Челендж

Снова певец в широком мире, Опять его как бога приветствуют, Люди сыплют и лавры, и цветы, Дорогие подарки составляют. Ясный зал весь светом пылает, Гром плескания, община без счета. Говорит народ, певца вызывает – Он приобрел себе славу великую! На кону он. Словно волны морские Загудели, заревели, зашумели Голоса неуемные человеческие, Снова цветы полетели дождем. Запел, и толпа величественная Словно жизнь к тому времени остановила; Прислушалась толпа бесчисленная, Что та песня странная гомонила: «Мне лоб сегодня цветет Этот почетный лавровый венец. Я склоняюсь, потому что слава венчает, – Ей же клонится каждый певец. Слава, гордая и пышная царица! Хоть склонил свой лоб певец, Да не верит тебе, волшебница, Как неверному морю пловец. Не для славы – для вас, мои братья, Я свой клад самый дорогой прятал, Он чище, чем ясный костер, И не легко я его приобрел. Сколько слез было горьких пролито – Их считал только месяц ясный! Сколько мучений было пережито – Знает это мой сад уютный! Как цветок, росой умытая, Так мое сокровище от тех слез расцветало, Как калиночка, солнцем пригрета, От пылкого сожаления вырастал. Луна лучами унылыми, кроткими Целовал его, ласкал, любил, Но сам своим сердцем бедным Я жизнь тому кладу дал. Итак, сокровище сие, единственное, что имею, Я вам, братия, теперь отдаю, – Вам и родному любому краю, – Итак, примите песню мою. Недоговоренные горькие жалости В родной песне я услышал когда-то, Видел тихие слезы печали, Что, как жемчуг, катились-лились. Те слезы, тот жемчуг ясный, Видимо, впали в сердце мое, Потому что до сих пор на слезы печали Песнь из сердца моего встает. Когда пение мои жалобные Снова вызовут слезы чьи, Так над сокровищами все дороги Приграда будет мне. Я ищу эти пригороды, Я за ней отправился в мир, Более, чем лавры и ропот сделки, Мне скажет этот тихий привет. Знайте, братия: кто песни грустной Выслушать от меня придет, Не забудет он песни странной, – Она в сердце ему западет… Как умру я, имя славное Скоро из памяти исчезнет всем, – Быстро-быстро все «незабываемое» Забывает в мире отсюда! Но пока еще будет на свете Хотя единственный человек грустный, До этого будет между людьми звучать Моя песня смутно-громкая. Долго искренними этими словами К людям буду говорить я; Я погибну, и долго между вами Будет говорить моя песня!..»