Unable to satisfy hunger

-Сыночек, сходи мамочке за спиртным, - сказала она, налив в рюмку дешевого крепкого спиртного и поставив на стол опустошенную стеклянную бутыль, - не заставляй меня плакать. Антон уже давно не удивлялся такому поведению матери. После развода Майя очень изменилась – в её тридцать три года на вид можно было дать не меньше сорока: лицо, до этого выражающее огромный спектр позитивных эмоций, покрылось морщинами и вызывало лишь жалость и печаль. Глаза с каждым днем все больше угасали и мутнели – вот что с людьми делает алкоголь. Испачканная футболка оголяла плечо и ключицу – она так похудела. Давно не крашеные отросшие волосы были засаленными, что вызывало еще большее отвращение к собственной, скатившейся в эту дыру, матери. Но, на удивление, она была даже не в стельку – песни не пела, значит все не так плохо. Перекатив рюкзак с плеча в руку, Антон произнес, - мам, я устал, - и, отодвинул руку матери, намереваясь уйти. -Весь в отца, - она перевела взгляд на часы – 22:34 – после посмотрела на потолок, пытаясь остановить слезы, которые вот-вот намеревались показать себя. Антон развернулся и посмотрел на маму. Эта картина вызывала у него жалость. Он прекрасно помнил времена, когда этот человек, практически ничего не значивший сейчас, был его спасением. В глубине души он, конечно, любил её, но последние два года мать разделяла с ним это чувство когда была трезвая, а это происходило все реже и реже. -Наоборот, все больше на него похожа не я, а ты, - выскочившая фраза, видимо, была последней каплей, но точно не в только наполненной рюмке: она была опустошена одним глотком. По щеке выпившей скатилась первая слеза, предвещая начало ливня, прямо как той самой ночью около двух лет назад. Антон сидел в комнате, пытаясь решить задачу по геометрии без помощи посторонних сайтов. Внезапно, в стену с другой стороны что-то прилетело с сильным стуком. Машинально – подскочил, щеколда, стул на всякий, телефон, наушники, громкость. Привычная картина, разве, у вас не так? Антон отложил учебник и выключил музыку. Пришло сообщение от Димы в ВК. 00:44 Родители?

00:44 Ага

00:45 Андрей опять выпил?

00:45 Походу, и очень много

00:46 Ложись спать, завтра зайду за тобой Дверь только закрыть не забудь

00:47 Я уроки не сделал еще

00:47 Бля ложись, завтра дам, скатаешь В 7:10?

