Часть 1
29 июня 2023 г., 22:33
Она поднялась по обыкновению рано — как только начало светлеть небо. И, едва скинув с себя сонное оцепенение, её разум начал свою бесконечную работу, выстраивая порядок действий, необходимых для достижения поставленных целей — сухо и целеустремлённо, не отвлекаясь на мелочи.
Тело нуждалось в пище — и ловкие руки извлекли из бочонка, где хранились припасы, несколько плодов алоказии, кусок сыра и бутыль красного феллмурского вина, разбавив последнее в нужной пропорции водой. Остатки вина, краюха хлеба и кусок копчёного мяса баливога отправились в дорожную котомку в качестве припасов в дорогу. Там же уместился полевой журнал, несколько перьев, плотно закрытая чернильница и фляга с чистой водой — вот, собственно, и всё. Она предпочитала путешествовать налегке.
Справившись со своим завтраком, Мирили отправилась кормить животных из своей коллекции. Около двух месяцев назад она оплатила их доставку авантюристу, забредшему в Хайкросс, и ровно неделю спустя получила качественные экземпляры элитры, скейлона, баливога и гнарла. Причем последнего, преследовавшего «добытчика» по пятам, пришлось усмирять ей лично. Но дело было сделано.
Животные уже вполне адаптировались к жизни в своих загонах и, пусть и шипели на подошедшую данмерку, но атаковать не спешили. Или не рискнули? Заметив, что процесс приручения идет быстрее, чем предполагалось, Мирили приступила к кормежке. Гнарл, ходячий древовидный страж леса, не нуждался в пище, добывая всё необходимое самостоятельно из Корневой системы, пронизывающей Острова, попутно избавляя ту от избытка янтарной смолы, сбор кусков которой должен был окупить все расходы на содержание монстра. Насекомообразная элитра предпочитала мясо, уже порядком испорченное, обещая в будущем дорасти до могучей стадии матроны и дать приплод. Яд матроны всё ещё оставался слабо изученным, если не считать работу дилетантки Кармель, пропавшей недавно без следа. Скейлон и его ювенильная стадия, баливог, предпочитали свежее мясо, но вскоре им мог потребоваться доступ к воде для нормальной адаптации в неволе.
Понемногу Хайкросс просыпался. Вот выбежала из своей хижины бойкая молодая аргонианка, начав свою разминку бегом вокруг деревни, словно оправдывая свое имя. Но, как обычно, она забыла прихватить с собой туфли и что-нибудь съестное — Мирили не исключала вероятность, что ни того, ни другого у прыткой ящерки просто не водилось. А затем на ум пришли когда-то изученные ею «Заметки о расовом филогенезе». И данмерка задумалась: так ли далеко аргониане отстоят от скейлонов? Интересно, согласится ли Бегающая-Кругами поучаствовать в эксперименте?..
Второй ближайший сосед, имперец Браскус, был более коммуникабельным, как и следовало ожидать от неда его расы, немного поговорив с исследовательницей. Впрочем, как всегда, беседа быстро перешла в нотации по сохранению чистоты улиц, которой был одержим местный уборщик. Успев еще расслышать крик испуганной кем-то аргонианки: «Ни-ни-ни!», Мирили вернулась в дом.
Быстро просмотрев набросанную вчера статью для ее «Путеводителя», описывающую растение-эпифит Болотный усик, она быстро дописала несколько строк об особенностях его деформированного подвида, после чего повесила на пояс любимый кинжал, подхватила котомку и двинулась к двери. Обернувшись, чтобы окинуть внутренность домика взглядом, в особенности — слишком широкую для неё одной — двуспальную кровать, данмерка решительно выбралась наружу. Пройдя по неширокой тропинке, связывающей деревушку с остальным миром, и привычно обойдя ныне разрушенный лагерь еретиков, Мирили выбралась на широкий тракт, называемый Обзорной дорогой, что тянулась через весь район Мании, решительно повернув направо.
