Ну ты и попал, Матвеев

- Нет, - он чётко различил в глазах соперника нотку проскользнувшего разочарования. Хм, ну, он и не вибратор, чтобы всех удовлетворять. - Почему? - Череватый проследил взглядом за чужим дрогнувшим кадыком. Юный чернокнижник пыжился, пытаясь вовлечь его в свой ритуальчик, и это заставляло улыбаться. Маленький, да удаленький, посмотрите-ка на него. Нос не дорос предлагать ему совместные обряды. Проблема была даже не в разнице их практик, - Матвеев, по его мнению, был объективно слабее и неопытнее. В своих практиках он казался похожим на медиума, допуская всевозможных духов слишком близко к себе, не держа их под достаточным контролем, позволяя себе быть ведомым. Будто возможная одержимость была для этого мальчика пустым звуком. Да и в целом, Влад от этой коллаборации ничего не получал. Он уже знал, с каким человеком ему нужно работать и какую порчу снимать, зачем бы ему помогать своему оппоненту увидеть то, что для него было доступно, как на ладони. Он только собирался прервать монолог Матвеева жестом, как по загривку прошло холодное дыхание, а его тянущуюся вверх руку перехватило чем-то тяжёлым. Кажется, он и сам слишком расслабился, раз позволил демону так свободно на себя воздействовать, но его намерение он услышал и понял. В этот раз Толик хотел поиграть с молодым дарованием. Он давно заметил нездоровый интерес демона к практику, и сейчас для сущности грех было упускать возможность оценить его поближе. Матвеев, не слыша возражений, продолжал: - ..Если я буду работать с тёмными вибрациями, ты можешь также читать свои намолы, - да, и, если представить, Влад сможет ритуалом осадить этого мальчишку, чтобы он увидел разницу в их потенциале и не путался под ногами в следующий раз. Наивный выскочка. Он качнул головой, понимая, что последние мысли были скорее наведёнными, чем его собственными. Однако демону удалось заинтересовать его - в обрядах с другими чернокнижниками они ещё не участвовали. А, раз Дима предлагал сам, значит, Влад не нёс ответственности за то, что могло случиться с ним, если демон решит кроме всего ещё и подурачиться. Уголки губ подпрыгнули вверх: - Хорошо, - он посмотрел своему оппоненту в глаза. Кажется, в этот момент удивился не только Дима, но и остальные в комнате, - тогда проводим ритуал в спальне на втором этаже. И ведущим буду я, - Влад видел, как чернокнижнику хотелось возразить, но тот ожидаемо прогнулся. - Я согласен, - правильно, надо знать своë место в пищевой цепи. - Мы можем присутствовать? - в процессе сборов Шепс переводил взгляд с одного на другого экстрасенса, потирая руки в неком предвкушении. Не он один хотел посмотреть на их совместную работу - ведущая уже готовила съëмочную группу перебираться на второй этаж. Матвеев хотел кивнуть, но вдруг повернулся на Влада, вопрошающе смотря в глаза. И ему не понравилось, как демон где-то над ухом довольно рыкнул и дыхнул. Ну ты и попал, Дима. - Да, пойдëмте, - он первым пошëл к крутой лестнице, слыша за собой шаги будущей жертвы будущего партнëра по ритуалу. Вокруг шумели "зрители" и операторы. Расположившись на полу, он подсел к Матвееву, устанавливающему свечку. - Делай то, что скажу, - чужая рука с зажигалкой дрогнула над фитилем, а в него прилетел острый взгляд. - Я начну читать наговор, и ты подхватишь... - Всмысле? Твой наговор? - кажется, он переоценил мальчика. Тот был не только наивен, но и туп. - Нет, Маяковского. Я читаю свой наговор, а ты подхватываешь меня со своим и войдëшь в транс, но через меня, - у брюнета был настолько недоумëнный взгляд, что он решил уточнить. - Ты ведь до этого ни с кем не проводил совместный ритуал? - Нет, - Череватому захотелось придушить радостно порыкивающего демона. Как с цепи сорвался. Это всего лишь второсортный магик, чернокнижник-самоучка, на такого и облизываться противно. А Толик будто из своих демонических штанов выпрыгнет сейчас. Возможно, Влад даже ревновал. Чуть-чуть. - Тогда слушай. Я буду держать тебя за руку, чтобы ты провалился глубже, и потом вытяну обратно. Ты там будешь работать, как тебе удобно, но