Шах и мат, Акира

— Тодд, приготовь завтрак себе сам. Я спать, — мама уставшая ушла в свою комнату. Утро добрым не бывает. Особенно для молодого, неокрепшего организма без сна. Тодд просто не смог заснуть. Всю ночь его посещали мысли о Эмбер, о клубе, о Акире… Что делать-то? Парень подошёл к холодильнику, и достал куриные яйца. После чего разбил их и отправил жариться на сковородке. Затем уселся за стол, ожидая, когда приготовиться завтрак. Перед Мэддисоном лежала тетрадь с классной работой по физике. Однако голова работать не хотела, поэтому тот лишь рисовал что-то, напоминающее его комикс. Выводя знакомую фигуру своего персонажа, он начал размышлять. Но, как бы ни было противно — все размышления были о Акире. Тодду стало даже на секунду неловко, что его голову всё никак не может покинуть этот белокурый парень. Акира… Он человек? Или нет? Ещё один пришелец? — Вряд ли конечно, но кто он? Он вполне мог посмеяться над ним, и на самом деле, быть простым человеком. Возможно, он один из тех психопатов, которые верят в теории заговора, и то, что мы все произошли от инопланетян. Обычно такие теории продвигал Курц. Естественно, это была одна из причин, почему его все считают странным. Но, как бы Тодд не думал о том, что Акира просто странный, что-то внутри него шептало, что такое невозможно. Такое можно ожидать от Курца или Шона, но точно не от Акиры. Слишком умный. Как бы горько не было из-за этого Тодду. Ведь раньше он был отличником в классе, а теперь его подвинул какой-то высокомерный альбинос. Однако, чисто ради интереса, можно попытаться узнать, кто такой Акира. Сам про себе не расскажет, а значит, нужно рыть информацию про него. И Мэддисон был готов. Очередная загадка, которую хочется раскрыть — Акира. Пока что пешка, но зная его характер — может стать конём. А если захочет, то станет ферзём. Но этого Тодд не допустит. Парень подошёл к сковороде, выложил свой завтрак на тарелку, и поставил на стол. После чего налил себе недавно приготовленный кофе, и также поставил. Ждать, пока остынет завтрак — он не хотел, поэтому сразу же сел есть. Скоро уже нужно идти в школу. Не хотелось, конечно, но интерес к тайне Акиры подогревал. А также нужно разобраться с Эмбер. Раздалась спокойная мелодия. Тодду позвонил телефон. На экране показалось «Мир@нд@» — так она была у него подписана. Зачем она звонит вообще? — Алло, Тодд, ты ещё дома? — Ага. — Отлично, я заеду за тобой, ладно? — Зачем? — Нужно поговорить. Всё, давай, жди! Миранда повесила трубку. Парень почесал затылок, не понимая, зачем ей его забирать? И к чему она вообще ему звонила? Обычно девушка звонит вечером, и только для того, чтобы тот помог ей с геометрией. По обычным причинам — ему не звонили. Можно было сказать, что им просто пользовались — но об этом не хотелось думать. Да и обычно она забирала только Эмбер. За парнем она никогда не заезжала.

***

Раздался шум тормозов. Тодд доел свой завтрак, быстро помыл всё, и сложил в буфет. После чего схватил тетрадку по физики, и закинул её в портфель. «Чё она так быстро?» — задал риторический вопрос Тодд. Затем выскочил из дома. Перед домом стояла большая, чёрная машина. О такой многие могли только мечтать: большие колёса, тонированные окна, мощный бампер. Мечта многих парней и девушек, которые хотели стать акулами бизнеса. Но Тодд такую не купил. Он бы предпочёл что-то поистине крутое. Например, настоящую американскую классику — Шевроле Импала 1967 года. На такой машине каждый неудачник крут. — Садись быстрее! — девушка помахала ему из машины. Миранда. Дочь влиятельной шишки, прекрасная девушка с добрым сердцем, а ещё лучшая подруга Эмбер и Тодда. Действительно лучшая подруга. А не прикрытие его чувств. Как бы грубо это не звучало, но от правды не уйдёшь. — Привет, — Тодд также помахал подруге, после чего сел в машину. Она дружески его обняла. В нос сразу же ударило её приторными духами. «Главное, чтобы ей нравилось» — вот, как он отзывался о них. Также, Миранда была одета в форму своей школы. Клетчатая юбка, жилетка поверх рубашки, красно-синий галстук, и, самое главное, значок, кричащий о том, в какой именно школе она учится. «Пешка пытающаяся казаться ферзём» — крылатая цитата Эйприл, которая стала эталонной для шахматного кружка. К Миранде — она не имела отношение. Скорее она подходила тем, кто пытается именно этими значками возвысить учеников перед другими ребятами, которые не учатся в таких «крутых» школах. «А потом эти же ученики травят тех, у кого ценник на одежду не вмещает пятизначные числа» — возмущался про себя Тодд. — Как там твой комикс? — вежливо спросила она. — Застрял на дизайне персонажей и придумывании их имён. Пока что сценарий