"Вообще у меня есть свой бизнес, а такси — это для души"

В первый раз это происходит случайно. Чан, как обычно, ждет клиента рядом с обозначенным адресом. Он порядком устал, всю ночь возил людей туда-сюда и взял этот заказ только потому, что ему в итоге ехать в ту же сторону, где конечный пункт, поэтому: почему бы и не подзаработать? Из дверей дома то и дело выходят люди, но никто не смотрит в сторону машины, поэтому Чан терпеливо ждет. Он сверяется со временем, думает, что же сделает, когда закончит с этой поездкой, но не успевает обработать хоть сколько-то мыслей, как открывается задняя дверь. Люди садятся назад не для того, чтобы общаться с водителем, Чан это понимает. Они обмениваются вежливыми приветствиями-кивками, и Чан отворачивается к дороге, подтверждает маршрут по навигатору и медленно трогается с места. Солнце лениво встает где-то за зданиями — относительно раннее утро не предвещает большого потока машин, поэтому поездка не должна быть долгой. Чан слегка, чтобы не мешать пассажиру, прибавляет музыку — играет любимая песня, а это повод как минимум покачать головой в такт. Чан хмыкает сам себе: был бы один, обязательно бы подпевал. Легкий взгляд в зеркало заднего вида, чтобы проверить ситуацию на дороге, невольно цепляется за клиента. Молодой мужчина привлекает внимание: широкие плечи обтянуты черной тканью футболки, лицо скрыто под маской, а на глаза нависает панамка, из-под которой беспорядком выглядывают темные кудрявые волосы. Чан сам себе улыбается с того, как мило это выглядит. Контрастно на фоне крупных бицепсов. Чан, правда, старается сосредоточиться, смотреть только вперед, но не может перестать поглядывать в зеркало заднего вида на мужчину позади. Тот увлечен чем-то в телефоне и совершенно не замечает чанового интереса, что к лучшему: Чан может позволить себе подольше погулять глазами по рельефному телу пассажира… И эти кудряшки! Поездка проходит без происшествий, хотя в какой-то момент Чан чуть не проезжает на красный, но это мелочи (к счастью, загорелся желтый, стоило Чану пересечь ограничительную линию). Когда он паркуется у бизнес-центра, мужчина с заднего сидения вежливо благодарит за поездку и прощается, уходя. Когда дверь мягко хлопает, а парень удаляется, Чан позволяет себе оценить вид клиента со спины. Внушительная ширина плеч все также заставляет задыхаться, просто от мысли от силы этих рук, а подтянутый зад и крепкие бедра лишь подтверждают, сколько часов этот парень проводит в тренажерке. Чан оглядывает свои руки и лишь хмыкает. Он тоже в целом хорош собой, но таких мышц никогда себе нарастить не мог. Да и не то, чтобы хотел… Когда мужчина исчезает за стеклянными дверями центра, Чан наконец трогается с места и едет домой отдыхать, заставляя себя забыть о мимолетной заинтересованности в человеке, которого он даже толком и не рассмотрел, не считая разве что широких плеч, грудных мышц и милых кудряшек из-под панамки… Мысль о том, как бы славно было бы уткнуться в эту грудь носом, обнять талию руками и уснуть, прижавшись всем телом к мужчине, лишь слегка цепляется за сознание, но Чан быстро отмахивается от нее. Сейчас важнее понять, что он будет есть перед легким сном, после которого придется вернуться к основной работе. Кудряшки остаются где-то на обратной стороне век туманным образом, но Чан стоически игнорирует.

