Звенящая пошлость

      Спала я как убитая, похмелье дало хороший эффект. Но первая за неделю ночь в обнимку с Сехуном помогла ещё больше.       Утром он проснулся раньше и аккуратно поправив одеяло, чтобы я не замёрзла, с нежностью наблюдал за моим сном. Сехун убрал пряди с моих щёк и провёл пальцем по бархатной коже.       — Как же я люблю тебя…       Я немного зашевелилась и поморщила нос. Приоткрыв глаза, посмотрела на виновника моего пробуждения, и улыбнулась.       — Доброе утро, малыш.       -Доброе, Сехунни .       Я подвинулась к нему и чмокнула в нос. Сехун же имел другое представление об утреннем поцелуе.       Он навис надо мной и гладя мои плечи, сквозь футболку, поцеловал.       — Какие планы?       — Ну кому-то нужно протрезветь. И промыть мозги.       — Не начинай!       — Я же просил столько не пить.       — Знаю . но просто я была обижена на тебя       — Понимаю, ты имела право злится. Но все равно …       — Сехун . я не представляю, чтобы со мной было сейчас, если бы …       — Не надо . не говори. Забудь.              Я обвила его шею руками и притянула для поцелуя. Ладошками я начала исследовать его торс. Сехун сдавленно выдохнул и резко поднялся.       — Малыш … ты меня с ума сведёшь .       Я не обратила внимания на его слова, и ногой очертила пресс, немного спустилась вниз, задевая мужское достоинство.       — Солнце …       В ответ я развела перед ним ноги и выгнулась словно кошка. Сехун не выдержал и резким движением снял штаны с боксёрами. Наклонившись ко мне, стал оглаживать мои бёдра и пытаться снять футболку.       От столь жадных поцелуев, я металась под ним, впервые ощущая прикосновение наших тел .Я почувствовала горячий член на своём животе, немного сдвинулась чтобы он оказался прямо между мокрых складочек.       -Какого… — Сехун зашипел с мученическим лицом.       Внезапно он поднялся и сел между моих разведённых ног, смотря куда-то вбок .Сехун тяжело дышал, по красивому телу стекали струйки пота, напряжённая плоть блестела от смазки. Я выгнулась сильнее, ещё больше раскрываясь перед ним.       — Малыш, я же просто подразнить хотел .       Он достал из ящика блестящий пакетик. Я заворожённо наблюдала как латекс покрывает массивный член.       Сехун снова наклонился ко мне, целуя в шею и губы, начиная немного входить в меня. С каждым толчком, он погружался все больше.       — Все хорошо? — спросил Сехун замерев.       — Да …       — Я буду входить сильнее, скажи если будет больно.       Сехун резко кочнул бёдрами, входя во всю длину. И тут стало больно. Сиротливая слеза скатилась по моей щеке. Брюнет замер, нежно целуя и вытирая слёзы.       — Прости, прости …       Через какое-то время боль уменьшилась. Я поцеловала Сехуна и кивнула, показывая что он может продолжать.       Сначала толчки были медленные и нежные. Сехун боялся сделать больно.       — Сехунии … сильнее .       Он осмелел и в какой-то момент начал вбивать меня в матрас. Стоны удовольствия то и дело вырывались из меня. Сехун рычал, а губами целовал мой живот и грудь.       Мои ладони блуждали по его груди и плечам, а когда он входил особенно глубоко, ноготками царапала его спину.       Внизу живота завязался узел и неожиданно растёкся по моему телу приятным теплом. Громко выкрикнув столь любимое имя, без сил прикрыла глаза.       Сехун сделал ещё пару толчков и со сладостным стоном, кончил.              Он лёг рядом со мной, укрывая одеялом и оставляя невесомые поцелуи на моих плечах.       — люблю тебя, малышка.