Приземленная История Одного Голубого Инкуба

      — "Вау. Вроде даже ничего необычного не произошло за эти дни? Неужели мой план по избеганию сработал? Ну, конечно! Уж в чём я мастер, так это в избегании проблем! Всю свою жизнь от них бегал. Но они всё равно почему-то меня доставали. Так что мой план по идее впервые сработал только сейчас. Ну и то, хорошо! Значит, я молодец, и в этот раз избегал проблемы лучше, чем обычно!" — думал про себя Рома, направляясь на разговоры о важном (или же на ещё одну перемену), по заполненным школьным коридорам. Вокруг ходило не так много людей, и большинство выглядели сонными. А как иначе? Каждый понедельник начинается максимально неохотно, это уже как закономерность, что в аду, что на Земле. Хотя, в аду так начинается абсолютно каждый день, без исключений.       Никого из своих одноклассников Рома в коридоре не видит. Хотя, стоп. Нет, видит. Не только одноклассников, но ещё и какую-то толпу вокруг одной стены. Они что-то бурно обсуждают большой компанией. Тут были и средние классы, и немного людей из младших классов, ну и, конечно, старшие, и его одноклассники.       — Рита, — обратился он к первой, кого заприметил из толпы. Конечно, девушка стояла рядом с другими своими друзьями. Услышав обращение, Райя-Прайм повернула голову к Роме и, увидев его, помахала рукой, как бы подзывая его к себе. Рома послушался и сразу же подошёл к ней, слегка присев, чтобы слышать её.       — Ты только подошёл? — прошептала она.       — Ну, да, я пропустил поднятие флага, а что? Что-то случилось? Почему здесь такая толпа? — недоумевал парень, искренне удивляясь и вертя головой из стороны в сторону, чтобы всех рассмотреть, как вдруг его за обе щёки руками схватила Рита, удерживая голову на месте и заставляя смотреть прямо ей в глаза.       — Да, ты пропустил объявление, что по школьной территории развесили непристойные фотографии и баллончиком написали ужасные фразы, — кратко и понятно разъяснила ситуацию Рита, от чего Рома пришёл в ещё больший шок.       — Оу... Боюсь даже спросить, что там на этих фотографиях... — сознался Рома, опустив взгляд в пол, так как девушка больше не держала его за щёки.       — Ага, ну, это именно то, что ты подумал, — так же тяжело сказала она. — И кстати, — вдруг вспомнила она. — Одна из фотографий как раз висит прямо здесь на стене. Поэтому здесь такая куча и собралась.       Рома очень удивлённо обвёл подругу взглядом, сразу после этого переводя всё своё внимание на стену. Он аккуратно протискивался сквозь толпу, подходя всё ближе и ближе к стене, пока преград между ними не осталось. И...       Ох, что он там увидел...       Это была фотография, на которой была изображена полуголая Матильда, а рядом с ней стоял какой-то незнакомый Роме парень. С крашенными чёрными волосами. Фотография была сделана из окна, так как на стекле из-за темноты виднелись отражения горящих окон из здания напротив.       — Господи, — Рома ужаснулся происходящему. Кто-то следил за Матильдой и даже сделал снимок, находясь прямо за стеклом. Какой ужас.       — И почти на всех фотографиях она изображена с другими разными парнями, — прошептала на ухо Рита, также протиснувшись сквозь толпу. То есть... Кто-то пытался показать всей школе, что она кому-то изменяет?! Но зачем? Нет, Рома, конечно знает, что лучше не изменять и не утаивать, если ты изменил, но не так же делать надо! Рома, конечно сам не в восторге от действий Матильды, но это её личная жизнь, и другим в неё лезть не надо!       От резко вспыхнувшей внутри злости, Рома одним резким движением замахнулся и с очень громким скрипом отличающегося скотча от пенопласта сорвал фотографию, сразу сминая её в руке, на автомате вспоминая где находится ближайший кабинет, чтобы выбросить это ужасное нечто. Ноги сами понесли его в нужном направлении, пока в голове было пусто от злости. Он даже не обращал внимание ни на недоумевающую толпу позади, ни на занятый девятым классом кабинет не на то, что после выхода он слишком громко хлопнул дверью, отчего итак хлипкие петли явно расшаталась ещё больше.       Его голова была пуста, за исключением лишь плескающегося внутри яда. Он уже ненавидит человека, который это сделал. Даже если они не знакомы. Даже если они знакомы. Даже если они друзья.       Он не может продолжать нормально относится к такому человеку.       Нет.       К демону.       Только чёртовы демоны на такое способны.       Он-то по себе уже знает.       Помнит, как точно также по всей школе вывешивали его фотографии, писали гадости в сообщениях, на парте, на стенах школы, на заборах около школы, на каменной дорожке перед школой, говорили гадости в лицо, писали на бумажках и кидали их в него, высыпали мусор прямо ему на голову, выкидывали вещи из его рюкзака и сам рюкзак в мусорку, бывало из окна, заливали рюкзак водой и его самого, затем и другими жидкостями, иногда мешали с помоями и также полностью поливали ими его, воровали его еду, деньги, другие вещи, даже одежду и оставляли ходить полностью измазанным в очередной грязи по школе весь оставшийся день, смеялись над ним, снимали видео с ним, выкладывали с омерзительными комментариями в сеть, издевались над ним, избивали, запирали в кладовках, пустых кабинетах, кабинках туалета и даже в своём шкафчике и туда же снова заливали помои, иногда оставляли его запертым более, чем на сутки, дело доходило даже до пыток. И так было на протяжении всей его школьной жизни.       И всем этим заправлял один демон. Самый отвратительный, ужасный, злой и самый ненавистный Лололошкой. По крайней мере, Лололошка запомнил его навсегда именно таким.       Может, раньше он был другим? Был приятным, добрым и любимым Лололошкой?       Нет. Он же демон. Демоны на другое не способны. Все демоны одинаковы. И, как всегда, отличается лишь один Лололошка.       Он привык.

***

      — "Да блять, блять, БЛЯТЬ!!! СУКА, Я ТАК И ЗНАЛ! Тупорылый ты очкошник, чтоб тебя камазом сбило! Думал, что по старой схеме пойдёт – НИХУЯ! Оказывается он не врал на счёт своего остроумия, тупоголовый. " — думал Рома, стоя посреди класса в абсолютной тишине после слов Райи Абер.       — Рома, — начала она снова. — Ещё раз повторю, это не в какие ворота не лезет. Ты же в курсе, что эта краска не смывается?       — В курсе, — полушёпотом от злости прошептал он. — "А я ведь даже не знаю, что он там понаписал. Иронично, если, захотев подставить меня он написал: "Эбардо придурок!" Тогда хотя бы будет по фактам," — всё продолжал парень свою мысль.       — И ты в курсе, что тебе же придётся возмещать убытки? — продолжала учительница класть вину на Рому.       — А с чего вы вообще решили, что это я? — решил заступиться за себя Рома, только что поняв, что не знает с чего вдруг начали гнать именно на него.       — Рома, не пытайся делать вид, что не знаешь, — тяжело выдала Райя Абер. — Если ты не знал, у нас есть камеры в школе, и вчера на всех камерах засекли именно тебя.       — Чего... — лишь вырвалось у Ромы перед следующими оправданиями. — Мисс Райя, я серьёзно говорю, это не я! Я даже не знаю что там понаписал Эбардо!       — А почему ты резко вздумал, что это сделал Эбардо? Не на кого уже свою вину скинуть? — спросила учительница, в то время, как названный развалился на задней парте с закинутыми на неё ногами, широко лыбясь всей происходящей ситуации.       — Меня там и близко не было, и кто может меня подставить, кроме Эбардо?! — уже крайне громко возмущался и негодовал парень. — Сами подумайте! Он постоянно до меня докапывается и пытается меня подставить! Буквально неделю-две назад была та ситуация в Старбаксе, которую устроил он! — приводил аргументы Рома, иногда рукой потирая взмокший лоб, по которому уже даже иногда целые капельки стекали. — Разве никто вообще не заметил, что человек на камерах – не я?! — он скоро заплачет. Особенно, если ему не поверят.       — Рома, — строго сказала учительница, прервав бедного подростка. — Во-первых, то, что та ситуация произошла по его вине всё ещё не подтверждено. С предоставленных видео невозможно рассмотреть лицо покупателя, а значит нельзя утверждать точно, что им был именно Эбардо. Любой другой человек с тёмно-коричневыми волосами может носить излюбленную зелёную олимпийку Эбардо, а других примечательных черт нет, — здраво рассуждала Райя Абер. — Во-вторых, вчера на камерах был замечен человек в точно такой же одежде, которую ты носишь сейчас, и по лицу он очень похож на тебя, — закончила она с аргументами, заставая Рому врасплох. Если бы Рома не работал вчера в дневную смену.       — Но я вчера работал весь день! — попытался вновь оправдаться. — Спросите главных там, не знаю, позвоните им. Они подтвердят, что я был там с утра до ночи! — буквально последнее, на что мог рассчитывать Рома, чтобы подтвердить свою невиновность, но...       — Нет, Рома. Не я этим буду заниматься, а директор с завучем, — причитала девушка, на что Рома сразу же искренне испугался. Чёрт, вот так и знал, что до добра эта война с Эбардо не доведёт. И в итоге довела до кабинета директора.       — Но, — хотел было возразить парень, как вдруг:       — Никаких но, Роман, — удивительно строго для своего обычного поведения сказала Райя Абер, обведя Рому острым, как лезвие ножа, взглядом, после чего добавила. — Марш, на выход! — так же указала она пальцем в сторону двери, на что Рома больше не смел перечить. Простояв ещё пару секунд в искреннем удивлении и негодовании, он всё же зашагал на выход, потихоньку отключаясь от реальности.

