«Мёртвый художник.»

–Ты плакал, да? – смотря на вспухшие красные глаза Ильи, спросил я. Ну, это было самым нормальным, что пришло мне в голову. Проснувшись ещё посреди ночи, я услышал его всхлип, он уже не обнимал меня, а сжавшись в комочек лежал на своей стороне кровати. Так что, вспомнив, спросил! Да это даже не вопрос, а на какое-то разоблачение! – С чего ты взял? – лукавая улыбка на губах, ну-ну. Как-будто я не вижу. – Я не плакал. – Ты что-то употребляешь? – Чего? – улыбка скрылась быстро, на лице скользнуло удивление. – Наркотики. – смотря на него сидящего и попивающего кофе, и не сказать, что наркоман. – Дима, прекрати. Всё со мной нормально, просто не спал ночью. – ставит чашку в раковину и уходит, а я так и сижу подоконнике. Да-а-а. Сегодня мне не удастся посидеть у него в доме и покопаться в его вещах. Сегодня, видите ли, классный руководитель желает меня видеть в школе - так об этом оповестил Некифоров, когда будил меня. - Но он (то есть Илья) объяснил причину моих пропусков. И сегодня, как я увижу Марью Кирилловну, я должен надрывно кашлять и еле-еле шевелиться, изображая ужасно простуженного, бедненького мальчика. Но больше я похож, наверное, на зомби. Некифоров уже было предложил мне даже попросить у Рики тоник, чтобы сделать вид более эффектным - добавить бледности лицу, на что я категорически ответил: «Нет! И всё! На педика я не хочу быть похож!» А он лишь посмеялся и ответил: – Нас педиками и так называют, мы ведь вместе. – И тебя это никак не задевает? – смотря с чуть заметной улыбкой на него, просил я. – Может они просто завидуют нам. Это их проблемы, но свою сексуальную ориентацию я скрывать не стану. Пусть знают! – таков был ответ Саймона. – Не думаю что завидуют... – Пле-вать! А я тебя люблю, вот. – чмокая меня в щеку, он что-то снова проговорил, пока я потирал место поцелуя ладонью и прятал глаза, как девчонка! Спустя 15 минут, мой любимый ждал меня в коридоре, держа всё готовое к школе, а я медленно застёгивал пуговицы на рубашке, бормоча в ответ на его кричи нелепые обещания, что скоро, да-да, вот-вот и пойдём в школу. Но остановил меня вибрирующий на столе телефон. Чёрт, непривычно видеть вот ЭТО, так ещё понимать, что ЭТО моё! Ник: «В школу идёшь?» Дима: «Конечно!» Ник: «Там и увидимся!» Дима: «Э-э, а как я тебя узнаю?» Ник: «Да никак. Об этом уже я позабочусь. До встречи.» Дима: «Ага.» Одевшись, я подошёл к Илье, который уже был на нервах, злобно прошипев мне что-то, он кинул куртку мне прямо в лицо, дал ключи от квартиры в руки и вышел. – Истеричка. – проговорил я в пустоту и приступил уже было одеваться дальше, как эта вещь, на моём запястье опять загорелось, всего лишь на секунду красным огоньком, который мой взгляд еле уловил. 1-2 минуты я потратил на разглядывание, а после, решил не заморачиваться! Главное, что не стреляют теми иглами и хорошо! Я слишком легкомыслен. Но что оставалось делать? *** Он добрался быстрее меня в школу, я подошёл к Саймону и в своей дрожащей от холода рукой, засунул ему в ладонь ключи и развернувшись, пошёл. Все так на нас смотрят... Как-будто я нож ему в живот, а не ключи дал. – А-а, подожди! Подожди! – послышалось позади, не был уверен, что это относилось ко мне, но обернулся. На меня бежал парень, чуть ниже меня ростом, и что зацепилось когтями в мою дырявую память, так это серьга в ухе. Короткая стрижка, чуть узковатые глаза тёмного цвета, и приоткрытый рот. – Вот он - я! – проговорил парень, встав как солдатик передо мною. Сумка почти до колена, зауженные серые джинсы и белая рубашка. Хм, не плох так-то. Но почему-то омерзение к его позитиву сразу появилось. – Чё? – с обсуждающим взглядом тихо произнёс я. – Ты чего-о-о? – обиженно протянул он, – Я Ник! – Ник? – ещё раз осмотрев его с ног до