Nemo

      Юки Танака осторожно вправил сломанный нос. Щелчок, хруст. В ноздри ворвался резкий, холодный воздух. Юки привалился к стене, запрокинул голову и жадно вдохнул. Во рту ощущался металлический привкус крови. Перед глазами плясали пятна — сначала он подумал, что это помехи в кибердеке, но, приглядевшись, понял: это лишь отражения неоновых иероглифов над дверью клуба. В глубине души он был рад, что это не ошибка системы. В противном случае он бы не очнулся, а так и остался лежать среди мусорных баков.       Горькая усмешка исказила лицо. Хотелось плакать, но боль в ребрах глушила даже эту краткую вспышку радости. Юки посмотрел на руки. Грязные, липкие и слегка блестящие от пота – он ненавидел их всей душой, особенно когда они становились влажными. В школе над ним всегда смеялись из-за этого, называли «nurunuru»*, и он чувствовал себя очень жалким как тогда, так и сейчас.       Маленький человечек, офисный клерк, сидел в грязи, избитый и подавленный своим бессилием. Еще утром он пил кофе, думая, что сегодня проблем в офисе не будет. Смех коллег в ушах, запах дешевого освежителя, легкий писк служебного телефона — и вот он уже здесь, избитый и униженный. Надежды на тихий и безмятежный вечер после относительно спокойного дня рухнули в одно мгновение. Юки похлопал себя по карманам брюк, словно пытаясь что-то найти. — Твою мать... — ошеломленно прошептал Юки. Он открыл личный счет на телефоне. Но там было пусто. — Все отобрали... — прошипел он и медленно, опираясь на стену, приподнялся. Руки его предательски затряслись, во рту пересохло.       Это было обычное нападение в темном переулке, но жертвой стал не случайный прохожий, а сотрудник офиса, который просто возвращался с работы. Нет, те люди точно знали, кого нужно побить и что отобрать. Они не просто так подкараулили его. Возможно, они следили за бедолагой Танакой всю дорогу, чтобы в удобный момент затащить сюда и хорошенько поглумиться. И этот случай представился им.       Юки беспокоился не из-за денег, которые были украдены со счета. Его главным сокровищем была небольшая капсула с синтетическим веществом, которую он смог приобрести у торговца за значительную сумму. Эти маленькие разноцветные таблетки, похожие на желейные конфеты, уносили его в мир грез, стоило лишь проглотить их.       Когда-то психиатр прописал их Юки как средство для повышения мозговой активности, но не учел, что приём этих лекарств может привести к зависимости. И теперь Юки испытывал двойную боль — ни денег, ни удовольствия. Даже прекрасная Томоко, его жена, не могла помочь ему своей безусловной любовью.       Нет, она не должна видеть его таким, не должна переживать за него, такого ничтожного. Лучше он не вернется домой, чем будет погружаться в глубины своего подсознания и видеть, как суетится Томоко. Он знал, что если страдает он, то плохо и ей, а ее душевные боли были для него подобны вакидзаси, вонзающемуся в живот.       Наспех вытерев кровь об рукав, Танака приподнялся. Ладони саднили, а спина предательски болела. В этот момент он ощущал себя самым несчастным человеком на этой планете. У него будто бы ничего не осталось: ни кайфа, ни денег, ни желания идти домой. Едва он появится на пороге, то перед ним развернется знакомая по сериалам сцена. Любимая Томоко, единственный лучик света в неоновом аду города для Юки, будет переживать. Она точно спросит где он был, кто его избил? Потом побежит в комнату за перекисью и будет обрабатывать ему раны до тех пор, пока не приедет скорая помощь. В воображении появился этот эпизод, и Танака почувствовал себя вдвойне жалко. Хотелось поскорее уйти от жестокой действительности, где он был всего лишь незначительным сотрудником офиса, который не совершил ничего выдающегося, кроме как умело готовил кофе и тщательно проверял документы.       