История прошлого не забыта.

Третьякова сидела за столом, который, казалось, помнил все их разговоры и секреты. Солнечные лучи пробивались сквозь листву деревьев, отбрасывая на землю причудливые тени. Вокруг неё были подруги — Мари, Марина и Маша. Их разговоры напоминали тихий шёпот ветра, но в них чувствовалась напряжённость, как будто каждая фраза могла разорвать хрупкое спокойствие. — Лаура поступила как взрослый человек, просто ей надо подумать, — Грустно произнесла младшая.Её голос звучал меланхолично, словно она пыталась найти утешение в собственных словах. — Просто подумать... — Усмехнулась Буше, её тон был полон иронии. — А что ещё? Ей тут всё разгромить?—Мария покачала головой, её длинные волосы слегка колыхнулись от движения. Она была погружена в свои мысли, словно искала ответ на вопрос, который не давал ей покоя. — То есть, она ничего не сказала...? — Спросила Марина с недоумением, её брови нахмурились от беспокойства. — Ничего не сказала, — Подтвердила Мария, её голос звучал как эхо в пустой комнате.Блондинка тяжело вздохнула. Внутри неё нарастало ощущение безысходности. Она знала, что её страхи оправданы. — Я не думаю, что ей нужна я вот такая... — Произнесла она, и её голос дрогнул от боли. Мысли о том, что из-за невозможности иметь детей все сбегают от неё, терзали её душу. — Маш, ты чего ждёшь? — Марина посмотрела на неё серьёзно, её глаза искрились беспокойством. Она всегда была той, кто пытался подбодрить своих подруг, но сейчас даже она не знала, что сказать. — Марин, о чём ты? Какие ожидания? Я от неё ничего не ожидаю, ты же знаешь, — Ответила она с укоризной в голосе. Она старалась быть сильной, но внутри неё бушевала буря. — Ты зачем сидела у неё под дверью до утра? — Буше не понимала этого. Вопрос висел в воздухе, как неотвеченное обещание. — Ты надеялась услышать что-то хорошее? Белокурая тяжело вздохнула и тихо прошептала: — Не знаю...— Она прикрыла лицо руками, и слёзы начали медленно катиться по её щекам. Это был момент слабости, когда все маски были сброшены. Сил сдерживаться больше не было. — Честное слово, не знаю... — Произнесла она сквозь всхлипывания. Эта фраза была как крик души, наполненный отчаянием и надеждой одновременно. Но вскоре она собрала волю в кулак. Белокурая вытерла слёзы и подняла голову. В её глазах зажглось решимость. Она знала, что жизнь продолжается, и ей нужно двигаться вперёд. Сложив руки на коленях, она встала с места и направилась к своей работе. Каждый шаг был как шаг к новой жизни, к новым возможностям и надеждам. Подруги смотрели ей вслед с пониманием и поддержкой, ведь они знали: даже в самые трудные моменты важно не терять себя. В холле отеля царила атмосфера лёгкости и изысканности. Светлые стены отражали солнечные лучи, создавая мягкое и тёплое освещение, которое обрамляло белокурую девушку, сидящую на мягком диване. Она выглядела словно ангел, спустившийся с небес. Её волосы были аккуратно завиты, придавая образу романтичность и нежность. На ней были белые классические штаны, которые идеально подчеркивали её стройные ноги, и белый топ, элегантно облегающий грудь и подчеркивающий её изящную фигуру. Каждый элемент её наряда говорил о безупречном вкусе и уверенности в себе. В этот момент холл наполнился звуками шагов, и в него вошла Лукина, увидев белокурую, она явно не ожидала такой встречи. — У меня здесь встреча с Татьяной, я к ней пришла, — Произнесла Лукина, сдерживая удивление. — Ага... — Это всё, что смогла вымолвить белокурая, её голос звучал тихо и холодно. Старшая посмотрела на неё с лёгким недоумением и, не дождавшись ответа, ушла в сторону. Белокурая осталась одна в холле, её мысли метались между тревогой и ожиданием. Она начала нервно ходить взад-вперёд, словно искала утешение в движении. Вскоре Лукина вернулась, и напряжение в воздухе стало ощутимым. — Были некоторые недоразумения, — Произнесла она, стоя напротив белокурой. Их взгляды встретились, и в этот миг между ними проскочила искра недовольства. — Я вернулась, чтобы решить это, — Добавила Лукина, взглянув на свои часы, как будто время было единственным фактором, который мог разрешить их конфликт. — Только это...? — Мария прищурилась, внимательно изучая её лицо. — Ну, несколько дел, а потом... — Начала та, но была перебита. — А потом? — Настойчиво спросила белокурая. — Потом можем обсудить проект, — Произнесла шатенка, но её голос звучал слишком неопределенно. Лицо Третьяковой скривилось от этих слов. — Проект? — Не понимала брюнетка. — Обсудим проект и всё? Будем над ним работать как ни в чём ни бывало? Будто ничего не произошло? — В её голосе слышалась ярость. Она была разочарована и злилась на старшую за её легкомысленное отношение. — Я не понимаю тебя! Лаура, ты серьёзно? — Спросила она с растерянностью. Старшая стояла в шоке. Ей было сложно осознать всю глубину недопонимания между ними. Хотя шатенка прекрасно понимала, что происходит. — А что? Закрыть проект? — Произнесла она с ноткой раздражения. — Если проект — это наши проблемы, то да, мы его закроем, — Ответила Мария, её терпение начинало иссякать. — Хм, я утром сказала тебе, что мне нужно время. — Хах! Ладно! У тебя есть