Чтобы я еще раз с тобой связалась!

— Это все, конечно, очень трогательно, — проговорила Алла, наполняя их не до конца опустошенные бокалы новой порцией алкоголя, — но свои душещипательные истории о вечной любви оставь прессе. Ни за что я не поверю, что ты никогда своему Толику не изменяла. — Ни-ко-гда! — София закачала головой в так своим слова, пытаясь предать им бóльшую увесистость — Даже мысленно? — со скепсисом спросила Пугачева, щуря глаза — Ну, знаешь ли, — начала София, слегка тушуясь, делая глоток и закусывая долькой шоколада, — говорить и делать — разные вещи — Ага! — в порыве эмоций, Алла взмахнула рукой с бокалом так, что янтарная жидкость едва не разлилась на пол, но уловив на себе убийственный взгляд Сони, поумерила пыл и поставила напиток на стол. Теперь, когда они наконец могли себе позволить хорошие квартиры с роскошной мебелью, Соня тряслась надо всем: венецианскую посуду, как пепельницу не используй, вино на ковры не разливай, на диваны не кроши.       Ску-ко-та! Зачем столько пахать, если так надо всем трястись? Испортили? Купи новую! Делов-то! Но Соня потребительской позиции Аллы не разделяла, поэтому приходилось аккуратничать. Итак, снифтер оказался на журнальном столике, а Алла продолжила — На кого же западала София Михайловна — честь и совесть нашего бесчестного коллектива? — Алла, кончай эти глупости, — Соня отмахнулась от нее неловким жестом — Младше тебя? — Алла! — возмутилась София — Значит, молоооооденьких любим… — ехидно протянула Алла — С чего ты… — Леонтьев?! — Да какой же он молоденький? — плечи Софии поднялись вверх от удивления — Значит, точно молоденьких! — Пугачева хлопнула в ладоши, довольная своей, как ей казалось, гениальной уловкой, — Не переживай, не мне судить, — Алла слегка задумалась, а затем крикнула: —Лёнька Агутин?! — С ума сошла?! — почти копируя интонацию Аллы, пискнула София — Лепс? Меладзе? — Алла всматривалась в лицо Софии, стараясь уловить малейшие изменения, но женщина напротив оставалась невозмутимой. — Не мой же Филька?! — Черт с тобой, Алла. Сдался мне твой болгарский Ромео, — Ротару неловким жестом отмахнулась от Пугачевой. — Точно, ты же светленьких любишь… Может, гитарист твой новый? Хотя нет, тоже черный. Так еще и косматый, — сказала Алла, будто это был приговор. София лишь улыбнулась таким выводам. — Он вообще из наших? — Алла недоуменно уставилась на Софию, шокированная осознанием того, что вне эстрады тоже существуют мужчины — Отстань, — отрезала Ротару. — Ну хоть какую-нибудь подсказочку, — Алла взмахнула руками — Тебе придется принять тот факт, что не все собирают себе гарем из молодых Апполонов. И не все заглядываются на молодых мальчиков, тем более, — Соня бросила на Аллу осуждающий взгляд, — будучи замужем. — Не поверю никогда! Идет ОН, — Алла вскочила с места, но количество выпитого заставило ее пошатнуться и забавно размахивать руками, в попытке удержаться на ногах, когда равновесие все же было найдено, Алла продолжила: — Так вот, представь: проходит мимо, скулы точеные, нос прямой, сам молодой, крепкий, красивыыыый! Ручищи — во — Алла поставила ладони параллельно друг другу, оставив между ними сантиметров 20, — плечищи — воооо, — развела руки максимально широко, — неужели ты его не захочешь? — Я не настолько люблю геометрию, чтобы захотеть прямоугольник, который ты описала, пусть у него будут самые красивые скулы и нос, — насмешливо произнесла София — Иди ты в баню, Сонька, — Алла обиженно приземлилась на диван, схватила бокал со столика и приподняла для тоста, — за твое упрямство, будь оно не ладно, — провозгласила Пугачева и осушила емкость. — Ну расскажи! В мыслях же все равно не считается! — нетерпеливым тоном клянчила Пугачева — Может, в другой раз…— сказала София, задумчиво рассматривая содержимое стакана — Неужели, ты до сих пор ни-ни? , — осторожно начала Алла после нескольких минут молчания, голос ее стал серьезнее. Тема не для шуток — Нет… — София обняла себя за плечи, уводя взгляд в сторону — И как ты держишься? — Алла тоже отвела взгляд — Не знаю… времени не так много прошло, всего пару лет… — для Аллы пару лет были вечностью, — да и я его любила… Всякое было, конечно, но в целом… все было достаточно хорошо для того, чтобы не кидаться в объятия первому встречному, — подытожила Соня грустно улыбаясь. — А не первому? — не сдержалась Пугачева, в глазах у которой снова заплясали чертята — Алла! — Соня кинула на нее насмешливо-укоризненный взгляд теплых карих глаз — Серьезно! Я, правда, уважаю вашу любовь, но ты красивая, еще не старая… — Мне под шестьдесят, если ты забыла, — вставила Соня, — — Не выпендривайся, сама знаешь, что выглядишь на 35, — Алла потянулась к Софии, а затем быстро натянула ворот домашней футболки на себя, заглянув под нее, — и там тоже! — С ума сошла?! — София одернула руки Аллы от себя — Ой, не ломайся! Чего я там не видела? Так вот, — невозмутимо продолжила Алла, — выглядишь ты непере… непр… неприлично хорошо! — все-таки выговорила она, — неужели тебе не бывает одиноко? — У меня работы куча, Русланчик есть, внуки, — начала София, но Алла не дала ей продолжить: — Я очень за тебя рада, но ни работа, ни Русланчик ночью к себе не прижмут и завтрак в постель не принесут! Неужели не хочется иногда… — Хочется, Алла, хочется! — не выдержала София, но удивительно быстро взяла себя в руки, — но я не такая как ты. Не могу я крутить интрижки, не могу позволить себе роман с человеком, который мне в сыновья годится! Не в обиду тебе… Алла и не обижалась. Женщиной она была вздорной, но прекрасно все осознающей. Да, она уже была замужем за человеком, который на три года старше ее дочери, и да, она изменяла ему с мужчиной, который на шесть лет младше этой же дочери. Возможно, это выглядело смешно, но ей плевать! Жизнь одна и она уже бездарно прожгла большую ее часть, поэтому она будет бороться, будет биться, метаться и рваться из последних сил, лишь бы стать счастливой. И дела ей нет до осуждающих ее ханжей. —Ты счастлива? — вдруг спрашивает Алла — Вполне. Не абсолютно, конечно, но достаточно. Во всяком случае, я не хочу ничего менять — Хорошо. Я за тебя рада, правда…       Соня права, они очень разные. Та всегда умела ценить то, что имеет, Алла — никогда, все время было мало, все время нужно было куда-то бежать, не было в ней той энергии созидания, которой обладала ее «главная конкурентка» Она почти была готова отстать от Ротару, но тут в ее голову взбрела очередная вздорная гениальная мысль — Сонька, пакуй трусы. Мы едем в стриптиз клуб!