***

      — "Ну всё, ему пиздец," — думал Рома, вышагивая по пустому коридору, и прислушиваясь к каждому звуку, отдающимся гулким эхом по всему этажу. Тишина давила на мозг, заставляя вздрагивать каждый раз, когда раздаётся новый шаг. Голова снова была пуста из-за слепой злобы, заполняющей её, будто бурлящее зелье в котле. Рома даже не следил куда идёт, ноги сами вели его к нужной двери. Такое чувство, будто он идёт не к завучу на разговор, а сразу на адский суд. Почему он так боится? Или это всё из-за ослепляющей ярости? Каждый раз этому Эбардо удаётся выводить Рому на новый уровень злости, как бы последний не старался это игнорировать. Точно ли этот отвратительный человек является человеком? Ведь он ведёт себя как настоящий демон! Но если бы он был демоном, то Рома бы почувствовал его ауру. А Рома ничего не чувствует, значит демонов здесь точно нет. Тогда...       Что он вообще здесь делает?       Он пришёл в школу, чтобы найти хоть какие-то крупицы информации, а что в итоге? Просто какая-то странная пропажа и лишь двое, которые могли бы рассказать хоть что-то занятое, но ключевое слово могли... Рассказали-то реально что-то странное, и это могло бы быть связано с делом, если бы не временные рамки. Может, всё-таки всё произошло не здесь? Может ему стоит изменить место поиска? Ну изменит он и что? Что в итоге? Времени осталось в два раза а меньше, чем ему давали, а он вообще ничего не нашёл, так ещё и начнёт сначала? А если история повторится? А если ему не повезёт и история станет лишь запутаннее? А если возможные зацепки отсюда будут разниться с другими зацепками? А если–       — Роман, вы так и будете стоять в проходе? — послышалось прямо над головой, что заставило парня наконец выйти из своих мыслей и слегка приподнять голову, смотря завучу прямо в глаза.       — Аэаэээ, — лишь протянул Рома не понимая, что ему стоит сказать. — Извините, — чуть ли не прошептал он, когда пришло осознание, и поспешил обойти мужчину, ища место, где бы парень смог присесть. Мужчина на это лишь хмыкнул, также проходя за свой стол, начиная беседу.       — Итак, Роман, — очень официально и строго начал тот. — Я так думаю, что Вы знаете по какой причине Вам пришлось ко мне зайти, — спокойно и ровно говорил тот, чем потихоньку наводил всё больший ужас на Рому.       — Мгм, — смог только чуть кивнуть головой Рома, нервно сглатывая. Как ему отмазаться?       — Вас послала Райя Абер? — уточнил Междумирец, на что Рома просто снова кивнул без лишних звуков. — Ну что? — снова задал вопрос он, будто в пустоту. — Сами признаетесь и уберёте за собой, или мне вызывать полицию и ставить вас на учёт? — смешно, что этот мужчина уже второй раз угрожает Роме полицией. Ну и что Роме говорить, чтоб его репутация не испортилась окончательно?       — Я невиновен, — единственное, что смог придумать Рома в такой ситуации.       — Неужели? — наигранно удивлённым тоном, даже приподняв брови, протянул Междумирец, облокотив голову на скрещенные пальцами руки, упирающиеся коленями о стол. — Тогда почему на камерах был именно ты?       — Я не знаю, меня вчера здесь даже и близко не было, — жалобно протянул Рома, закрыв ладонями лицо и потирая его. — Можно я вообще увижу записи? — решил хоть это попробовать понять парень.       — Конечно, если тебе так сильно хочется убедится в своей виновности, пожалуйста, — Междумирец отвернулся, начав кликать по клавиатуре, одновременно смотря в экран. Рома немигающим взглядом смотрел не завуча, подмечая то, как иногда хмурились его брови, как он время от времени поджимал губы, как его глаза бегали по экрану, и как в них отражался меняющийся экран компьютера. Этот неестественный свет электроники всегда беспокоил парня, на протяжении всей его жизни. Ему, в общем, не нравилось всё неестественное большую часть его жизни, начиная от продуктов, заканчивая теми же людьми. Его очень бесили фальшивые люди, скрывающие одно за чем-то другим. Чаще всего, даже непонятно по каким причинам, и эти причины затем чаще всего остаются нераскрытыми. Например…       — Вот, смотри, — оповестил завуч заблудившегося в своих мыслях парня, поворачивая монитор полубоком в его сторону, чтобы парень хоть что-то смог там увидеть. Там уже была изображена картина школьного коридора третьего этажа. Как только Рома снова нормально уселся, немного повернувшись в сторону экрана, чтобы не было засвета, и он смог всё нормально рассмотреть, Междумирец нажал на пробел, убирая паузу и заставляя видео начать двигаться. Это, конечно, сначала не заметно, потому что картина пустого коридора не очень подвижна, но… Спустя буквально пару секунд после паузы, в коридоре можно заметить появившуюся фигуру человека. Это… Рома?! Что?! КАК?! Но его же здесь не было! Он не приходил вчера в школу!       Тем временем Рома на камере пока просто не очень быстрым шагом идёт по коридору, видимо направляясь к одному из стендов на стене. Именно к тому, на котором сегодня с утра настоящий Рома увидел одну из фотографий с Матильдой. Отлично, теперь стало точно понятно, когда именно было совершено преступление, а именно во вчерашний полдень, и вроде как кем… Осталось лишь найти человека, который стал фальшивым Ромой.       — Ну как? — заинтересованно спросил Междумирец, наблюдая за парнем, пока Рома на экране замер у стены, что-то с ней делая. На камере не разобрать, но всё и так понятно, что подтверждается секундой позже, когда парень отходит от стены и на ней уже висит приклеенная фотография с ужасающим содержанием. — Смог подтвердить свои догадки, что ты спалился? — продолжал довольно гнуть свою ветку завуч, думая, что выиграл в этом споре, как вдруг Рома сорвался со своего места, обходя рабочий стол, желая попасть за компьютер. Междумирец конечно же не на шутку удивился, резко повернувшись на своём стуле на колёсиках, желая оттолкнуть взбунтовавшегося, но он не учёл, что возобновление тренировок в зале не поможет ему стать сильнее Ромы, поэтому последний с лёгкостью протиснулся между столом и сидящем на стуле Междумирцем, чутка отодвигая последнего в сторону, чтобы просмотреть запись ещё раз. Он хочет поподробнее рассмотреть своего двойника, чтобы заприметить хоть какие-то отличающиеся черты и сузить круг подозреваемых. Хах, мыслит как настоящий детектив.       То, что в это время слышал Рома от Междумирца лучше даже не описывать. Кажется, он реально позвонит в полицию. Тем временем Рома уже второй раз пересматривал запись, пытаясь распознать личность копирщика, но всё безрезультатно. Конечно, можно было бы опять обвинить во всём Эбардо, но тогда чем Рома лучше него? Лучше поподробнее рассмотреть элементы одежды: те же самые чёрные конверсы и брюки, которые он носит… Ну, это понятно, такие есть у всех. Далее была белая толстовка, но под ней ничего не было видно… Это тоже логично, зачем надевать что-то под толстовку в выходной? В обычный день под ней можно было бы заметить белую рубашку вместе с кусочком чёрно-голубого клетчатого галстука, а в выходной необходимости надевать форму попросту нет. Волосы, на удивление тоже были очень похожи на Ромины, только какие-то слегка более тёмные и более уложенные. И возможно чуть-чуть короче, чем у Ромы, но на камере этого практически не видно. Наушников просто нет.       И в итоге, Рома имеет лишь то, что у его клона нет его наушников. Наверное, из-за их цены. В остальном он полностью идентичен Роме. Пиздец.       Вот он так и знал, ещё на второй день, что нужно было одежду из дома взять! Ну почему он такой тупой?! Одежду из дома точно бы никто не смог повторить, нет, блин, он решил полностью отречься от демонического себя, даже включая одежду! Сколько ещё доказательств нужно привести, чтобы все поняли, что Рома – ДЕБИЛ?!       — У вас есть ещё записи со "мной"? — специально выделил последнее слово Рома, намекая, что это не он, на что Междумирец, уже смирившийся с вольностями подростка, лишь закатил глаза.       — Логичнее было бы спросить, сколько таких записей у нас есть, — поправил парня завуч, пододвигаясь к клавиатуре и закрывая видео, после этого открывая обзор на целую папку записей с видеокамер по всей школе.       — И сколько? — Рома был уверен, что двойник бы не стал светиться слишком много—       — Со всех камер, кроме тех, что внутри кабинетов, — пиздец. И что?! Его серьёзно не смогли отличить от какого-то клона?! Как так вообще вышло?! Он явно специально засветился везде, где только мог, чтобы Рому обвинили по всей строгости. Как он вообще смог так детально повторить его образ?!       — … — Рома не знал, что ему делать в такой ситуации, но… Точно! У него есть идея. — А есть записи, где можно детально рассмотреть лицо? — может хоть по чертам лиц получится их различить?       — Что ж ты никак не сознаешься-то? — полушёпотом раздражённо выдал завуч, листая папку вниз, выискивая глазами какую-то определённую запись. Наконец, долистав чуть ли не в самый низ, он кликает на определённую запись, и снова отодвигается, позволяя Роме полностью погрузиться в просмотр.       Это была запись заднего двора, где как раз и должны были быть те надписи, нарисованные баллончиком с краской. Камера была расположена на углу, смотря прямо на задний двор, по которому уже шёл "Рома". Он подошёл к стене, достал из кармана толстовки баллончик, потряс его и начал что-то писать. Он был максимально близко к камере, поэтому можно было разглядеть и черты лица, и, как назло, они очень совпадали с чертами лица Ромы! Даже цвет глаз почти такой же, только более неестественный, чем у реального Ромы. Похоже на линзы. Но опять-таки, это Рома замечает только из-за того, что знает своё лицо уже сто семьдесят лет, а они всего чуть больше месяца. Жаль, что все эти люди уверены в своих убеждениях, и их невозможно переубедить.       А ещё жаль, что нельзя увидеть, что именно клон там пишет.       — А, известно, что там написано? — неуверенно поинтересовался Рома, слегка оглядываясь на Междумирца, пока на экране второй Рома продолжал писать всякие гадости. Завуч неодобрительно покачал головой, одновременно с этим тяжело вздохнув, снова пододвигаясь к компьютеру. Он закрыл видео, вышел из той огромной папки, и зашёл в соседнюю, в которой было много картинок. Большинство из них были с разных стендов школы, видимо, на которых была замечена какая-либо фотография. А первые две были другими. Как раз первую и открыл завуч.       Она изображала заднюю стену школы, на которой было выведено зелёной краской с всякими рисуночками рядом:       «Кому нужна наша любовь и верность, когда вокруг так много шлюх, да, Матильда?»       — Ужас, — опять вспоминаются школьные годы. Так, нельзя отключаться сейчас. Рома помотал головой, чтобы прийти в себя, и снова взглянул на фотографию. Снизу, на земле, он заметил какие-то каракули этой же краской, но их нельзя было разобрать, потому что они не влезли в кадр. — А снизу тоже что-то написано? — указывая на те самые зелёные каракули внизу, Рома опять обернулся на завуча, на что последний лишь одним кликом перелистнул фотографию.       На ней был всё тот же задний двор, но на этот раз камера снимала асфальт, на котором тоже было что-то написано. Из-за ракурса, перспективы и ещё одной кучи дополнительных рисунков на фотографии было сложно прочесть написанное, но у Ромы всё же получилось.       «Я написал книгу про шлюх, и Матильда в ней – главная героиня!»       Рома просто выпучил глаза, рассматривая фотографию. Это ужасно. Бедная Матильда. Наверное, именно из-за всего этого он её не увидел на разговорах о важном. Она ушла с уроков, и он её полностью понимает. Сам иногда не выдерживал всех издёвок и сбегал с уроков.       Рома нервно сглотнул.       — Ну, так что? Доволен вновь увидеть все свои старания? — недовольно проговорил Междумирец, когда Рома неосознанно отдалился от экрана, выпрямляясь.       — Это не я, — только и продолжал твердеть парень, чего уже не выдерживал Междумирец, видимо вспоминая их первую встречу.       — Парень. Я не шучу, когда говорю, что вызову полицию. Не шутил, что тогда, что сейчас. У меня там очень хорошие связи, так что, хватит паясничать, и давай обойдёмся без полиции, — последний раз просит завуч. — Полиция это плохо не только для тебя, но и для меня и для школы. Ты хоть знаешь, как сильно упадёт репутация у школы, если мы вызовем сюда по такому делу полицию и ты не будешь сознаваться? — пытался воззвать к совести Ромы Междумирец, но первому было побоку, потому что:       — Я невиновен, — ещё раз сказал парень, на что завучу пришлось лишь тяжело вздохнуть.       — Хорошо, если не хочешь сознаваться в том, что сделал – не надо, мне от тебя нужно только одно, — Междумирец подтянул Рому к себе поближе и чуть ли не прошептал. — Закрась надписи за школой и на асфальте, и мы обойдёмся без полиции. Идёт?       — Ладно, но я не виноват, поэтому я вас тоже попрошу кое-что сделать, взамен на моё согласие, — поставил свои условия Рома. — Найдите того человека, кто умудрился подставить меня. Мне, знаете ли, не менее неприятно, чем Матильде.       Междумирец на это высказывание лишь сощуренным взглядом обвёл Рому, обдумывая это предложение.       — Не уверен, что мы сможем хоть что-то найти, но постараемся, — всё же согласился он. — Закрашиванием надписей займёшься после уроков, я тебе расскажу, что где най—       Громкий хлопок двери прервал их беседу.       — Мирец! — оба повернулись к выходу, желая увидеть того, кто их прервал. Там стоял запыхавшийся Арнир. Видимо он хотел сказать что-то ещё, но увидев клетчатого гостя, который уже чуть ли не сидел на завуче, так и замер в проходе. Арнир обвёл взглядом Рому, затем Междумирца, а затем снова перебросил взгляд на Рому. Сцена стала очень неловкой, поэтому парень решил просто встать с Междумирца и отойти на приличное расстояние. А именно в угол кабинета.       — А-Арнир! — неловко поприветствовал директора слегка покрасневший завуч, сразу после этого повернувшись на стуле и подъехав ближе к столу. — Что-то случилось? — заметив тревожность названного, спросил Междумирец, с более взволнованным взглядом.       — Аргх, конечно, случилось! — прорычал Арнир, проходя внутрь кабинета, одновременно с этим выбрасывая кучу каких-то разноцветных бумажек в мусорку, и полностью игнорируя присутствие одиннадцатиклассника. — Уже приехала проверка и увидела весь тот ужас на заднем дворе! Они сейчас ходят по школе и если увидят хоть одну фотографию, то! — Арнир схватился за сердце и оперся свободной рукой о стол, тяжело выдыхая. Вместе с этим подскочил и Междумирец, обходя стол, чтобы подойти к Арниру и убрать руку того от сердца, обхватив её своими руками.       — Всё будет хорошо, Арнир, ты видел, сколько фотографий уже выкинул? Уверен, уборщики тоже прошлись по этажам и выкинули все оставшиеся фотографии, — утешающе говорил Междумирец с лёгкой улыбкой, на что Арнир попытался выровнять своё дыхание. — Всё хорошо, к завтрашнему дню уже ничего не будет, я об этом позабочусь, — продолжал ласково говорить завуч, благодаря чему Арнир смог полностью выровнять своё дыхание и спокойно выдохнуть. Рома ничего не видел из-за того, что Арнир был повёрнут к нему спиной, но он уверен, что после этого директор также ласково взглянул на завуча, после чего они обнялись. Рома пытался не дышать, чтобы его не выгнали пинком под зад, потому что он, во-первых, хотел насладиться этой красивой сценой, а во-вторых не хотел её портить. Хорошо, что Рома и вправду ничего не испортил и успел порадоваться за мужчин. Ему всегда было приятно наблюдать за хорошими взаимоотношениями людей, наверное, это одна из его слабостей. Он хотел, чтобы у других всё было хорошо. Он и вправду очень миролюбивый.       — Кхм, так, — прокашлявшись, начал Междумирец, смотря на Рому из-за плеча Арнира, из-за чего последний так же обернулся, совсем слегка краснея, видимо из-за того, что он забыл о присутствии парня в кабинете. — Рома, видимо сегодня ты не идёшь на уроки, а вместо них прямо сейчас идёшь закрашивать надписи, понял? — Рома на это мог лишь кивнуть. — Отлично, тогда пошли за мной, я покажу, где достать всё необходимое.       Междумирец, не обращая внимания на замершего Арнира, направился на выход из кабинета, а за ним поспешил и Рома.