только в набросках, — ответил Тодд. Она спросила это из вежливости — это очевидно. Никому из компании не интересно, о чём он пишет. Только Омниусу. И то — он компьютер, оторванный от космического корабля. Что он вообще может понимать в комиксах? — О чём ты хотела поговорить? — не стал ходить вокруг да около Тодд. Изначально он смотрел на Миранду, и её водительские навыки, но после его взгляд устремился в окно. Мимо крутой машины, в которой ехали ребята, проезжали люди на велосипедах, дети спокойно шли в школу. Вся та спокойная жизнь, которая уже недоступна им. — Хотела попросить тебя не расстраиваться. Жизнь на этом не заканчивается, — Миранда сделала голос мягче. Мэддисон нервно посмеялся и потёр лоб. Сразу стало обидно за себя, и за то, что признался. Ведь если уже знает Миранда, то, скорее всего, уже узнали все. И как ему теперь появляться в том доме? Снова выслушивать все эти «жизнь продолжается»? Опять чувствовать эту неловкость от всех? И верить, что когда-нибудь они забудут, и он станет жить, как раньше? «Эмбер-Эмбер… Почему же я всё больше в тебе разочаровываюсь?» — загрустил парень. Он не знал, как дальше существовать. Внутри ощущалось опустошение. Какая-то нестерпимая горечь от обиды, из-за которой кружилась голова. Хотелось вырвать ту неудачную любовь из себя. А скорее, хотелось вырвать себе сердце, чтобы больше никогда, никого не полюбить. — Я даже не удивлён, — снова перевёл взгляд на девушку. — Чему? — она перевела взгляд на меня. «Тому, что наши личные отношения с Эмбер стали достоянием общественности» — хотел ответить Тодд, но получилось только: — Тому, что ты всё знаешь. Взгляд девушки казался утешающим, но от этого стало ещё обиднее. Как он вообще попал в эту ситуацию? И почему он в принципе должен в ней оставаться? — Можешь остановить? — спросил Тодд. — Что-то случилось? — также спросила Миранда. Она заметно забеспокоилась. По её лицу было видно, что та сожалеет о том, что начала этот разговор. Но на Миранду не было сил обижаться. Тодду вообще было трудно обижаться на такую, как она. Всё-таки это его лучшая подруга, которой он дорожил. И, скорее всего, единственная из оставшихся друзей в том доме. Конечно, был ещё Джейкоб. Однако он всё ещё отрицал их дружбу. — Да… я быстро, — соврал он. План побега был гениально идиотским, словно в самой дешёвой мелодраме. Однако это была единственная возможность уйти из этой ситуации. Выпрыгивать на ходу было не вариант, всё-таки умирать из-за такой мелочи не хотелось, поэтому лучше просто сбежать. Миранда поймёт. Может и не сразу, но когда-то точно. Девушка послушалась парня, и остановила. Миранда сверлила взглядом Тодда, надеясь, что тот не сотворит что-то глупое. У неё был повод волноваться. От парня можно ожидать всего, что угодно, несмотря на то, что его внешность гиковская. У Мэддисана было много скрытых качеств, которые он не хотел никому показывать. «Если всем рассказывать про свой любимый ход — все будут знать, как тебя обыграть» — это уже была цитата Тодда. Сказана она была тогда, когда тот обыграл Салли. После этого она ушла из клуба, обижаясь на него. Но всё же — он победил. И в данную ситуацию, эта цитата прекрасно подходила. Хотя, она подходила идеально ко всем аспектам жизни парня. Сначала ничего не предвещало беды. Парень спокойно вышел, не давая повода для подозрений. Тодд дошёл до комиссионки, в которой обычно стоял торговый автомат с водой и напитками. Рядом с ним, как обычно тёрлись наркоманы. Этот торговый автомат — единственное публичное место, где можно достать косяк. Иногда парень пользовался возможностью, и брал один себе. Однако злоупотреблять этой дрянью он не хотел. Поэтому максимум раз в две недели. Он подошёл к нему ещё ближе. Наклонился, имитируя завязывание шнурков, боковым зрением смотря на девушку. Она отвернулась, смотрясь в зеркало бокового виденья. Вперёд! Тодд со всех ног побежал вдоль дороги. Бежать по бордюру не получалось, он был слишком маленьким, и быстро закончился. Миранда изначально ничего не заметила, однако взглядом словила парня. Девушка нажала на педаль газа, и поехала за ним. Парень ловко оббегал машины, которые стояли на парковке, тем самым не давая догнать себя Миранде. Он был словно обучен к быстрому побегу. Те триллеры и боевики, которые он так обожал в детстве, явно сказались на его способе решения проблем, побег ведь совершить проще. Тодд искусно перепрыгнул через преграду в виде цветочной клумбы и побежал по узкой улочке. Машина точно не сможет тут проехать, а девушка вряд ли побежит за ним. — Тодд, ты больной что ли?! — кричала она из машины. Тодду уже было всё равно. Он почти не слышал её крик из-за расстояния между ними. Или же