообще не понимаю, как вы ведете счёт, — недовольно буркнул он, глядя на команду соперников, состоящую из его парня, Юнги и Чимина.       — Ловкость рук и никакого мошенничества, — Ким довольно улыбнулся, занимая свою позицию.       — Хён, не подведи, — умоляющее простонал Гук, когда Хосок забрал мяч для подачи.       — Я постараюсь, — Чон старший уже почти совершил бросок, но его взгляд засёк очередное насекомое и он с громким криком отбросил от себя мяч, побежав в сторону Юнги. — Хён, умоляю, убери от меня эту гадость, — вцепившись в руку брюнета, мужчина стал дергаться, стараясь избежать столкновения с мухой.       — А ты ещё спрашиваешь, почему они ведут, — усмехнулся Намджун, обращаясь к недовольному Чонгуку. — Хосок-а, может мы без тебя доиграем, а?       — Разбежались, — Чон, продолжая прятаться за спиной Мина, высунул голову и тут же скрылся обратно, слыша неприятное жужжание. — Я ценный игрок. Столько очков принес команде, а ты без меня доигрывать хочешь.       — Тогда отпусти уже Юнги и пиздуй на своё место, — выругался Джун, подбирая мяч. — Чимин-а, подашь?       — Давай, Чим-и, не подведи. Нам осталось выиграть всего два очка.       Пак ловко подхватил мяч и занял свою позицию, дожидаясь Хосока, который мелкими перебежками возвращался на своё место. Он бы раньше никогда не подумал, что обычная игра в волейбол может быть настолько увлекательной. Хотя, скорее всего, всё дело было в азарте Чонгука и Тэхёна, которые совершенно не умели проигрывать и бились до последнего. С момента начала их матча прошло около двух часов и Чимин уже успел изрядно устать и проголодаться, поскольку обед остался где-то далеко в прошлом, а жаркий день уже сдал свои позиции вечеру.       — А может уже кушать пойдете? Рамён готов, — Джин потряс в руках половник, привлекая к себе внимания. — Всё равно счёт никто не знает, да и проголодались все. А он такой ароматный, м-м…       — Я согласен, — Чимин кинул мяч Тэхёну. — Я накрою на стол, — он довольно улыбнулся, быстро ретировавшись с игровой площадки, что вызвало смех.       — Так эти страшные звуки доносились из его желудка? — уточнил Хосок, закидывая руку на плечо брата. — Не расстраивайся, Гук-и, мы отыграемся в следующий раз.       — И вообще не факт, что мы проиграли, — поддержал Джун, растрепав темные волосы младшего.       — Давайте считать, что у нас ничья, — Юнги только хотел двинуться в сторону команды противников, но замер на месте, услышав голос Тэхёна.       — Хё-ё-ён, — протянул тот. — Хочу на ручки.       — Прямо сейчас? — вскинул брови Мин, утирая пот со лба. — Ты смерти моей хочешь сегодня что ли? — Но ответа не последовала, потому что Ким со всех ног побежал к старшему, чтобы запрыгнуть к нему на спину.       — Нет, ты посмотри на него, — усмехнулся Джин, помогая Чимину расставлять стулья вокруг костра. — Умеет же этот засранец добиваться своего.       — Тэ, ты там поаккуратней. Он мне живым нужен, я один с проектом по тендеру не справлюсь.       — Опять ты про работу, зануда? — Тэхён кинул недовольный взгляд на Намджуна и обвил руками шею брюнета. — Давай, лошадка, вези меня.       — Не думаешь, что я скину тебя в речку?       — Во-первых, до неё слишком далеко идти, а ты устал. Во-вторых, ты тогда будешь должен мне ещё одно желание, — хихикнул младший, болтая ногами в воздухе.       — Какой же ты продуманный, — буркнул Юнги, стараясь скрыть улыбку.       — Хён, а ты гитару с собой взял? — уточнил Чонгук.       — Да, она в машине у Джина.       — Я принесу? — и, дождавшись кивка, он быстро побежал в сторону парковки.       — Нет, я не могу стоять просто так, — Хосок вытащил из кармана телефон и открыл камеру. — Тэхён-а, позируй.       