головы, повторил, – Ник? – Ага! Тот, с которым ты... – Да понял я, понял. – Ну, вот. – Эм... И-и? – Так вот какой ты. Никогда не стоял так близко к тебе. Да вообще не стоял возле тебя! – Прикольно. – медленно кивая головой, проговорил я. Вякнул не в тему, но он не заметил этого. – Так. Ладно! Дим, меня попросили с тобой встретиться, мой отец попросил. – И? – Пошли! Парень с такой силой потянул меня за руку, что я на секунду подумал - прощай жизнь. – Стой, подожди! – уже говорю это, находясь возле двери незнакомого мне кабинета. Кажется, директор выделил им место, чтобы там вели переговоры с детьми. – Ну что? – парень уже не касается моей руки и как-то обиженно на меня смотрит, наверное, думал, что поскачу к детективу и ворвусь с криком: «Здравствуйте! Я ничего не знаю, до свидание!» Не тут-то было, ага. – Я? К детективу, то есть... – То есть к с моим отцом поговоришь и быстро уйдёшь! – перебивает Ник и открывает дверь, но я сразу же закрываю её ногой, ударяя коленом по ней. – А возможно как-то избежать этого разговора? – вглядываюсь в глаза парня, изучающие меня с глупенькой улыбкой. – Боишься небось? – Нет. Но разговаривать я с ними вроде не... – Обязан! – снова эта тварюга перебивает меня и с силой тянет за ручку (двери), но моя нога не даёт этого ему позволить. – Есть что-то, что касается убийцы, да? – его взгляд наполняется другим чувством - подозрение. – Ты с ним как-то связан? – Возможно. И этого говорить ему я не буду. – Почему? – Я не обязан! Выдыхаю и резко открываю дверь! Двое мужчин смотрят на меня с удивлением. – Здравствуйте! – произношу я с улыбкой, и эта улыбка была, кажется, лишней, искусственной, принявшейся ими за волнение. Они переглянулись. – Ну, здравствуйте, Дмитрий. – ответил один из низ них и подкатил на стуле ближе к столу, впиваясь своими красными глазами в меня. Второй стоял возле подоконника, то есть позади того, кто со мной поздоровался. На стуле - он и был отцом Ника. Узковатые глаза выдали мужчину, и оттенок. А вот второй, прищурив глаза, смотрел на меня, пытаясь пропитать мою особу в себя, понять! Но это у него не получится. Разговорить не смогут! – Познакомимся? – Не думаю что стоит. Сразу давайте приступим к делу. – да-да, это сказал я! Мужчина удивился, снова взглянул на своего друга, тот пожал плечами. – Хорошо... И тут поехало. Я немного разволновался, но понял, что боятся ничего, их убиваю не я! Но, правда, вижу первый. «Я предположил, что убийца хочет что-то сказать таким образом убийств, что-то, кому-то. Вы не знаете кому именно?» «Где вы были в день, когда произошло убийство?» «А вы никого не подозреваете?» «Вы общались с Хабаровым или Нистроевым?» «Нет? Как же так, но хотя бы глядели в их сторону?» «Хорошо-о, тогда ответите на последний вопрос и можете идти: Что вы делали в тот день, когда убили Хабарова и Нистроева?» – Сидел дома у себя. – немного подумав, ответил я. – Правда? – почему на его лице появилась довольная улыбка? Это меня пугает! Он снова смотрит на своего помощника с ледяными глазами, тот сводит взгляд с меня на секунду, но потом снова смотрит, в упор. Нагло. Холодно. – Да, правда. А что мне ещё делать! – взмахнул я руками, и мой взгляд затерялся среди этих двух мужчин. – А ваш некий друг или... так скажем парень, говорит другое. Вы гуляли с ним, всю ночь. И Вы ночевали не у себя. Попал... – Ах, это! – снова взмахиваю руками, и губы второго детектива дёргаются, показывая своё недовольство. – Так я забыл! – А знаете что, пожалуйста, опишите весь тот день. Куда и зачем ходили, с кем? Пришлось как-то выходить из этого положения, отвечая глупое «я не помню». Но ответ последовал: «Так вы вспомните. Времени у нас ещё много.» И пришлось придумывать сказку под названием «Один день из жизни Димы». Когда я начал