⭐⭐⭐⭐⭐

Вторая встреча случается также случайно. Когда Чан видит адрес, ему он кажется смутно знакомым, но все адреса так или иначе вызывают это фантомное чувство, поэтому Чан отмахивается от него. Чан терпеливо ждет, то и дело поглядывая на время на телефоне и на дверь дома, откуда должен появиться пассажир. Когда в поле зрения появляется мужчина, у Чана пропадают все сомнения. Да, этот адрес он уже видел. Мужчина, как и в прошлый раз, садится на заднее сидение, вежливо здоровается и начинает что-то смотреть в телефоне. Только сегодня на нем не простая черная футболка, а белая рубашка, которая очень плотно обтягивает крупные руки. Челка больше не торчит милыми кудряшками, а выпрямлена и красиво уложена. Мужчина, как и до этого в очках, но, черт возьми, если в прошлый раз Чан залипал на общей милости, контрастирующей с массивностью телосложения, то сегодня парень с заднего сидения не вызывает никаких реакций, кроме возбуждения. Чану аж хочется поправить незаметно штаны. Он подтирает воображаемые слюни, привычными движениями настраивает маршрут в навигаторе и медленно трогается с места. Чан прилагает все усилия, которые только может, чтобы не смотреть даже украдкой назад: он боится очень сильно залипнуть, иначе придется расхлебывать тяжелые последствия... Ситуация на дороге не критична, машин не слишком много, и Чан радуется, что необходимости смотреть в зеркало заднего вида особо нет. До конечной точки доезжают без происшествий. Чан почти не смотрит назад и, это для него маленькая, но победа. Мужчина, как и в прошлый раз, вежливо попрощается и удаляется в сторону бизнес-центра, позволяя Чану любоваться тем, как белая рубашка натягивается на широких плечах и как черные брюки подчеркивают ноги и задницу, о которых в ближайшие дни Чан не сможет забыть. Примерно после этого Чан и начинает подвозить этого парня постоянно. Первые разы еще можно списать на случайности, то есть он действительно оказывался рядом с нужным домом в нужное время не по своей воле, но со временем не было ни дня, когда Чан не заканчивал или не начинал свой рабочий день с поездки от дома мужчины с очаровательными кудряшками до бизнес-центра, где он всегда его высаживал. Чан немного боялся, что это похоже на сталкерство, но он не специально… по крайней мере первые разы. Дальше он уже не может остановиться, да и не особо хочет. Чем больше поездок он совершает, тем сильнее утопает в своем восхищении этим прекрасным мужчиной. Он мог бы сказать, что влюбляется, если бы действительно готов был в этом признаться хотя бы себе, но пока все, что он себе по-настоящему разрешает — это скромные фантазии перед сном. Пары взглядов украдкой в зеркало заднего вида недостаточно для чего-то более полноценного. Или Чан просто себя так успокаивает…

⭐⭐⭐⭐⭐

Это продолжается в течение месяца или двух… Или даже больше. Чан, если честно, не отслеживает. Все, на чем всегда сосредотачивается его внимание — это милые кудряшки из-под головного убора или плотно обтянутые рубашкой/футболкой/чем-либо еще (нужное подчеркнуть) мышцы рук, груди, спины… Короче, Чан смотрит на парня слишком часто, чтобы его образ навсегда отпечатался на обратной стороне век. Чан настолько часто забирает мужчину от дома, что уже наизусть знает дорогу до бизнес-центра и едва ли смотрит в навигатор. Все лишние секунды он тратит на рассматривание пассажира в зеркало… Все меняется в один момент. Парень садится на переднее сидение вместо заднего, и Чан настолько выпадает из пространства, что пропускает привычные вежливые приветствия. Ему чертовски неловко!.. Кажется, даже кончики его ушей краснеют. А еще теперь трудно смотреть на пассажира украдкой — они слишком близко друг к другу сидят. Чану в какой-то момент кажется, что он чувствует жар тела мужчины… Настолько близко! И именно сегодня мужчина в своем повседневном образе с панамкой и кудряшками, так что Чан не уверен, что в этот раз действительно сможет довезти его до бизнес-центра без проблем. Он чувствует себя так, как будто впервые сел за руль, и ему уже надо сдавать экзамен на получение прав в городе. Ладони потеют, а мысль, что ему надо положить руку на коробку передач, взрывает мозг — есть шанс, что он случайно коснется бедра пассажира на соседнем сидении… Чан вроде как справляется с волнением. Он