долго я тебя не смогу удержать, поэтому не задерживайся, - на молодом лице отражались сомнения и настороженность. - Сколько сможешь держать? - как вообще можно было объективно оценить время, находясь в трансе, - вопрос риторический, поэтому придëтся полагаться на чутьë. - Минут 20, это максимум. Потом будешь сам выкарабкиваться, - старший экстрасенс пожал плечами, показывая, что ему безразлична судьба Матвеева в этом случае. Он хотел уже объявить о начале ритуала, как его остановили пальцы, лëгшие на локоть. - Почему ты согласился? - он обернулся, прямо глядя в пытливые карие глаза. Что же, с интуицией, по крайней мере, у паренька было всë в порядке. Он кожей ощущал подвох, а может, чувствовал что-то ещё. Череватый ухмыльнулся: - А что, уже страшно? - чужой кадык снова дëрнулся, но Дима, вопреки этому, взгляд не опустил и приподнял вопросительно бровь: - Нет. Так почему помогаешь? - наглый, наглый выскочка. Может, сделать ему порчу на понос? По приколу. - Ты всë равно провалишь испытание. Чего мне-то опасаться, - он наклонился, говоря чуть тише. А ещё так можно было из первого ряда пронаблюдать, как потрескалась ледяная маска спокойствия, чужие брови свелись к переносице, а в глазах вулкан начал извергаться лавой-гневом. Это длилось не дольше секунды, но смотреть на искажëнное злостью лицо можно было вечно, в этом он был солидарен с также довольным демоном. Матвеев, усмирив чувства, фыркнул: - Ну, посмотрим, - он опустил взгляд на книгу, ища нужную страницу и больше не задерживая Влада. Тот дал знак оператору, что они готовы. Дима, по обыкновению, попросил заранее приглушить свет. Как они и обговорили, Влад начал со своих наговоров, обойдя по периметру комнаты со свечой, прося содействия тëмных сил, а затем, не прекращая читать, сел на место напротив Димы, протягивая тому руку. Матвеев, не смотря на него, заставил себя вложить ладонь, сжав несколько сильнее необходимого, и тоже принялся за чтение. Наглый... Тьма откликалась ещё охотнее, чем обычно, разбуженная уже с утра. Надо будет за собой основательно почистить после окончания, и попросить хозяйку позвать священника. Мысли об обыденном начали ускользать, пока они спускались глубже в астрал. Череватый тянул чернокнижника за собой вниз, где материальные образы уже казались расплывчатыми. Зато энергетические нити было куда проще уловить, чем при обычном трансе. Посчитав, что они ушли достаточно глубоко, он перестал затягивать Матвеева и оставил на этом уровне. Осмотревшись (если на данном уровне восприятия можно вообще было применять слово видеть), он решил, что для него здесь, по сути, работы не было, и решил пока что вернуться, чтобы затем вытянуть парня сразу на "поверхность". Легко вынырнув из трансового состояния, он открыл глаза, сразу натыкаясь взглядом на Диму. Тот продолжал шептать наговор и слегка раскачивался вперёд-назад, цепляясь за его ладонь. С пробуждением Череватого окружение задвигалось, оператор сфокусировал на нём объектив камеры, и ведущая сделала шаг ближе: - Вы что-то... - он приставил палец свободной руки к губам, и она понятливо отступила, умолкнув. Да ничего он не "что-то". Теперь собственная затея перестала казаться хоть сколько-нибудь забавной. Дима, вопреки своим чаяниям, не отыщет для себя ничего нового, хоть он входи в транс совместно с десятью чернокнижниками. Может, он и был способным, но выше головы не прыгнешь. А Владу теперь было скучно. Может, и вовсе не пытаться вытягивать его назад? Потешно, наверное, будет - экстрасенс уснул на состязании. Ничего по-настоящему страшного ему не угрожало, однако можно было достаточно легко потеряться, если не существовало достаточно крепкой связи ни с чем в реальности. В этот раз привязку создал сам Череватый, спустившись с ним, - будто дал ему конец от каната. Но, перестань он держать верёвку с другой стороны, - и чернокнижнику будет уже намного сложнее не забыться в образах, энергиях и отыскать дорогу к собственному телу. Зато выспится, вон какой бледный ходит. Прошло уже минут 15 от начала их ритуала, зрители, ожидавшие от коллаборации