свой повествовательный рассказ, детектив попросил описывать каждое движение, слово. Пришлось! И чем дальше я уходил, приближаясь к вечеру, один из них едко улыбался, говоря этим, что зря всё говорю и я придурок. Когда закончил, мы все четверо, включая в это число и Ника, вздохнули! но спокойствие на настало. – А теперь, пожалуйста, всё это, только в обратном порядке. Начинайте! – они видели как изменяется моё лицо, ведь я ничего не запомнил! Ничего! Страх охватил меня и я, выпучив глаза смотрел на них! Оба расплывались в злобной улыбке. Они уже знали, кажется, всё. Терять надежды нельзя, Дима! Нельзя! – Ну... Я заснул, попил чай вместе с Ильёй, поговорили. – И какие там были слова? – Э... Он предложил лечь спать. Потом... – чёрт, и всё. Мозги как-будто начали таять под давлением, память давала другие кадры от того дня: поцелуй с Первым, его прикосновения, Даня, потом резкий вход в меня, толчок, за ним второй. Боль, слишком больно! Кричу, разрывает изнутри. То ли прошло 3 часа, то ли 30 минут! Дикая боль, как-будто я и он звери, он трахнет и выбросит! А я подохну?! – Ладно! – сдаюсь, – Я не помню! – А знаешь почему ты не помнишь? – второй детектив с холодным взглядом встаёт уж в слишком интимную позу, облокачиваясь на стол, как кошка, хищным взглядом смотрит на меня. – Не знаю... – махаю головой. – Потому что ты врёшь. Мимика, движения, твоя память - сказали это уже! – «Мимика, движения?» – не имею понятия о чём он. – Поднимаешь брови, говоря этим, что сам не веришь своим словам. Губы искривляются, как ты начинаешь говорить о ночи, противно вспоминать? Глаза смотрят прямо на собеседника, а когда так смотрят, то врут. – Вообще-то, глаза прячут, когда врут. – Старая версия психологии. Не поможет, Дима. Твои руки, разводишь ими, махаешь, показывая своё недоверие к себе же. А ещё ты дотронулся до шеи, не заметил? – Я не трогал! – Её трогают, когда лгут. – его глаза вспыхнули яростью, подозрением. Они победили. Я уже было хотел что-то сказать в ответ, но замолк. Открывал рот как рыба, а потом просто уставился на них. Но после, приказ детектива покинуть этот кабинет просто обрадовал меня! Я молча вышел из кабинета, делая вид что думаю над своими словами, на самом деле всё по иному, главное - уйти отсюда, где пахнет подозрением, колкие взгляды и вопросы, на которые ответить трудно, хоть это и твоя жизнь! Я вышел из кабинета, за мною последовал Ник, он что-то бросил на прощание отцу и мы оба оказались в коридоре. Он смотрел на меня уже не так, не с радостью. Поправляя сумку, смотрел в глаза. Он тоже не знал что сказать мне, как и я ему. Он что-то пролепетал, но я не вник, ибо раздумывал над другим. Они наверняка решатся спросить об этом у Ильи, ещё раз убедиться в том, что кто-то из нас врёт! А может они уже знают - всему причина - я! Мне нужно срочно сказать об этом Илье! Срочно! Он должен рассказать так же как и я! Бросаю Нику подобное «пока» только в грубой форме, и иду искать наш класс. *** (Первый.) А Первый не глуп, он всё видел своими глазами. Детективы сидели перед Дмитрием Романенко и допрашивали его. Холодный взгляд второго детектива, стоящего возле окна, Первый чувствовал это, сидя просто за экраном компьютера! Мурашки от его взгляда. Он думал, что всё обойдётся, мальчишка не такой, не признается! Не признался! Только вот раскусили... Психология была тут кстати. Он видел как побледнел Дима, услышав, что его обвиняют во вранье. Первый и сам поморщился сидя за компьютером и наблюдая за ними. «Конец мальчишке.» – так думал он. За себя не волновался! Можно было уехать! Друзья умершего Дани не знают о нём, так что сесть на хвост киллеру не смогут. Но вот парнишку придавят, да и заказ такой терять не хочется! Он уже было приготовился к самой страшной части - признания! Но его внезапно отпустили! Хотя бы что-то, облегчение, как камень с души. Выдох! Но не тут-то было... Как только Дима и этот его дружок Ник исчезают из кабинета, отец Ника, то есть детектив Найт смотрит на мужчину. А тот выдыхает. – Что думаешь? – спрашивает Найт. – Заврался парень. – без каких-либо эмоций ответил тот, или возможно было ощутить эту пелену сожаления. – Странный к тому же. – Согласен, Десментов, а что именно заметил в нём ты странного? – Не нравятся мне его часы. – застыв на месте, проговорил Десментов. – Чего же так? – усмехаясь, спросил Найт. – Это не часы уж точно. Что-то в них встроено. И это точно не обрадует нас, когда будет такой момент и ему придётся воспользоваться ими. – С чего такой вывод? – Часы не мигают. – медленно, качая головой, говорил обладатель холодных глаз. – Если... – Нет! – ударив по столку, просто пройдя лезвием по словам напарника, он продолжил, – Это точно не часы и ни какая-то подсветка! Слишком опасно, что ли, выглядят они! – Хм... – дотронувшись до жёсткой щетины, тот задумался. – Но это ещё не всё. – мужчина быстро обошёл стол и присел напротив того, его взгляд был более мягче, – Есть доказательства того, что описание его дня это сплошная ложь! – Почему же? – Я тут побывал кое-где, и знаешь, камеры-то в клинике тоже есть. И Дима был заснят как и все другие. Он побывал у Хабарова и Нистроева. Это были последние часы этих двух парней. Но! Это «но» даже напугало Первого. И даже сам додумался и понял, что зря он не спрятал лицо. Очень зря... – За последние часы их жизни их посетил какой-то молодой человек. И это он - убийца. Камеры не могли так чётко передать черты лица. Пронесло. Первый вздохнул с облегчением, но вот этими часами, пожалуй, стоит заняться... **** Забегаю в класс, который еле-еле нашёл! Илья спокойно сидел, но при виде меня был готов уже встать и подбежать ко мне, по бешеным глазам это было уже заметно, да и не только по ним, но и по резким движениям. Он хотел уже было встать, но я подбежал к парте и навис над ним. В его глазах сверкнул луч солнца, но сразу же исчез, как только я приблизился к нему, загородив солнце, выглядывающее из окна. – Мне срочно нужно с тобой поговорить! – в моих глаза это и так было уже ясно, что срочно. – Хорошо, – тихо ответил сероглазый и встав со стула, последовал к выходу из кабинета. Пришлось объяснить ему, что детективы застали меня не очень приятном положении, выслушав, Илья вздохнул. Он не подал и голоса. Просто молча смотрел в пол, а я объяснял ему. Такое чувство, что он знал это, предвидел. Спокойный вид так и говорил о том, что он даже не волнуется за себя и меня. – Слушай, они ничего не смогут понять. – сказано было легко, но доверия слова не внушали. – Смогут! Ведь... – Идём на урок, – оборвал меня он, – не забивай голову глупыми мыслями. – Илья, но ведь они правда смогут что-то заподозрить, да уже заподозрили! – Ты же не виновен в из смерти. Не волнуйся. – Я? Ну да. Просто, давай я расскажу тебе, что я сказал им. – Зачем? – Если вызовут ты то же самое скажешь и вопросов не будет! – Идём! – взяв меня за руку, сказал Илья и затащил в класс. Урок начался. И он был хорош собой, да-да, я имею в виду урок! Молодая учительница разрешила посидеть, ибо мы и так куда-то поторопились, уже обогнав данную программу на 3-4 темы вперёд. И за эти 45 минут мы обсудили многое. В субботу меня ожидает поход по магазинам в поиске нормальной школьной одежды. И услышав про школьную одежду я невольно скривился. А Илья лишь приподняв подбородок проговорил: «Да-да! Тебе придётся носить её!» Мне ещё пришлось объяснить что же за парень ко мне подбежал и сам нагло повёл за собой меня. И Илье это не понравилось, что какой-то Ник трогает меня. Когда он говорил о Нике со мной, я глупо