Дороги сейчас стали почти полностью безопасными — с той самой поры, как закончился тот страшный Серый Марш. Наглые захватчики были наголову разбиты лично вернувшимся лордом Шеогоратом, который с той поры прилагал массу усилий, чтобы делать Дрожащие Острова все краше. Аурил, стражницы-даэдра, теперь патрулировали дороги куда тщательнее, вдобавок защищая деревни и их жителей. Бесчинствующие еретики, как и их антиподы из земель Деменции — зелоты — были смяты, изгнаны из своих придорожных лагерей и почти не осмеливались появляться. Помимо стражей Шеогората, легенда говорила и о яростном воине-безумце, вооружённом серебряным молотом и презирающим доспехи. На счету того, утверждала молва, было больше уничтоженных бандитов, чем растет алоказии в лесу. К слову об алоказии: вспомнив о своем исследовании, Мирили срезала несколько спелых плодов этого растения и подкрепилась, предварительно тщательно их замерив и занеся результаты в свой журнал. Затем в котомку отправились несколько аккуратно срезанных с камней цветков эпифитной астры и крупный пузырь красной водоросли, заполненный легким магическим газом. Нести поклажу сразу же стало легче.
За поворотом на обочине лежала туша мертвой элитры, жвала которой вцепились в рыхлую землю. Наверное, недавно прошедший патруль аурил уничтожил опасное насекомое и двинулся дальше на запад, обезопасив дальнейший путь данмерки. Но не оставлять же без внимания такой трофей? Мирили не погнушалась взрезать брюхо чудища, чтобы выдавить оттуда немного ярко-зеленого ихора. Несмотря на не самый приятный вкус, эта густая жидкость, наполняющая тело насекомого, была полезна для магов, так как при поедании восстанавливала часть магической силы. Тут же вспомнился рассказ какого-то путешественника из столицы о том, что у ныне покойного герцога Тейдона были элитры, дававшие ихор с наркотическим эффектом. Увы, Серый Марш унес жизнь герцога, а с ней оказалась утеряна и всякая информация о загадочном «феллдью».
Собирая искрящиеся шляпки грибов, исследовательница шла все дальше, пройдя уже мимо священных руин Милькара, хорошо видимых прямо с дороги. Дальше за ними должно было располагаться поселение поэтов, Хэйл, а за ним — великий и запретный для смертных, вновь отстроенный Сайларн, обитель Священного пламени. А где-то возле Сайларна всё ещё торчали прямо их земли огромные серые кристаллы. Те кристаллы, что некогда породили орду рыцарей Серого Марша, захлестнувшую Острова месяц назад — и схлынувшую, точно морская волна.
Кристаллы Порядка очень заинтересовали Мирили, но раньше приближаться к ним было далеко не лучшей идеей. Теперь же эти гиганты словно уснули — глашатаи из Нью-Шеота заявляли, что Порядок навсегда покинул земли лорда Шеогората. А жаль.
Жаль, потому как серые рыцари были совершенно новым, уникальным видом даэдра, который следовало бы тщательно изучить. Ведь даже те же алчущие являлись источником ценнейшего ингредиента — что говорить о сокровищах, скрытых под серой кристаллической броней? Утверждали, что сердца рыцарей обладают уникальными свойствами, но увы, в руки Мирили так ни одно и не попало. А сразу после победы до трофеев добрались цепкие руки её соотечественницы Релмины Вереним — и все добытые ингредиенты отправились в её логово, в Зазельм. Теперь же Порядок покинул Острова и было слишком поздно что-то делать. Исследовательница вздохнула.
Внезапно на дорогу выскочил мужчина-нед в видавшей виды мантии, когда-то бывшей синей, а теперь побуревшей от грязи. Воровато оглядевшись, словно опасаясь немедленного нападения — и увидел Мирили. В глазах прибывшего тут же запылал недобрый огонь, руки поднялись, творя колдовской знак призыва.
— Неверная, приготовься! Сейчас ты умрешь, во славу великого ордена еретиков и нашего повелителя!
Воздух рядом с еретиком сгустился, образовав худую тварь, с туго натянутой белесой шкурой, покрытой редкими шипами. Призванный алчущий тоже повернулся в ее сторону и зашипел.
— Шеогорат защитит меня! — храбро отозвалась данмерка, выхватывая свой зачарованный кинжал, а в другой руке собирая импульс магии, готовый стать заклинанием. И этими словами вывела нападавшего из себя.