***

      — РОМКАААААА, — да блять. Рома сегодня матерится про себя как сапожник. Но не в этом дело. Воланд. Опять. Сукааа.       — Аааааа, — простонал парень, положив измазанную в краске малярную кисть в кювет с той самой краской, и повернулся к Воланду. — Чтоооооо, — также страдальчески протянул парень.       — Подожди, — удивлённо сказал подошедший парень, осматривая место работы. — Так это реально ты сделал?! — негодующе высказался парень, на что Рома лишь много страдальчески вздохнул.       — Нет, не я, — повторил уже приевшуюся фразу Рома.       — Тогда почему ты сейчас занимаешься… — Воланд очень активно показывает то, как не умеет подбирать слова. — Этим?       — Потому что настоящего виновного пока не знают, — всё также протягивает Рома, надеясь, что Воланд от него скоро отстанет.       — И ты реально просто так согласился на это? — не унимался последний.       — Нет, взамен на то, что они найдут виновного, — вспоминая их уговор с Междумирцем, оповестил маляр.       — Аааааа, понятно, — закивал парень, обводя работу Ромы взглядом. — То есть, именно здесь ты проторчал весь этот урок?       — И проторчу ещё весь дееееень, — всё ещё страдал Рома от своей участи, но решил продолжить, вновь взяв кисть с краской и продолжая замазывать зелёные буквы.       Воланд продолжал стоять рядом, в один момент залез в телефон, что-то напечатал и снова его убрал. Кажется, Рома даже знает, кому и что он написал. Его догадки подтвердились спустя буквально минуту, когда к ним подошёл Люциус.       — Привет, Ром, — махнул рукой белобрысый, на что молчаливо ответил шатен, так же махнув рукой. — И зачем ты меня сюда позвал? — обратился он теперь к Воланду.       — Нууу, — последний кивнул в сторону Ромы, на что Люциус снова посмотрел него, а после перевёл внимание на стену, которую парень красил.       — И что? — так и не понимал Люц. — Это же всё равно не он, — уверенно сказал это, пожав плечами, и сдавленно добавил в конце. — Наверное.       — Ну да, не он, нооо… — протянул Воланд и что-то очень тихо шепнул на ухо другу, что даже Рома с его более острым, чем у людей, слухом не услышал. Люциус также очень тихо что-то ответил Воланду, и так бы они и общались между собой, а затем ушли, но нет. Не оставят же они Рому одного?       — Эй, Ром, — позвал снова Воланд, на что парень даже не обернулся, лишь бросив:       — Что?       — Давай мы тебе поможем? — поинтересовался на этот раз Люциус, обводя взглядом место работы.                   Удивительно, но Роме предоставили на всякий случай несколько кистей, и видимо не зря. Они и вправду могут пригодиться.       — С чего бы это вам было надо? — засомневался маляр. — Небось, опять хотите что-то с этой краской сделать? — сразу начал осторожничать Рома, аккуратно сложив руки на груди, чтобы не замарать толстовку, и повернулся к друзьям.       — Ну чего ты опять, — обиженно надулся Люциус. — Может, мы реально просто хотим помочь тебе?       — Хм, — Рома призадумался, лишь удивлённо хмыкнув. Спустя пару секунд он всё же вынес вердикт. — Ладно. Берите кисти и красьте сверху красным цветом, а ниже белым, — в итоге лишь пожал плечами и отвернулся, снова возвращаясь к работе.       Воланд и Люц взглянули друг на друга, одновременно кивнули и подбежали к кювету с красной краской. Каждый взял по кисти, и они также приступили к покраске. Это длилось долго, очень долго, потому что кисти были слишком маленькие для того, чтобы нормально закрашивать такую большую область. Рома изо всех сил пытался достать до всех рисуночков сверху, но до некоторых, к сожалению, он чисто физически не может дотянуться. Из-за этого сверху остаются зелёные каракули и разводы. Похоже, придётся идти за стулом.       — Эй, Ром, — снова позвал того Воланд. — Давай мы с Люцом дозакрасим верхние рисунки, а ты пока можешь начать зарисовывать нижние, — довольно произнёс парень, на что Рома лишь скептически посмотрел на него.       — А вы достанете? — как бы невзначай уточнил тот, бросая кисть в кювет и уже направляясь снова в школу, как вдруг:       — Стой! — крикнул Воланд и вместе с Люциусом тоже бросил кисть, садясь на одно колено к стене лицом. Люциус подошёл сзади и… Стоп, реально?                   Белобрысый запрыгнул брюнету на плечи, после чего Воланд встал, показывая, какая они отличная команда, и что Люциус теперь может дотянуться до всех верхних рисунков.       Рома смотрел на это с вытянувшимся от удивления и неверия лицом, переводя взгляд то на нижнего, то на верхнего.       — Ну? Чё стоишь? — прервал эту паузу Люциус, обращаясь явно к Роме. — Лучше подай нам кисти, и иди закрашивай свою часть, Ромео, — без упрёков выдал команду парень, на что Рома сразу поспешил её исполнить и взял две кисти, передавая обе в руку малярам, а сам взял свою и окунул её в заранее подготовленное ведро с водой. Затем окунул кисть в белую краску и погнал дальше красить. А вот его так никогда не катали… И он никого не катал… Обидно.       Работа шла медленно, но верно. Правильно говорят «Тише едешь – дальше будешь», и сейчас подходит к концу уже четвёртый урок, а они выполнили свою работу лишь чуть больше половины. А у них ещё вторая надпись. Боже мой… Банка с красной краской находилась в руках у Воланда, чтобы было удобно макать и ему и Люциусу, и они уже совсем скоро подходили к завершению. Роме тоже оставалось закрасить совсем немного. Если они успеют до конца четвёртого урока, то с нижней надписью покончат за чуть большее время, чем сейчас. Возможно, им придётся остаться после уроков, примерно на час, и тогда всё точно будет готово. Интересно, их будет контролировать Междумирец? А может эти двое вообще не останутся и разбираться со всем оставшимся будет Рома как обычно один. Эти двое легко могут его кинуть в любой момент, но почему-то этого не делают. Или это Рома просто всё ещё не может им доверять? Интересно, поменяет ли он своё не лучшее мнение об этих друзьях когда-нибудь? Станут ли они лучше в его глазах?       Точно не после этого грохота. Рома даже не заметил, когда Люц слишком сильно приподнялся на плечах друга, пытаясь дотянуться до самой верхней каракули, а Воланд из-за этого начал пошатываться. В итоге Люц всё же смог закрасить ту зелёную кляксу, но Воланд так и не вернул равновесие и покосился в сторону, пытаясь удержаться на своих двух, пока Люциус лишь усложнял ему задачу, так же отклоняясь то в одну, то в другую сторону. В итоге негласно оба решили, что если падать, то назад, поэтому, когда у Воланда подкосились ноги, и он откинул ведро красной краски в сторону, эти двое наклонились назад, мгновенно упав на твёрдый асфальт, привлекая внимание Ромы грохотом ведра позади них. Люциус сидел, согнувшись пополам и потирая свой бок, пока Воланд тихо тянул «Аааааа», полулёжа, опираясь на локти. Из ведра потихоньку выливалась красная краска на асфальт, но никого, похоже, это не заботило. Рома в шоке смотрел на друзей, пока вдруг Люциус не пришёл в себя.       — Дебилоид! — резко выкрикнул он с ужасно хмурым лицом. — У меня теперь из-за тебя жопа болит! — озвучил своё недовольство Люциус, пытаясь приподняться, при этом хромая на левую ногу. Видимо именно этим боком он и ударился.       — Да у меня тоже жопа болит, не выделывайся! — так же раздражённо ответил Воланд, пытаясь сесть. Рома, увидев их обычное поведение, лишь хмыкнул, встав с корточек, и, небрежно кинув кисть в кювет, пошёл к упавшему ведру, пока из него вся краска не вытекла.       — Спасибо за помощь, — с едким сарказмом сказал он, поднимая ведро. Внутри него краска осталась лишь толстым слоем на стенке. Теперь у них была ещё одна проблема, помимо надписи на асфальте, в виде красной лужи. Ну, как у них. У него.       Эти двое сейчас уже сто процентов уйдут, оставив Рому самого разбираться с этой проблемой, и как в доказательство этому, он услышал позади себя:       — Вставай, давай. Похоже, нам снова надо в медпункт, — обернувшись, Рома заметил, как Люциус подал руку Воланду, помогая тому встать на ноги, хотя сам стоял поломанный. — Лишь бы синяк не остался, — кинул он тихонько напоследок, когда очень резво для хромающего потащил друга за собой в школу. Роме тоже нужно в школу, чтобы взять ещё одно ведро серой краски для асфальта, потому с тем, что ему дали, образовавшуюся лужу закрасить не получится. Но для начала нужно докрасить нижнюю белую часть. Зато у него после этого появится заслуженный, хоть и небольшой отдых.       Мазок за мазком, и уродливой надписи на стене и след простыл. А красная лужа на асфальте потихоньку засыхала. Что ж, пришло время идти за серой крас-       — РОООМКАААА, — да вы издеваетесь?! Опять они?! Как они только совесть имеют возвращаться после того, как испортили ему работу?! А, точно. Они же бессовестные!       — Чего вам?! — грубо выплюнул Рома, свирепо смотря на двух негодяев идущих в его сторону. Точнее одного идущего и второго бегущего.       — Воланд, ты щас всю краску прольёшь, придурок! Будь аккуратнее! — зло выкрикнул Люциус. Воланд в этот момент уже замедлялся, приближаясь к Роме. Ладно, спасибо им, что сходили за краской для бедного Ромы—       — Это что?! — не успел Рома облегчённо выдохнуть, как его улыбка исказилась в жуткой гримасе от осознания, что они принесли ещё ведро красной краски, вместо серой для асфальта. Они совсем идиоты?       — Аэээ, — тупо протянул Воланд, смотря то на Рому, то на ведро краски, не понимая его реакции. В это время Люциус подошёл к ведру с белой краской, заглядывая в него.       — Мгм, ну её вроде должно хватить, — задумчиво пробормотал парень, беря кисточку и окуная её в ведро с водой, чтобы промыть, — Итак. Похоже, тебе нужны объяснения, я правильно понял? — кратко спросил Люциус, упираясь руками в бока.       — Да, - сразу же холодно отрезал Рома. — И желательно, те, которые объясняют, какого хуя вы мне опять мешаете?! — сильно повысил он голос к концу предложения.       — Мы тебе не мешаем, а помогаем, — начал утверждать противоположное Люциус, возвращая чистую кисть в руки. — Короче, по пути в медпункт мы столкнулись с Междом, и он спросил какого мы не на уроке, а мы ему начали объяснять, что тебе помогаем надпись закрашивать. Ну и рассказали ему, что произошло с красной краской. А завуч у нас, если ты не знал, хоть и строгий, но человек, любящий инициативу, а особенно учеников с таким качеством, и ты уже знаешь, что я один из таких, — гордо задрал подбородок коротышка. — Вот я прям там и предложил не просто закрасить этот конфуз, а сделать из него что-то новое—       — Вообще-то это я предложил! — возмущённо отозвался сзади чёрт в подростковом теле.       — Ты сказал, что не хочешь раком корючиться, замазывая асфальт, и предложил как-нибудь по-другому с этим разобраться, — с упрёком отрезал светлый, продолжая ранее прерванную мысль. — Так вот, мы и предложили нарисовать что-нибудь интересное на месте надписи и лужи и нам дали на это добро, конечно с ограничениями, — наконец закончил он, после чего Рома просто тяжело вздохнул.       — Раз вы это предложили – вы этим и занимайтесь, а я есть пошёл, — это как раз была обеденная перемена и, судя по всему, она уже закончилась. Придётся Роме снова раскошелиться и купить себе что-нибудь в столовой—       — А, мы ещё, кстати, попросили тебе обед оставить, так что можешь не париться, иди поешь. А мы пока закончим со всем здесь, — будто прочитал его мысли под конец Люц, после этого полностью переключая своё внимание на указания Воланду его ошибок.       — А-ага… — пробормотал Рома, уже уходя за угол. Не понимает он этих двоих. То они, на первый взгляд, его жёстко подставляют, то потом оказывается, что они всё только в его пользу вывернули. И работать ему маляром больше не придётся. Ну ахуеть теперь, чё.

***

9 октября.

Понедельник.

Эти двое епт твою мать. Люциус и Воланд. Они оч странные. Ладно, по порядку. Ебаному Эбардо получилось-таки меня подставить. И под раздачу попал не только я. Ещё это задело бедную Матильду. Не буду расписывать чё произошло, но в итоге завуч (который, кстати, оказался тем самым первым челом, которого я встретил по прибытии у мусорки (мне теперь стыдно ходить в его школу)) заставил меня оттирать ОГРОМНУЮ БЛЯТЬ надпись балончиком на стене грёбанными кисточками. Ко мне на помощь чуть позже пришли Люц и Воланд. И чё? Они проебались. Но потом всё вышло только в их (и мою в том числе) пользу. Как они подговорили зауча на их авантюру я не знаю. Но по итогу, после всех уроков я заглянул на задний двор и увидел… Просто ахуенно оформленный номер нашей школы рисунком на асфальте. И это реально было очень красиво. Ладно, нужно будет завтра извиниться и спасибо сказать. (Похоже эти двое, или только один из них умеет хорошо рисовать, не то, что я). А также под конец дня мне сказали, что нашли много постов того же содержания про Матильду и "вежливо" попросили удалить их. Заметки на завтра: нужно подумать как разоблачить Эбардо и удалить его посты.

Отбой.

***

      — Чего без зонта? — только остановившись у лавочки возле входа, послышался отчуждённый голос за плечом, который Рома легко узнал.       — Аа? Дилан? Чего это ты вдруг? — не успел названный ответить, как к нему подбежал тот самый парень, мгновенно вызвавший у него паническую атаку после выступления на Дне Учителя.       — Эй, программист хренов, ты так мне и не ответил! — Ричард. Ладно, гнать на него сейчас бессмысленно, может он не такой уж и помешанный—       — Я тебе уже раз тридцатый говорю, что не добавлю я ебаного Асмодея в свою игру, отъебись, — чуть ли не прорычал парень, от чего по телу Рома пробежали мурашки. Он боится любого такого упоминания на подсознательном уровне, и ничего не может с этим поделать. — Так, а теперь ты. Не стыдно тебе перед уборщиком? — осуждающе смотрел он снизу вверх на одиннадцатиклассника.       — Т-ты, о чём? — Рома не заметил, как начал подрагивать всем телом. Неужели…       — У тебя вся толстовка насквозь мокрая! И вообще, почему ты всё ещё ходишь в ней? Уже так холодно на улице! — начал ни с того ни с сего отчитывать Рому четырнадцатилетка, что было бы очень смешно, если бы это не было правдой.       — Аээээ... — Рома не уверен, что он может ответить на это. Он видел, что по прогнозу сегодня обещали ливень, но он не думал, что за пару минут бегом от общаги до школы ощутит на себе всю силу плачущих небес. И что ему сказать в своё оправдание? "Я первый раз вижу, как с неба капает вода"? "Думаю, лава всё же была страшнее"? "Я всё равно не смогу заболеть"? С третьим уже сразу промах.       — Дилан, ты опять за своё? — резко в разговор снова встрял Ричард, который никуда не успел съебаться. — Нет, блин, быть мамочкой своего класса тебе не хватает, давай ещё на одиннадцатый замахнёмся! — на удивление адекватную вещь произнёс парень, на что Дилан просто завис на месте, а вся кровь в организме, кажется, ударила ему в голову. Особенно в щёки и еле заметные из-под капюшона толстовки (и это ещё он отчитывал Рому?) уши. Бедный мальчик. Засмущали.       — Я же вроде уже попросил тебя отъебаться? — это прозвучало как угроза. Хотя, учитывая ситуацию, это и есть угроза. И Ричард её правильно понял, дав дёру с криком «ПРОСТИ, МАМА, Я БОЛЬШЕ НЕ БУДУ!!!» Рома хотел было уже поступить также, но... — Стоять. Пока не услышу твоё оправдание, никуда тебя не отпущу.       — Я не посмотрел прогноз?... — попробовал парень, но, судя по лицу Дилана, проба не удалась.       — С такой интонацией может говорить только маленький ребёнок. Неужели именно его я сейчас отчитываю? — ухмыльнулся Дилан, будто уже реально принял роль мамочки, просто не любит, когда об этом говорят напрямую. Насколько много новых вещей Рома узнаёт о людях на практике, удивительно! Но сейчас ему лучше не узнавать на практике о других методах отчитывания "мамочки".       — НУ МАМ, НУ НЕ БЕЙ! — с таким же, если не громче Ричарда, ором Рома рванул в сторону лестницы, слыша в догонку "ДА ТЫ АХУЕЛ!-".       Что ж, насчёт программирования ему придётся выведать у него попозже.