Юки медленно брел по китайскому рынку. В глазах рябило от буйства красок подсвечивающихся витрин, барабанные перепонки разрывало от громких звуков рекламы, невнятной, но бьющей по ушам, болтовни на китайском, английском и других языках. От мигания китайских фонарей кружилась голова. Хотелось закрыться от бурной ночной жизни, стать на какой-то момент невидимкой. Это чувство было страшнее ломки, это беззащитность перед миром и всеми его искушениями. И вдруг он невзначай подумал: я могу сбежать от них всех только на тот свет. Но и от этой мысли его передернуло. Он представил, как стоит на бортике небоскреба, его вспотевшие ладони оставляют след на стекле, сердце бешено колотится, а во рту пересохло. Внизу копошатся людишки, которые что-то кричат ему, копошатся около ави скорой помощи. Скоро еще прибудет противопожарная служба, чтобы снять его оттуда. Медлить нельзя. Юки закрывает глаза и прыгает. Его тело покидает жизнь еще в полете, а труп разбивается в кровавую кашу. На его могиле рыдает любимая жена, коллеги мрачно опускают головы и шепчут: «Жаль, что он от нас ушел так рано. Он бы мог жить намного дольше». В действительности он всхлипывает и трет лицо, отчего его раны на лице щиплют и зудят. Таблетки хорошо разгоняли воображение в качестве побочного эффекта, но от этого лучше не становилось. Он знал, что может себе только воображать эффектное самоубийство, а на деле он боялся даже нож в руки взять, чтобы нарезать овощи для салата. Трусишка, жалкий червь, который не может решить, что делать со своей гнусной жизнью.       Перед ним маячили дикого вида полу-киборги, странные людишки с разноцветными волосами и бесполезными имплантами, проститутки, обговаривающие, в каких местах каждая будет стоять, обычные жители, которые зашли на рынок, чтобы отовариться чем-либо. В этой толпе он точно затеряется, но от мира не скроется. Зачем он попал сюда? За что его ограбили эти ублюдки? Почему именно он?       В глаза ударил ярко-розовый цвет неоновой вывески игрового клуба. Перед ним на интерактивном экране, обрамленного в розовую рамку, маячили известные символы с игровой консоли, после чего возникали буквы «Play Date». Вирты, игровые автоматы, бар». Выпить сейчас не помешало бы. Лучше заглушить все самое ужасное сейчас, чем сидеть с кислой миной в ожидании ломки. Он прошел внутрь. Здесь мало что напоминало рыночный павильон, скорее на салон техники или маленький кусочек игрового зала бара «GeLeJe». Музыка, смесь японских традиционных мелодий с ритмичными битами и электронным звучанием, приводила Юки в чувство. Он даже слегка улыбнулся. Игробары тем и были хороши: никаких грохочущих и стреляющих звуков автоматов, если кто-то будет злиться, то никто из посетителей не услышит этого, погрузившись в виртуальную пучину игр.       Юки присел на одно из кресел виртуальной реальности, напоминающий ложе хакера, только намного удобнее и мягче. Он запрокинул голову, в глаза ударили неоновые переливающиеся огни. Напоминало чем-то фейерверк. Конечно, будь у него препарат, зрелище было бы ярче, но он был рад и этому. — Добро пожаловать в «Play Date», — произнес приятный механический голос. Около Юки маячил обслуживающий дроид, напоминающий раскрашенное в безумные краски пасхальное яйцо. — Я Мимо, ваш личный официант. Что хотите заказать? Вирт, выпивку? Или может хотите выбрать игру? Если вы тут в первый раз, то каждая услуга, которую попробуете впервые, бесплатно. Мысли о прыжке оставили внутри черную дыру. Но неуместно жизнерадостный и в меру нейтральный голос бота немного вернул его в реальность. — Оставь меня в покое, — с безразличием ответил Танака и откинулся на мягкую спинку. — Хотя…принеси мне саке…       Бот дружелюбно замигал. Его округлый животик раскрыл створки, внутри появился стаканчик, в который тонкой струйкой наливался алкоголь. Танака медленно взял стаканчик и залпом осушил его.       Горечь и жар разлились по телу. В сознании блеснула легкая уверенность. Но этого было мало. Денег у него не было, заказывать что-то повторно бессмысленно, он просто не заплатит за выпивку. — Что-нибудь еще? Может быть, хотите выбрать игру?       Юки хмыкнул и глубоко вздохнул. Бот так просто не отстанет. — Ладно. Выберу игру. — Хорошо. У нас большой выбор. Вас интересуют казуальные, VR, RPG, азартные? — Стоп, — прервал его Юки, подняв ладонь. — Остановись на азартных. — Прекрасно! Вам помочь с выбором или… — Я сам, — он медленно встал с кушетки. — Единственное, скажите, куда пройти.       