Я больше не хочу быть Младшим...

Голова раскалывается, всё тело ноет и ужасные воспоминания сегодняшнего вечера всплывают в памяти. Нат с трудом открывает глаза и пытается нащупать что-то вокруг себя. Судя по всему он был в раздевалке. Встав на ноги, Веснински, волоча за собой обмякшие конечности подходит к зеркалу в душевой и.... вот черт! На его скуле позорным клеймом красовалась татуировка. Блядскому Рико всё таки удалось пометить его! Может Нат и проиграл в этой битве, но победу в войне несомненно одержит он! Оперевшись на раковину, парень внимательнее вгляделся в своё отражение. Всё те же огненно-рыжие кудри, ледяные глаза, огромное множество синяков и ссадин, безразличное выражение лица и конечно же обновочка — цифра 3 на левой скуле. Тяжело вздохнув, Нат на минуту прикрыл глаза, собираясь с мыслями и окончательно вспоминая то, что произошло на кануне. *** На сегодняшней тренировке Веснински заступился за Кевина, которого Рико чуть-ли не до полусмерти избил клюшкой, за ошибку во время тренировочного матча. Сказав своему капитану пару ласковых, парень поднял тяжело дышащего друга на руки и под угрозы Мориямы отнёс Дэя в свою комнату. После того, как Нат обработал раны Кевина, он сел на пол рядом с кроватью, чтобы наблюдать за состоянием нападающего. Из сна его вырвал удар в челюсть. Резко распахнув глаза, парень увидел перед собой безумно улыбающегося Рико. — Ты придурок, Веснински! Настоящий идиот! Когда до тебя уже дойдёт, что не стоит вставать на моём пути?! — после этих слов японец нанес ещё несколько ударов, пока Натаниэль не отключился. Дав приказ своим приспешникам, он превосходящим взглядом посмотрел на свою "двойку" в постели, затем удалился из комнаты. Придя в сознание от удара в живот, первое, что увидел Нат — Генри, который хищно ухмылялся. — Доброе утро, солнышко! — расхохотавшись, парень отошёл назад. — И тебе привет, Кросби — задержав дыхание, чтобы не закричать от боли, рыжик принял сидячие положения. Дёрнув пару раз руками и ногами, Нат понял, что связан. Окинув изучающим взглядом помещение, в котором находился, парень заметил ещё троих, помимо Генри. Рико вальяжно раскинулся на стуле недалеко напротив самого Веснински, а за его спиной стояли ещё двое верных шавок — Люк Данс и Рон Хейли. Кросби, Данс и Хейли были выпускниками, при этом беспрекословно подчинялись всем приказам своего тупоголового хозяина. — Натаниэль, Натаниэль — начал Рико, постукивая пальцами по коленке — когда же ты станешь послушным мальчиком? — Пф, да не в жизнь. Тебя слушать — себе дороже — усмехнулся Нат. — Гадёныш! — подорвавшись со своего места Морияма со всей силы прижал голову Натаниэля к холодной стене ногой. Немного остудив свой пыл Рико продолжил — Ну что ж — чёрт, эта дурацкая улыбка была одной из тех вещей, которые Веснински собирался стереть с лица земли — будем тебя перевоспитывать. С этими словами он щёлкнул пальцами и трое парней начали медленно подходить к Нату. Испуганный взгляд голубых глаз метался с одного лица на другое. Рон и Люк держали рыжеволосого, в то время, как Генри развязывал его и разрывал одежду. — Какого хуя!? — Нат начал вырываться, но не мог ничего сделать против двух парней, которые были в два раза выше и сильней его. Тогда Натаниэль начал брыкаться ногами, ударив Кросби пару раз в живот. Почувствовав холодное железо на своей шее ему пришлось остановиться. Взяв в левую руку подбородок своей жертвы, Генри правой спустился к чужому паху. — Отъеби... — последний слог был проглочен чужими губами, которые примкнули к губам Веснински. Глаза на мгновенье расширились и парень предпринял ещё одну попытку освободиться, но когда лезвие сильнее прижалось к его шее, отступил, смирившись с тем, что с ним сейчас сотворят. — Хороший мальчик — произнёс Генри с довольной ухмылкой, оторвавшись от чужих губ, чтобы дать себе и Нату глотнуть воздуха. Всё, что происходило в дальнейшем, было покрыто густым туманом. Но Нат отчётливо помнил мерзкие чужие языки в своём рту, ужасные прикосновения по всему телу, в большинстве своём на бёдрах и невыносимую жгучую боль внутри себя. *** — Вот же сучёныш... — поразившись собственному голосу, Нат резко распахнул глаза и опустился на колени, всё так же держась за раковину. Из комнаты как будто выкачали весь воздух, он не мог сделать не единого вздоха. Руки предательски дрожали, как и в принципе всё тело. На мгновенье ему показалось, что он убит. Просто уничтожен руками чёртовых Мориям. Чёрт Грёбанный Рико Убью Уничтожу Сделаю так, что ты больше никогда не смог ухмыляться своим поганым ртом Он сдохнет, но не станет приносить удовольствие своими страданиями блядскому Рико. Для Рико чужие крики, слёзы и отчаяние в глазах, как наркотик. Он не может жить без этого, поэтому Нат сделает всё возможное, что бы у этого подонка началась ломка. Время шло, а парень никак не мог успокоиться. Натаниэль даже не предполагал, что ему теперь делать. Как жить с этим клеймом, зная, что никогда не сможет от него избавиться? Несколько раз глубоко вдохнув, Нат зажмурился настолько сильно, что перед глазами начали появляться тёмные круги. Паника начала понемногу отступать, парень встал с колен, но в зеркало больше не посмотрел. Он чувствовал, если ещё хотя бы на мгновение задержит взгляд на своём лице, его просто вырвет. Плеснув себе в лицо ледяной водой, он вышел из душевой, а следом уже из раздевалки. Он только сейчас вспомнил, что в его комнате валяется без сознания его брат. Нат очень надеялся, что за время, пока он был в отключке, а потом старался справиться с собственными эмоциями, Рико и его шавки ничего не сделали Кевину. От этой мысли парень начал идти быстрее, но из-за ног, которые предательски отказывались двигаться, это получалось херово. Наконец добравшись до своей комнаты, он распахнул дверь и с облегчением выдохнул. Его брат всё так же лежал на кровати, без новых повреждений. Взглянув на настенные часы, парень понял, что его не было больше двух часов, а это значит, до ночной тренировки оставалось чуть больше сорока минут. Всё, что сейчас хотел Нат — смыть с себя чужой запах и омерзительные прикосновения. Время ещё оставалось, поэтому он забрался в ванну, выкрутил воду на кипяток и стал тереть свою кожу мочалкой. Он делал это с такой силой, что казалось, кожа сейчас просто слезет. Больше всего внимания он уделил бёдрам, ведь он до сих пор чувствовал на них фантомные прикосновения. Закончив с душем, он несколько раз прочистил рот мятной зубной пастой, так как всё ещё чувствовал гадкий, горький вкус чужих языков. Сполоснув остатки пасты, Веснински завязал полотенце на своих бёдрах и вышел из ванной. Сейчас ему предстояло разбудить Кевина, ведь если кто-то из них не появится на корте, последствия будут весьма плачевными.