Шутка

- Сынги, он опять с этими дворовыми крысами общается. Омега смотрел в окно и наблюдал, как его любимый и драгоценный сын, встрял, не иначе из-за дурного влияния, в какую-то подозрительную компанию. - И что ты от меня хочешь? - Как что? - в голосе слышится неподдельное изумление и возмущение, - Кто отец? Поговори с ним! - И что мне сказать? Юнги, будь добр, сделай как я хочу? Сонхо, ты прекрасно знаешь, чем это закончится. Он ещё больше закроется. Юнги и так с нами практически не разговаривает после твоей истерики. - Моей истерики? Ему 16! А в его комнате была одежда какой-то грязной омеги! - С чего ты взял, что именно грязной? - Да, потому что воспитанные омеги не трахаются в таком возрасте. Муж лишь хмыкнул. - И не хмыкай! - У него был гон, скажи спасибо этому омеге. - Не смей! Вот Хенджун так не делает. - При всём моем уважении, но Хенджун забитый родителями ребенок. И ты бы хотел такого омегу для Юнги? Сонхо лишь поджимает губы. Но он прав в одном: поговорить с сыном всё же надо. Мин потерял счет времени. Попрощавшись с ребятами, он не хочет подниматься домой. Закуривает. С недавнего времени, обычная вещь. Ему нужно хоть немного побыть одному. Просто попытаться расслабиться и выстроить дальнейшее поведение. Юнги слегка улыбается. Как оказалось, Чимин забавный. А ещё добрый, честный. Странно. При всей своей борьбе за справедливость он никому ничего не сказал и это вызывает ещё большее уважение и признательность. Ни капли гордости. О, нет. Для Юнги каждый день, это война с желанием сдохнуть. Он ненавидит свою сущность, что привела к такому исходу. Проклинает и её и себя, и лишь существование Чимина его останавливает. Что тот, кажется, хорошо себя чувствует. Кушает, общается с ребятами. По крайней мере, по телефону. Истинный… Юнги всегда было интересно: как определяют, как можно ощутить? А, оказалось, секрета и нет. К тебе просто приходит осознание: этот человек твой. Без пафоса, фейерверков внутри, бабочек и прочего. Просто как данность. Но Юнги боится. А если ему показалось? - Не прогонишь? Мин вздрагивает от неожиданности, тут же обращая внимание на подошедшего мужчину: - Отец? Да, садись. - Лишней сигареты не найдется? - Не подлизывайся. Не поможет, - хотя сигарету протягивает. - Мы с папой переживаем немного.. - Не о чем. - Юнги, я не хочу тебя напрягать, просто ты изменился. Немного… ты влюбился? Пауза. - Не думаю. Не знаю. - Это из-за омеги? - Да, - какая разница? Имя он всё равно не скажет. - Но он дорог тебе. - Да. Просто… - Мин уступает. Ему нужно с кем-то посоветоваться, просто поговорить, - Отец, я не знаю. Мне хочется быть рядом, но с другой стороны, я хочу.. Чтобы он жил .. иначе. Мне кажется, истинность слишком преувеличена. Она неправильная. Невозможно, чтобы истинные так сошлись. Это жестоко. Черт! Меня накрывает от собственного бессилия… - Юнги, - пожалуй, впервые Сынги видел, как по щеке сына скользит слеза и это не на шутку пугало. – Ты всё правильно говоришь! Мужчина ласково улыбается и треплет парня по волосам. - Юнги, всё верно. Если любишь или просто уважаешь, то должен думать о чувствах другого человека. Должен думать о том, что будет ему хорошо. И если ты считаешь, что так лучше, значит так и есть. Ты же не хочешь, чтобы он ещё страдал? - Нет! Ни в коем случае! - Именно, сынок! Ты молодец. Обнимая сына, он всё говорил слова поддержки, а после: - Юнгия, сынок, ты же хотел поступить на программиста в государственный университет? Мин на секунду задумался: - Да, - он взглянул в глаза отцу, - но вы с папой были против. - Были, сынок.. Были.. Ночью, когда Юнги уже давно спал, родители проживали не лучший момент их жизни.. -Ты с ума сошёл? Какой программист или кто там IT специалист!? Он должен стать инженером! - Сонхо, ты хочешь, чтобы он стал программистом или женился в 16 лет? - Что? - Этот грязный омега его истинный. В глазах Сонхо стоял неподдельный ужас. - То-то же.. С завтрашнего дня ты мило улыбаешься и сдерживаешь свой мерзкий характер. По максимуму. Он вроде написал заявление на перевод, так что я займусь школой. Попробую подыскать подходящий вариант с уклоном на эти компьютеры и прочее…