Бот снова замигал и двинулся вглубь игробара. Юки проследовал за ним. Зал азартных игр оказался типичной пошлой версией казино. Голографические столы для покера, рулетки и другие азартные игры, порой даже экзотические, по типу виртуальных игр. Впервые Танака пожалел, что решил попробовать сыграть. Ему было нечего ставить, однако что-то необузданное манило его сюда. Но ничего не цепляло. Раньше он часто играл в подобные игры. На несколько часов эйфории и предвкушения он сливал почти всю свою стипендию. После женитьбы и погружения в быт и работу играть ему было просто некогда. На замену играм пришли вещества. Хотелось бы сейчас во что-то сыграть, но Танака был опустошен: и по деньгам, и морально. — Хартини! Хартини! — раздались возгласы.       Юки будто бы очнулся. Он огляделся по сторонам. В одном из углов в зале около кресел собралась целая толпа скандирующих странное имя посетителей. Над ними возвышался экран, на котором транслировалась игра, похожая на типичную мобу, которую любили подростки и некоторые коллеги Юки. На телевизоре орда гоблинов сокрушала команду эльфов с поддержкой союзных миньонов, а во главе войска стояла прекрасная воительница в тяжелых доспехах, которая, как удалось разглядеть, была темной эльфийкой.       Происходящее на экране будто бы загипнотизировало его. Юки шел к толпе, впившись взглядом в экран, как мотылек летит на свет лампочки. Ему хотелось увидеть, как происходит игра и что происходит вне виртуального мира. Протиснувшись через толпу, он увидел странную картину. На невесомых креслах сидели полукругом десять человек. Их глаза полностью затягивал ярко-голубой свет, затылки были подключены к огромному блоку, который в свою очередь и транслировал на экран происходящее. VR-моба — дешевенькое развлечение, но можно ли играть в нее на деньги? Танака с недоумением окинул взглядом игроков. Все играющие такие же потерянные, как и он: студенты-недотепы, клерки, несчастливые семьянины, возможно пьяницы и игроманы. Но больше привлекла одна-единственная девушка. Ее красивое, кажущееся слегка неестественным лицо с пухлыми губами и невероятно кудрявыми волосами, окрашенными в ядовито-зеленый и ярко-фиолетовый. Ее небольшая грудь с торчащими сквозь топ с майкой-сеточкой сосками плавно вздымалась, будто бы в такт игре. Необычный матч, подумал Юки. Мужчины против одной девушки.       Один из эльфов попытался атаковать ее, но она тут же пронзила бедолагу огромным копьем. В дальнем углу раздались возгласы, полные разочарования. Какой-то студент-японец подскочил со своего места и вырвал провода. Его бешеное, пунцовое лицо застыло ужасающей маской перед присутствующими. Он что-то прокричал, показал средний палец и, расталкивая толпу, удалился.       Затем отключились еще два человека, остался один. Юки присмотрелся к экрану. Это была трансляция матча по «Чести дракона», – поединок пять на пять с фэнтези-персонажами. Дурацкая для многих геймерсеров игра, но всеми любимая и довольно старая. Парнишка проиграет, мелькнуло в голове. Интрига нарастала, крики толпы становились громче. Его аватар предстал в виде друида, который без основной команды был бесполезен. Атакуй — не атакуй темную повелительницу природной магией, ее это не остановило. Эльфийка применила особое умение — темную волну. Арена вмиг опустела. Зал взорвался радостными криками. Победа сокрушающая. Пятеро не выстояли против одной. Девушка оказалась тем еще профи.       Она сняла VR-шлем и встала с кресла. Юки впервые увидел ее глаза. Имплантированные косметические зрачки в виде розовых светящихся сердечек, которые возбужденно пульсировали. В них бились агрессия, радость и эйфория от головокружительного успеха. Она улыбалась, вскинув руки, ловя каждый луч своей славы. Внутри что-то дрогнуло, перевернулось, как летящая на полной скорости машина на трассе. В ее яркой кислотности было что-то дерзкое, агрессивное и манящее. Казалось, этого ему и не хватало, от чего сердце билось так же, как пульсировали зрачки в глазах. Ему показалось, что он влюбился. Снова. Но это было что-то юношеское, мятежное, отвергающее все, что только можно. Напоминало чем-то помутнение рассудка, но как тут не отринуть все сущее, лишь бы только смотреть на нее? — Пятая победа Хартини за вечер! — Огласил компьютер. Юки почувствовал толчок в бок. Какой-то парнишка с