***

      — Мам?... — высоко протянул Рома, подойдя сзади к Дилану, выходящему из столовой.       — Ещё раз так меня назовёшь, и я тебе въебу, — холодно бросил парень, после чего всё же спросил, — И? Чего тебе опять?       — Нууу, ты же знаешь о том, что произошло на выходных? — продолжая идти по пятам за восьмиклассником, немного наклонившись, чуть ли не шептал ему на ухо Рома. Он просто не хотел сильно громко об этом разговаривать в заполненном коридоре.       — Ну… Да, и? — более мрачно ответил тот, опуская голову с капюшоном ниже, хотя казалось куда ниже?       — И знаешь, кого во всём этом обвиняют? — неловко протянул Рома, чуть не врезавшись в остановившегося парня.       — Дай угадаю, тебя? — невесело ухмыльнулся Дилан, поворачиваясь к парню, на что тот кивнул головой. После этого младшему лишь оставалось тяжело вздохнуть. — И как ты до этого докатился?       — Это неважно. В общем, главное, что это не я, — сразу вкинул Рома, надеясь, что Дилана не придётся переубеждать. — Меня подставили!       — Говоришь так, будто пытаешься перекинуть, очевидно, свою вину на другого, — очевидно, не пытаясь поддержать знакомого выдал Дилан, — Ну и чё ты от меня-то хочешь?       — Хочу, чтобы ты помог мне доказать мою невиновность, — как ни в чём не бывало, видал старший.       — Чем я по твоему мнению смогу тебе помочь? — безучастно выдал Дилан, направившись к ближайшему окну, а Рома за ним хвостиком.       — Короче, человек, который меня подставил откуда-то же достал столько фоток, да? Сколько их там всего было? — неуверенно рассуждал Рома, приложив палец к подбородку.       — Я слышал, что учителя говорили около сотни, — налегке выдал Дилан, оперевшись руками на подоконник и подпрыгнув, тем самым садясь на него, теперь уже точно готовый разговаривать. Рома же опёрся на стену рядом.       — Кошмар, — невольно вырвалось у последнего, но он быстро пришёл в себя и продолжил, — Так вот. Он эти фотки откуда-то взял. И скорее всего их ему кто-то прислал. Ну иииии… — с последним Рома затянул, намекая на то, что узнал о главной способности Дилана, намекая ей воспользоваться.       — Позволь напомнить тебе, невежа, - поняв намёк, начал Дилан. — Программист – не равно хакер, — грубо выплюнул он, видимо слегка оскорбившись, но при этом продолжая. — Я не могу взламывать пентагон, не могу вычислить человека по айпи. Да даже получить доступ к чужому аккаунту не могу, если у меня нет пароля и чё там ещё нужно. Я могу максимум, запилить тебе мод на майнкрафт, где все ладят, вся школа живёт в мире и гармонии, дружба, жвачка, радуга, все срут бабочками, — грубо закончил Дилан, доставая телефон.       — Оу… — разочаровавшись в себе сказал Рома. Как он за сто семдесят лет не понял разницы между этими двумя понятиями? Наверное, потому что он гуманитарий? Или кто он там? Он уже не помнит к каким наукам у него склонность. Но точно не ко всяким компьютерам. — Прости, не знал.       — Да в том-то и дело, — подтвердил его невежественность Дилан. — По тебе видно.       — Но, ладно, если не брать это, ты сможешь мне помочь в случае чего? — с надеждой посмотрел на него Рома. Дилан также посмотрел на него в ответ. В его выражении лица читалось сомнение. Постоянно нахмуренные брови, сейчас были сдвинуты вместе ещё сильнее, его итак до ужаса тёмные мешки под глазами будто уже полностью обвели глаза по кругу, а кожа будто стала бледнее. Хоть Дилан и сильно огрызался на Рому, из-за чего могло показаться, что он его возненавидел или что-то такое, но только сейчас Рома понял, что Дилан так просто выражает своё беспокойство. Иногда он может делать это абсолютно непроницаемо, как тогда, после Дня Учителя, а иногда он становится довольно агрессивным, пытаясь с чем-то справиться. А может, он поверил Роме и злится на того, кто его подставил?...       — Номер, — сказал бездушным голосом парень, тыкая телефоном в руку Ромы.       — А? — не сразу сообразил тот. — А! — после чего всё же взял его телефон, вбивая свой номер в его контакты, подписав себя как "Филе". Случайно заметив чужие контакты, он заприметил подобный стиль наименования.       — После уроков напишу тебе, обсудим что известно, и… — прервался Дилан, взяв телефон обратно и оценив подпись контакта коротким смешком. — Короче, тг есть?       — Да, у кого его сейчас нет? — даже в аду им, на удивление, пользуются. Не многие, но пользуются.       — Отлично, жди соо, — небрежно махнув напоследок рукой пробормотал Дилан, слезнув с подоконника и направляясь куда-то вглубь коридора.       Напоследок ему донёсся протяжный громкий чих.       Стоп.       Блять.

***

      — Апчхи! — раздался громкий чих, отражаясь от стен классной комнаты, создавая эхо, после которого послышались тихие короткие смешки. Вот тебе и заботливые одноклассники. Вот тебе и лёгкий дождик. Вот тебе и недооценка человеческой жизни и её хрупкости.       — Рома, ты уже шестой раз за урок так громко чихаешь, так ещё и весь подрагиваешь. С тобой всё в порядке? — послышался заботливый старческий голос Бастиана – их учителя русского языка, готовящего их сейчас к ЕГЭ. Сколько ему там уже было? Шестьдесят один? Шестьдесят два? Почему он ещё не ушёл на пенсию?       — Д-да всё нормально, — сказал парень и снова смачно чихнул.       — А я уверен, что ты заболел, — без толи сомнений сказал Лефтарион, заставив Рому обернуться на него. — Поверь мне, я знаю эти симптомы.       — Аэээ... — завис Рома, не совсем соображая, что вообще происходит. Он чувствовал, как горят его щёки, и в общем ощущал прилив жара по всему телу, но почему-то ему было холодно. Неужели его человеческое тело настолько хрупкое? Или это он пренебрёг тёплой одеждой, и ливень просто поставил точку в подхвате болезни? Рома даже не обращал внимания на то, как стало холодно. Неужели ему придётся покупать ещё больше одежды? Так ещё и тёплой? Он никогда не носил одежду теплее своей толстовки…       — Знаешь же, что я часто болею, и у меня всё точно так же, — подтвердил Лефтарион, оборачиваясь на Бастиана и продолжая. — Я считаю, что Роме срочно нужно идти домой и лечится. Я о нём, конечно, волнуюсь, но он ещё и нас заразить может, так что… — протянул тот, ожидая ответа от учителя. Бастиан слегка призадумался, но спустя буквально несколько секунд поднял взгляд на Рому, что-то говоря. Рома честно попытался понять смысл его слов, и у него вроде даже получилось.       — Ром, если ты понимаешь, что тебе плохо, то иди домой прямо сейчас, и не надо строить из себя мученика ради ЕГЭ. Ты парень умный, быстро всё догонишь, — наказал Бастиан, чего решил послушаться Рома, так как сейчас явно не был в состоянии точно оценить своё состояние. У него такое впервые.       — Л-ладно, — слегка дрогнул его голос, после чего последовал очередной чих. Пока он начинал складывать вещи в портфель, Бастиан хотел было продолжить урок, как его прервал...       — Извините, Гай Уайт! — Кавински? Чего это он вдруг?       — Что такое? — откликнулся сразу учитель.       — Я думаю, что в своём состоянии Рома может не дойти до дома, — прямо сказал парень, с беспокойством осматривая того. — Может, будет лучше, если его кто-нибудь проводит?       — Тем более, — резко встряла Райя-Прайм в разговор, чуть ли не ложась на парту и поворачивая лишь свою голову на Рому, продолжая. — Я видела, что ты сегодня пришёл без зонта и весь мокрый, — ни о чём не жалея, выдала его девушка, на что Рома покраснел бы, если бы уже не был весь как помидор.       — Ха?! Роман! Как это понимать?! — строго прогремел Бастиан, чем заставил Рому невольно съёжиться. Хотя, может он съёжился от пробравшего его опять холода? Надо купить хотя бы ещё одну более тёплую толстовку.       — Вот и я о том же, — с умным лицом согласилась Рита, пока Рома уже закидывал рюкзак на плечо.       — А у меня есть зонт! —напомнил о себе Кавински. — Давайте я его провожу, — заявил он, на что Рома обратил внимание на окно. Почему-то вода сегодня весь день хлещет без остановки, видимо тучи отдуваются за прошедший месяц прекрасной погоды. Спасибо за вашу неустанную работу, облака. Теперь Роме сидеть дома, пока он не выздоровеет.       — Хорошо, Кавински, — в итоге, недолго думая, согласился Бастиан, добавив им, когда парни пошли на выход. — На следующей подготовке я тебе дам отдельное задание, — на что учитель услышал лишь короткое: "Ок", и парни скрылись за дверью кабинета. Интересно, почему Кавински вызвался его проводить?       — Почему ты меня провожаешь, Кавински? — решил не медлить с вопросом Рома, пока они направляются к лестнице.       — Просто Винс, — сразу поправил его парень, а после… — Ты уже услышал причины, — не ответил на вопрос. Точнее ответил, но не то, что хотел услышать Рома.       — Ну, а если кроме этих причин? — пытался достучаться парень, немного медля, стараясь не споткнуться на ступеньках из-за своих пошатывающихся ног, что заметил Винс и протянул ему руку в качестве опоры. Рома чувствовал себя алкоголиком после жёсткого похмелья. Хотя, он пил всего пару раз, но ощущения сейчас были в разы хуже, чем тогда. И Рома не отрицает, что тогда выпил не больше одной-двух рюмок слабого алкоголя.       — Да просто поболтать с тобой хотел, — пожав плечами, честно (хотя Рома в этом не уверен) ответил Кавински, продолжая время от времени следить за состоянием больного позади себя.       — Эм, и о чём? — неуверенно уточнил Рома, уже видя конец лестницы и ликуя про себя.       — Да так, мы ж с тобой почти не общались с твоего прихода, хотя ты кажешься интересным, — странно выразился Винс, вызывая сомнительный взгляд у Ромы и капельку пота на лбу. А, нет, последнее вызвано болезнью.       — Ии… — немного завис парень, подбирая слова. — Чем же?       — Ну, сразу занял хорошее место среди одноклассников, быстро со всеми сдружился, с оценками всё отлично, несмотря на то, что ты ещё и работаешь, — всё перечислял и перечислял Кавински, отпуская руку Ромы на последней ступеньке. Гардероб, слава всему, что есть, был недалеко от них.       — Ага, да… — слушал вполуха Рома, сразу же направляясь за своей мокрой толстовкой, под которой уже осталась лужа. Простите, уборщики. Забрав толстовку, парень понял, что, даже несмотря на предложенный зонт Кавински, он заявится в общежитие таким же мокрым, как и утром сюда. Вот чёрт.       — А ещё, — заговорщически протянул парень, взяв недалеко висящий зонт, пока Рома с неприязнью надевал липнущую от влаги толстовку. — Было интересно, что за странности ты обсуждал с Раданом, — и говорит такое, гад, с беззаботной улыбочкой на лице. А Рому, бедного, аж в дрожь бросило. Не стоит недооценивать ощущения от мокрой толстовки, когда тебе ещё и холодно из-за болезни.       — Ээээ… — непонимающе протянул Рома, подходя вместе с одноклассником к выходу. Где в такой момент этот охранник шляется? Он бы мог заставить Кавински остаться в школе. Возможно. — Не понимаю о чём ты?... — он решил просто попытаться прикинуться дурачком. Может, сработает—       — Ой, не прикидывайся, — сразу раскусил его блондин. — У тебя вообще не получается врать, — где-то Рома уже это слышал. И вот они выходят на крыльцо. Кавински раскрывает зонт и делает шаг вперёд, вызывающе смотря на Рому с лёгкой расслабленной улыбкой. Рома чихает.       Сколько там до общежития?...

***

10 октября

Вторник.