сильнейших экстрасенсов-демонологов светомузыки и литров крови, заскучали. Чернокнижник продолжал начитывать наговоры, теперь уже успокаивая бесов, которые под ночь слегка расшумелись, балуясь электричеством и пугая сбежавшихся на ритуал кошек. Шепс вышел на улицу - мёртвые тоже донимали медиума, вытягивая силы на бессмысленную болтовню о своих сожалениях и попытках передать всем приветы и поздравления. В конце концов, они экстрасенсы или радио? Он не заметил, в какой момент движения Матвеева стали более лихорадочными. Брови вновь сошлись к переносице, а шёпот стал громче и прерывистей, на лбу выступила испарина. В это же время Влад понял, что уже давно не слышал ни хихиканья, ни даже дыхания демона, который сопровождал его каждый ритуал. Составить два и два было не трудно. Сознание любого экстрасенса в процессе транса становилось уязвимее для стороннего воздействия, чем Толик, хитрая демоническая задница, легко воспользовался. Когда он сам входил в транс, он постоянно соблюдал бдительность относительно своего демона, не давая ему и на шаг подступиться к себе. А вот Дима, очевидно, не ожидал удара с "союзной" стороны. И по всему выходило, что это Влад сейчас должен был взять на себя ответственность и за то, что не предостерёг коллегу, и за то, что не удержал демона от проказ. Он глубоко вздохнул, призывая себя не материться, чтобы не пугать лишний раз народ. Да и распространяться о ситуации Димы он никому не собирался. Поэтому, не мешкая, он сжал чужую руку чуть крепче, готовясь доставать чернокнижника, а затем приложил руку открытой ладонью на хмурый лоб. Прикрыв веки, он позволил себе скользнуть в чужое сознание. А Толик даже не собирался прятаться для приличия - насланное на парня видение выплыло перед ним на первый план. Он смотрел будто со стороны на экстрасенса, припёртого к стенке, идентичной стене в реальности в той комнате, где они сидели. Дима остервенело дёргался в невидимых путах и смотрел прямо на Влада с таким диким лицом, которое тот у него никогда не видел, да и вряд ли увидит когда-либо ещё. Череватый сначала подумал, что тот злится за то, что на него "наслали" демона. Ну и подумаешь, с кем не бывает. Однако затем изображение сместилось, приближая лицо чернокнижника, хотя Влад не сделал и шага навстречу, заставляя осознать, что он смотрел сейчас глазами демона. Интересный опыт... Он вдруг увидел лицо Матвеева непозволительно близко, а затем собственный язык, ставший по-змеиному узким и длинным, который мокрой дорожкой прошёлся от уха по чужой щеке и лизнул парня в губы, заставляя их обоих оторопеть. Дима продолжал попытки выбраться, смотря остро, продолжая даже здесь молиться, но внутри этой иллюзии это не возымело бы действия. Демон тем временем продолжал измываться, жадно вдыхая беспомощность жертвы. Когтистая рука, ощущавшаяся Владом, как своя собственная, прошлась от загривка вниз по шее, оцарапывая сильно выделяющееся благодаря татуировке адамово яблоко. Когти резко дёрнулись вниз, одним движением разрывая рубашку на парне. Читка молебна оборвалась, он резко вздохнул, запрокидывая голову и морщась от оставленных глубоких царапин на теперь уже голой коже груди и живота. Демон, пользуясь временной ошарашенностью парня, грубо прихватил его подбородок, заставляя держать рот открытым, и без церемоний проник в него языком. Нечеловеческое тело вжимало Матвеева в стену, не давая больше дёрнуться, удерживая на весу над полом. Череватый, поглощённый целиком видением, только и мог, что смотреть на чудовищно маленькое и хрупкое по сравнению с ним тело, ожидая вот-вот услышать хруст чужих рёбер. В чужих глазах с нездорово расширенным зрачком он обнаружил заставляющий сердце уйти в пятки страх. А демон жрал-жрал-жрал чужие эмоции, заходясь в экстазе, рыча и кусая чужие губы. Оторвавшись от рта находящегося на грани чернокнижника, он резким движением спустился к его шее, отодвинул ворот рубашки в сторону и впился клыками, разрывая плоть и нанизывая чужое тело на зубы прочно, до кости. По пространству чужого сознания прошёлся пронзительный вопль и