ирокезом схватил его за плечи и слегка встряхнул. От него сладко пахло малиновым энергетиком, а бешеные глаза и слегка белый кончик носа выдавали то, что он успел где-то вынюхать дорожку. — Ты видел это, чувак?! Ты видел?! — Ирокез надрывно орал сквозь грохот и музыку игровой системы. — Эта баба просто огонь! Мощь! Она просто супер-игрок! — Да… — Танака медленно отодвинул руки нового знакомого. — Она…очень необычно для девушки. — Да ты угараешь?! Хартини самый лучший геймверсер в городе. Она мочит всех без сожаления и жалости. И никогда не проигрывает, даже версерам из других стран шансов не дает! Она просто бомба, чувак. Вот бы с ней… — Притормози, — Танака приподнял ладонь. — А откуда она взялась в геймверсе? — Да хрен ее знает. Но мне рассказывал один чувак, который смотрел женевскую трансляцию с «Tech». Она несколько лет назад просто с нихрена. Игрока отстранили от игры в прямом эфире, так она выдвинула себя сама в геймверс. Команда тогда затащила с преимуществом. О ней вообще никто не знал до этого матча.       Юки потер кончик носа и взглянул на геймверсершу. Он сам не понимал, что почувствовал. Восторг? Зависть? Или просто забылся на миг, глядя на то, что видел впервые? По крайней мере, интерес к необычной яркой девушке потеснил мысли о собственной никчемности. Толпа ревела, как сумасшедшая. И почему он про нее ничего не знает? После отказа от увлечений молодости смотреть на свежую кровь, которую уже успела настигнуть слава, было непривычно и даже интересно. Хартини подняла перед толпой руку. Болельщики мгновенно замолчали. На ее лице мелькнула невинная улыбка. Она откашлялась и поправила микрофон около лица. — Всем добрейшего вечера в этом прекрасном баре. Не могу до сих пор поверить, что меня здесь встретили с теплом и даже легким безумием. До мурашек, уф… Мне было приятно сыграть с вашими посетителями, но, — она глубоко вздохнула и моментально изменилась в лице. – По правде говоря, я немного расстроена. Все игроки замечательные, правда их оказалось очень легко победить. Не знаю, что и сказать. Многим придется еще расти до уровня профи, только не стоит отчаиваться.       «Еще и стебет проигравших. Не нравится мне это», - говорил внутренний голос Юки, но его хозяин игнорировал его, внимая словам прекрасной геймверсерши. — Есть шанс поправить положение. У меня возникла идея, которая завлечет вас еще сильнее. Из толпы я выберу нескольких бедолаг, которые сыграют со мной в команде. Эти счастливчики по итогам игры получат свою награду. Всего-ничего: полторы тысяч ТиО. Для меня это мало, но для кого-то это станет шансом улучшить свою жизнь.       Толпа моментально взорвалась возгласами. Каждый хотел, чтобы Хартини выбрала его. Они тянули к ней свои руки, будто бы взывали к богине. Но та словно не видела их. От слов про деньги внутри Юки все сжалось. Ему бы хотелось получить такую сумму, как компенсацию за его вечерние страдания. Томоко была бы рада, если бы у него были такие деньги. Домой с пустым кошельком идти не хотелось, хотя так или иначе пришлось бы. Он не надеялся на благословление Фортуны. Его новый знакомый также орал, чтобы Хартини выбрала его. Голос Ирокеза сорвался до хрипа. Он закашлялся и оперся на плечо Юки, хватаясь за шею.       Внезапно Танака почувствовал на себе взгляд Хартини. Она снова приподняла руку и указала на него. — Ого, как вас много…но мне нужно всего четверо. И первым будешь…Ты.       Толпа расступилась, выделив Юки. Бедолага изумленно смотрел на Хартини, и на ее тоненький пальчик с длинным неоново-зеленым ногтем. — Я?.. – выпалил он, не веря происходящему. — Да, ты, воротничок, — хихикнула геймверсерша. – Жалко выглядишь, будто тебя побили. Мне это нравится, — ее рот обнажил белые зубы. — Хватит стоять, как глючный NPC. Иди-ка сюда.       