улыбался, понимая, что он ревнует - любит. И эта улыбка не сходила с лица ещё долго. Как вдруг он заявил, что мне стоит больше лазить в его ноутбуке, даже трогать его! И это меня немного разозлило. Решившись, я напомнил о том видео. Спросив: – Ты смотрел вчера видео, ведь так? – Да. – ответил шёпотом и кивнул, от движения головы светлая чёлка прикрыла глаза. – Ты его видел раньше? – Нет, – ещё тише последовал ответ, – и не видел бы лучше. Когда я спросил перевод, он решился сразу же рассказать. Оказалось что он скачал это себе на телефон и надев наушники прослушал его ещё раз, я видел как серые глаза потемнели на несколько минут. Он готов был заплакать! Если бы видео продолжилось, увеличившись на 2 минуты, то я бы точно увидел его слёзы. И ставя на паузу через каждые несколько секунд, он дословно переводил. «Я всё помню, Саймон. И забыть я это не смогу. Ты скоро уедешь, оставив после себя пустую дыру в сердце. В моём сердце... А я буду хранить каждый момент где-то внутри себя. Тебя никто не заменит. И никогда. Ха-ха, я помню, как мы лежали на траве, и целовались. Помню, как ты постоянно куда-то исчезал, сваливая всё на какие-то дела. Я не знал куда, но знал точно - это что-то серьёзное. Я верил тебе и продолжаю верить! Но я не знаю как я останусь жить без тебя. Я умру. Правда. Не знаю как я справлюсь с этим! И, если ты смотришь это видео, то наверняка уже летишь в самолёте прямиком в Москву. Или ты вообще не посмотишь это. Зная тебя, я сомневаюсь, что ты посмотришь. Может, ты даже удалишь наши все фото и забудешь меня. Но в моих мыслях ты останешься всё тем же любимым Саймоном. Удачит тебе, и знай, я люблю тебя. Недели через две меня точно не станет. Прощай...» И что после такого я мог сказать? Правильно, ничего. Это я и сделал - промолчал, пожалуй, Я готов был заткнуться навсегда. Готов провалиться был под землю! Но я так и сидел с ним. Он смотрел снова и снова видео. А я старался не глядеть в экран его телефона, было почему-то тошно видеть там чужое лицо, понимать, что он смотрит на того, кого возможно до сих пор любит... А я просто тот, кем можно занять своё сердце. Поиграться и выбросить? Нет! Это глупые мысли! Очень глупые! Оглядывая весь класс, я заметил пустую парту, где должны сидеть Майк и Паша. И почему же их нет? Но размышлять об этом не позволил звонок с урока. Илья медленно выдохнул и спрятал телефон в карман штанов, а я медленно уже собирал учебники обратно в портфель. – Ну что, идём? – натянуто улыбнувшись, спросил светловолосый. – Идём. Какой урок? – Должно быть русский. *** И день в школе проходит быстро. Мы стоим в гардеробной. И Илья даёт мне ключи и приказывает: – Придёшь домой и сразу за уроки! Если что, я буду в офисе, в телефоне забито уже два номера - мой и Дейва. – Дейва? – напрягая мозг, копаясь в памяти, я никак не мог понять кого имеет в виду он. – Ты забыл его уже?! Охранник! Дима! – А-а, этот что ли. Помню-помню. – Он приедет в 18:00. – протягивая ключи, говорил моё Саймон, – И завезёт кое-какие бумаги. – взгляд стал жёстче, – И ты в них не ройся! Убью, если узнаю, что сделал наоборот! Понял? – Понял. – сжимая в ладони ключи, отвечал ему. Я был уже одет в куртку и смотрел на него невинным взглядом, казалось, что я маленький ребёнок, а он вовсе не мой парень, а мать! – Отлично, – улыбался Некифоров, – иди. – А ты? – Я жду твою мать, после, уезжаю в офис. – Мою... – Твою-твою! Она здесь на счёт лицея. Документы пришла забрать и поговорить с директором. – А, ну ладно. А может я её подожду здесь, поговорили бы. – Домой, я сказал! – Да бл... Ладно! *** Дошёл я быстро до дома. И сразу принялся за уроки. Тишина в квартире и я. Лечь бы на кровать и заснуть, но уроки первым делом! Так сказал Некифоров! Не успел взять тетрадь как сразу