— Нет никакого Шеогората! — зашипел тот, брызгая слюной. — Есть узурпатор трона, такой же смертный, как и остальные! Как и все те, кто отверг веру в истинного бога Островов — великого Арден-Сула!
— Не уверена, что твое предложение мне подходит, еретик! — усмехнулась храбрая исследовательница Островов.
По знаку призывателя алчущий бросился на неё, но Мирили выпустила в страшилище заранее подготовленное заклинание — чары Приказа существу, в которых она знала толк, как никто другой. Воля злобного даэдра мгновенно подчинилась новой хозяйке, после чего алчущий обратил свои когти уже против самого еретика. Плохонькая мантия не стала для них преградой, тут же окрасившись алым: тварь попросту разорвала призывателя чуть ли не надвое, а затем, когда чары призыва оказались разъятыми — растаяла в воздухе. Еще одним фанатичным убийцей стало меньше.
Немного поодаль от места схватки данмерка остановилась отдохнуть и пообедать, добавив в вино толику добытого ихора для пополнения магии. Отдохнув необходимое время, она продолжила свой путь. Дальнейшая дорога не доставила Мирили проблем, и к вечеру она увидела перед собой высокую каменную стену, гордо стоящую прямо в густых зарослях деревьев, поскольку была гораздо древнее их. В стене виднелось двое ворот, и к ним подходили две же дороги — приведшая данмерку сюда Обзорная и вторая, ведшая через всю мрачную Деменцию и называвшаяся Нижней. Врата же вели в Предел — место, где прибывшие на Острова смертные ожидали благословения повелителя этих земель. Ждать порой приходилось долго, почти бесконечно — поскольку само понятие времени в домене даэдра было весьма условным. Даже Мирили теперь не смогла бы сказать, сколько пробыла здесь она сама — год, десять лет или всю тысячу.
И те, и другие врата были распахнуты настежь, отнюдь не крепкие замки не давали местным покинуть Предел. Страж, могучий и непобедимый охранник покоя своего лорда и его царства, следил за их неприкосновенностью. Любой, не имеющий печати безумия на своем разуме и рискнувший подойти ближе, был обречен. У исследовательницы же проблем не возникло: жуткое творение Релмины, словно сшитое из кусков разных тел, и опиравшееся на вросший прямо в руку меч, никак не отреагировало на нее.
Предел вмещал в себя целое небольшое поселение, названное Пасвалем, и другие сооружения. В частности — Зазельм, в полных крови подземельях которого полноправно царила создательница Стража Врат. Релмина почти никогда не выходила наружу, погрузившись в свои изыскания — и это вполне устраивало Мирили, совсем не горевшую желанием вновь увидеть бывшую наставницу, от которой в своё время ей пришлось убегать со всех ног.
Пасваль заметно преобразился. Почти опустевший во время Марша, он заметно прирос людьми и даже как будто стал больше. Новые обитатели с характерным блеском в глазах — что могло бы быть интереснее? Но не для нее: изучение меров и людей ей претило. После Зазельма…
В подступавших сумерках впереди ярко сиял сине-белым огнем портал. Дверь Островов, которая связывала их с миром смертных. Некогда Мирили и сама прошла через нее, покинув родной Морровинд, когда… она не хотела вспоминать об этом, вообще. Возможно, теперь портал ведет уже в некое иное место, но проверять не хотелось. Нирн стал для неё чужим, почти забытым, словно образ из сна после пробуждения. Она не скучала по родине: Острова стали ей новым домом — и всем ее миром.
Переночевав в местной таверне, в которой заправляла маленькая незрячая босмерка по имени Дредвен, и пополнив запасы хлеба и воды, Мирили занялась исследованием Предела. Когда-то она уже облазила его вдоль и поперек и знала, как свои собственные пальцы. Но после той атаки армии Порядка здесь изменились даже детали пейзажа, поэтому предстояло исследовать всё заново.
Здесь росло множество интересных растений, за которыми иначе следовало бы отправляться в район Деменции, что для любого обитателя солнечной Мании было попросту опасно. Или пришлось бы вновь искать кого-то вроде того авантюриста, который принес ей целый мешок ингредиентов попутно с поисками животных. Интересно, что же с ним стало дальше?