Танака хотел отвернуться, спрятаться за чьей-то спиной. Но толпа уже расступалась, выталкивая его вперед. Назад пути не было. Коленки Юки предательски дрожали, а под ложечкой засосало. Бедолага-клерк шагнул вперед. Неоновый свет, поглощал его с каждым шагом, едва ли он продвигался к сцене. Она сияла в неоновом свете, словно кибернетический ангел, спустившийся с небес. Она протягивала к нему руку, а глаза-сердечки пульсировали, гипнотизируя и маня за собой. Юки протянул руку в ответ. Хартини резко дернула ее на себя, дав оказаться на сцене. — Взгляните на этого парня. Самый обычный офисный доходяга. Так еще и опущенный какими-то хмырями в подворотне, – со смехом в голосе сказала Хартини. По толпе пронесся такой же смех, который показался Юки неприятным. Лишних вопросов он не задавал. По его синяку под скулой и размазанной кровью под носом было и так ясно, что он попался под горячую руку бандитам. — Как же тебя зовут, малыш? – спросила Хартини, похлопав клерка по спине и прижавшись щекой, у которой был микрофон.       Юки вздрогнул. Она была к нему слишком близко. Он не любил, когда его личные границы нарушают незнакомые люди, и это ему в себе не нравилось. Он мог позволить себе такого с близкими и друзьями, которых у него было немного, а окружающие и коллеги за его нежелание контактировать считали странным человеком. Из-за этого Танака долгое время слыл одиночкой, так как из-за его желания держать дистанцию у него не было друзей и девушки. До определенного момента. — Ты чего? Тебе вырвали язык в подворотне? – фраза сопровождалась громким смешком. Словно хлопушка у уха, он вывел Юки из ступора. — Юки Танака, — чуть слышно произнес он. — Ты чего такой зажатый? – Хартини встряхнула его, как тряпичную куклу. — Будь проще, развеселись. Сейчас ты оторвешься настолько, что никогда эту ночь не забудешь!       Люди вокруг снова взвыли, словно бешеное стадо. В какой-то момент Юки прекратил понимать, чего от него хочет Хартини, чего хочет толпа. Голова закружилась, перед глазами пролетел ворох неоновых огней. — Э-э-э. Не вырубайся так сразу, – Хартини придержала его. – Мы еще не начали играть. — Играть? – промямлил Юки. — Ты издеваешься? С вами играть одно веселье! Вы такие бедненькие сидите в офисе, тыкаете на кнопочки, вечером приходите домой, нагоняетесь пивом или еще чего-нибудь покрепче и подключаетесь к геймверсу. Вам насрать на орущих жен и обосранных детей, на друзей в баре, на начальника, который пишет вам в час ночи – да на все. Вы такие классные ребята! А еще это прекрасный шанс заработать денежку. А я смотрю, ТиО тебе сейчас слишком нужны. — Но…я не играю в геймверс, — произнес Юки.       Воцарилась тишина. Мир замер, время остановило свое течение в ожидании, что сейчас произойдет. Хартини нахмурилась, но это не было похоже на недовольство, а на интерес. — Не играешь, значит? А хоть раз играл? Отвечай! Время уходит! — Только в школе и студенчестве, – выпалил Танака, сам того не ожидая. — Отлично! Тогда ты нам точно подходишь! Поздравляю, тебе выпала охрененная возможность, если ты еще не понял. — Почему? — Узнаешь. Садись давай и не тяни время. С тобой будут играть еще ребята.       Юки слышал глухой клокот сердца в груди. Он медленно прошел к креслу и пододвинул к себе VR-шлем, пытаясь нацепить на голову. — Эй, - раздался голос Хартини. Геймверсерша стояла перед ним и протягивала маленький пакетик с сердечком. Неужели предлагает наркотики? — Залепи носик пластырем. Выглядишь, как побитый щеночек, - хихикнула она, всучила Юки пластырь. Клерк с недоверием осмотрел его, сжал пальцами. Пакетик оказался плоским, по краям в бумагу было вмято название «HelpMED». Он суматошно развернул его и извлек детский желтый пластырь с сердечком посередине. Юки медленно прицепил его на нос. В переносицу моментально впились иголочки с обезболивающем. Кожу холодило, а дискомфорт, который Юки ощущал долгое время после самостоятельного вправления носа начал отходить.       Водрузив шлем на голову, Юки глубоко вздохнул. В студенчестве он играл посредственно и постоянно проигрывал своим товарищам по колледжу. Гонки, файтинги, аркады и многие другие – ему никогда не везло, как бы хорошо играть он не пытался. Он уже не удивлялся выбору Хартини. Всегда проще поиздеваться над самым слабым игроком и возвыситься за его счет. Это было всяко лучше, чем возвращаться домой побитым, без денег и в ужасном настроении, чтобы в конце испортить его любимой. А если удастся выиграть и заработать, то такой шанс нельзя было упускать. При таком раскладе веселый вечер точно компенсирует украденную сумму. Юки водрузил шлем на голову и замер в ожидании игры.