Когда из Юнги были выжаты последние силы, а вся компания собралась вокруг большого костра, горячий рамён, казавшийся в эту минуту настоящей пищей богов, был уничтожен за считанные секунды, потому все и в правду проголодались. Настолько, что за время ужина никто даже и слова не промолвил.       Чонгук, удостоверившись в том, что старший закончил есть, отдал ему чехол с гитарой и, усадив Тэ к себе на колени, принялся с интересом наблюдать за действиями Юнги, который бережно достал инструмент и начал его настраивать. Пак, кинув взгляд на Тэхёна, слабо улыбнулся, когда его друг обвил всеми конечностями Чона и громко хихикнул, потому что Юнги слишком сильно натянул струну, чуть не порвав её. Джин, замечая удивление на лице младшего, подмигнул ему и уложил голову на плечо к супругу, переплетая их пальцы, а Хосок, как и всегда, подхватил на руки довольную Холли, разрешая ей устроиться на своих ногах. А вот у Чимина, сидевшего напротив архитектора, не оставалось выбора, кроме как следить за действиями старшего, задерживая свой взгляд на руках, не скрытых тканью толстовки, где под бледной кожей виднелись синие ручейки вен.       Чимин не переставал удивляться, наблюдая за Юнги. Этот мужчина казался полной противоположностью того человека, которого мальчишка знал до этой поездки. Особенно сейчас, когда в отблесках костра наблюдал за тем, как его длинные пальцы перебирают струны старенькой гитары, разрисованной детскими рисунками Тэхёна и Чонгука. Хрипловатый голос больше напоминал мурчание кота, когда Мин напевал себе под нос любимую песню Тэ и посмеивался всякий раз, когда забывал слова и ловил на себе разочарованный взгляд младшего.       И с каждой минутой, проведенной в этом месте, Чимин всё больше и больше прекращал сопротивляться мысли о том, что такой Юнги ему приятен. Строгий генеральный директор остался где-то за пределами этой поляны, наполненной треском костра и звуками аккордов, которые сопровождались теплыми улыбками и приглушенными разговорами. Сейчас Пак видел в нем молодого парня с озорной улыбкой на лице и был искренне удивлен, что этот человек обычно скрывается за маской холодного и грубого мужчины. В его голове это не укладывалось, но он своими глазами видел, каким Мин Юнги бывает на самом деле. И, признаться честно, Чимин бы точно в него влюбился, если бы это была их первая встреча.       Если бы мальчишка с самого начала знал, как Юнги умеет радоваться достижениям Чонгука и поддерживать его, давая настолько важные советы, что младший радостно хлопал в ладоши и подхватывал архитектора на руки, пока тот умолял поставить его обратно на землю, стараясь скрыть в воротнике своей толстовки теплую улыбку. И если бы он знал, что хоть Юнги и кажется занозой в заднице, вечно достающей Тэхёна своими язвительными комментариями и недовольным ворчанием, он будет тем, кто сначала начнет критиковать идеи Кима, а потом первым побежит принимать участие в этом абсурде, потому что это Тэ, которому он не может отказать. И если бы он знал, что Мин действительно хороший друг для Сокджина и Намджуна, готовый не только внимательно выслушать, но и найти те самые правильные слова, которые заставят его заместителя перестать сомневаться в себе и внушат ему уверенность в том, что всё будет хорошо. Если бы Чимин знал, что Юнги готов пойти на риски и взять на себя ответственность, чтобы помочь Хосоку осуществить его давнюю мечту, да и просто держать его за руку, когда мимо Чона проползал очередной маленький паук или пролетала безобидная букашка. И, кажется, Пак даже видел, как брюнет нехотя снимает с ним какой-то трендовый танец для социальной сети их общего дела. И если бы Чимин знал, каким заботливым бывает архитектор, когда дело касается рыженькой Холли, которую он вечно подхватывал на руки, бережно поглаживая её волнистую шерстку и ласковым голосом приговаривая ей теплые слова, из-за чего её хвост начинал быстро раскачиваться в