Мгновение

День начинался довольно безобидно. Артур, будучи работником среднестатистического завода, проснулся ровно в семь утра по будильнику, затем провёл водные процедуры, что было неотъемлемой частью каждого его дня, после чего вышел на кухню, где, помахивая маленькими ножками, сидел Альфред — мальчишка, забота о котором легла на его плечи после смерти его отца, так как сам Керкленд изъявил подобное желание. Хитрющие глаза сразу въелись в мужчину, который в ответ глядел скептично, не совсем понимая, что малец забыл вне своей кровати в такую рань. — Доброе утро, Арти, — ухмыльнулся тот, не сводя глаз, — у нас сегодня школу отменили. Протянув гласные последнего слова, он мигом спрыгнул со стула, присосавшись к ноге Артура. — В таком случае я не пойму, почему ты не спишь, — мужчина хмыкнул, — Мэтью не проснулся? — Не-а. Спит как убитый, — мальчишка демонстративно представил к голове два пальца, изображая пистолет у виска, — а я тут подумал... Ну, знаешь, мы ведь никогда у тебя на работе не были, а нам очень-очень хочется, правда! Можно мы сегодня пойдем с тобой? Пожалуйста! Он вцепился в штанину, выпучивая глаза и стараясь подобным образом задобрить мужчину, однако тот сразу выстроил стену протестов: — Вот уж нет. Я много раз говорил вам, что детям там не место. Это очень опасно, тем более что Мэтт спит, а будить его ради какой-то непутёвой экскурсии, на которой можно получить травму, я не собираюсь. А теперь, будь добр, слезь с меня и шуруй спать, путешественник недоделанный. По тому, как поджались его губы и в обиде сузились глаза, Артур понял, что сейчас он либо не сдержится и плюнет на свои же правила, либо эта птица-говорун разбудит пол дома. Быстро закрыв его рот рукой, из под которой начало раздаваться громкое мычание, он подхватил Альфреда под бёдра, усаживая на руках. Керкленд пристально смотрел ему в глаза, пытаясь, видимо, взглядом убедить, что идея эта — каловая масса, однако по сильной морщинке из-за нахмуренных бровей он понял, что мальчонка от своего предложения даже под дулом не отступится. Недовольно цыкнув, мужчина неохотно продолжил свою тираду. — А знаешь, чёрт с тобой. Буди Мэтью и собирайся, но быстро, — он закатил глаза, явно не разделяя внезапного запала мальчика, — однако запомни вот что. Ни при каких, слышишь, ни при каких обстоятельствах ты не отходишь от меня дальше, чем на метр. Понял? Если отойдешь, то я не знаю, что с тобой сделаю. Мэтту то же самое передай. И ещё: ничего не трогать, не бегать, не кричать, не ломать, других работников не дёргать, да и в принципе вести себя, как адекватные люди. В Мэтью я не сомневаюсь, он тихий, так что эти указания легко выполнит, но вот от тебя я особенно требую следовать тому, что я перечислил. Понял? Согласно кивнув, мальчик спрыгнул с опекунских рук, уносясь в их с братом совместную комнату, дабы оповестить его о столь радостной новости. Бога ради, если бы Артур так радовался поездке на завод, то его сочли бы по меньшей мере странным. Хотя, что уж тут, они дети, пусть веселятся.

***

Вскоре оба братца стояли перед Артуром, собранные и даже почти не сонные, на что он только усмехнулся, откладывая пустую чашку из-под чая на стол. Закрытие квартиры на ключ и дальнейшее размещение в машине прошло в сочетании с грёзами Альфреда о предстоящем дне, где Мэтью иногда добавлял что-то своё, а Керкленд слушал два молодых голоса, меланхолично улыбаясь. Вскоре они прибыли на точку назначения. Завод красками не блистал, но вот глаза двух братьев, казалось, скоро станут звёздами: настолько уж они светились искренней радостью от нахождения в этом мрачном месте. Артур пропустил мгновение, когда всё пошло наперекосяк.

