«лес»

мы стояли на дождливой заправке, за окном слякоть смешивалась с тоской обречённых лиц прохожих. пока троица злополучных, очередных пассажиров позади меня ожидали свой перевод, дабы не помереть сголоду в моей ласточке, мысли одна за другой мелькали в моей голове перекрикивая друг друга, одна богохульнее другой. не могу представить сколько литров холодного пота сошло бы со лбов моих пассажирчиков если б они услышали хоть одно моё желание. боже, как же я боялся, что эта звериная похоть вернётся, спустя 28 лет, с мёрзлой осени 94-го, когда на всю страну прогремела серия серийных убийств с изуверной, звериной жестокостью и сексуальной извращенностью, под Выборгом, сколько галлонов крови и невинных слез тогда впитали в себя сиденья той ржавой девятки. а ведь никто не нашел тогда мучителя своих детей, сестер и братьев, обездоленным семьям не оставалось ничего, кроме как проклинать сам факт моего рождения и последующего существования. прошло столько лет, а я иногда с ностальгией вспоминаю те времена...ох уж и весело мне было тогда, а я все кручу свою баранку-вправо, влево, вправо, влево, мерно покачивая машину из стороны в сторону. ну что то я слишком погрузился в воспоминания, лучше окунусь обратно в океан похотливых желаний. да, определённо девчонка по центру очень даже ничего,какая нежная кожа, страшно представить с какой лёгкостью она поддасться под лезвие моего трофейного армейского кортика,словно столовый нож в масло войдёт мое орудие в её жемчужное тело,ах да, губы резать не буду, они ещё мне понадобятся, боже, какие груди! я пробовал почти все части человеческого тела, но никак не мог найти идеального претендента на поджареную грудь на оливковом масле с овощами альденте, представляю как скривиться её лицо от ужаса в перемешку с непониманием неоправданной жестокости с моей стороны, но ничего, она не скоро испустит дух, каждый раз, когда её не будет хватать на наше с ней веселье я буду колоть в её лебединую шею ампулу с адреналином и мы сможем веселиться десятки часов напролёт) кстати заманчивый экземпляр сидит справа от неё, какое маленькое, слабое создание, как будто душа еле еле теплиться в этом тщедушном тельце и выбить её от туда не составит ни малейшего труда, вот только в душу я не верю, как и в бога, ибо бог-это справедливость, а разве можно назвать справедливостью то, что я до сих пор жив, после всех безумных деяний совершенных мной, вопреки даже самому слову "милосердие". итак, отлично представляю как начну душить это крохотное создание, мои большие пальцы вопьются в кожу чуть ниже лимфоузлов и с непоколебимостью и силой гидравлического пресса начнут давить,все сильнее и сил... чёрт,что это за звук?... не дай бог они что то пролили,убью,суки... блять, зачем они отвлекли меня, я только вошёл во вкус,что ж, на чем я остановился? ах да, я буду давить всё сильнее и сильнее, пока сдавленный хрип из детского горла не превратиться в еле слышный, жалкий писк цыплёнка, лицо не преобретёт цвет созревшего померанца, а глаза не полезут из орбит вопреки всем законам анатомии. далее я сниму с неё куртку и прочее трепье, оставив только носочки и свитер. тем же ножом, которым две минуты назад я прирезал её сестрёнку я медленно, но уверенно разрежу её свитерок, чуть чуть задевая кожу, дабы вскрыть только верхний слой эпидермиса. стоит заметить с каким остервенением спустя мгновение я взорву её уже поруганную плоть на брюхе. я считаю мой нож это ключик, всего лишь ключ, открывающий новые грани человеческого тела, он-это влага, которая раскрывает утробу бутоном тюльпана, вываливая кишки наружу на подобие тигрового питона, я не больше чем архитектор, доводящий тела до совершенства, ведь всё должно быть идеально! как и ёбаная тишина на заднем сиденье, чертовы ублюдки! чтож ну ничего, скоро вы заткнётесь навсегда, перед этим всласть разрезав пустоту карельского леса воплями- беспомощными и нечеловеческими, но к сожалению обречёнными разлететься по лесу бессмысленными визгами. но эти два экземпляра меня волновали в разы меньше, нежели этот милый юноша, о боже, он напоминает мне первую любовь, запретную любовь, мне нельзя было даже подумать в детстве о том, что любовь к тому соседскому мальчишке допустима, в то время эта тема была табуирована, закрыта за семью печатями, и поэтому мне оставалось лишь вздыхать по ночам тихо лаская себя под одеялом на втором этаже загородного домика, представляя Его... а этот был точь в точь как он,разве что пониже чутка, ну ничего все равно я планирую видеть его снизу вверх, теперь никто не запретит мне возжелать юношу, теперь я буду любить его сколько захочу, пока не устану. и вот я доматав кишки из мелкой, назовем её "Алиса", с нетерпением, но безмерным уважением к его красоте подхожу к нему... вожделенный образец, мой ангелочек. но подождите, что это??! это...