время, думай сколько хочешь. Но пока не решишь, ко мне не приближайся! — Произнесла белокурая с серьёзным выражением лица. — Хм, давай поговорим. — Хорошо, давай, — Согласилась блондинка, но в её голосе уже слышалась нотка вызова. В этот момент в воздухе повисло напряжение, которое могло разорваться в любой момент. Каждая из них знала: разговор только начинается, и его исход будет определять их дальнейшие отношения. Они вышли из отеля и направились подальше от всех, словно искали уединение, чтобы разобраться в своих чувствах. — Я не готова ко всему этому. Мне трудно говорить об этом. Ты так долго это скрывала... Я... — Лукина замялась, не зная, как подобрать слова. — Если тебе что-то понадобится, я помогу, чем смогу. — Что ты вообще говоришь? — Мария была обескуражена. — Я тебя не понимаю. — Я знаю, что ты пережила большие трудности, но я не знаю, что сказать... — Лаура опустила голову, чувствуя, как слова застревают в горле. — Это были приятные трудности. Да, я бы всё сожгла, будь у меня ребёнок. — По щекам Марии катились слёзы. — Я не знаю, что такое быть мамой! Потому что я не могу иметь детей! — Я понимаю тебя... — Нет! — Её голос стал строгим и резким. — Ты не понимаешь! Ты думаешь, что это препятствие между нами. Ты совсем идиотка? — Она буквально кричала на старшую. — Ты думаешь, я бы бросилась к тебе, если бы у меня этого не было? Нет! — Третьякова рвала и метала. — О чём ты только думаешь, зная, что нам мешает? Эти все твои границы... Это... — Мария была на грани срыва. — Ничего не изменилось! Что произошло? Кто ты такая? Зачем ты опять пришла в мою жизнь? — Слёзы текли по её щекам, и они смотрели друг на друга, полные боли и недопонимания. — Маш, как бы я хотела повернуть время назад. Когда я ушла, всё стало другим... — Меня для тебя больше не существует. Есть только я. Если ты не примешь это, ты потеряешь меня навсегда. — Как бы глупо это ни звучало, Лукина не могла принять эту правду, которую ей сказала младшая ночью.— Я столько лет себя корила за то, что не сказала тебе! Лучше бы я вообще ничего не говорила! Ничего не изменилось, но зато твоя совесть была бы спокойна. — Со слезами на глазах она развернулась и ушла, оставив Лукину одну со своими мыслями. Старшая сама не понимала себя. Ей было так обидно, что Третьякова не рассказала ей об этом раньше. Возможно, всё было бы по-другому. Хотя она сама в это не верила. Белокурая сидела за столом, стиснув зубы от злости. На её лице читалось недовольство, а руки неуверенно чертили линии на листе бумаги. Она пыталась сосредоточиться на чертежах, но мысли постоянно ускользали, как вода сквозь пальцы. В этот момент к ней подошёл Илья, его шаги были уверенными и спокойными. — Мария, итальянцы присылают тебе письма, — произнёс он, слегка нахмурившись.Она взглянула на него с недовольством, её глаза сверкнули, словно молнии в грозу. — Я не знаю этот язык, — Произнёс он. — Понял,ейчас открою переводчик. — Что там? — Спросила белокурая. — Они приезжают сегодня, — Ответил он, бросив на неё быстрый взгляд. — Сегодня? Как сегодня? — Третьякова слегка запаниковала. — За работу!—С этими словами она сосредоточилась на своих чертежах,. Белокурая во всю показывала итальянцам отель и рассказывая о том, что будет происходить. Её страсть к проекту и профессионализм впечатляли гостей, и это не могло не радовать её. Когда все ушли выпить чашку кофе, один из итальянцев остался с Марией наедине. Он хвалил её работу, восхищаясь тем, как она справляется с задачами. Их милый диалог прервала внезапно появившаяся Лукина, которая вышла из тени. — Здравствуйте, Лаура Лукина, — Представилась она, протянув руку итальянцу. Тот вежливо пожал её руку. — Такая честь с вами встретиться, — Произнёс он, искренне улыбаясь. — Я, кстати, партнёр Марии, — С ухмылкой добавила Лукина. — Ух ты! Вы серьёзно? Я только что говорил Марии, что нам нужен инвестор, — Сказал мужчина, его глаза светились интересом. — А презентацию вы вместе будете делать? В этот момент они посмотрели друг на друга, и их лица оказались слишком близки. — Да, вместе, — Ответили обе в унисон, улыбаясь друг другу. Итальянец ушёл, оставив их одних. — Ты же знаешь, что я ищу инвестора.— Сказала Третьякова, её голос был полон уверенности. — Воспользуйся компанией одной... — Начала она, но младшая перебила её. — О нет... — Третьякова прекрасно знала, о чём идёт речь; компания была самой Лукиной. — И всё же подумай об этом, — Настаивала брюнетка. — Я подумаю, —Хитро улыбнулась девушка и направилась к выходу. В этот момент Лукиной позвонили. Увидев имя на экране своего телефона, она улыбнулась. — Привет, солнышко! — Произнесла она с нежностью в голосе. — Мамочка, привет! — Раздался радостный голос её сына. — Как твои дела? У тебя всё хорошо? — Лукина улыбалась, слыша родной голос. — Всё хорошо! Мне нужно столько тебе рассказать! — Хо-хо! Я жду не дождусь! Завтра встречу тебя. — Хорошо! Я люблю тебя, мам! — Я тебя тоже, Егорка... — Вызов был сброшен. Шатенка осталась стоять с улыбкой на лице. Она соскучилась по своему сыну. Скоро они вновь увидятся, но не только она одна, и Маша тоже. Это будет долгожданная встреча, полная эмоций и ожиданий.