Срезав несколько сетчатых шляпок волдырника, по утверждениям являвшегося ингредиентом для зелья невидимости, данмерка нашла и свисающие с камней побеги болотного усика, интересующего ее в данный момент. Растение оказалось обычным, не деформированной разновидности и явно чувствовало себя прекрасно, довольствуясь стекающей по поверхности камня водой. И самый крепкий побег тут же уместился в котомке, чтобы позднее быть прилепленным на стене дома Мирили в Хайкроссе. Поросшая щупальцами стена должна смотреться… оригинально.
Темные смолистые наросты, торчащие из земли прямо посреди зарослей, исходили тягучим ядовитым соком. Вероятно, это была некая форма грибного дерева, его дементной разновидности. Мирили тут же вспомнила, что манийский подвид этого растения находился под строжайшим запретом сбора и употребления производимой им зеленую пыльцы, «под страхом улыбки». По слухам, запрет был введен после трагической гибели герцога Тейдона, отравившегося насмерть этим эйфориаком. Но на чёрную смолу запрет налагать никто не стал — и немного было ею собрано в пустой пузырёк от зелья, хранимый в кармане для таких случаев. Мирили хотела проверить: сможет ли смоляной яд составить конкуренцию широко применяемому собрату из гнилых чешуек, поставляемых откуда-то из глубины болот Деменции?
В котомку попал и солидный пучок срезанных трубочек грибной травы, но уже не для изучения, а как лекарство на случай, если её коллекционные животные вздумают разболеться. Массивный же водяной корень, обладающий сходными свойствами, был исследовательницей проигнорирован: его плотная масса, столь хорошая для изготовления вина, издавала слишком уж резкий запах и грозила оттянуть исследовательнице все руки.
Вернувшись в таверну, которая называлась, как выяснилось, «Кошель гуляки», Мирили нашла в продаже несколько великолепных, ярко светящихся плодовых тел усыхающей луны - гриба, растущего в глубоких подземельях, равно как и колючих зелёных стеблей суккулента, известного просто как «шип», но полезного для магов. Вероятно, так расплатилась за необходимые припасы либо сама Релмина, либо её какая-нибудь новая ученица. Но вот ученице прежней от одной этой мысли вдруг резко расхотелось оставаться здесь дольше, чем требовалось.
Устрашающий Страж вновь пропустил ее без каких-либо проблем, а за воротами Мирили ждало сразу два сюрприза: она вдруг нашла несколько гигантских спор почти вымершего гриба ежовника, и выяснила, что правители Островов всё же сумели организовать новое средство сообщения между Пределом и Нью-Шеотом. Несколько крупных ездовых элитр, способных нести нескольких ездоков сразу, были доставлены сюда в ночь, что она провела в Пределе, а утром, как по волшебству, новая «конюшня» уже была готова принять посетителей. Насекомые с темными панцирями должны были двигаться по Нижнему, дементному тракту, а ярко-жёлтые — по Обзорной дороге. Удовольствие оказалось не самым дешёвым, но данмерка, вдруг вспомнив езду на гуаре (словно из прошлой жизни), решилась, став первой, кто испытал новое средство передвижения. Что, по её мнению, было лишь справедливо.
Через каких-то пару часов Мирили уже входила в Хайкросс, наблюдая, как бесится Браскус, красоту дорожек которого испортил какой-то невоспитанный баливог. Она проверила загоны, но нет — её экземпляр был на месте. Успокоенная, она повернула к дому; очередная вылазка завершилась успешно.