***

Семь лет спустя. Юнги сидел в кабинете. Ему необходимо было обойти защиту одного коммерческого банка. Если он докажет, что система безопасности ненадежна, то им перепадет стоящий контракт. А деньги никогда не помешают, как и практика. Даже если кодировка примитивная. В это время к Мину, крадучись, вплывал Ким Тэхен. Его подопечный и просто хакер со стажем, а так же с условным сроком. - Тэхен, отвали! Я занят! - Это важное событие! - Просвети меня почему я должен идти на этот выпускной? - Это не выпускной, а званый ужин достопочтенной семьи Ким! И ты должен там быть, потому что там будут присутствовать интересующие нас люди. - Неужели сами Сону явятся? А это уже интересно, - всё так же, не отвлекаясь, пробубнил Мин. - То-то же. К тому же, говорят, там будут исполнять твои песни. - Они не мои. Я продал права. - Это не важно. Я знаю, ты знаешь, - напевая слова песни, Тэ пытается слегка пританцовывать, будто вовлекая и флиртуя. На что Мин только хмурится и больше ворчит. - Юнги, не тупи! Тебе нравится этот голос! Я видел, как ты слюни пускал.. как его? Ммм. - Не важно. Я пойду, лишь бы ты заткнулся. - Я взломал базу и так волнительно, - Ким замолкает, представляя и передавая всем своим видом торжественность момента, но тут же тушуется - Блин, Пан, Шан.. Короче, твоя звезда будут.. Парень едва уловимо улыбается и тут же в его глазах вспыхивает тот самый огонёк. - О, нет, Мин! Вот это мне уже не нравится. В прошлый раз из-за точно такого же взгляда нас чуть не посадили! Я иногда боюсь тебя больше, чем себя. А себя я боюсь сильно. Потому как личность разносторонняя, не однозначная… - Во-первых, нас не посадят, так как мы работаем на правительство. Во-вторых, ты под моей защитой. - Ну такое себе утверждение. В прошлый раз твоя защита ни фига не помогла. Лишь моя харизма и обаятельность.. - Я хочу взломать телефон Пак Чимина. Мне нужен будет доступ. Я думаю, там же есть Wi-Fi? Тэ зависает не веря. - И всего-то? Боже, котенок таки решил действовать. Это так мило! Ты уже такой взрослый, - Тэ показательно смахивает воображаемую слезу. - Тэ, заткнись, иначе мне придется слегка подправить твою харизму. - Нервный. Тебе бы омегу найти… - Уже. Раздвигай ноги! - Фу! Как грубо! Я Чону пожалуюсь! Он так тебя раздвинет, Чимин не соберет! О, я вспомнил! - но когда Тэ увидел совершенно дикий взгляд, - всё, я молчу! Я могила.. могила…. могила… - Тэхен! - Это эхо! Тут очень сильное эхо. Ты разве никогда не замечал? Всё, что остается Мину, это глубоко выдохнуть и собрать обратно гордость. И всё же, Пак будет на вечере. Он сможет его увидеть. Если конечно, взлом телефона никто не сорвет. Всё пошло не по плану. Телефон Чимина сложно было достать, просто потому что он таки не просто звезда, айдол, а неотъемлемая часть компании. Именно благодаря появлению этого редчайшего феномена, акции пошли вверх. Порой складывалось ощущение, что директор готов был продать свою печень, и не только, лишь бы Паку было хорошо. Потому как айдол взбалмошный, стервозный, правда, по настроению. Иногда может быть тише воды, ниже травы. Тогда они и подписывают нужные документы. И это самые счастливые периоды в жизни всей компании. Без преувеличения. Как итог, оберегали Пака похлеще Форт Нокса. И это была реальная проблема. Но не сейчас…Не для Мина. Сейчас время остановилось. Будто не было тех семи лет. Чимин такой же чарующе обворожительный. Манящий. Его голос, столь же нежен, хрупок, мелодичен. Воплощение безусловного и безупречного изящества. Обожание? Возможно. Но