из-за того, что он прогуливал физкультуру и теперь не может справиться со своей одышкой. Но, несмотря на прогулы — парень отлично пробежал весь этот путь. На секунду, тот даже почувствовал гордость за себя. Всё-таки может. Улочка казалась очень маленькой, даже меньше, чем думал парень. Стены были настолько близко друг к другу, что казалось, если открыть окна, то можно соединить два дома. Настолько здесь было мало места. Но было здесь своё очарование. Владельцы и съемщики квартир, которые тут жили — старались сделать это место уютным. И у них получалось: все эти цветы, ковры, мурал в виде совы — всё это создавало свой особый шарм. Однако контингент на улицах был не очень. Неподалёку от двери лежал мужчина. Не было понятно под чем он. Однако было понятно, что он явно не вписывается в прекрасный вид домов. Тодд уверен, что это не единственный такой человек. Тут их явно много. Никто не знает, что скрывает этот прелестный дом. Парень достал специально отведённый блокнот, который тот готовил для зарисовки локаций для комикса. Карандаш сам начал плыть по бумаге, оставляя на ней линии. Они плавно перетекали в рисунок, который не точно, но в общих чертах, передавал визуальную прекрасность этого дома. Конечно же, парень не забыл про мурал совы. Огромные глаза птицы смотрели, будто в душу, и Тодд хотел это передать. Какая-то безнадёга была в этом взгляде, птица будто была заперта. Так же, как и он. Тодд уже дорисовывал клюв, как блокнот выхватили из рук. Парень сразу бросился к обидчику, пока не столкнулся с Акирой взглядом. Он внимательно рассматривал его рисунок, отчего Мэддисону ещё сильнее хотелось его забрать. — Удивительно, — прокомментировал Акира. — Отдай! — Тодд кинулся к блокноту, но альбинос поднёс его вверх. Разница в росте играла своё дело и он почувствовал себя униженным этим наглым парнем. В это же время, Акира рассматривал сову. Его взгляд действительно казался изумленным. Он явно не ожидал таких навыков от Тодда. — У тебя получилось, но не один в один, — парень отдал блокнот. — Я художник, а не фотоаппарат, — саркастично ответил Тодд. Акира улыбнулся уголком губ. Ему явно понравился ответ одноклассника. Всё-таки Акира был за искусство, а не копирку реальности, а Тодд земное отражение этого искусства. — Разве ты живёшь здесь? — спросил альбинос, упершись об стену. — Нет, я тут прячусь, — честно ответил Тодд. А что скрывать? Разве Акира общается хоть с кем-то, чтобы рассказать кому-то об этом? — Нет. Этот парень всегда первее всех в классе, но стоит кому-то заговорить с ним, как он снова натягивает снисходительную улыбку. Поэтому бояться нечего. — От кого? — поинтересовался тот. — Разве это имеет хоть какое-то значение? — Мэддисон повернулся в сторону парня, — Главное, что я уже здесь. — Как скажешь, — ответил парень. «Как скажешь — как скажешь. Он умеет говорить хоть что-то, кроме этого "как скажешь"?» — бесился Тодд. — Ты в школу пойдёшь? — спросил Акира. — Да, а ты? — также спросил Тодд. — Первый урок — физкультура. Не хочу притворяться немощным, чтобы просто не выделятся среди вас — это низко, — альбинос подошёл к парню. «Опять он за своё» — закатил глаза Мэддисон. Его снисходительный тон — явно будет сниться Тодду в ночных кошмарах. Настолько сильно он его бесил. Настолько, что иногда хотелось его ударить. Но, как бы ни хотелось, есть вероятность, что парню прилетит в ответ. Акира решил не ждать, пока Тодд ему ответит. Он развернулся на пятках и легкой походкой пошёл в сторону поворота. На солнце его силуэт казался ещё красивее, чем за школьной партой. Мэддисона бесила эта мнимая идеальность. Тот пошёл за ним и со всей силы схватил того за предплечье. Холод от руки парня прошлось по телу Тодда. Но было ещё что-то. Казалось, что рука будто каменная, если не железная. Не было той мягкости свойственной человеческому телу. Не чувствовалось, что течёт кровь. — Ещё раз тронешь — сломая руку, — голос Акиры казался разгневанным. Он со всех сил оттолкнул Тодда, отчего тот свалился на пол. Акира взглянул на него, прежде чем уйти. Горящие, будто не человеческие красные глаза сверкали от злости. Но альбинос решил не трогать бедного паренька, а просто уйти. За это время, сердце Тодда начало биться словно сумасшедшее. Действительно стало страшно, но от этого также интересно. Этот секрет словно возродил в нём детское любопытство. Однако последствия будут недетскими, если кто-то узнает о намерениях Тодда. Парень решил пойти в школу сразу. Хоть и физкультура. Ничего страшного, посидит в клубе. Нужно было всё обдумать, и всё записать. По Акире явно придётся завести отдельную тетрадь. Судя по всему, это не единственное открытие об этом странном парне.