***
Воспрянувшая после Серого Марша, жизнь на Островах вновь потекла своим сумбурным и хаотичным путём. Мирили Улвен издала свой всеобъемлющий «Классификатор», посвящённый, разумеется, лорду Шеогорату. Затем из-под её пера вышли труды о приручении гнарлов и исследовании погодных аномалий, регулярно возникающих над Нью-Шеотом. После этого аудиенцию ей назначил сам лорд Шеогорат. Но, увидав того вблизи, данмерка вдруг ощутила странное чувство узнавания — некое «дежа вю», как говорила её ассистентка-бретонка. Впрочем, продлилось оно меньше мгновения, после чего пропало — и сколько бы исследовательница после ни ломала голову, она так и не поняла природу той странной мысли. Годы шли, точнее — ловко имитировали этот процесс, Острова хорошели и укреплялись. Уже давно никто не слышал о бандитах на дорогах, а опасные скейлоны с гнарлами были давно приручены и оберегали владения Шеогората от чужаков. Кровавая Релмина Вереним покинула своё логово в Пределе и неожиданно для всех стала новой герцогиней Деменции. Сместив своего предшественника согласно установленному ритуалу, она получила корону, но вот тело несчастного графа так и не было найдено. Вместе с властью в Крусибле, она курировала также и улучшение и расширение узилищ Зедилиана, а затем и тюрьмы под своим дворцом. Эти подземелья отныне были ещё более опасны, чем раньше, тревога и страх с ещё большей силой вцепились в её подданных. Однако большинство из них всё равно считало, что новая правительница — самая достойная из всех. Мирили же, ныне — мэтр Улвен, занялась изучением Обелисков Порядка. Те прекрасно сохранились, хоть после окончания Марша пролетело уже около трёх сотен лет. Ни силы природы, ни жалкие потуги смертных не сумели им навредить. Джиггалаг ушёл, но его серые знаки оставались на месте, пусть и не пели больше свою слышимую лишь рассудком песню. Умерли они или только спят? А если спят, то когда?.. Шеогорат и его придворные безумцы уверяли, что никогда. Что всё прекрасно и таким останется навеки. Мир Безумия цвёл, оплоты же Порядка молчали. Но зачем тогда в каждом болоте сидели граммиты, сжимая в лапах свои тяжелые дубинки? Зачем гнарлы и элитры наводнили леса и пещеры? Отчего столица спешно превращалась в неприступную крепость? Кристаллы молчали до поры до времени. Их шёпот, раздавшийся в один прекрасный день прямо у исследовательницы в голове, прозвучал как гром среди ясного неба. Кристалл, у которого она остановилась, тихо запел свою песню смерти — и больше не умолкал. Все они не умолкали. Мэтр Улвен была напугана, но счастлива. Они всё же возвращаются! Она сама сможет увидеть и исследовать силу Порядка, а Закон Цикличности всего оказался верен и для Серого Марша тоже. Она, Мирили, всё это время была права! Данмерка не додумалась лишь до той простой истины, что все её исследования не смогут состояться, если Шеогорат проиграет эту войну.***
День, которого опасался Безумец и с восторгом ждала его исследовательница, наступил примерно через месяц, невзрачным серым утром. Возле каждого Обелиска открылись порталы — и оттуда стройными рядами начали выходить рыцари в серой броне и смертные - маги в черных робах. И вся хищная жизнь Островов ничего не могла поделать с этими захватчиками. А затем и вовсе случилось немыслимое — Аурил и Мазкен открыто перешли на сторону Джиггалага. За считанные дни Порядок поглотил земли островов, лишь осаждённый Нью-Шеот еще держался. Как назло, для Мирили эти судьбоносные дни прошли посреди глухой чащи в Деменции, где она и представления не имела о случившемся. И лишь теперь, возвращаясь, увидела тревожные знаки: кристаллы, которых стало куда больше, изрубленные звери у дороги, сиротливо лежащий священный шлем Золотой святой. И сражённого кем-то тускло-серого Рыцаря Порядка. Она возликовала. Даже столб жирного дыма там, где была её деревня, ничуть не смутил данмерку. Мирили погнала свою элитру прямо к Нью-Шеоту, но вскоре была вынуждена остановиться: путь преградил заслон из рыцарей Джиггалага. Но впереди была уже видна великолепная столица, как и серое кольцо осадившей её армии. И до того, как лезвие кристального меча принесло ей быструю смерть, данмерка со слезами восторга, смешанного со страхом, успела увидеть громадного серого рыцаря, крошащего своим мечом высокую стену Цитадели Безумия. И её последней мыслью стало: «И все-таки, я это увидела!»
