Страшно добрая сказка.

Страх отныне и повсюду Ссоры, крики, шум и гам. Бьют на кухоньке посуду, Лучше не внемли голосам… Автор: не поверите... Снова я.

***

Мы быстро вышли из леса. Когда из-за деревьев показался мой дом у ребят глаза на лоб полезли. — Это твой?! — Фига се… Ты чё, прям в лесу проживаешь, на? — И как давно ты тут? -Да тише вы! Разорались. Да. Живу. Папа сказал что чем дальше от людей тем лучше. Это потому, что… А… Он говорил не разглашать. Так вот… Мы тут с неделю только. Завтра я в школу уже пойду. — Крутяк, на! — Ага. Круто. Ну ладно, мы это… Ну вобщем… *Тихое сука* Мы кароче дальше и сами дойдём. Я это… Дорогу, кароче, знаю дальше… — Ромка схватил Бяшу за руку и быстро зашагал в сторону основной деревни. Бяша тихо: Ромыч, это чё было щас, на? Ромка ещё тише: А хрен его знает… Потом обсудим. Не сейчас. И не при нём. *Аккуратно озирается на Тошу* Я смотрел им вслед ещё минут пять, а когда они скрылись за стволами деревьев медленно побрёл к дому. Вдруг вдали раздался вой. Я решил что это волчик из моих новых знакомых и взвыл ему в ответ. Но не тут то было… Мне ответил ещё огромный шквал лая… Собаки… Голодные и злые... Много. Очень много. Я рванул к дому. Они рванули за мной. Ледяной воздух забился в лёгкие. Полоснул горло холодом. Сердце снова хотело выскочить на снег. Ноги как на зло вязли в гуще белого месива и разъезжались в разные стороны. Как я добежал до дома не помню, только помню холод, лай, боль в боку и ком в горле. Скрипнула калитка, отделив меня от злых шавок. Я медленно добрёл до дома, вспоминая, что здесь меня ждёт... И был прав. С порога меня встретили споры родителей. Сколько можно? Они что, всё это время оскорблениями обкидывались?! И, очевидно, тарелками... Пару черепков керамики лежало у двери в кухню... Я вспомнил про Олю. Бедная, это я всё это время по лесу бродил да кайфовал, а она... Лестница, пролёт, ещё лестница, дверь Оли. На меня тут же налетели с объятиями. - Тоша! Наконец то ты вернулся! Не оставляй меня тут одну! - лицо моей сестрёнки было всё мокрое и розоватое от слёз. - Они всё это время очень громко кричали... *всхлип* А ещё посудой кидались... *всхлип* А ещё... - Ну ну... Спокойно, Оленька... Все будет хорошо... - я её конечно успокаивал, но сам сразу подумал о страшном слове на букву "р"... Нет! Я должен ей помочь, а потом уже буду сам сопли распускать! - Оль, я тут, рядом. Родители скоро помирятся, я уверен. Они просто ещё на нервах после переезда. - А если не помирятся? - А если, а если... А давайте без если? Я вот в них верю, а ты? - А я... Ну, раз ты веришь, то я тоже. - она утёрла слёзы и улыбнулась. Но потом опять помрачнела... - Тоша... *шмыг* А ко мне снова Сова прилетала... *всхлип* Она, конечно, больше не стучала, но всё равно *шмыг* страшно было... - Оль, а ты мне не поверишь! Я с Совой теперь знаком. И с Совой, и с Лисой Алисой, и с Волчёнком... Хочешь расскажу где я всё это время был? - Конечно хочу! - она побежала к кроватке. Я выключил свет, включил старый таршер, светящийся жёлтым светом, который всегда зажигал для пущей уютности момента. Она слушала, не отрываясь. Её прежняя напряжённость вначале сменилась весельем, а потом спокойствием. За рассказом Оленька совсем скоро заснула. Бедненькая... Круглые сутки здесь в четырёх стенах сидит... А тут ещё и родители... Надо будет её, как взрослые слегка успокоятся, во