запоздало отвечает на приветствие, отмечает, что сегодня парень без наушников, и впервые не увеличивает громкость музыки в машине. Возможно, старт с места не такой плавный как обычно, но это только потому, что его рука действительно чуть не задевает бедро пассажира рядом. Но в целом он справляется, да. По крайней мере, он надеется. Чан старается смотреть на дорогу и никуда больше. Иногда, конечно, он все равно поглядывает на пассажира, но больше потому, что нужно смотреть по сторонам и назад — поток машин относительно активный. Чан на самом деле довольно разговорчивый водитель. Он любит поболтать о всяком не особо важном, типа погоды или музыки, что играет в его машине. Обычно пассажиры просят какую-то радиостанцию. Или бывает такое, что подключаются к его магнитоле через блютуз и включают свое, что в итоге превращает поездку в приятное время знакомства с новой музыкой. Или бывает такое, что Чан делится какими-то историями, связанными с песнями, которые он уже знал. В большинстве случаев, второй вариант, но как итог, Чан всегда доволен беседами, которые он проводит в поездках, и это его небольшой способ расслабиться в течение сложного дня. Но в этой поездке Чан не может проронить ни слова. Его уши, как будто горят все время, что он, как он надеется, плавно ведет машину, а в горле стоит ком, который не позволяет ни слову вырваться из него. А еще внизу живота его охватывает какое-то странное волнение, на которое он старается не обращать внимание так же, как не обращает внимание на пассажира. Мужчина рядом, кажется, чувствует себя достаточно комфортно, не замечая чановых волнений, что с одной стороны, конечно, хорошо, но с другой… Чану очень хочется удариться головой об руль и похныкать над своей судьбой. Он даже не замечал, как было хорошо, когда этот парень садился на заднее сидение. К счастью или нет, поездка проходит довольно быстро. Чан, как обычно, привозит клиента к бизнес-центру и терпеливо ждет, пока тот, как обычно, вежливо попрощается и уйдет, позволив вновь рассматривать его со спины. Но парень продолжает сидеть на месте. Чан старался всю поездку не смотреть на пассажира, потому что знал, что лицо обязательно покраснеет, когда они встретятся взглядами… Но они продолжают сидеть в неловкой тишине, так что Чану необходимо обернуться на пассажира, чтобы хотя бы выразить недоумение, почему тот продолжает сидеть в машине. Когда Чан все же поднимает глаза на мужчину, тот смотрит прямо на него и как-то нелепо улыбается. Чан действительно краснеет, но не так сильно, как думал. Его взгляд ненадолго цепляется за улыбку, и Чан чувствует, что она не предвещает ничего хорошего, а после наконец встречается с глазами напротив. В этот момент пассажир решает заговорить: — Кажется, ты привез меня не на тот адрес, который я заказывал, — голос мужчины поражает Чана прямо в сердце, из-за чего тот не сразу разбирает смысл слов, сорвавшихся с губ. Когда мозг Чана возвращается из вареного состояния, все, что он может родить — нелепое: — Что? А сразу после Чан судорожно начинает проверять навигатор. Адрес конечного пункта действительно другой. В совершенно противоположном месте, если быть точным. Чан уже настолько привык подвозить конкретно этого парня к бизнес-центру, рядом с которым они сейчас стоят, что даже перестал проверять навигатор перед поездкой. Ох. Чан заливается краской сильнее, чем раньше, и виновато смотрит на пассажира: — Это моя ошибка! Сейчас доставим Вас туда, куда нужно, — Чан судорожно начинает поворачивать ключ, чтобы завести машину, но та, как назло, глохнет — Чан делает это достаточно неосторожно, чтобы не нарочно показать все волнение, охватившее его. — Все в порядке! — пассажир вместо того, чтобы ругать Чана за неосмотрительность, смеется и кладет свою руку поверх чановой, которая все еще судорожно пытается завести машину. Если бы Чан не был занят мысленным осыпанием самого себя нелицеприятными словами, то, возможно, заметил бы, какой милый и забавный смех у парня рядом. А еще, что рука поверх его достаточно горячая и сильная, чтобы заставить Чана прекратить так сильно волноваться. — На самом деле… — парень на соседнем сидении неловко чешет затылок, — мне нужно было именно сюда. Я просто указал другой адрес, чтобы проверить… — О! — Чан выдыхает, ненадолго