Сюрприз

Юнги вернулся из долгой рабочей командировки. Оставалось только посетить ещё одну встречу, которая не была запланирована, и можно было мчаться домой. Все мысли занимал его омега, который, наверняка, так же сильно скучал, но определённо злился. Потому что Юнги уехал неожиданно и пропустил УЗИ их малыша. Чимин на пятом месяце беременности. Накануне поездки Юнги он много капризничал. Больше, чем обычно. Юнги уверен, что виной всему гормональная перестройка, как объяснил ему их семейный доктор. По дороге со встречи Юнги заехал в любимую кондитерскую супруга и затарился обожаемыми лакомствами того. Надеялся, что Чимин не будет злиться за задержку так сильно, отведав вкуснейших пирожных. Прихожая дома встретила Юнги тишиной. Такой, будто дома никого не было. В полной уверенности, что находился в одиночестве, он разулся и снял пальто, оставив его на плечиках вешалки, но тут же обнаружил, что пальто Чимина тоже на месте. «Наверное, спит», — подумал Юнги и улыбнулся. Направился уже было в спальню, но из гостиной донеслось тихое царапанье. Он удивился и пошёл на звук. Юнги подумал, что птица могла залететь в открытое окно, но это оказался всего лишь кот, котёнок — если быть точнее, маленький комочек рыжей шерсти, копошащийся в лотке с наполнителем. — Привет, приятель, — Юнги присел на корточки и протянул ладонь вперёд, чтобы ощутить мягкость густой шёрстки животного. — Значит, ты тут вместо меня был за главного? — усмехнулся и услышал в ответ тихое: «Мяу». — Юнги? Альфа выглянул из гостиной и увидел около двери, ведущей в спальню, своего сонного мужа. Он оказался прав — Чимин спал. Тот умилительно потёр глаза кулачками и пару раз зевнул, а после поправил свои взъерошенные светлые волосы, что во время сна растрепались. И Юнги будто снова влюблялся, смотрел и насмотреться не мог. Юное лицо без косметики выглядело свежим и красивым как никогда. А выпирающий животик стал ещё больше и округлее. — Драгоценный мой, — Юнги поспешил обнять супруга. — Я так скучал, — зацеловывал пухлые губы, щёчки и всё лицо. Тот смеялся в ответ от щекотки и игривости мужа, но тоже был рад видеть его. Казалось, вовсе не злился. — И я скучал, котик мой, — остановил лобызания мужа, обхватив его щёки ладонями, чтобы как следует рассмотреть родные, мягкие черты лица, по которым тосковал все две недели, что тот отсутствовал. А после впился в слишком активные губы и потянул альфу на себя, увлекая в комнату. Его беременный Чимин такой непредсказуемый… Котик озадаченно посмотрел на закрывшуюся дверь, наклонил головку на бок, тихо мяукнул и забавной походкой вернулся обратно в гостиную. «Разве не я тут «котик»? Эти кожаные делают, что им вздумается. Ну и ладно, лишь бы кормили и гладили иногда», — наверняка подумал Рыжик и неуклюже вскарабкался на диван, чтобы вздремнуть.

***

— Ты совсем большой стал, мой маленький альфочка, — сюсюкал Юнги, поглаживая и целуя обнажённый живот. — Кхе-кхе, — возмущённо оборвал идиллию Чимин. — Если бы кто-то пошёл на УЗИ, то знал бы, что в животе его мужа не альфа, а омега, притом не маленький, а маленькая. Это девочка, — сложил руки над животом и губки бантиком. — Но почему не сказал? Я… Я рад, безумно счастлив. — Это был сюрприз, — всё ещё дулся Чимин. — И, к тому же, я злился. — И сейчас? — Юнги поднялся выше к изголовью, о которое опирался омега верхней частью спины. — Сейчас нет, но тогда злился, поэтому не сказал, — чуть смягчился, самую малость, заметив виновато-счастливый взгляд мужа. — Я обещаю, что возьму отпуск, и мы поедем куда захочешь. — И Рыжика возьмём? — Какого Рыжика? — Котика, — улыбнулся Чимин, мысленно уже распланировав отдых. — Ааа, конечно, возьмём. — Отлично, поедем все вчетвером, — Чимин, казалось, забыл все обиды. — Я, ты, Рыжик и наш малыш… Малышка, — поправился тут же следом. — Кстати, так и будем её малышкой звать? — Принцесса? — наивно предложил Юнги. — Ну, Юнги, я не об этом. Надо имя придумать уже. — Ах, вот ты о чём. Как насчёт… — задумался он, потирая подбородок. — Вообще-то у меня уже есть имя, которое я хочу ей дать, — осторожно перебил Чимин супруга. — И какое же? — Ну, оно не совсем корейское… Зато в переводе с древнегреческого означает «Богиня». — Уверен оно очень красивое. Так какое же? — Тиа. Её имя будет Мин Тиа, самая прелестная девочка на свете. — Отличное имя, душа моя. Мин Тиа, — задумчиво произнёс Юнги, — наша маленькая богиня любви и тепла. — Да будет так, Котик, — улыбнулся сквозь слёзы счастливый омега и крепко-крепко обнял мужа. — Я так люблю тебя. — Я тебя сильнее, драгоценный мой, — поцеловал Чимина в макушку и аккуратно обнял. — Вас боих.