наткнулся на листок, смятый среди книг... В сердце что-то кольнуло, и я уже понимал кто это мог написать. Брать письмо вообще не хотелось, сделать хотелось кое-что другое - схватить портфель и выкинуть его в окно или сжечь! Но пришлось, нужно! Нужно! - уверял себя я и дрожащей рукой тянулся к этому злополучному листку, зверски вырванному из какой-то тетради. И если бы я мог проверить как-нибудь наличие отпечатков, то я бы и не сомневался, их не было бы! Беру данное письмо (если так можно назвать потрёпанный листок) в руки и взглядом пробегаю по предложениям. «Узнал? Вроде не должен забыть. Я и не ожидал что ты так быстро смотаешься к своему пареньку. Жаль, припугнуть тебя не получится, как в тот раз, но если понадобиться, я смогу это устроить в доме твоего Ильи. И я видел твой разговор с детективами. Ты же понимаешь, что если хотя бы один намёк обо мне им, то тебе конец? Я видел как ты старался скрыть ту ночь, и как твоё личико кривилось вспоминая это. Я видел всё, а глупые детективы даже не понимают что за ними следят, как и ты. Но теперь... Наверняка они вызовут тебя ещё раз на допрос, ты конечно, я смотрю, не обладаешь способностями актёра, но постарайся, ради себя же. И когда окажешь в том кабинете, вместе с ними, оглядись по сторонам, может заметишь... Завтра (21 октября). Возле твоего дома (не возле дома Ильи!). В 23:00.» Чёрт... Вздыхая мну записку и кладу её в карман портфеля, главное - подальше от глаз чужих. Я не хочу в этом участвовать, не хочу видеть тела мёртвых. Не хочу! *** (Несколько часов назад. Первый.) – Линзы одел? – странный вопрос, но всё же, Первый заботиться об скрытности Второго. – Да, одел. – смотря фиолетовыми глазами на Первого, ответил тот. – Вот и прекрасно, не подведи. Надеюсь ты знаешь, что делать? – Не волнуйся, не глупый. Второй уже знает как выглядит жертва. Сейчас, ещё немного и он выйдет из кабинета. Светлый коридор школы, и тихие голоса учительниц, доносящиеся из дверей. Первый сидит в мужском туалете, не скрываясь под шарфом или ещё чем-то. Второй стоит напротив его и нервно постукивает ногой по полу. Видно, он волнуется. - это заметил сидящий на подоконнике киллер. А фиолетовая радужка кажется ещё ярче под действием лучей солнца. Понаблюдать ещё за Вторым не удалось, звонок. – Отдашь это ему! – вставая с подоконника, проговаривает Первый, – Сильно не пугай, парень тихий, сразу поймёт всё, храбрости в нём нет. – Угу. – бросая последний взгляд на того, он наслаждается блеском его глаз и берёт листок. Кошачьи глаза смотрят на него, злобная улыбка Первого пугает. А ведь Первый должен был скрывать свои глаза под фиолетовой, искусственной радужкой, и идти к жертве, но настолько надоело, что помощью Второго он решился воспользоваться, тем более он сам это предложил. Держа парочку листов в руке, он выходит из туалета и долго сидит на подоконнике, дожидаясь того, кого нужно. А второй киллер наблюдает, выглядывая из-за угла, глядя своими кошачьими глазами на него. Первый знает уже, что его не подведут. Как только он видит нужного человека, выходящего из класса, и замечает быстрый шаг Второго, зрачки обладателя янтарных глаз расширяются. Довольная улыбка или даже оскал. Он притаился за углом, слился со стеной и с наслаждением уже наблюдает, как парня уже загоняют в один из пустых кабинетов и дверь за ними захлопывается. Проходит несколько минут. И выходит Он. Фиолетовые глаза выделяются, виднеются даже вдали. По его улыбке заметно, что у него получилось припугнуть и жертва готова на всё, что только не скажут. – Идём, – говорит Второй, – он и правда был готов на всё, пугливый такой, пф. Думал будет повеселее. – Завтра будет повеселее. – усмехаясь отвечает Первый. Завтра состоится встреча. Они организуют веселье, это уж точно...