Почему я не знал о том, что от обычной воды с неба можно заболеть? Вот теперь приходится страдать. Из хорошего: мы обменялись номерами с Диланом. Теперь если что, можно просить его о помощи. Хотя, то, что он программист, мне ни чем не поможет в том, чтобы поставить на место гребаного Эбардо, но Дилан сам по себе парень умный, если что с ним можно будет советоваться по разным другим поводам. А, точно. Кавински. Что это было? Он вызвался проводить меня с 6 урока домой, и я как знал, что не просто так. Он у меня выведал то, что мы с Раданом обсуждали Майка. Хорошо, что, когда он у меня спросил, откуда я действительно (он сразу понял, что я не просто это в интернете откопал) узнал эту информацию, мы в тот момент уже подошли к общежитию и я смог улизнуть. Но я теперь боюсь, что он может меня с этим доставать. Вот блин нашёлся, умник. Я только сейчас вспомнил, что сегодня в школе не было видно Эбардо. Нет, это, конечно, хорошо, но из-за его отсутствия было слишком спокойно, к чему я не привык. Интересно, куда он делся? Может опять какую-нибудь хуйню замышляет? Ублюдок. Ладно, посижу пару дней дома, думаю, простуда пройдёт и без всяких лекарств. И как раз никому на глаза не буду попадаться.

Отбой.

***

      — ТЫ СЕРЬЁЗНО ЗАБОЛЕЛ, ПРИДУРОК?! — прозвучал грозный, но как обычно не выспавшийся голос восьмиклассника из трубки, пока Рома умирал от жара. Утро только началось, а на него уже наорали. Класс.       — Ну простиии, — прохрипел, будто не своим голосом, Рома, потирая глаза и поднимаясь с кровати. Почему Дилан ему так рано позвонил? Он разве не знает, что больным нужно как можно больше спать?       — Фу, не разговаривай теперь со мной, пока не вылечишься полностью. Вдруг через телефон заразишь, — глухо донеслось из динамика, видимо Дилан показательно отодвинул телефон от головы, показывая свою неприязнь. Только вот она исключительно показушная. И это ясно как день, даже для больного Ромы.       — Так зачем звонил-то? — после зевка сказал Рома, надевая тапочки и выходя из своей комнаты, идя по пустому коридору в туалет. — А то ты меня разбудил и мне надо как-бы привести себя в порядок.       — Только встал? — снова укоризненно, интересно почему? — Уже одиннадцать часов, чел! Ты чё так долго дрых?! — а, понятно. Завидует, что Рома выспался, хотя это вообще не так. Как при болезни можно выспаться?       — Я на больничном, мне можно, — гордо прохрипел парень, закрывая дверь туалета за собой. — Ладно, перезвонишь через пару минут?       — Какие пару минут?! У нас уже сейча— на заднем фоне послышался звонок. — ...С урок начнётся… — отстранённо закончил Дилан. — Короче, ты понял. Через сорок минут тебе перезвоню. Делай, давай свои дела быстрее. И не забудь выпить что-нибудь от простуды. А если у тебя ничего нет, скажешь, я могу тебе принести чего-нибудь. Короче, ты понял. Давай, лечись, придурок, — протараторил Дилан, отключаясь быстрее, чем Рома вообще смог осмыслить, что он сказал. Принять что-нибудь от простуды? Будто ему это нужно.       Весело хмыкнув, а после слегка прокашлявшись, Рома посмотрел на засветившийся экран блокировки и увидел кучу разных уведомлений и несколько пропущенных звонков от одноклассников. Видимо все за него беспокоятся. Тяжело вздохнув от осознания того, что ему придётся всем им ответить, Рома положил телефон в карман домашних тёмно-синих штанов с белыми звёздами, и закрыл кабинку туалета.       В голове вообще не было мыслей. Может, это связано с простудой, может просто Рома встал не с той ноги, но с пустой головой он даже не заметил, как уже шёл обратно в свою комнату. Вот что значит, отключится от реальности, да?       Закрыв за собой дверь по пришествии, он сел за стол и посмотрел на время. Одиннадцать, тридцать один. И что ему делать весь день? Из-за болезни ни в школу, ни на работу не пойти, информацию в интернете искать бесполезно, он ничего там не найдёт. Может, пришло время снова скачать тикток? Хоть чем-то себя займёт. Копаясь на просторах интернета в поисках нормального мода, до его уха донеслись шаги по коридору. Неужели у кого-то тоже выходной? Здесь же вроде не только школьники и студенты живут, но и некоторые простые работяги. Везёт тем, у кого самые обычные выходные, а не больничный. Хотя бы состояние нормальное.       Тем временем приближающиеся шаги остановились. Может в соседнюю комнату кто-то пришёл?       Но нет. Рома услышал шебуршания прямо за своей дверью. Насторожившие его звуки, заставили его повернуть голову на дверь, чтобы проверить, не в его ли комнату кто-то решил пожаловать.       В щели под дверью виднелись чьи-то ноги.       Кто это?       Возня прекратилась.       Послышался звук скрежета замка его комнаты.       Кто-то вставил ключ в замок?       Поворот.       Нет…       Ещё поворот.       Неужели…       Снова скрежет.       Ключ убрали.       К нему…       Чья-то рука начала поворачивать ручку двери.       Кого-то…       Дверь начала открываться внутрь комнаты.       Ещё немного и можно будет увидеть того, кого к нему…       Подселили?...       — Чего? Какого хрена ты здесь делаешь уёбок?! — блять. Какого хуя это именно он?!       — Эбардо? Это я должен у тебя спрашивать, какого хрена ты здесь забыл, — грозно прохрипел Рома, после чего снова закашлялся, зажмурившись и отвернувшись, прикрывая рот ладонью.       — Чё, больной что ли? — не оставил это без внимания пришедший, заходя внутрь. — Думал, даже когда меня нет, то всё будет хорошо? Похоже, погода на моей стороне, раз ты сейчас… — сделал он паузу, кинув коричневый кожаный рюкзак около шкафа и обведя Рому брезгливым взглядом. — Такой.       — Кто бы говорил, — закатил глаза Рома. — Сам-то чего в общежитие припёрся? Из дома выгнали, небось? — с ядовитой ухмылочкой взглянул своими красными глазами Рома на гостя. Или, не дай бог, его соседа. Фу.       — … — Эбардо ничего не ответил на это, присев и начав копаться в рюкзаке, но от этого молчания воздух во всей комнате будто стал тяжелее. Видимо, Рома с первого раза попал в яблочко. — Пошёл нахуй, — всё-таки нашёлся Эбардо спустя недолгую паузу, на что без раздумий сразу ответил Рома:       — Сам пошёл, и желательно в первую очередь вон из моей комнаты, — снова вернувшись к телефону и открытой на нём очередной вкладке браузера (наверняка с кучей вирусов), Рома слепо указал пальцем на выход из комнаты.       — Это теперь и моя комната тоже, — отозвался Эбардо, закрывая рюкзак и оборачиваясь на Рому, обводя того хмурым взглядом.       — Ой, не надо мне тут возникать, — Рома снова взглянул на теперь уж точно его соседа, и улыбнулся немного грустно, как бы жалея его. — Тебя день-два не будет дома и родители сразу кинуться возвращать тебя. Так что, так уж и быть, приючу тебя на это время, — пожав плечами, налегке закончил Рома, будто ребёнку говорил.       — А ты-то чего здесь обжился? Мне на вахте сказали, что эта комната уже больше месяца занята, — высказал свои аргументы Эбардо, продолжая. — Неужели твоим родителям совсем похер на тебя? — а вот сейчас этот ублюдок попал в яблочко, что отразилось в чуть более хмуром взгляде Ромы. — А может быть, они вообще умерли? – с весёлой усмешкой выплюнул парень, на что Рома прошептал себе под нос:       — Да уж лучше бы умерли, — но сколько бы раз он не шептал что-либо себе под нос, его всегда все слышали.       — Ой-ой-ой, что я слышу? — гадко заигрывает парень. — Неужели у тебя проблемы с родителями? Может они вообще хотели тебя в детдом сдать, поэтому ты сам сбежал? — ядовито гадал Эбардо, медленно подходя к сидящему Роме, пока тот лишь отмечал в мыслях все правильные ответы Эбардо.       — Ну, я хотя бы сам решил уйти, а тебя выгнали как подобранного с улицы кота, который так и не прижился, поэтому его отправили обратно на улицу, — постарался подобрать хорошую аналогию Рома, и, видимо, это у него получилось. Эбардо резко слишком сильно взбесился, хватая Рому за горло его белой футболки с рисунком голубой четырёхконечной звезды, и поднял со стула. Хватка его, нужно отметить была крепкая. Во все разы, когда он хватал его, Рома хорошо ощущал его силу. И, похоже, ощутит ещё не раз.       — Ах ты! Сукин сын, — хах, он ещё и использует подобные американские ругательства. Но не Роме его судить, самому тоже нравятся такие выражения.       — Пёс против кисы, как думаешь, кто выиграет? — подыграл ему Рома, после чего получил по лицу кулаком Эбардо. — Может, придумаешь что-нибудь новое? — сказал больной, припоминая, как точно также получил по лицу в школьном туалете несколько недель назад. Всё было точно также. Разве что тогда они были в школе и с Эбардо были его друзьяшки, а сейчас они в комнате Ромы и никого, кроме них тут нет. А значит…       Рома резко схватил с неведомой силой державшую его руку и отлепил от себя. Эбардо зажмурился от того, как Рома после этого скрутил его руку. Не до перелома, нет, Рома не настолько неадекватный, ему не зачем ломать руку человеку, чтобы доказать свою силу, в отличие от кое-каких индивидуумов.       Эбардо в стороне не остался, замахиваясь другой свободной рукой, что смог предвидеть Рома, легко уворачиваясь. Но что он не предвидел, так это то, что Эбардо резко ударит его коленом между ног. Острая боль пронзила тело Ромы, на что он отпустил Эбардо, падая на одно колено.       — Х-хах, — резко выдохнул больной, ощущая, как боль быстро утихает. Да, место болезненное, но удар был слабым, поэтому долго оно болеть не будет. — Играешь грязно, да?       —На войне все средства хороши, не так ли? — разминая руку с краснеющим следом от хватки Ромы, выплюнул Эбардо, замахиваясь ногой. Слишком медленно. Рома мгновенно вскочил с пола, из-за чего нога Эбардо прилетела в стоящий позади парня стул, роняя его на пол.       — Мазила, — едко прокомментировал его удар Рома, подлетая к нему, с желанием ударить в живот. Эбардо увидел этот порыв, поэтому успел прикрыть живот руками, по которым и попал в итоге Рома. Удар пришёлся на место потихоньку наливающегося синяка, от чего по руке резко прошлась очень острая боль, и Эбардо скрючился, опуская её, прикрывая другой рукой. После чего злобно взглянул исподлобья на Рому.       — Чего? Уже сдаёшься? А ведь ты первый ударил, — с усмешкой пролепетал Рома, стоя так, будто его ещё ни разу не ударили, хотя на лице чувствовалась глухая боль, а пах всё ещё время от времени колол. Но для него это вообще ни о чём.       — Ублюдок… — лишь прошипел он, пытаясь снова ударить ногой, от чего, конечно, смог увернуться Рома.       — Вау! Ты бы знал, сколько раз я так тебя уже называл в мыслях, — насмехался он, уворачиваясь от каждого нового замаха. — Ничего получше не смог придумать? — сказал парень, после чего запнулся об упавший ранее стул, который не заметил, падая на кровать позади него. Эбардо снова пнул стул, отодвигая уже в другую сторону, а после нависнул над лежащим Ромой, опираясь коленями о бортик кровати, чтобы не упасть прямо на парня.       — Сдохни, — сказал он и замахнулся здоровой рукой прямо на лицо Ромы. Конечно, и этот удар Рома остановил.       — Может, не будем доводить да крайностей? — спросил он, стискивая кулак в своих ладонях, от чего Эбардо поморщился. В силе Рома превосходит Эбардо, и последний, наконец, это понял. — Не хочу получить от кого-либо за то, что случайно сломаю тебе пару костей.       — Будто ты на такое способен, — усмехнулся Эбардо, не веря в свои выводы, и замахнулся ногой, с силой опуская её прямо на живот лежащего парня. Даже если бы хотел, Рома не смог бы остановить в своём положении удар ногой, поэтому, предвидев его, даже не шелохнулся. Подошва ботинка больно впилась в солнечной сплетение, сдавливая кости, от чего из Ромы вырвался кашель вперемешку с хрипами. Кем бы он там ни был, хоть демоном, хоть человеком, в любом случае это очень больно. — Что, видимо пару костей сломают сегодня тебе, а? — усмехнулся Эбардо, когда Рома обеими руками схватился за лодыжку его ноги, пытаясь сдвинуть её с места. Кулак оказался свободен, и сразу снова замахнулся, больно ударяя несколько раз то в щёку, то в нос, от чего голова Ромы затрещала по швам. А нога всё ещё давила. Чёрт, у него не хватает сил остановить этого ублюдка. — Будешь знать, как замахиваться на большую рыбу, — сказал Эбардо, наконец, прекращая бить кулаком по одному и тому же месту, напоследок ударив Рому прямо в ключицы, вырвав последний жалкий хрип, и убирая свою ногу. Посмотрев на свою работу, он лишь жадно улыбнулся. — Эта рыбка тебе не по зубам, — сказал он, отворачиваясь и уходя прочь из комнаты.       Чёрт. Рома же мог дать отпор этому ублюдку. Он точно знает, что мог. Так почему всё закончилось так?       Болезненно вздохнув, а после снова закашлявшись, он ощутил, как что-то вязкое с металлическим привкусом попадает в рот. Отлично, теперь у него ещё и кровь из носа. Он снова недооценил хрупкость своего тела. Слишком привык к демонической силе. Он попытался вытереть тыльной стороной руки кровь, но только ещё больше её размазал и заставил нос ещё сильнее болеть от давления. Он не может дышать носом, в рот при каждом вдохе попадает кровь. Ему нужно сесть, иначе он просто захлебнётся. Опираясь сзади руками о кровать, он приподнялся, но от сильной боли в груди упал обратно и снова сильно закашлялся. Чтобы не захлебнуться, он повернул голову набок, и теперь кровь стекала на простыню, на которой виднелись ещё несколько красных капель и разводов. На периферии зрения также виднелись такие же красные разводы на футболке. Отлично. И как ему теперь быть?       Голова гудела, всё тело болело, так ещё и в ушах что-то трезвонило. Стоп, нет. Это не в ушах. Это же мелодия, которая стоит у него на звонке! Ему кто-то звонит?! А сколько сейчас времени?!       Пересилив боль спустя пару неудачных попыток, Рома смог сесть на матрац и посмотрел в сторону стола. И вправду, ему кто-то звонил. И не абы кто, а Дилан. Чёрт. Стоит ли ему отвечать?