Чимину хотелось покориться. Подчиниться. Удивительный человек, что смог пробраться в сердце и остаться там навсегда. Альфа не был затворником. Нет. Но и отношений как таковых у него не было. Перед его глазами всегда был только его омега. Только с ним, альфа мог чувствовать комфорт и тепло. Будто это и есть его дом. И не понимать, почему? Почему у них не могло быть всё более бережно, деликатно.. И пусть Мин может и не такой романтик, он мог бы создать соответствующую атмосферу. Всё, чего бы не захотел Чимин. Всё.. От размышлений его отвлекло сообщение: Телефон на проводе. Подключайся, котик! У тебя приблизительно минут пять-десять. Пока Чонгук отвлекает цербера. Кстати, помни нравоучения своего учителя! Не пялься на Чимина, блять! Ты палишься! На этом всё. Не буду отвлекать! И Юнги, тяжко вздохнув, отдалившись от гостей, сел в специально забронированную VIP зону и начал работу. - Хося, он здесь. Взволнованный голос Чимина, заставляет Чона мгновенно напрячься. - Кто? Пак красноречиво смотрит на своего менеджера, в то время как последний всё больше хмурится и в принципе показывает своим видом явное недовольство. - Мин Юнги? Чимини, не стоит.. - Я выступлю.. - Это не запланировано. Не стоит.. - Я хочу. Хосок садится рядом. Его взгляд меняется на более теплый и участливый. - Чимини, он на тебя хоть взглянул? - Один раз, в самом начале. - Я тебе о чем говорил? Если ты альфе не нравишься, то значит ты не нравишься. Если он тебе не звонит.. - Хосечка, пожалуйста! Миленький! Сделай что-нибудь! Пусть мне разрешат. Пожалуйста. В глазах напротив сейчас отражается столько надежды, упования и эфимерного предвкушения. На грани ребяческой наивности. - Ладно, ты выступишь. Но… - Я буду знать, что ему действительно всё равно. - Чимини, семь лет. Семь лет. Он даже сообщения не написал. Ну не Марсе же ты был! - Я каждый год на день рождения получаю подарок. - Серьёзно? И ты думаешь, что это от него? - Возможно… Они всегда без имени. Я запретил ему называть моё имя. Плюс, они были запакованы, а внутри был аромат. Его аромат. Он собственник, - парень влюблено улыбнулся. Хосок лишь сокрушенно покачал головой, еле слышно прошептав: - Мне жаль тебя, Чимини… И он выступил. Как никогда. Отдавая себя танцу. Ослепляя грацией, аурой, передавая эмоции, чувства, что так давно держал в себе. Благоговея, трепеща сердцем и душой. Всё, лишь бы он увидел, лишь бы.. оценил… Но Юнги даже не взглянул. - Ну, что? Они ехали в машине уже минут десять, но Мин так и не проронил ни слова. Слишком тихий. А Ким ненавидел тишину. - Вроде получилось. - И как? - Пока ни одного звонка. - А ты смотрел, что в телефоне? - Нет, конечно, это личное. - Благородный.. зануда. Может там давно альфа в сердечке и плевать он тебя хотел. Нет, ну правда, Юнги.. Сколько лет прошло. Он по-твоему в монахи записался? Ты бы видел как он танцевал. Зал был в экстазе. Я кстати, тоже.. И мне кажется, он смотрел на тебя. А ты как задрот в своем телефоне! Некрасиво. - Блять, а ничего что я…. - Да, да.. Вот теперь скажи ему это.. Что ты был занят, копаясь в его телефоне. Ты упустил момент. Звонок. - О, он кому-то звонит. Надев наушники, дабы сердобольный Тэ чего не услышал, Мин начала внимательно вслушиваться в диалог. Но с каждой секундой улыбка сходила, а лицо становилось мрачным и отрешенным. -Хен? Всё в порядке? - на сколько бы экспрессивным и эксцентричным временами не был Ким, но каждый раз наблюдая каким взглядом Мин одаривал очередное выступление, обращение, шоу с Паком, те дорогие подарки, которые ежегодно посылал на его адрес, в надежде ,что тот их не выбросит за ненадобностью, Тэ сделал для себя неутешительные выводы. У его работодателя был неизлечимый недуг, отдававший горечью. И имя ему Пак Чимин. Поэтому сейчас видя чуть ли не отчаяние в глазах, Тэ искренне хотел поддержать. Мин мог