00:48 Оке Спокойной ночи

00:48 Спокойной    Раздался пронзительный визг. Комок подкатил к горлу. Страх за себя. Страх за маму. Ор Андрея. Хлопок входной. Откинув стул и сняв с щеколды дверь, Антон помчался на кухню. Окровавленный нож у выхода из комнаты. Мама, лежащая в луже крови. Захотелось блевать, очень сильно – запах крови перемешался с запахом перегара и дешевым мужским одеколоном. Закрыв нос и рот то ли от запаха, то ли от страха, Антон побежал за телефоном и аптечкой. Полагаться на «скорый» приезд скорой помощи неуместно, но нужно хотя бы вызвать. Видимо, Андрей хотел попасть куда-то в тело, но мама каким-то образом, наверное, под действием адреналина, увернулась, и задело руку близ запястья. Уроки ОБЖ не прошли даром – жгут, повязка, бумажка со временем наложения. «Скорая» скорая помощь приехала только через час. Антона начали допрашивать, а он весь трясся и не мог ничего сказать. В итоге, врачи, видимо, решили оставить это дело другим органам и увезли пострадавшую в больницу – русская медицина. 6:50. Можно и в школу успеть. После выхода мамы из больницы, она приняла решение развестись с Андреем, – неужели – на что он отреагировал, наверное, никак. Просто подписал документы и ушел из их жизни. Наверное, это было даже к лучшему.   Антон развернулся и пошел к себе в комнату. Щеколда. Свет. Окно. Сигареты. Наушники. Бутылка пива. После рабочего дня самое то. Работал он в продуктовом магазине на другом берегу Воронежа со средней зарплатой в двадцать тысяч. По крайней мере, этого хватало на поесть, одеться и погулять. тридцатое августа – совсем скоро школа. Десятый класс. Антон не ушел после девятого, так как плохо сдал ОГЭ. Кто и зачем вообще придумал этот «основной государственный экзамен»? В пятнадцать лет подростки думают только о «где продадут сигареты» и «куда примут на работу, чтобы купить эти самые сигареты». По крайней мере, такого мнения Антон об остальных. Он же в этом возрасте задавался вопросом «как бы прожить еще один день». На самом деле, завалив экзамены и видя, куда скатился даже такой жизнерадостный и самодостаточный человек, а именно мама, Антон задумался об учебе. Он мечтал не стать таким, как его родители и с этого учебного года хотел начать учиться. В этом ему летом помогали друзья. Димка Позов – наверное, лучший друг Антона почти с самого детства. По крайней мере, он всегда был рядом. Всегда. Может, поэтому их обоих потянуло в медицину. На самом деле, у Димы все в семье касаются этой специальности  – отец стоматолог, а мама психолог. С пятого класса они учатся вместе, хотя сначала не особо воспринимали друг друга. Дима вообще закрытый человек, поэтому не общался практически ни с кем первый месяц, но на одном из уроков истории, а именно двадцать третьего сентября, что считается началом их дружбы, Антон помог ответить ему параграф, потом после уроков решили прогуляться и, как оказалось, они живут в одном районе. Так и зародилась великая дружба, как они стали себя называть, Шастозовых. Дима - темноволосый кучерявый и, наверное, зря, коротковолосый паренек с плохим зрением, что еще больше делает его похожим на типичного ботана, и значительно меньше Шаста: если рост Антона составлял чуть больше 185, то Поз же ему по плечо, 172, как он гордо заявляет. Шаст часто удивляется, почему Поз не рок-исполнитель, так как эти короткие кудри ложатся у него в псевдо-ирокез. Но вдвоем они были только три года. После нового года в восьмом классе пришел новенький – Сережа Матвиенко: по росту даже чуток ниже Позова с немного пухлым телосложением и угарной шишкой из волос, завязанной в хвостик. Он сразу показал себя как веселого дружелюбного и даже слегка сумасшедшего парня. Он влился в дуэт Шастозовых необычным способом. Это был февраль, четырнадцатое число. Дима с Шастом шли покурить за школу, и вдруг из-за угла на них вылетает Серж. -Смотри  куда хуяришь, - Шаст был не в настроении. -Димка, Антошка, помогите, Бога ради, я для вас что угодно сделаю. – Сережа был очень взволнован, что на него совсем не похоже. Дима с Антоном переглянулись. -Чего надо? – сказал Дима, - у нас мало времени. -Ребята, вы – мое спасение. Я там меня надо посторожить, чтобы ну, это, короче, чтобы никто не увидел. – Сережа нервно перешагивал с одной ноги на ногу и пытался отвести взгляд, - короче, вам надо просто постоять на шухере, желательно в наушниках. -Блять, ты ебаться собрался что ли, - Шаст сказал это в шутку, но никак не ожидал услышать мычание, подтверждающее, что это далеко не юмор. -Ты чего, серьезно? – глаза Димы округлились, а Антон начал громко смеяться. -Ребят, ну пожалуйста, быстрее только. Я быстро, честно, - Матвиенко засмущался еще больше и даже стал теребить край толстовки, что, ну, вообще на него не похоже. Видимо, это действительно было для него так важно. Поз с легкой иронией произнес, - ладно, послушать это интереснее, чем курить. -Спасибо, - радостно сказал Серж и потащил собеседников к нужному месту – это была кладовая комната их класса. Они были наслышаны, что Матвиенко тот ещё ловелас, но чтобы прямо в классе, прямо за десять минут до урока, никто не мог подумать. В итоге, либо из-за хорошего караула Шастозовых, либо из-за удачи на их стороне, об этом никто не узнал. -Чего просить будете? – после школы они решили вместе прогуляться и, как оказалось, Сережа очень начитанный и не такой взбалмошный, каким себя выставляет – остроумно шутит и даже тише Поза на публике, что для Антона казалось невообразимым. -Да ничего, считай, пиздатый повод начать общение. – Они остановились у остановки провожать Сержа – оказалось, он живет достаточно далеко, на другом берегу. -Удача на твоей стороне – и потрахался, и друзей завел, - юмор у Димы, конечно, странный, по мнению окружения, но Шаста и Сержа все устраивает, считают, что такой человек – один на миллион. -Ну, раз завел, то могу и с вами потрахаться. – Сережа улыбнулся, посмотрев на Диму, а у Шаста, почему-то, прилила краска к ушам и щекам. Так они расплодились почкованием, и их стало трое. К слову, та девушка, что была с Сережей в каморке – Оксана Суркова. Длинноволосая шатенка с кукольной внешностью: крупные зеленые глаза, аккуратный нос и пухлые губы – чем не фотомодель? Она была с Шастом с первого класса, но особо они не общались, но после этой ситуации все они вчетвером стали проводить много времени вместе. Кстати, роман Сережи и Окси, как её называют эти трое, длился недолго, так как Сережа: «тот еще ловелас хуев», по словам Шастозовых, но они остались друзьями, даже, можно сказать, как брат и сестра, но, конечно, не без подколов по поводу бывшего романа. Несмотря на ужасную биологическую семью, у Антона есть новая – Дима, Сережа и Оксана, - намного лучше биологической. Шазоенковы. Тридцать первое августа. Завтра школа, так быстро лето пролетело. Антон посмотрел на время – 10:42 – давно он так долго не спал. Что ж, завтра начинается «прекрасное время», можно и выспаться перед девятью месяцами бессонницы. Антон посмотрел в зеркало: кудрявая шевелюра лежала "как леглось", зеленые заспанные глаза смотрели на глаза человека по ту сторону отражающей пластины. Выйдя из комнаты, Антон думал, что увидит привычную картину – либо спящую мать, либо ее же с бутылкой, но увидел его. Андрей. Язык не поворачивался назвать его отцом. Он сидел на кухне с мамой, на удивление, без бутыли спиртного и даже прилично одетый: голубая рубашка, облегающая его, Антон не верил своим глазам, намного уменьшившееся пивное пузо, брюки и туфли с белыми носками. – Магазин обворовал, что ли, - подумал Шаст и, прикинув другие варианты развития событий, согласился со своей первой мыслью. -Антоша, проходи, нам надо поговорить, – прошептала, на удивление, трезвая мать. Антон стоял в ступоре. Его переполняла ненависть, смешанная с удивлением. Большая футболка оголяла ключицы, на которых все еще были порезы с тех ужасных времен от ужасного человека, вновь пришедшего в его жизнь и сидевшего напротив. Переборов в себе секундный ураган, вероятно, всех существующих эмоций, он сделал шаг навстречу.