расслабившись после этих слов, но в итоге снова заливается краской и закрывает лицо руками, не замечая, что забирает свою руку из руки пассажира, — если что, это не то, о чем Вы могли бы подумать! Чан украдкой смотрит на пассажира сквозь пальцы. Ему стыдно, но в то же время он чувствует необходимость как-то оправдаться: — По началу это действительно было случайно! Я… — Подожди, подожди, — пассажир вновь касается рук Чана и отводит их, чтобы видеть покрасневшее лицо, — как давно ты меня возишь? Чан ненадолго отвлекается на тепло и нежность рук, что его держат, и даже не пытается их вырвать из захвата. Ему достаточно приятно, чтобы позволять мужчине напротив мягко перебирать его пальцы, возможно, неосознанно, но все же. Чан стыдливо отводит взгляд куда-то в потолок. Вопрос ставит его в ступор, потому что он на самом деле не помнит, как давно забирает мужчину от дома и довозит до бизнес-центра: — Может быть, месяц… Или даже два? — его интонация вопросительная, потому что он не хочет видеть злости на лице напротив, но в то же время соврать о том, что это началось недавно, не позволяет его собственная совесть. — Ух. Вау... — пассажир выглядит шокированным. Он чуть сильнее сжимает ладони Чана в своих руках, а после со смешком добавляет, — я заметил только пару недель назад. Чан обескуражен. Он смотрит на парня напротив с мыслью, не шутит ли тот, а когда понимает, что тот достаточно серьезен, не может ничего с собой поделать и начинает смеяться. Пассажир не сдерживается тоже. Вместе со смехом из Чана выходит весь стресс от этого неловкого разговора. Он действительно переживал, что в какой-то момент этот парень напишет на него заявление в полицию за сталкеринг, а тот даже не знал, как часто Чан его подвозит. Это довольно сильно! — Эм… Я действительно, не собирался сталкерить или что-то типа, — Чан все же решает вернуться к оправданиям, когда удается остановить смех. — Я несколько раз случайно попадал на Ваши заказы, а потом… Просто не смог остановиться… Чан невольно возвращает неловкость между ними. Его уши краснеют, а ладони потеют, и это максимально плохо, потому что пассажир продолжает держать его за руки. — Я думаю, — парень говорит немного неуверенно, но достаточно прямолинейно и серьезно, — ничего страшного в этом нет. Ты не похож на маньяка или типа того… Мужчина неловко смеется, а после мягко улыбается Чану, и тот улыбается в ответ, просто потому невозможно не улыбаться. А потом его руки теряют контакт с руками парня, и Чан действительно пытается не расстраиваться из-за этого, но у него не выходит. Мужчина в это время что-то ищет у себя в карманах, а когда находит, протягивает Чану. В его руках небольшая картонная карточка — визитка, но Чан не успевает прочитать, так как отвлекается на голос: — Мне действительно уже пора, — пассажир открывает дверь, но продолжает сидеть на месте и смотреть на Чана. — Извини, если вдруг что, — он вылазит из машины, но в конце концов заглядывает в последний раз в салон. — Позвони или напиши мне, когда будет время! Парень подмигивает (!) и закрывает дверь, позволяя Чану вновь рассматривать его спину. Чан, к своему стыду, не успевает сказать ни слова. Он переводит взгляд на карточку. Она достаточно минималистичная: черная с серебряными буквами «Со Чанбин. Музыкальный продюсер». Чан продолжительно стонет и падает головой на руль, но вместо того, чтобы просто удариться лбом по рулевому колесу, он попадает прямо на клаксон. Чан вздрагивает от громкого звука и стонет еще сильнее, потому что невозможно выставить себя еще более нелепым, чем до этого, но он умудряется. Он переводит взгляд в окно и видит, как парень — Чанбин — смотрит на него и определенно смеется. Ладно, думает Чан, сегодняшний стыд – определенно расплата за то, что он в течение пары месяцев тайно пускал слюни на своего пассажира и определенно почти сталкерил его все это время… Чан переводит взгляд на карточку, и серебряные цифры заставляют его чувствовать себя лучше. Судьба в итоге к нему благосклонна. С довольной улыбкой Чан быстро вбивает номер себе в телефон и тут же отправляет сообщение, чтобы не дать себе повода передумать.

Кому: Со Чанбин. Музыкальный продюсер Привет! Это водитель такси! Мы так и не представились. Меня зовут Бан Чан! Приятно познакомиться, Со Чанбин! 😊