просто что-то не то понять или накрутить сам себя. - Он купил какого-то парня.. на ночь.. Альфу, - Мин тут же сжал свой телефон, по стеклу пошли трещины. - Спокойно. Ну, купил парня. Сейчас многие покупают. Тупо поговорить. Это такая новая услуга! - В смысле? - недоуменно взглянул Мин. Будто видел перед собой умалишенного. - Господи, хен, ну ты как с Луны свалился. Ну, вот! - Тэ держал в руках телефон и пересушивал разговор, - Ты обратил внимание, что ударение он сделал на запах и голос? Он не захотел качка или .. В плане, он не акцентировал на этом внимание. Плюс, обязательное условие - свет выключен. Я знаю, это агентство. Мин, научись адекватно относиться к Чимину, серьёзно. Если вы когда-нибудь будете вместе, ты же задушишь его своей ревностью. - Ты меня за идиота держишь? Зачем заказывать парня на поговорить, если есть друзья..? - Хен.. , - теперь очередь Кима была смотреть на Юнги как на непонятливого ребёнка, - повтори, пожалуйста, характеристики парня. - Ну, молодой парень 23-24 года.. голос бархатный, среднего тембра, с хрипотцой .. Аромат.. Так стоп! Лицо Юнги озаряет догадка. - Аллилуйя!!!! - То есть он хочет поговорить со мной, но почему-то заказывает левого альфу? Логика, блять! Это только омеги до такого могут додуматься! - Попросил бы не выражаться. И да, это только альфы могут годами слюни пускать на омегу и молча подарки дарить. Логика, блять! До такого.. - Я понял… Встретимся завтра, может быть. Сам же Юнги решил зайти в гости, раз его не приглашают лично.

***

Звонок. Чимин вздрагивает. Бесшумно подходит к двери и чувствует такой невыносимо знакомый аромат. Сердце сдавливает клещами, на душе так тоскливо, что хочется выть, а на глазах выступают слезы. Вот зачем он это сделал? Зачем позвонил и попросил именно схожий тип… Если он ещё услышит голос… Открывая дверь, Чимин отходит на пару шагов, не смотря в лицо. Неужели он всё-таки хочет обмануться? Просто создать иллюзию встречи? Неужели всё настолько беспросветно? Ведь он всегда боролся, всегда шёл напролом, уничтожая всё преграды и страхи.. Но видимо, эту войну он проиграл. Ещё тогда.. - Если хотите, можете выпить, - и Пак указал рукой в сторону кухни, - Чай, кофе или.. виски, бурбон Pappy Van Winkle, The Macallan in Lalique, Jack Daniel's, вина… Вошедший парень наблюдал довольно противоречивую картину. Чимин был закутан в плед, волосы растрепаны, на щеках дорожки слез и в целом, он производил впечатление измученного и изможденного человека. Будто это был не тот человек, что только пару часов назад блистал на сцене, парил, даря ослепительную красоту, надежду и веру в будущее, в свои силы. Пак почувствовал растерянность незнакомца и всё так же, не смотря в глаза, произносит: - Не обращайте внимание. Располагайтесь. И, развернувшись, направился в спальню. Он уже сам проклинает свою импульсивность. Вот сидел бы сейчас с бутылкой хорошего дорогущего вина, пригласил бы Хосю, поплакали, посмеялись, поговорили, а завтра в бой. Но появление Мина всё изменило. Он будто вновь вернулся в прошлое. Душу разрывает от тупой ноющей боли. Которая душит. Душит изнутри. Когда Мин появился на пороге спальни, Чимин сидел на подоконнике. Всё в том же пледе, поджав ноги. Такой трогательно милый и несчастный. Юнги сглотнул, подавляя порыв сейчас же подойти и крепко обнять, шептать слова утешения и угроз тому, кто посмел тронуть его невинную и прекрасную омегу. Что могло произойти? - Может мне уйти? Чимин дернулся. Как можно найти парня с таким же голосом? Нет, у Чимина просто слуховые галлюцинации. На нервной почве. Возникло непреодолимое желание развернуться. Но Луна могла осветить очертания, а Пак ещё не готов к правде. Не готов признать то, что перед ним чужой человек. Что он не нужен Юнги. Что он не позвонит, не придёт. Так хочется верить, что это прощание, но Чимин знает – ни хрена. Он будет мучить себя ещё очень долго…если не умрёт таким же изуродованным. Бракованным. Ответом на вопрос послужило отрицательное покачивание головы. - Я могу что-то для Вас сделать? - Просто говори… - А можно задавать вопросы? Пауза. - Можно, - неуверенно. - Я сделал горячий кофе. Или вы любите виски? Вино? Я могу принести. - Нет, не стоит, но… спасибо. Юнги с замиранием сердца смотрел на подавленного Чимина. И всё не мог понять, что произошло за эти пару часов. А может дело не в часах, а в годах? - Тогда, могу я знать, кто Вас обидел? - Обидел… Что стоит подразумевать под словом обида? Обязательно нечто плохое? А если обида приведет к другому светлому, - голос Пака дрогнул, - чувству, может ли эта эмоция читаться в положительном ключе, как минимум? - Обида - это когда больно. Когда человек не считается с твоими чувствами, желаниями.. - Значит, сильно обидел. А если невыносимо, можно его убить? - Пак так и хотел посмотреть в глаза этому знакомому незнакомцу. Но сдержался. Сейчас он хотел думать, что это Юнги. - Это уже ненависть. - А если я скажу, что это не ненависть, а собственническое желание обладать, управлять, властвовать? Чтобы ощущать, что ты в его жизни один единственный… Страх потери, расставания, ненужности. Желание заботиться, мольба о верности, обретение уюта и тепла. И все эти чувства внутри, как одно целое, - так и не получив ответа, Пак хмыкнул - мой психотерапевт тоже считает, что я болен. - Могу я узнать причину? - Ты.. Ты, Юнги! Во всем, виноват ты! Сколько сеансов, сколько разговоров. Врач говорит, что это было изнасилование! Меня использовали, не спрашивая о моих желаниях, о чувствах. Так ты говоришь? И не важно, что было дальше. Произошедшее не изменить. Когда я пытался оправдать, говоря о своих ощущениях, в ответ слышал, что это подсознательное желание защититься. Чтобы не было так больно. Когда я говорил, что ты был другим, шел на уступки, оберегая, мне говорят, что ты просто боялся наказания, поэтому делал то, что я хотел. Что ты просто трус, Юнги! Когда я говорил о том, что ты отомстил за меня, побив тех, кто спровоцировал, мне говорят, что насилие не лучший способ мести и тычут носом, в то, что я сам оправдываю насильника, при этом требуя мести для других. Когда я говорю о том, что ты переехал, чтобы меня защитить от себя же, мне говорили, что ты просто решил порвать с прошлым, потому что не хотел связывать себя с чем-то грязным! Оказывается, я грязный кусок мяса! - голос сорвался, Мин рванул в сторону парня, на что получил холодное: - Не смей! - Это не правда! Ты другой! Ты… – Юнги сжал кулаки, сцепив зубы. Он чувствовал, что внутри закипает. Альфа был в бешенстве. Как можно было наговорить столько гадостей этому ангелу? И Мин не бросал. Черт, он до сих пор не поменял номер телефона, он до сих пор ждал… Он просто хотел как лучше. Чтобы не обременять, ведь Чимин явно слишком привязался… Он хотел дать ему шанс на будущее! Свободу! - Вот и я так сказал и ушел. Потому что свое тело и душу я знаю, лучше.. Мне так кажется.. Или я, действительно, романтизирую? - страшный, отчаянный смех. И тут Юнги медленно поднимается с кровати, замечая, что окно открыто, а Пак подозрительно близко сидит. - Чего бы ты хотел? - Покоя.. Я так хочу, - всхлип и Пак утыкается в колени, и начинает содрогаться от беззвучного плача - Юнги, я так хочу покоя. Я так хочу, чтобы тут, - он стучит кулаком по груди, - стало тихо. Чтобы не разрывало, чтобы не мучило. Я устал, я так устал, Юнги… Но когда Мин пытается обнять, то Пак отталкивает его и чуть не падает из окна. Благо Юнги вовремя реагирует и хватает того, за талию. Крепко держит, но Пак вновь начинает вырываться: - Не хочу! Это всё равно не ты! Ты не поймешь! Убирайся! А в ответ слышит тихий шепот: - Чимини, прости что зову по имени, возможно доктор прав. Нет, он