…

      Наверное, стоит.       Если что, просто попросит перезвонить ему.       Дотянувшись до телефона рукой, Рома попытался аккуратно провести пальцем по экрану, чтобы ответить и не оставить никаких разводов. Не получилось.       — …?! — из динамика послышался отдалённый и тихий голос Дилана, который что-то ему громко говорил. Рома замыленным взглядом смог найти кнопку динамика и нажал на неё, оставляя ещё один кровавый отпечаток.       — Ты что-то сказал? — тихо прохрипел Рома, и немного сморщился от боли при движении губами.       — Не поверишь, сказал! — зло огрызнулся парень, пока на фоне слышались многочисленные разговоры, а Дилан немного тяжело дышал в микрофон. — Ты чего так долго не отвечал?! Опять уснул что ли? Таблетки-то хотя бы какие-нибудь выпил? — потихоньку успокаивался парень. Рома очень долго осмысливал вопрос, тяжело дыша и наблюдая, как капли крови капают с носа на его штаны. Одна из капель упала на экран телефона. Да что ж такое.       — Д-да, да, — тяжело сказал Рома, поднимаясь с кровати на ватных ногах, запинаясь чуть ли не на каждом шагу и направился в ванную комнату. Ему нужно умыться.       — Что да? И почему ты хрипишь ещё сильнее, чем в прошлый раз? Ещё и так громко дышишь. У тебя всё нормально? — спрашивал и спрашивал Дилан, а Рома просто пытался полностью закрыть нос ладонью, чтобы не накапать в коридоре. Не упасть бы ещё от слабости.       — В-всё нормально, мам, — пошутил Рома, случайно попытавшись вздохнуть носом, от чего хлюпнула густая кровь, а после он закашлялся. Чёрт, всё же накапал. Придурок.       — Это что было… — испугался парень, наверняка не поняв, что могло так громко хлюпнуть при простом вздохе носом. Рома физически ощущал тяжесть этого молчания, поэтому всё же ответил.       — Да просто очень сильные сопли, — проворчал Рома, кладя телефон на край раковины и включая воду, смывая кровь с рук.       — … — Дилан явно понял, что ему соврали, но не стал расспрашивать. — Ладно, не хочешь говорить – не говори, — смирился он. Рома мысленно его поблагодарил, смывая кровь с подбородка и губ. — Только скажи, ты выпил что-нибудь от простуды?       — Да-да, мам, я всё выпил, — сказал Рома, после чего набрал в рот воды, также ополаскивая его от крови.       — Ты даже в таком состоянии умудряешься шутить, — тяжело выдохнул парень по ту сторону трубки, явно имея в виду под его состоянием совсем не болезнь. — Я тебя не знаю, — тяжело сказал он, пока Рома выплёвывал воду бледно-розового оттенка.       — Нет, ты меня ещё как знаешь, раз так волнуешься за меня, — с кривой ухмылкой произнёс Рома, отмывая снова потёкшую по губам кровь, после чего выключил воду, и, взяв нижний край футболки, закрыл нос. — Слушай, можешь позже перезвонить мне? Просто мне сейчас не очень удобно—       — Да-да, у нас всё равно щас опять урок начнётся, — перебил Рому Дилан, поняв его раньше, чем тот успел закончить. — Надеюсь в следующий раз ты захочешь рассказать мне, что произошло за это время, — да, это Рома и сделает. Но для начала ему стоит наведаться на вахту и попросить что-нибудь, чем можно остановить кровь.       Телефон пиликнул, и показался экран блокировки, на котором стало ещё больше уведомлений. Рома лишь снова заблокировал его и кинул во всё тот же карман штанов. Не сейчас.

***

      Карман штанов неприятно завибрировал, и из него донеслась мелодия звонка. Уже опять прошло сорок минут? Рома, уверенно шагая по коридору, достал телефон и провёл пальцем по чистому экрану не глядя.       — Эй, Ром, ты там как? — послышался слишком грубый и низкий голос для Дилана. Он отодвинул телефон от уха и посмотрел на имя контакта. "Насяльника"? Это вроде контакт Хейли. Почему она ему звонит и почему говорит сейчас…       — Радан? — спросил Рома, снова прислоняя телефон к уху.       — Не только он, — послышался другой мужской голос. Это уже был...       — Кавински, и ты там? — снова поинтересовался Рома, подходя к своей комнате.       — Да, и с нами ещё Хейли, — ну, это было понятно. Именно она же позвонила.       — Ну, это понятно, — продублировал Рома свои мысли, открывая дверь в комнату. — А почему вы мне звоните?       — Ну, вообще-то звонили не только мы, — наконец послышался голос самой Хейли. — Тебе звонили ещё некоторые с нашего класса.       — Да, я видел, — признался Рома, проходя в комнату и замечая высыхающие кровавые разводы на своей простыне. Надо будет сказать вахтёрше ещё и об этом.       — Ну так как ты там? — влез в разговор Радан, а Рома, обходя всё ещё лежащий на полу стул, просто тяжело упал на кровать. Не важно, если он ещё сильнее замарает штаны. Ему итак сказали переодеться и принести вещи в прачечную. После разговора он об этом вспомнит. Обязательно.       — Да нормально всё со мной, — Рома даже про себя удивился, что не прохрипел это, как час назад. Даже голос уже восстанавливается, отлично. К вечеру будет уже как огурчик.       — Значит, не сильно заболел? — послышался как всегда спокойный голос Кавински. Такое чувство, будто ему всегда, в любой ситуации просто по барабану на всё. Но голос немного выдавал его скептицизм.       — Да, — легко согласился Рома.       — Фух, — с облегчением выдохнула Хейли. — Ты бы знал, как некоторые за тебя переживали, мы аж все удивились.       — Особенно Ашра, — снова перебил Радан. — Она прям с самого утра сама не своя. Несколько раз звонила и писала тебе, — да, Рома видел несколько звонков от неё. — Фран её ели успокоил.       — Райя-Прайм тоже сильно переживала, — как всегда спокойным голосом добавил Винс. — Но не так, как Ашра, конечно. Она тебе всего раз позвонила, надеялась, что ты перезвонишь.       — Ммм, понятно, — промычал Рома, обводя комнату взглядом. Надо бы поднять стул. Хм?...       — Тебе вообще многие писали, ты ответь им хоть, — снова Хейли. — Мы, конечно, понимаем, что тебе нужно много отдыхать, чтобы поправиться, но раз ты уже проснулся, то лучше ответь им. А то они так до конца дня и не успокоятся, — жалобно попросила Хейли. Похоже своим отсутствием Рома наделал много проблем.       — Да-да, я им отвечу, — согласился Рома, вставая с кровати и, как заколдованный, направляясь к шкафу у двери в комнату.       — Ну и отлично, — также облегчённо выдохнул Радан.       — Тогда мы щас как урок закончится пойдём им сообщим хорошую новость, — добавил Кавински.       — Подождите, сейчас урок? — поинтересовался Рома, зажимая телефон плечом, и присаживаясь на корточки напротив угла между шкафом и стеной.       — А, да… — неловко заметила Хейли.       — Мы прогуливаем специально ради тебя, — довольно заметил Радан, чему Рома всё равно не поверил, осматривая то, что так заинтересовало его внимание.       — Мне без разницы, — кинул Рома, протягивая руки к кожаному рюкзаку. — Я вам потом перезвоню, пока, — быстро попрощался он, одной рукой беря телефон и не глядя завершая звонок.       — СТОЙ, ПОДОЖД-! — послышался отрывистый вскрик Радана, после чего звонок был окончен, а телефон откинут в сторону.       Сейчас его внимание было полностью приковано к коричневому кожаному рюкзаку перед ним. Это рюкзак Эбардо, с которым он пришёл сюда. Заметив его, Рома сразу захотел его обыскать с мнимой надеждой на то, что найдёт там доказательства того, что этот мудак его опять подставил. С этими мыслями он потянулся обеими руками к защёлке и открыл средний карман рюкзака. В нём он увидел разные личные предметы Эбардо, которые не стоили и капли его времени.       Ему была интересна только одежда. Он начал копаться в этой куче разного цвета, руками пытаясь нащупать плотную тёплую ткань, а глазами найти белый цвет.       Не то, не то, не то…       …       О!       Неужели?!       Действительно?!       Он вытянул со дна всей этой кучи то, что привлекло его внимание, и руками растянул во всю длину, разглядывая находку во всей красе.       Белая толстовка.       Да.       Рома так и знал.       Этот ублюдок подставил его.       Пошарившись в памяти, в поисках отрывков видео с камер наблюдения он сопоставил находку с одеждой того "Ромы" и… Эти две толстовки очень похожи. Но…       К сожалению, эта единственная вещь не сможет доказать Ромину невиновность. Но это уже хоть что-то!       Неожиданно с пола снова послышалась мелодия звонка, от чего Рома вздрогнул. Да что ж ему так часто звонят сегодня?! Кому он ещё там так нужен?!       А… Дилан.       Точно.       — Ало? Дилан? Ты не представляешь, — воодушевлённо начал было Рома, на что сразу огрызнулся восьмиклассник.       — Да что у тебя с голосом происходит?! — зло выкрикнул тот. — То с самого утра хрипишь, то потом чуть ли не шепчешь мне что-то, а сейчас у него всё нормально! Рома, что происходит?! — видимо он очень беспокоился.       — Аээээ, — лишь протянул парень, думая как ответить. — У тебя сейчас много времени?       — Десять минут, если не знаешь, сколько перемена длится.       — Отлично. Короче, если кратко, я подрался с Эбардо, — налегке выдал Рома, чем поставил Дилана в ступор.       — … — Дилану понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить, кто такой Эбардо. Рома же эти несколько секунд потратил на то, чтобы расправить и разложить толстовку ровно на полу. — Эбардо – это?...       — Это придурок из моего класса, который на всю школу прослал, за то, что какую-то хуйню постоянно вытворяет, — в своей манере объяснил Рома, поправляя толстовку в местах складок. — Если смотришь новостные тгк, то знаешь его по новости, где бариста из Старбакса отобрал телефон у клиента и потом сбил его с ног.       — Ааааа, да я видел, — понятливо протянул Дилан. — Подожди, то есть Эбардо работает баристой в Старбаксе?!—       — Да нет, баристой был я, — выпалил Рома, не подумав, чем, наверное, снова поставил Дилана в ступор.       — Стоп, чего—       — Короче, тем клиентом был Эбардо и он сначала хотел снять меня на телефон, поэтому я его и отобрал, а он начал об этом орать, а после он сам сбил меня, опрокинув на меня свой кофе, — объяснил Рома под угуканье Дилана. — Вот.       — Кофе-то хоть не был горячим? — забеспокоился парень явно не о том.       — Да неважно это сейчас, — быстро протараторил Рома. — В общем, ты понял кто это такой, да?       — Ну да… Погоди, а что он делал у тебя дома? Ты же дома сейчас? — наконец дошло до Дилана.       — Нет, я живу в общежитии недалеко от школы, — сразу сообразил Рома, наконец, беря телефон в руки и переключая выведение звука на динамик, а после выходя на рабочий стол.       — Подожди, а почему ты живёшь в общежитии? — снова спросил не о том Дилан.       — Да неважно это! — воодушевлённо отрезал Рома, заходя в камеру и вставая с пола, чтобы красиво снять толстовку. — Важно то, что этот оболтус почему-то заселился в общагу и его подселили ко мне. Поэтому мы и подрались.       — Эммм, — явно недовольный, от того, что почти ни на один из его вопросов не ответили, Дилан промычал, явно ожидая продолжения, потому что понял, что Рома не закончил говорить.       — И сейчас… — прервался Рома, просматривая получившуюся фотографию. — Отлично. В общем, сейчас я заметил, что он куда-то ушёл, оставив свой рюкзак в комнате и я—       — ТЫ КОПАЛСЯ В ЕГО РЮКЗАКЕ?! ТЫ ТУПОЙ?! — резко воскликнул Дилан, явно привлекая лишнее внимание людей, которые находились рядом с ним.       — Да тише ты, — попытался его успокоить Рома. — Это на благо. В общем, я тебе фотку скинул в тг. Угадай, где я это откопал? — с мерзотной ухмылочкой, расплывшейся по его лицу, сказал Рома.       — … — Дилан молчал, видно, открывая телеграмм и смотря на фотографию. — Обычная белая толстовка, и что?       — Да блять, — разочарованно вздохнул Рома. — Так, давай сначала. Только не перебивай меня.       — Мгм, — Дилан на это только согласно угукнул.       — Я к тебе вчера подходил и говорил, что меня обвинили в вывешивании фотографий, — Дилан молча впитывал каждое слово Ромы. — Тогда же, когда я об этом узнал, то есть в понедельник, меня вызвал на разговор зауч, — послышалось тихое "угу". — Там мне показали причину, почему все думают, что это сделал я. Это видео с камер наблюдения—       — Ну и? — уже не выдерживал Дилан.       — Я просил не перебивать, я почти закончил, — строго сказал Рома, на что восьмиклассник лишь тяжело вздохнул. — Так вот. Меня обвинили в этом, потому что человек, который попал на камеры был очень похож на меня, а ты понимаешь, что на той записи невозможно нормально рассмотреть детали, поэтому они опирались только на самое очевидное: пушистые коричневые волосы и белая толстовка, — наконец закончил мысль Рома.       — То есть, ты думаешь, что эта толстовка доказывает то, что тебя подставил Эбардо? — сомнительно уточнил Дилан, что сразу же смутило Рому.       — Нууу, эмммм… — сразу замешкался он.       — Прости, что говорю очевидные вещи, но много у кого в нашей школе есть белые толстовки и коричневые пушистые волосы.       — Да знаю я! — удручённо сказал Рома от того, что Дилан не поддержал его. — Но я уверен, что это он меня подставил. Мне так говорит моё де... — опять чуть не сказал страшное слово парень, сразу же осекаясь, и пытаясь правильно сформулировать свою мысль. — Чутьё. Просто чутьё.       — Чел, боже, — Дилан тяжело вздохнул. — Слушай, нам ничего не даёт его грёбанная белая толстовка. Если хочешь доказать его вину, нужны доказательства повесомее.       В голове Ромы что-то щёлкнуло.       — Да, ты прав… — ещё более воодушевлённо сказал Рома, чего вообще не понял Дилан. — Надеюсь завтра ты мне с этим поможешь! — сказал Рома и под непонимающие "ЧЕГО?! КАКОЙ "ЗАВТРА ПОМОЖЕШЬ"?!" закончил звонок. Эбардо у него допляшется. Рома за этим проследит.