татуировки?! фу, ненавижу их, чёртово клеймо, прежде чем мы повеселимся, мой милый, я кое что поправлю, ты же не против?) а хотя как ты можешь быть против с крепко накрепко перетянутым строительным скотчем ртом. я вырезаю точные квадраты на его тощем теле вокруг гадких рисунков и надписей, далее поддеваю края этих мясных островков ножом, перехватываю большим и указательным пальцем углы и закинув голову как маэстро играющий финальную ноту своего этюда начинаю медленно, но неимоверно сильно тянуть наверх, спустя мгновение с треском лопается кожный покров,за этим венки под кожей, а после и все слои дермы под островками начинают липко рваться на нитки,а вот уже по его нежному торсу течёт первый галлон густой и тёплой крови.ну ка, попробуем... о да, а он великолепен на вкус!) больше всего меня привлекали его набухшие вены на предплечьях и ладонях, такие красивые и взбухшие манящие для ножа как розочки на торте, но нельзя их перерезать раньше начала дня рождения,а что если попробовать его по другому? теперь, когда он доведён до совершенства, я смотрю в его заплаканные глаза полные ужаса и ярости, и не глядя расстёгиваю его ширинку, что ж, пока он меня не расстроил параметрами, но этого мало, чтобы я мог покушать, конечно трудно возбудиться, когда тебя режут живьём, тем более ножом наглухо перепачканным кровью твоей девушки, бывшей)) , и её маленькой сестрёнки, но тебе надо постараться, мой ангелочек, а то я расстроюсь, а когда я расстраиваюсь, то я рублю, втыкаю и режу, но навряд ли ты выдержешь эту адскую боль, ты уже то не совсем живо выглядишь, что если я засуну это в рот? ты не против?) я вижу в его глазах непонимание, видимо он не может понять,почему не чувствует доминирование, хоть даёт мне в рот? новое чувство? что то удивительное? ну не переживай малыш, это только начало. о) наш с тобой дружок начал увеличиваться, это радует, а то я уже начал переживать, что такое, зайчик? в твоих глазах появилось ещё больше удивления, чем прежде, тебе так идёт быть пидорком, неудивительно, что у тебя встаёт на меня, ах...если я продолжу мечтать,то не выдержу и начну дрочить прямо за рулём, нельзя, нет, надо остановиться, но я хочу, чтобы он был последним замученным мной, он заслуживает такого звания, определённо. вот я стою в окружении трёх детских тел, два валяется поодаль и один висит в петле на ветке, правда это сложно и телом то назвать, так, набор жил, мышц и лоскутов подвешенных на суку молодой берёзы. что же мне остаётся? я раздеваюсь догола, без лишних эмоций и скорости в движениях, величаво достаю нож, о боже, его лезвие ещё никогда не было так прекрасно буро-алым, словно граненный рубин, выкупанный в крови младенца, он сиял в моих руках, я даже на секунду задумался-"а достоин ли я касаний этого лезвия?",боже как красиво блестит несколько десятков литров крови на снегу, выглядит как груда фарша. недолго думая я медленно вонзил острие кортика в предплечье лезвием к венам, они были не такие великолепные как у юноши, но я чувствую их, как они расступились в трепетном страхе перед металлом, я делаю резкое и элегантное движение вправо, кружась в танце вокруг моих трёх бывших пассажиров, хах, выгляжу словно скрипач, водя кортиком вправо влево по венам, как по струнам скрипки в окружении моих трёх друзей, или того, что когда то называлось людьми, сейчас это просто кровавое месиво перемешанное со снегом, слезами, потом и семенем. в изнеможении от потери крови и энергичного вальса я падаю прямо в груду фарша на снегу, так тепло, и уютно, я наконец то завершил своей путь...но что то я замечтался, снова впал в мир грёз, ну вот уже виднеются первые признаки города, хлопья снега мерно падали по заснеженному пути, перемешиваясь с грязью на дороге, уютная тишина царила в салоне моей ласточки, мы ехали в бесконечность, а я все крутил свою баранку вправо, влево, вправо, влево, мерно качая кузов авто из стороны в сторону...