прав. – Мину очень тяжело дается это признание. Оно вскрывает прежнюю, так и не зажившую, рану, но хватит уже бегать, - Я действительно взял тебя силой. - Не правда. Не так…, - Чимин бьет кулаками теперь в грудь Юнги, пытаясь опровергнуть, протестовать. - И ты не представляешь, как мне было мерзко смотреть на себя, поэтому, лишь поэтому, я хотел как-то уменьшить твою боль и выполнял то, что ты хотел. Каждое утро я просыпался и видел в зеркале лицо, которое ненавидел. Человека, которого презирал. Я уехал, потому что просто хотел, чтобы ты забыл меня. Боялся ли я наказания? Честно, боялся. И мне было страшно, как может быть страшно 16-нему парню, что сделал больно для своей омеги. Истинному. Мне так хотелось верить. Но мои ощущения могли быть обманчивыми. И я хотел, дать тебе шанс, на лучшее. Я очень хотел, чтобы ты был счастлив. Чимин затихает, а после медленно, аккуратно, освобождается из объятий Юнги, заторможено направляясь к выключателю. Теплый свет. Не яркий, но достаточно для того, чтобы разглядеть черты лица человека напротив. Он моргает пару раз. - Только не говори, что ты сейчас мысленно прикидываешь, можно ли за два часа сделать пластику. Нет, нельзя, Чимин! - Я не разрешал называть себя по имени, - так же до конца не веря в происходящее. - Прости… Пак подходит и чуть касается лица. Проводит по щеке: -Ты сегодня совершенно на меня не смотрел… - Я взламывал твой телефон. Рука дрогнула. - Что? - Я нарушил закон и я совершенно не жалею, - Юнги смотрел с нежностью, заботой. - Странные у нас… - Отношения. Я хочу, если ты позволишь, чтобы у нас были отношения. И плевать какие они будут для других. Я просто хочу быть с тобой рядом и доказывать тебе каждый день, как ты мне важен, как я ежесекундно нуждаюсь в тебе. - Думаешь всё так просто? - Нет, поэтому прошу твоего разрешения за тобой поухаживать, чтобы… - Юнги не успевает договорить, как Чимин впивается в его губы. Целует жадно, несдержанно. Больно прикусывая, будто пытаясь отыграться. Толкая к кровати.. - Чимини, нет… - У тебя кто-то есть? - Что? Нет! Ты вообще слушал, что я только что говорил? - Ты совсем не скучал? - Ты даже не представляешь, как я скучал! Но всё равно нет... Чимин сидит на коленях, продолжая упиваться близостью, крепко прижимаясь и притираясь пахом. Но Юнги вновь его останавливает, шепча: - Я бы хотел, чтобы в этот раз всё было правильно, пожалуйста. Ты заслуживаешь на всё самое лучшее. На свидания, на нежные поцелуи… - По-моему, слишком поздно, не считаешь? - Нет, мой ангел, для тебя всё самое лучшее. И я желал бы, чтобы и ты прошел через всё это.. - Врач сказал.. - Скажи, чего ты сам хочешь? Только не сейчас. Это и так понятно и моё слово – нет. Мин ворчит, а Чимин смеётся и парню кажется, что смех стал более легким. - Хочу, чтобы ты меня любил, Юнги. По настоящему, - Чимин прямо смотрит в глаза и пытается прочитать эмоции, чувства, мысли. - Мой ангел…, - Мин убирает локон со лба своего изумительно неповторимого омеги. - А, таки нашел лазейку… - Не перебивай, - вздохнув, Юнги продолжил, - Я не знаю, как назвать чувство, когда один человек заставляет переживать столько эмоций за раз. От восхищения и восторга, до боязни разрушить, сломать своими действиями, поступками. Когда ты смотришь и понимаешь, что растворяешься, тонешь в этом человеке .. Но всплывать тебе совершенно не хочется. Когда без его взгляда, очаровательной улыбки, самого обворожительного смеха, ты гибнешь. Доходя до безрассудства, но с четким желанием оградить, защитить. Подарить весь мир. Когда каждую ночь ты вспоминаешь его манящие изгибы.. - Так, я понял… - Ты даже смущаешься мило, но не стоит. Ты заслуживаешь всего этого, и даже больше. Если все эти чувства можно вместить в одно слово – люблю. То я люблю тебя, Пак Чимин. - И я тебя, мой личный демон, Мин Юнги. Безумно люблю.