***

11 октября

Среда

Первый день моего небольшого больничного, а уже столько всего произошло. Хотя, по идее, что такого может произойти на больничном? Хех. Ко мне подселился Эбардо, который щас непонятно где шляется уже почти целый день. Как только он припёрся в мою комнату мы с ним подрались, но сейчас не об этом. Во-первых я нашёл в его рюкзаке, который он притащил с собой, белую толстовку. Это одно из доказательств, что он меня подставил. (Конечно, я уже сложил её обратно). Во-вторых, Дилан подкинул мне идею, как можно точно выяснить он подставил меня или кто-то другой? Его телефон. Мне всего лишь нужно полностью проверить его телефон, и тогда я всё точно выясню. Он уже скоро придёт, и как раз когда он уснёт, у меня будет время всё тщательно проверить. И у меня как раз эта ночь свободна. На работе же у меня тоже больничный. Так что это идеальная возможность. Ну, всё, ублюдок. Ты доигрался. (Я пока это писал по-злодейски посмеялся. Вот что делает с людьми жажда мести))

Отбой.

***

      Наконец с соседней кровати начал доноситься храп. При чём довольно громкий. Как хорошо, что Роме не нужно спать и он просто может надеть свои наушники, чтобы его не слышать.       Ну, что. Пора приступать к выполнению плана.       Всё, что нужно сделать, это просто покапаться в телефоне Эбардо. Если этот хрен вдруг вздумает проснуться, Рома просто активирует иллюзию того, что он спит, и этот подонок ничего не заподозрит. План ясен как день и ничто не сможет ему помешать.       Удачи разобраться с будущими доказательствами, Дилан.

***

      — ТЫ ЧТО МНЕ ЗА ХУЙНЮ НАПРИСЫЛАЛ?! — сразу же, как только на его вызов ответили, стал негодовать проснувшийся буквально пару минут назад Дилан.       — Это те самые весомые доказательства, о которых ты говорил, — улыбаясь как малолетка, сказал Рома, расхаживая по первому этажу общежития, как по своим владениям в аду.       — О боже, — жалостливо простонал Дилан, будто собирался заплакать. — Сколько тут этого говна?       — Я тебе скинул пару видео и дохрена скриншотов и снимков его телефона, — сказал Рома.       — А нахера ты мне всё это скинул? — спросил Дилан.       — Аэээ, — неловко протянул Рома, сам до конца не понимая, зачем он это скинул Дилану. — Если честно, сам не знаю, — легко выдал Рома, беззаботно пожав плечами.       — Блять, какой же ты придурок, — простонал в подушку парень, ненадолго замолкая и, видимо что-то осознав, снова начал негодовать. — Погоди, ты хочешь, чтобы я со всем этим пошёл к завучу и попытался тебе прикрыть жопу?! Ты там вообще ахуе—       — НЕТ! НЕТ, ТЫ ЧЕГО?! — немного запаниковал от такой злости Рома, сразу исправляя друга. — Я сам сегодня схожу.       — Сам он сходит, ага да— Дилан снова резко замолчал. Да что опять?! — ТАК. ТОЛЬКО НЕ ГОВОРИ МНЕ, ЧТО "ТЫ УЖЕ ВЫЛЕЧИЛСЯ"?! — Ой. Блять.       — Ой. Блять, — случайно произнёс мысли вслух Рома, потирая свободной рукой лицо и облокачиваясь на стенку позади себя.       — ЧТО "БЛЯТЬ"?! КАК ТЫ СМЕЕШЬ ТАК ПРЕНЕБРЕГАТЬ СВОИМ ЗДОРОВЬЕМ, НЕДОУМОК?! — ругал его Дилан, пока парень пытался собраться с мыслями и понять, как его успокоить.       — Да всё нормально, я сегодня приду, и ты увидишь, — небрежно бросил он и, пока Дилан по новой начал заходиться в громких ругательствах, нажал на сброс вызова. Сегодня он точно сможет разоблачить Эбардо. Хотя бы с его последней подставой.

***

      — Хммм-хм-хм-хм-хмммм, — напевал себе под нос Рома, шагая от кабинета завуча, в котором только что побывал и отчитался о найденных доказательствах его невиновности, в сторону кабинета, где у него сейчас будет проходить урок, ориентируясь по расписанию, открытому в вацаппе.       — Стоять, — прозвучал уже очень знакомый голос за спиной. Ну, конечно, он его караулил у кабинета завуча.       — Привет ещё раз, Дилан, — весело пропел Рома, оборачиваясь на него, и весело смотря ему в глаза. Взгляд Дилана блуждал по Роме, обводя его с ног до головы, и с каждой секундой становился всё более и более шокированным. В один момент Дилан просто в два шага подошёл к Роме, а после и обошёл кругом, осматривая и немного ощупывая, чтобы убедиться в своих догадках.       — Чего… — недоверчиво вырвалось из Дилана.       — Я уже полностью здоров, не переживай, — беззаботно кинул Рома, не понимая в какой ступор сейчас ставит собеседника.       — Но как?... — искренне недоумевал Дилан, пока Рома решил просто отмахнуться.       — Да ладно, это сейчас вообще неважно, — неловко сказал Рома, понимая, что немного палится. Хотя, это вообще не немного. — Намного важнее, что я сейчас уже всё передал Междумирцу, и он должен всё перепроверить и подтвердить мою невиновность! — облегчённо выговорился Рома, уже уверенный, что всё пройдёт как по маслу.       — А тебе ничего не будет за то, что ты копался в личных вещах и телефоне Эбардо? — на этом вопросе Рома завис, всерьёз обдумывая, прилетит ли ему за это или нет.       — Даже если мне за это и прилетит, то я как-нибудь выкручусь, не переживай за меня! — весело заверил Дилана Рома, похлопав того по плечу и направляясь с ним по коридору в нужный кабинет.       — Ну-ну, смотри там. Если тебе прилетит, выкручиваться будешь сам, — пригрозил Дилан, хотя сейчас он тоже выкручивался из этой ситуации сам. Так что угрозы на него никак не повлияли.       — Ага-ага, мамочка, — усмехнувшись, согласился Рома, резко срываясь на бег, как можно быстрее побежав в нужный кабинет. За ним в догонку послышалось ожидаемое "ДА Я ТЕБЕ ТВОЮ "МАМОЧКУ" В ОЧКО ЗАСУНУ!" Главное, что он смог сбежать. И сейчас ему ещё придётся оправдываться перед своими одноклассниками за то, что он так рано вышел с больничного. Будем надеяться, что они не настолько грозно будут его отчитывать. И надо бы нормальное оправдание придумать тому, почему он так быстро выздоровел. Успеет ли он? Потому что не заметил, как уже оказался в кабинете.       Все недоумённо на него в мёртвой тишине.       Ой-ёй.

***

12 октября

Четверг

Есть! Всё прошло как по маслу! Во-первых, я, как и ожидалось, уже выздоровел. Понадобился всего день мучений. Поэтому я уже сегодня снова пошёл на уроки. Во-вторых, я отнёс все доказательства Междумирцу, и он сказал, что после уроков поговорит с Эбардо и его родителями! Юху! Это просто превосходно. В-третьих, я нажаловался вахтёрше, что мы вчера с моим "соседом" подрались, и ещё кучу всего про него рассказал. Она от этого просто в ужас пришла и сказала, что как можно быстрее проверит его документы, и, если всё подтвердит или ещё что-то нароет, то выгонит при первой же возможности. А я уверен, что она всё это подтвердит и уже завтра его здесь не будет. (А может и сегодня, если он вернётся, пока я буду на работе). Короче, просто превосходный день. И я даже не хочу думать о том, что у меня осталось 18 дней. Блять.

Отбой.

***

      — Райя Абер, а где Эбардо почти всю неделю шляется? — неожиданно задал вопрос Люциус посреди урока информатики. — Он, конечно, любит прогуливать, но почти всю неделю не ходить... Он редко так делает, — отрезал под конец Люциус, показывая, что вообще не переживает за него. Райя, услышав вопрос, прервалась от объяснения темы, а Рома лишь весело хмыкнул на это. Он-то всё знает, а другие нет.       — Ох, с Эбардо такая ситуация… — тяжело вздохнув, хотела было начать Райя, как её прервал Рома.       — Мисс Райя, — прервал её Рома, учуяв её нежелание рассказывать об этой ситуации. — Давайте лучше я им всё расскажу, — уверенно выдал Рома, на что многие из класса недоумённо на него уставились. В их числе была и Райя.       — Нет, Рома, ты же не знаешь всей ситуа… — осеклась Райя, вспоминая, как об этой ситуации рассказывал Междумирец всем учителям и отдельно ей. — Точно, ты же главный свидетель всего этого, — вспомнила она. — Тогда да, я не против, чтобы ты им сам всё рассказал, — согласилась добродушно Райя, но тут же снова стала серьёзной. — Только, Рома. Междумирец просил тебе передать, чтобы ты сегодня подошёл к нему в кабинет после уроков. Нужно будет побеседовать с ним и передать все показания полиции.       — Эбардо снова ставят на учёт? — неожиданно спросил Блэк с передних парт. От некоторых послышались облегчённые вздохи, кто-то радостно шептал другому об этой новости, а с последней парты послышался хлопок. Это Люциус и Воланд дали друг другу пять.       — Да, и полиция надеется, что ты им поможешь, Рома, — уверенно сказала Райя, кивнув Роме, на что тот также ответил кивком, и они продолжили урок. Перемены обещают быть интересными. Он знает, что одной перемены на весь рассказ у него не хватит.

***

13 октября

Пятница

Хоть и время ЗнИ неизбежно утекает, а моя смерть всё ближе, но я не могу не порадоваться от сегодняшней новости! Эбардо до конца этой четверти отстраняют от занятий! Это, конечно, не так много, как хотелось бы, но 2 недели – тоже неплохо. Сегодня меня пару раз вызвали завуч и директор, так же там ещё была и полиция. Я рассказал всё, что произошло и они меня отчитали за то, что шарился в чужих личных вещах, но кроме этого они также просто поблагодарили меня. ПРОСТО ПОБЛАГОДАРИЛИ. Я, значит, всё за Эбардо убрал, сам нашёл все доказательства моей невиновности и самолично его выдал, а они просто сказали "Спасибо". Спасибо в карман не положишь! Междумирец мне теперь должен. И когда-нибудь я ему припомню это. Также я сегодня все перемены потратил на то, чтобы всему классу рассказать о своём геройстве. Они все слушали, разинув рты. Спрашивали ещё у меня подробности, а я с радостью отвечал, разоблачая этого придурка всё больше и больше. Я уверен, что повысил их доверие и уверенность ко мне, но что мне это даёт? От смерти меня это не спасёт и никак не поможет мне, так что, ну… Хотя бы порадуюсь, что хорошо выгляжу в их глазах. Какое-то время. Ладно, следующие 2 недели последние в этой четверти, а там дальше неделя каникул, посередине которой заканчивается ЗнТ Нужно обдумать, как оформить своё исчезновение, чтобы после моего ухода не осталось вопросов. А то будет плохо, если я просто внезапно пропаду и "бедному" Совету придётся расхлёбывать всё после моей смерти. Ладно, у меня ещё есть время подумать над этим. А пока что я поставил себе цель на завтра: пойти купить больше тёплой одежды. Потому что последние дни не хочется проводить в ужасном холоде, или опять заболев. Так что нужно составить небольшой список и пойти одному. А может пойти с кем-то? Хотя бы веселее будет. Да, наверное, позову кого-нибудь с собой.

Отбой.