***

— Мистер Керкленд, здравствуйте! Можем ли мы пройти кое-куда? Это дело не терпит отлагательств, так что пойдёмте. Мужчину утянули сквозь толпу, а он, не успев начать паниковать по поводу отсутствия детей рядом с собой, сразу же был загружен работой, перестав следить за временем и тем, что происходит вокруг. Тем временем... — Мэтью, да пойдем ты! Можно подумать, что в какой-то другой момент мы сможем тут прогуляться! Это ведь буквально МЯСОКОМБИНАТ, ты понимаешь? Да как только Арти вспомнит, что нас рядом нет, то мы оба получим по шапке, так что надо успеть всё-всё посмотреть тут! — Я не думаю, что это хорошая идея... Здесь очень опасно, Ал, Артур прав. Нам лучше пойти обратно и найти его, а не бродить тут. Ты только видел эти машины? Они ведь ужасают! Что тебе вообще тут понравилось? — Ой, да ну тебя! Вот, например, смотри! Станок, классный такой! Крутится... Иди сюда! — Нет уж, я лучше тут постою. И тебе советую. Это опасно, Альфред, отойди от него. Артур будет ругаться. Мальчик у станка лишь закатил глаза, протягивая руки к молотому мясу, которое крутилось по часовой стрелке, завораживая своей однородностью, больше напоминая какую-то пасту, нежели мясо. — Ой, да мне все равно, что он скажет! Вот, посмотр— А-А-А-А-А-А! О боже. Что за?... Тело вдруг сковало, не давая пошевелиться и хоть как-то помочь тому, кого начала безжалостно перемалывать мясорубка. Мальчик даже не понял, как начал кричать, что есть мочи, в один голос со своим братом. Он подлетел к панели управления станком, выискивая кнопку выключения адской машины, когда его буквально откинули от мясорубки, которая ломала и смешивала в одну кучу кости его непутёвого братца. Где-то в мясе плавали клочки его волос, откуда-то выглядывал глаз с голубой радужкой, а в некоторых местах на поверхности плавали пальцы, оторванные от кисти. Одежда была также безжалостно разодрана, когда месиво вдруг перестало крутиться, где к нему подбежал полностью ошеломлённый Артур, облокотившийся на холодное железо машины, в которой по частям находился один из его подопечных, когда он, тупица, отвлёкся. Как такое могло случиться? Всё ведь было под контролем... Поначалу было под контролем. День пошел наперекосяк ещё тогда, в семь утра на кухне, где он согласился на драную, чтоб его, экскурсию на завод. Он знал, что так может быть. Знал, но предпочел радость Альфреда, а не его безопасность. Ужасно. Как он вообще может называться человеком после этого? От тяжелых мыслей на секунду отвлёк мальчик, что сидел на полу, обнимая медведя и смотря в одну точку на кафельной плитке. Он был абсолютно поникшим, да и в целом никаким. Хотя, чего он от него хочет? Мальчонка только что увидел, как его брата безжалостно сожрала механическая тварина, хотя ему даже четырнадцати нет. Это, должно быть, травма на всю жизнь. Артур скованно зашагал к нему, сжавшемуся в комочек, садясь рядом. Кафель холодил кожу даже сквозь плотные брюки, но это последнее, о чём он сейчас думал. Обняв его за плечи, он услышал неразборчивое бормотание мальчика. — Ты что-то сказал? — Прости. Мужчина осоловело уставился где-то между Мэтью и полом. — За что ты извиняешься? — Если... Если бы я его остановил, когда он... Подошел к... Ну, туда, то он бы... Не.. — Это не твоя вина. — Что? — Виноват тут только я. Если бы я... Следил за вами лучше, то Альфред бы... Был сейчас здесь. Не вини себя, ты бы не смог ничего сделать. — ... Вскоре толпа работников разошлась, оставляя двух поникших людей в одиночестве. Многообещающее "А если бы..." давило на разум, чувство вины нарастало, но история не терпит сослагательного наклонения, поэтому самобичевание было бесполезно. Ещё через некоторое время Артур встал, подхватывая мальчика на руки, и унёс прочь от кровожадной машины. Путь домой они провели в тишине. Говорить было не о чем. И не о ком.