разные стороны. Если бы он знал, что тот умеет признавать свои ошибки и искренне, хоть и неумело, просить прощения, раскаиваясь…       Если бы Чимин узнал всё это раньше, он бы точно влюбился в мужчину, чьи глаза цвета пряной корицы сейчас выглядели ещё красивее в свете закатного солнца. Да и смотрели они на мальчишку теперь совсем иначе…       За своими размышлениями Пак не заметил, как солнце покинуло небосвод, окрашивая его в темные оттенки синего. Костёр продолжал танцевать причудливыми языками пламени, освещая всех собравшихся. Гитара уже давно была в руках Чонгука, пытающегося вспомнить простенькие аккорды, которым его обучил хён ещё в подростковом возрасте, а Юнги только приглушенно смеялся, наблюдая за тем, как Чон неумело обхватывает гриф и тихо материться каждый раз, когда пальцы не хотят принимать нужную позицию.       — Чонгук-а, — протянул Тэ, прихлопнув очередного комара у себя на шее. — Мне кажется я скоро умру от количества укусов этих кровопийц.       — И что ты предлагаешь? — он убрал гитару в чехол и вернул брюнету, поворачиваясь к парню.       — Отсосать яд, конечно же, — Тэхён широко улыбнулся, вызывая смех у всех присутствующих. — Меня так то и за задницу укусили, — буркнул он, почесав упомянутое место.       — И правда, откуда их столько взялось сегодня? — Хосок приподнял москитную сетку на своей шляпе. — Но это штука реально работает, правда, мне почти вас не видно.       — Ты б ещё скафандр нацепил, — усмехнулся Намджун, поднимаясь с кресла. — Может правда уже по палаткам? Завтра рано вставать, чтобы убрать всё и вернуться в город.       — Да, надо только костёр потушить и ложиться, — Джин потянулся и поправил съехавший капюшон.       — Можете идти, я сделаю здесь всё, — подал голос Юнги.       — Уверен? Может помощь нужна? — уточнил Чонгук.       — Да идите уже, а то Тэхён тебя сейчас при всех трахнет.       — Спасибо, хён, — Тэ подмигнул старшему и, схватив Гука за руку, потянул его в сторону палатки. — Всем спокойной ночки, чмоки-чмоки.       — Неугомонные, — закатив глаза, Джин подхватил с земли сложенные тарелки. — Справишься?       — В первый раз что ли?       — Тише вы, Чимин, кажется уснул.       — Ой, — младший широко открыл глаза, услышав своё имя. — Я не спал, просто задумался, — он слабо улыбнулся, стараясь выбраться из пучины мыслей, поглотивших его разум. — А все уже разошлись? — растерянно осмотревшись по сторонам, мальчишка встретился взглядом с Юнги и вздрогнул.       — Ага. И ты давай иди, а то продрог уже весь, — Джин заботливо натянул на него капюшон и подтолкнул в сторону палатки. — Спокойной ночи.       Чимин кивнул и, взяв на руки Холли, медленно побрел к своему ночлегу, стараясь унять дрожь во всем теле, которая была вызвана далеко не холодным воздухом…

***

      Спустя целый час неудачных попыток угомонить быстро бьющееся сердце, Чимин, не выдержав груза собственных мыслей, осторожно расстегнул молнию и выбрался из палатки, с облегчением вдыхая прохладный воздух, защекотавший его щеки. Он совершенно не хотел спать и, хоть прекрасно понимал, что завтра утром он пожалеет об этом решении, медленно двинулся вперёд, посильнее укутываясь в полюбившийся бледно-розовый плед, ставший его верным спутником.       Мальчишка брёл вдоль спокойной реки, шурша мелкими камушками под ногами. У него не было никакой цели, просто хотелось насладиться ночной прохладой и хоть немного проветрить голову, которая начинала болеть от постоянных размышлений из-за всех этих «если бы», что засели в его разуме, лишая покоя. Однако, дойдя до места, где он в первый день пытался смириться с фактом того, что Мин Юнги стал неотъемлемой частью его жизни, Чимин удивленно замер, видя как на большом камне сидит знакомая фигура, задрав голову к небу. И, проследив взглядом за старшим, он слабо улыбнулся, замечая россыпь переливающихся звёзд.       — Ты был прав, — Юнги повернулся в его сторону, растягивая губы в улыбке. — Небо здесь и в правду очень звёздное.       Чимин усмехнулся и неуверенно подошёл ближе, замечая как Мин отодвигается, чтобы освободить для него место. Поразмыслив лишь пару секунд, он сел рядом и накинул плед тому на плечи, встречая удивленный взгляд карих глаз.       — Вдруг заболеете, — мальчишка отвернулся, вновь глядя на небо. — Мои родители живут далеко от Сеула, — почти шёпотом начал он спустя несколько минут тишины. — Каждый раз, когда я к ним приезжаю, я тихонечко выхожу на улицу, чтобы полюбоваться звёздами. В дали от города они всегда кажутся такими яркими и большими, словно вот-вот сможешь дотронуться до них рукой.       — А я вообще не помнил, когда последний раз смотрел на небо.       — А мы с мамой часто проводили так время. Когда был младше, она садилась на крыльцо и укладывала мою голову себе на колени, напевая старую колыбельную. А я любовался августовским звездопадом, загадывая глупые желания, — он грустно усмехнулся, опустив взгляд себе под ноги. — Если бы знал, то попросил бы что-то действительно стоящее.       — Думаешь они сбываются?       — Не знаю… Я всегда просил всякую ерунду: хорошие оценки, новую книгу, поездку на море. Сейчас сложно сказать, что из этого воплотилось в реальность, — он улыбнулся, посмотрев на профиль старшего. — Вы так спрашиваете, будто никогда не загадывали желания.       — Так и есть, — Юнги пожал плечами. — Всегда считал это какой-то глупостью.       — Напомните, пожалуйста, сколько Вам лет?       — Тоже удивишься тому, как я столько лет прожил на этой планете?       — Неужели и правда никогда ничего не загадывали? — Мин, усмехаясь, только отрицательно покачал головой. — И в новогоднюю ночь? — снова нет. — И в день рождение?       — Нет, Чимин. У меня никогда не было таких желаний, которые я не смог исполнить сам.       — А как же верить в чудеса? Если бы сейчас упала звезда, то я бы хотел…       — Никогда не встречаться со мной? — Юнги не смотрел на него. Его взгляд был направлен на темную воду, а на губах появилась тень грустной улыбки, потому что он был уверен в положительном ответе.       — Загадал бы познакомиться с Вами при других обстоятельствах, — сорвалось с пухлых губ и мир вокруг погрузился в тишину, а Чимин слышал только стук собственного сердца.       Не проронив ни слова, они продолжили наблюдать за звёздным небом. Мальчишка так и не решился посмотреть на Юнги, хотя они ещё долго сидели бок о бок, вслушиваясь в ночную тишину. И, к удивлению Чимина, его сердце медленно успокоилось, а в голове наступило долгожданное затишье. Когда прохладный ветер растрепал их волосы и Юнги заметил, как младший стал сильнее кутаться в плед, он также молча подал ему руку, помогая слезть с холодного камня и, завернув его в плед, подтолкнул в сторону палаток.       Дойдя до лагеря, Юнги на секунду остановился, вслушиваясь в звуки и прыснул со смеху, когда заметил багровый румянец на лице Чимина, услышавшего громкие стоны Тэхёна. Мальчишка прикрыл глаза ладонью, но подхватил смех брюнета, когда с другой стороны послышался голос Хосока с фразой «а брат красавчик», а потом глухой звук удара и заливистый смех Джина.       — Видимо, хён не выдержал, — усмехаясь, Юнги спрятал руки в карманы спортивных штанов и посмотрел на мальчишку, закусывающего губы, чтобы сдержать улыбку. — Спокойной ночи, Чимин-и, — Мин сам не понял, как сделал шаг вперед и бережным движением заправил светлую прядь волос младшему за ушко.       — Спокойной ночи, — он всё же улыбнулся и, слегка поклонившись, скрылся за тканью палатки, оставляя Юнги наедине с его первым искренним желанием, которое заключалось лишь в том, чтобы исполнилось желание самого Чимина.