затем болезненное прерывистое дыхание, заставившее Влада очнуться. Блять. Пора было прекращать этот пиздец. Он же говорил, что ни к чему хорошему это не приведёт. Слабый, наивный, наглый мальчишка... В эту секунду произошло то, чего он ожидал меньше всего. Дима, замученный демоном до того состояния, в котором непременно потерял бы сознание, если бы находился в физическом теле, припёртый к стене без возможности пошевелиться, воспользовался тем, что демон был занят высасыванием его досуха, и вдруг двинул ему по виску с кулака. Сущность, пребывавшая в уверенности в недееспособности жертвы, оторопело отпрянула, и в этот же момент Влад смог наконец отцепить видение от сознания чернокнижника, вытягивая его вместе с собой обратно в реальность. Которая оказалась неожиданно громкой. - ...Бог ты мой! У него кровь! - блять, и именно то, чего ему не хватает, это ваших квохтаний, спасибо. Влад посмотрел на Матвеева, полностью целого сейчас, но бледного и покрытого испариной. Из носа у того и правда пошла кровь. - Воды принесите. Пожалуйста, - он посмотрел на хозяйку дома спокойным взглядом, наблюдая, как она умчалась вниз. Ведущая уже крутилась рядом с тяжело отходившим экстрасенсом, которого в данный момент одолевала трясучка. - Блять, вам кажется, что он вот сейчас хочет душу излить? Камеру уберите, - кажется, его отношения со съёмочной группой никогда не будут гладкими. Ну и похуй. Женщина, взмахнув рыжими кудрями, отошла терроризировать микрофоном семью, и Влад только тогда заметил, что парень вцепился, как утопающий, в его руку до такой степени, что та заболела. Необходимо было расшевелить его, пока снова не начались вопросы. - Дима, руку оторвёшь, - он достал из сумки платок и со смешком протянул брюнету. Взгляд, до этого бывший пугающе стеклянным и безучастным, стал осмысленнее. Чернокнижник выпустил из тисков чужую руку и взял ткань, поднимая взгляд на Влада. Напуганный, нуждающийся в том, чтобы отойти от произошедшего, он медленно собирал себя по кусочкам, и наконец хрипло выдохнул, будто до этого не пользовался голосом очень-очень долго: - Спасибо. Наверное, Череватому почудилось, что он благодарил не только за платок. Украдкой наблюдая, как парень вытирает кровь, он подумал о том, что, возможно, за Димой всë-таки стоило присмотреть. Ведущей, зрителям и вернувшемуся Шепсу, который пропустил всë веселье, пришлось скормить версию о том, что в процессе ритуала Матвеев перенапрягся. Естественно, тот не ушёл восстанавливаться, а остался на площадке и рассказал о том, что успел насобирать, пока его не обуяла эта страшная напасть. Снова упирал на прабабкину магию, убеждал еë внучку в наличии дара, а Влад продолжал просто наблюдать за ним, не высказывая и слова против. Следил за местами дëрганными движениями, чуть неуверенной походкой и тем, как он то и дело опирался о стену как можно незаметнее для окружающих. - Порчу насылаешь, а, Влад? - лисий голос Александра заставил его усмехнуться. - Или влюбился? - А ты как считаешь? - надо было бы обмозговать этот вопрос самому и подальше от проницательных глаз светоча медиумов. Он не ошибся на счëт парня - чересчур наивен, слишком самоуверен, неосторожен и мало думает о последствиях. Но слабаком он всë-таки не был. Так вшатать Толику, пусть и иллюзорному, не каждому бы в голову пришло. Ему в затылок сыто фыркнули. Череватый даже хотел похвалить его за такое упорство и смелость, но, подумав немного, он решил не давать Диме понять, что Влад был свидетелем его контакта с демоном. В таком дерьмовом положении он бы тоже не пожелал, чтобы его кто-то видел. Да и если тот поймëт, что Влад всë видел и не остановил сразу, явно не захочет с ним больше сотрудничать. А вот почему он так сделал и почему ему вдруг важен вопрос сотрудничества с ещё недавно "наглым выскочкой" и "второсортным магиком" - лучше о причинах этого он позже подумает в одиночестве, в своей квартире. Не хватало ещё психоанализа под прицелом камер. Или под парой карих глаз, заметивших маниакальную заинтересованность в своей персоне... Толик, пидорас ты эдакий! Запечатаю!