двор играть в снежки позвать. Да завтра же и позову! Лишь бы не забыть. И лишь бы меня завтра... Эх... Я погладил сестру по голове, выключил таршер и тихо на цыпочках ушёл к себе. Надо бы, конечно, таблетки принять, чтоб кошмары не тревожили, но маме сейчас точно не до меня. Внизу в кухне всё, конечно, стихло, но напряжённый разговор всё ещё просачивался ко мне вверх через дощатый пол как угарный газ, едкий дым, что заполняет глаза и заставляет давится слезами в одиночестве холодной комнаты... Мысли так и нахлёстывали одни на другие: Родители... А что если и вправду развод? А что с нами будет? Оля же мне верит, и им тоже... Некрасиво. А школа? Что если я завтра приду и всё повторится вновь? Я не хочу чтобы повторились страх и издёвки... А что если я Ромку и Бяшу больше не увижу? Ромка говорил у них не безопасно, а ведь они вдвоём в тёмном лесу... А я завтра как идти буду? У Ромки хоть нож есть, а я мало того, что беззащитный, так ещё и полуслепой! Я всё не мог уснуть. А как тут уснёшь? Подошёл к окну. На поляне совсем рядом прыгали зверята. Я открыл окно и вдохнул сладкий, дурманящий, свежий воздух, пропитанный запахом хвои и леденцов. Кажется зверюшки заметили меня. Я помахал. Они помахали в ответ. Волчик даже подбежал к дому и приветственно рявкнул. - Тише, у меня сестра спит, разбудишь ведь. - я улыбнулся Волку и слегка шикнул, чтоб тот не распускал своё веселье где ни попадя. Волк понимающе махнул хвостом и скрылся вместе со зверятами в чаще леса. Стоп... ХВОСТОМ?! Это как так... Может мне померещилось? Да вроде нет... Странно... Я закрыл окно и снова погрузился в мысли. Время тянулось долго. Сердце стучало в висках. Уснуть, хоть и тревожно, но удалось. Однако как оказалось ненадолго... Я проснулся посреди ночи в холодном поту. Вокруг темно, хоть глаз выколи. Вдруг темнота зашевелилась, размножилась, поделилась на множество маленьких чёрных дыр. А потом всё это превратилось в силуэты без лиц. Дети моего возраста, которые пинали кровать, рвали в ошмётки одеяло, драли кожу на моих ногах и громко кричали. Я не мог двигаться и слышать. А потом слух видимо вернулся, хотя наверное лучше бы оставался там, откуда пришёл, потому что дети оглушительно орали. Их крики проносились по комнате, отскакивали от стен, увеличивались в размерах и собирались в один большой хор, который пел оду лузеру и трусу. Множество голосов повторяли и повторяли: сыкун, лох, шут гороховый, пендель, трус, педик, долбоящер, мамкин сынок, ботан, очкарик в жопе шарик, Антон - гондон... Одеяло скомкалось. Воздух затвердел и не хотел заходить в горло. Неясные фигуры школьников сменились вполне знакомыми: Бяшей и Ромкой: - Ха, а в школе ты не такой смелый, как в лесу, на! - Во во! Думал с нормальные люди с ботанами общаться будут? Да ни за что! В меня полетела рука Ромки с зажатым в ней ножом-бабочкой. Я из-за всех сил уклонился от удара и наконец смог вдохнуть спасительный кислород. Я лежал. Испарина охлаждала лоб, по телу бегали марафон мурашки наперегонки с ледяным чувством страха, что сковал тело. Мышцы ныли, глаза слезились, во рту пересохло. Ком в горле не хотел исчезать. Я собрал все силы в кулак и спустился вниз. Попил воды, умылся. Вроде стало легче. Как ни странно сонный паралич подействовал успокаивающе. Я как будто принял все свои страхи и решил, что оставлю всё до завтра и наконец-то уснул спокойно.