***

      — Нет, Тори, я не хочу идти с тобой по магазинам, — прямо говорит ей Рома, на мгновение не боясь, что обидит её. Она его уже достала. Всё это время он пытался не обращать на неё внимания, но она всё равно умудрялась его доставать.       — Ну почему?! — жалостливо чуть ли не плакала она, держась за предплечье парня, пока они шли по коридору.       — Мы с тобой итак много времени проводим вместе, — он, конечно, привирает, но они действительно проводят много времени вместе. Особенно, если считать то время, когда она ведёт с ним односторонний диалог, рассказывая что-то о себе и даже не интересуясь мнением парня.       — Нет! С Ашрой ты больше времени проводишь! — обиженно протянула девушка, немного больно потянув за предплечье, что отдалось в резком вздохе и просьбе прекратить на нём виснуть, от Ромы. Конечно, её изречение услышала та, о ком они начали говорить.       — Тори, мы с ним хорошие друзья, поэтому и проводим много времени вместе, — строго произнесла девушка, ровняясь с ними. — А тебе он чуть ли не прямо говорит, что ты сильно навязываешься! — причитала она, не заканчивая. — А ещё, не только я его подруга. Он также много времени проводит с Люцуисом и другими из его банды, с Франом он тоже проводит время, также с друзьями Риты, Радана и Кейт, да даже с Лефтарионом и его группой он проводит много времени! — всё больше закипала Ашра. — Он проводит время почти со всеми в классе, так что неудивительно, что вы с ним не так много общаетесь, — закончила Ашра, после чего глубоко вздохнула, так как всю свою речь произнесла на одном дыхании. Тори же на этом стала ещё более грустной.       — Но почему он так много со всеми общается, а со мной намнооого меньше? – грустно спросила Тори, видимо забыв, что тот, о ком она спрашивала, шёл буквально с ней под руку. Логичнее было бы спросить именно его, вот только Ашра уже поспешила ответить на этот вопрос:       — Я же тебе уже сказала, ты его беси—!       — Нууу, не то чтобы прям бесишь, — всё же вклинился в разговор Рома, пытаясь сгладить выражения Ашры. Да, Ашра полностью права, просто если сейчас довести Тори, то она скорее всего будет лишь сильнее к нему липнуть. — Просто я быстро от тебя устаю.       — То есть, я тебя раздражаю? — драматично всхлипнув, спросила Тори, прижимаясь к нему ещё сильнее.       — Нет-нет! — неловко помотал головой парень. На самом деле, да-да, так оно и есть. — Просто, хоть я и со всеми общаюсь, но слишком болтливых людей мне сложно терпеть. Поэтому мне нужно от такого отдыхать. Ашра знает, да? — обратился за помощью к подруге парень, увидев, что девушка сначала непонятно на него посмотрела, изогнув одну бровь, а потом, видимо увидев на его лице просьбу о помощи, активно закивала.       — Да-да! Он сам мне такое говорил! — и даже, если Ашра этого не помнит, но он действительно ей говорил что-то подобное.       — Значит, всё-таки я тебя раздражаю, — поникла Тори, тихонько пробормотав свои выводы. Рома лишь прикрыл глаза рукой, тяжело вздыхая.       — Нет, ты меня не бесишь. Просто сегодня я хотел пойти с… — немного изменил свою тактику Рома, ища глазами кого-нибудь, кому реально можно предложить сходить по магазинам. — С Лефтарионом! – сказал он чуть громче привлекая внимание того.       — А? What? – снова случайно на английском сказал он, пока Рома вместе с Тори и Ашрой слегка притормозили, чтобы идти с двумя братьями вровень.       — Да так, обсуждали то, что я хотел сегодня пойти по магазинам, и я забыл, что изначально хотел пригласить с собой именно тебя, хах, — неловко усмехнувшись в конце, заметил парень, потирая свободной рукой затылок.       — Эммм? — ничего не понимая протянул Лефтарион, обращая свой взгляд на идущего рядом Райтариона.       — Я сам ничего не понимаю, сэр, — видимо сегодня у них опять сменились роли в их ролевой игре. За этим вообще можно уследить?       — Вот видишь! — снова возникла Ашра, привлекая внимание рыжей девушки. — Он просто заранее заприметил с кем пойдёт и, возможно, хотел взять с собой ещё кого-то, но он знает, что ты не сильно ладишь с Лефтарионом и его друзьями! — быстро смекнула Ашра идею Ромы и продолжила его спектакль. Рома же неловко посмотрел на братьев, как бы прося прощения.       — А… — лишь выдохнула Тори. — Что ж, не буду вам мешать… — немного грустно заметила она, отпуская его руку, на что Рома выкинул, не раздумывая:       — Но ты не переживай! На следующей неделе мы сходим куда-нибудь только вдвоём! — неловко улыбнулся парень, оборачиваясь к вставшей посреди коридора девушке, у которой после данной фразы расцвела на лице счастливая улыбка.       — Правда?! — она подпрыгнула на месте на носочках. Около Ромы послышался шлепок. Это Ашра хлопнула себя ладонью по лбу от тупости Ромы. Во что он себя закопал?

***

14 октября

Суббота

Сегодня предложил одноклассникам пойти со мной по магазин. К сожалению, откликнулось мало человек. И все они те, с кем я бы несильно хотел идти. Одна из них была Тори. Она отогнала всех потенциально более приемлемых гостей, и остался выбор только из одного варианта. На такой выбор я не соглашался, поэтому ели как (с помощью Ашры) отлепился от неё. И случайно во время этого разговора предложил шопинг Лефту и Райту. На удивление они, немного подумав, всё же согласились, и я ошибался, когда думал, что поход по магазинам с ними будет скучным. С ними не было скучно от слова совсем. В итоге я прикупил себе пару тёплых вещей, а именно пару новых толстовок с разным классным принтом, а ещё голубую куртку и чёрное пальто. Конечно, я мог бы взять только что-то одно из этого, но раз мне осталось жить не так уж и много, то почему бы не раскошелиться и не потратить деньги впустую? Всё равно после смерти они мне явно не пригодятся. Так хоть какая-то от них польза будет. Хотя, если бы не 2 брата-акробата, то я бы купил чисто куртку, так ещё бы и не смотрел какую. Так, завтра надо будет не забыть поесть. Следуюшая жертва уже выбрана, и я надеюсь, что не сломаю ей психику окончательно, учитывая всё произошедшее за неделю. Просто хочу проверить всё ли с ней в порядке после произошедшего, а то она не появлялась всю неделю... Надеюсь, всё пройдёт нормально.

Отбой.

***

      Ещё один загородный дом? Хм, выглядит более роскошно, чем предыдущий, но не так богато, как тот особняк. Именно в домах намного легче найти нужную комнату, так как количество окон меньше, и, следовательно, проверять нужно тоже меньше. Это, несомненно, радует, но при этом хочется завидовать белой завистью тем, кто живёт в такой роскоши, как свой собственный дом. Вдали от многоэтажек, шума и огромного количества людей. Это можно считать самым лучшим сном, в сравнении с захудалым общежитием. Ладно. Не всё так плохо. В общежитии хотя бы новый ремонт и нет тараканов и всякого такого безобразия, на которое жалуются жители общежитий России.       — Sed conversio diabolic, — снова прошептано под нос, и человек вновь становится демоном. Крылья размялись, и поиск нужного окна начался.

~~~

      Дверь легонько скрипнула под давлением руки, открывая вид на небольшую комнату, освещённую лишь несколькими свечами, стоящими на полу, туалетном столике и на тумбочках. По ковру лежат лепестки роз, а посередине комнаты стоит кровать. Двухместная. Огромная. Роскошная.       Мы в каком-то любовном отеле?       — Ну чего ты застыл? — послышался томный голос. И только сейчас я заметил её, лежащую на кровати…       — М-матильда? — не раздумывая, полушёпотом спросил я, проходя в комнату и закрывая за собой дверь.       — Ну, а кто же ещё, пирожочек? — так же томно спросила меня она. И только сейчас до меня дошло, что я не узнал, кем являюсь в этом сне.       Я резко повернулся на сто восемьдесят градусов и посмотрел в зеркало туалетного столика.       — Это… Я? — я увидел своё собственное отражение в зеркале. Ну… Не совсем. Там был не Лололошка. В отражении был именно Рома. Это стало понятно по глазам.       — Конечно ты, пирожочек, — снова подтвердила Матильда за спиной, и вместе с этим послышались шорохи мнущейся под ней простыни. — С кем бы я ещё хотела провести сегодня ночь, если не с тобой?       — Но, Матильда… — "У тебя же есть парень?" чуть не сорвалось с языка, но я вовремя себя остановил. Лучше не упоминать этого в такой атмосфере. Не моё это дело. Мне нужно просто закончить то, зачем я сюда пришёл и идти домой.       — Что, моя булочка? — ласково откликнулась Матильда, когда я к ней повернулся. Она уже сидела на краю кровати на коленях и я смог рассмотреть в чём она…       Оууу, боой…       На ней было надето чёрные кружевное бельё, явно предназначенное для возбуждения партнёра, которое идеально подчёркивало её пышную фигуру. Я же был, как я успел заметить в зеркале, примерно в той же одежде, что и обычно в школе, за исключением моих любимых белых наушников и клетчатого галстука. Если первого у меня просто не было, то вот вместо второго у меня на шее была красная бабочка. А ещё у меня был кармашек на жилете, из которого торчала искусственная декоративная розочка. Ну, и напоследок у меня были прилизаны и собраны с небольшой хвостик сзади волосы. Вот, значит, как я выгляжу в идеалах Матильды?       — Я п-просто не уверен, — скорее всего ей понравится моя правильность и стеснительность в отношении секса. Если что попытка не пытка, я всё равно являюсь собой и себя я знаю лучше, чем какого-нибудь парня с почтового отделения.       — Ну чего ты? — ещё более ласково сказала та, пока её лисья улыбка растягивалась всё шире и шире. — Мы же уже обо всём договорились, — она привстала и потянулась ближе к моему лицу. Я смог заставить щёки вспыхнуть. Вроде бы ей нравится.       — Д-да… Договорились, — повторил я, наблюдая как она поднимается всё выше и выше, уже опираясь на мои плечи.       —Специально для тебя, сладкая булочка, повторю, — чуть серьёзнее сказала она, взяв меня за щёки, после чего улыбка ушла с её лица и взгляд её стал более холодным. — Никакой любви. Никаких намёков. Никакой надежды на отношения. Это секс без обязательств.       — А-ага, секс без обязательств, — тупо повторил я за ней, после чего она сразу вернулась в своё прежнее состояние, опускаясь обратно на кровать.       — Тогда, чтобы тебя раскачать… — пропела она, потянувшись руками к мои брюкам. Она что, хочет сделать..?!       Я неловко сглотнул. Мне редко попадаются личности, которые перенимают на себя инициативу во сне, поэтому сейчас это ощущается немного непривычно.       Звякнув ремнём, она спустила мои штаны, отпуская их ниже колен, от чего они упали, поэтому я решил полностью вылезти из них, чтобы потом они мне не мешали. Она жадным взглядом уставилась на мой пах, будто готова была в любой момент начать заживо есть меня, откусывая кусок за кусочком, смакуя каждый и наслаждаясь каждым миллиметром моего тела.       Неожиданно резко она потянулась к мои чёрным (на самом деле они другого цвета, но это её фантазия, ей можно) боксерам, одним рывком срывая их с места до колен и оголяя мой быстро вставший член. Хитро облизнувшись, она быстро приблизилась к нему, на пробу проводя языком.       Ох-ох-ох…       Давно мне по собственной воле не делали минет. Так будоражит ещё сильнее и факт того, что сейчас минет делают именно мне, а не какому-то другому любовному интересу.       Острый язычок Матильды прошёлся от основания к головке и обратно, медленно, касаясь только кончиком, как бы вычерчивая дорожку. От этого мурашки прошлись по всему телу, а я нервно втянул воздух носом, задерживая дыхание.       — Нравится? — тихо и горячо выдохнула она прямо на головку, чем заставила меня невольно вздрогнуть.       — Д-да… — тяжело выдохнул я, после чего она продолжила обводить член кончиком язычка, создавая сильный контраст между прохладным воздухом и горячими влажными следами, от чего воздух теперь был втянут через зубы, а я сильнее зажмурился.       В один момент она ненадолго остановилась, дав мне передохнуть. После чего тихонько усмехнулась, обратив на себя внимание, но только я собирался опустить на неё взгляд, как она взяла мой член в рот почти полностью, вырывая из меня неожиданный вздох, перемешанный со стоном.       — М-Матильда! — простонал я её имя специально более возбуждённо, чтобы она удовлетворённо хмыкнула, после начав двигаться по всей длине к головке, и снова к основанию.       Горловой минет, конечно, не сравниться с тем самым местом, но это тоже неплохо. Особенно у Матильды. Видимо, много у неё подобных ситуаций, как в этом сне, было. На опыте уже. Так, не стоит об этом думать, а то весь настрой собью.       Матильда потихоньку ускорялась, а я, подстраиваясь под её ритм, начал подмахивать бёдрами. Вдруг я заметил, что она немного замедлилась, а после и совсем остановилась, исподлобья смотря на меня, будто прося что-то сделать. Затем я почувствовал как мою руку обхватывает что-то тёплое, и взглянув на это, я понял, что это была её ладонь. Она нежно переместила мою руку себе на голову, снова продолжая двигаться. Я, наконец, понял, чего она хотела, и немного разочаровался, но виду не подал.       Даже когда во сне и начинают проявлять инициативу и берут всё в свои руки с самого начала, к концу всё равно всё сводится к тому, что вся ответственность лежит на мне. Может, я просто устал? Поэтому и жалуюсь на то, что Матильда хочет передать эстафету мне, чтобы я сам выбрал темп, который мне удобен. Ну, я ей щас!-       Так. Спокойно. Не выходим из роли.

~~~

      Тяжело дыша, девушка смогла, наконец, разомкнуть глаза. Странный сон. Не в плане того, что ей никогда подобное не снилось, а в плане того, что ощущения были другими. Какие-то… Более реальные, что ли? Вот это действительно странно. Сколько бы ей подобные сны не снились, всё всегда было одинаково по пробуждению: ничего, кроме возбуждения из сна не передавалось в реальность после пробуждения, а сейчас… Остались какие-то фантомные ощущения действий из сна. Очень странно. Но ей сейчас не об этом думать надо. Ей нужно привести себя в порядок. У неё сегодня запланировано ещё одно свидание.       И в это дело Рома лезть вообще не хочет, несмотря на то, что главным любовным интересом у Матильды сейчас является именно он. Это не его дело.

***

15 октября

Воскресенье

Ладно. Что бы я ни говорил, выбрал я именно Матильду, потому что хотел проверить, кто её парень на самом деле и подтвердить или опровергнуть любое из оскорблений в её сторону. Но я не ожидал, что любовным объектом во сне буду я… Это действительно немного новые для меня ощущения. Раньше я проникал во сны тех людей. Которые обо мне ни слуху, ни духу, а сейчас из-за ЗнИ… В меня реально влюбляются люди, в сны которых я проникаю. Очень смешанные ощущения от понимания того, что я никому из них не смогу ответить взаимностью. Бедные девушки. Ладно, я тут перечитал старые записи, и вспомнил, что до всей этой неразберихи с Эбардо я хотел узнать про волонтёрство. На следующей неделе теперь точно смогу этим основательно заняться. А ещё я умудрился запланировать свидание с Тори на ту же неделю. Как мне выжить?

Отбой.